everything I wanted

      Они так и заснули: вместе. Саске, опустив свою голову на ее затылок и прижимая обеими руками к себе, уснул последним, еще долго прокручивая в голове событие, после которого он стоял под окнами. Сакура отключилась быстро, ощущая теплоту чужого дыхания и то самое позабытое чувство детства, когда в его присутствии не нужно держать щиты. Наутро разошлись, скомкано попрощавшись. Она ведь так и не ответила. Обещала подумать, да, но… не хотела делать этого сейчас и еще больше рвать свое сердце. Куда еще? Сегодня был ужин с семьей Учих. Сакура не знала, сколько народу там точно будет. Из всех, она была уверена только в Микото и Итачи. Если бы у Саске не срывало крышу, он, без сомнения, был бы в их числе. Но сейчас она не даст ни цента. Тем более, после более чем показательного отказа. Сам Учиха Саске предложил ей встречаться. Тут бы писаться от счастья и плакать золотыми слезами, а не говорить неуверенное «подумаю» и не прогонять его с самого утра. «Кто будет на ужине? Помимо ваших родителей и дяди» «Около пятнадцати человек» «Ты шутишь???? Скажи, что шутишь! Я не смогу там быть. Пятнадцать человек, Итачи!!!» «У нас договор» Сакура в гневе откладывает телефон, чтобы не написать что-нибудь неприятное, что встанет между ними комом. В конце концов, Это Итачи, и он такой. Она почти привыкла. «И почему мне кажется, что там будет не только твоя семья?» Он не ответил. Хорошо. Девушка набрала подругу, советуясь с Ино в выборе одежды. Кажется, предстоящая ситуация готовила только новые проблемы, а не решения старых. — Ненавижу это, — призналась Сакура. — Все будут смотреть и… Саске, если он сорвется. В который раз! — Забей, — посоветовала Яманака. — Ты не контролируешь поступки других. Если им так нравится меряться хренами, пусть продолжают. Выбор пал на вполне приметное зеленое платье, обрамленное кружевами по подолу. Не вызывающее, повседневное, но притягательное в своем стиле. Ино высказала свое удовлетворение, тут же отключаясь. На самом деле, между ними сквозило прохладой. Еще мало-заметно, практически неуловимо, но с намеками. Стоило больших усилий не акцентировать внимание, потому что… Они слишком близки, и если подругу что-то не устраивает. Раздражает или доводит до бешенства, она просто скажет и устроит вынос мозга. Пока Ино сохраняла молчание, но это было звоночком, предупреждением большого взрыва. И он должен последовать. Сакура была готова к четырем, ожидая своего пунктуального молодого человека. Было волнительно. Мебуки придирчиво рассматривала ее, стоя в проеме коридора. — Не волнуйся, — сказала она, наблюдая за метаниями дочери. — Ты можешь уйти в любой момент. Закажи такси, если что-то будет слишком… ммм… некомфортно. — Мне заказать такси прямо на этом уровне? Я уже как неделю чертовски далека от комфорта! — Еще бы, ты встречаешься с Учихой. Сакуре не понравилась ее усмешка. — Да, ты знаешь, у меня не было выбора с тех пор, как ты познакомила меня с ними! Мне было два года, мама! — Я думала, вы станете близкими друзьями, милая. Друзь-я-ми, а не пародией на «жили долго и счастливо». Передай Саске, чтобы хотя бы здоровался, покидая мой дом до рассвета. — Мама! Что ж, семейные сборы тоже не облегчили ее состояние. Через несколько минут, на подъездную дорожку въехала машина, и Сакура облегченно вздохнула. Сейчас они поговорят, и тот в своей отвратительной манере развеселит, вызовет раздражение и заменит все эмоции страха и неуверенности. Она почти обожала Итачи. — Знаешь, мог бы позвонить, что скоро будешь! — заворчала она, выполняя традиционное: открыть дверь, сесть, закрыть дверь, пристегнуться. — Твое расплывчатое «около пяти» жутко бесит! Повернулась, пытаясь придать своим словам еще больший смысл и посмотреть предельно зло, но тут же ойкнула, застыв на мгновение: — Саске?! — Привет. Ладно, было довольно светло, но она и не стала рассматривать водителя, потому что… это должен был быть не Саске… — Что за хрень? — Тебе не идет ругань, — стоически вытерпел парень, только прищурился. — Не превращайся в Наруто. — Не съезжай с темы! — приказала она, чувствуя себя отвратно. Не то, к чему готовилась последние дни. — Где твой брат? — Он развлекает гостей. Знаешь, они прибыли раньше, чем ожидалось, так что… тебе придется добираться в моей, разумеется, ненавистной компании. Последнее он практически выдохнул ей в лицо, наклоняет все больше и больше. Стоп. Они уже это проходили. Посоветовать ему выпить успокоительное или типа? — Рада, что ты все понимаешь, — вернув себе самообладание, Сакура отодвинулась, прижимаясь к самому стеклу. — Объясни. Пожалуйста. — Он хотел вызвать тебе такси или отправить Дейдару, но я вызвался, — Саске точно также пришел в себя, и теперь между ними было достаточно место, чтобы мыслить разумно. — Поверь, это меньшее из зол. Она кивнула, принимая его мнение. Действительно. Если бы это было такси, и, честно говоря, она не была любительницей кататься с полной головой сомнений, а вызвав машину, Итачи бы подтвердил все ее сомнения. Непонятного Дейдару и вовсе не хотелось видеть. Если это тот загадочный друг, который явно остер на язык, они, возможно, подрались бы на полпути. — Спасибо. — Не стоит благодарности, — ехидно выдал парень. Дальнейший путь проходил в мирной тишине. Как все-таки странно поворачиваются события. Еще пару недели назад, она была бы счастлива, заедь он, чтобы довести, подвезти или просто показать, что ему не все равно. Сейчас было проще видеть Итачи, который действительно чувствовал ее на всех уровнях. Его эмпатический дар был слишком ярко выражен, чтобы не знать, как и что она ощущает. Сожаления захлестнули с головой. Как же странно было сидеть рядом с любовью всей своей жизни и не чувствовать себя счастливой. Это и есть взросление? Понимание, что им никогда не суждено свести неловкость до минимума. Что всегда будет что-то, что заставит их чувствовать себя чужими людьми. Или Сакура просто больше не принимает все его поступки за дар Божий? У нее открылись глаза и появилось такое пренеприятное чувство, как самоуважение? — Ты должна знать, — едва они въехали на территорию участка Учих, паркуясь рядом с еще кучей машин, что вызвало желание сбежать и спрятаться под кустом; заговорил Саске с неохотой. — Не думаю, что он бы хотел, чтобы ты знала, но… я все еще пытаюсь тебя спасти. Даже если ты сама не хочешь. Сакура приподняла бровь, выражая желание слушать. — Изуми здесь. Семейный ужин — довольно узкое понятие. Трое или четверо лучших друзей Итачи были с нами, сколько я себя помню, так что… Ты сама знаешь, как себя вести, верно? Не будет сцен ревности? — Спроси у самого себя, — огрызнулась девушка, чувствуя на языке непонятную горечь. Ух ты. Просто класс. Разве не этого они добивались? Все идет так, как говорил Итачи. Всегда чертовски прав. — Пойдем? Сакура кивнула, выходя из машины первой. Ей не нужны были эмпатический свойства, чтобы уловить в тоне Саске надежду, что она откажется и попросит ее увезти. Она бы хотела. Но… Итачи был прав — у них договор. Надо держаться до последнего. — Сакура, дорогая, — Микото вышла навстречу, улыбающаяся, искренне счастливая от встречи и сегодняшнего вечера. — Мы так рады тебя видеть! Сакура приветственно улыбнулась, попадая в крепкие, оберегающие объятия. Быстро взглянула в зеркало, тут же подхваченная рукой хозяйки дома. — Пойдем, милая. Ей было необходимо оглянуться в поисках Итачи, чтобы почувствовать хоть какую-то поддержку. Она ведь ведомая… он должен был понимать. Он должен был ее встретить, чтобы бросить пару слов и привести в бешенство. И он этого не сделал. — Мужчины на улице, знаешь, барбекю и бизнес-планы, — щебетала его мама, заводя ее в большую комнату, где уже присутствовали люди. Люди, среди которых не было ни единого мужчины. Ей на мгновение стало смешно, потому что Саске исполинской стеной стоял рядом, даже не собираясь покидать их. Не тот уровень доверия, который она заслужила. — Девочки, позвольте представить вам Сакуру! Нужно было выпить для храбрости, как иногда делала Тэмари, одним движением руки вытаскивая из сумки маленькую бутылку с текилой. Было бы легче принять сам момент. — Добрый вечер, — искренне улыбнулась потрясающе красивая молодая женщина. — Рин, супруга Обито. Тетушка твоего милого защитника. Она хихикнула, подмигивая Саске. Тот не шелохнулся. — Славно, — пробормотала другая девушка, возможно, на пару лет старше самой Сакуры. — Конан, мы с Итачи давние друзья. Рядом с ней, с прищуром склонив голову, сидела, ГосподиБоже, невеста Итачи. Бывшая невеста. Важное уточнение? Навряд ли ее присутствие измерило модель поведения всех присутствующих, но она не сказала ни слова, и это нарушило расслабленный момент приветствия. Было довольно неприятно. — Бабушка Наори, — доброжелательно вставила пожилая женщина, подслеповато улыбаясь. — Здравствуй, милая. Добро пожаловать в семью! Прозвучало торжественно и со значением, которого Сакура так и не смогла понять, даже долгие годы спустя. Именно этот момент решили выбрать мужчины, чтобы негромко переговариваясь, зайти с улицы. Шикарно. Новый поворот ее невроза. Написать книгу что ли? Сакура попыталась отступить, скрывшись за своими двумя провожатыми, но Микото не позволила, крепко прижимая к себе. Да, трусость в этой семье не уважали. Но она не была Учихой! Даже если и мечтала когда-то стать, что ж, мечты имеют свойство меняться. — Саске вернулся, — практически счастливо воскликнул молодой, но уже такой важный… эм, их брат? Он был явно из семьи. Все характерные черты налицо. — И привез с собой… мм… тот взрывной цветочек! — подхватил высокий блондин. Ино могла бы позавидовать шикарности волос. — Дайдара, замолчи свой рот, — фыркнул первый, приближаясь к ним. Возможно, у Сакуры во взгляде был истинный ужас умирающего, потому что он остановился, изучая ее издалека. — Шисуи. Кузен — Очень приятно, — пробормотала она, глядя, собственно, ему за спину. Туда, где и происходило самое интересное. Изуми покинула свое место, неторопливо приближаясь к Итачи. Тот смотрел только на свою бывшую невесту. Что ж, это достаточный удар по самолюбию. Вспомнился поцелуй. Совместный сончас. Его крепкая хватка. — Это Дейдара, советую не обращать внимания, — продолжал Шисуи, будто не замечая, что на него никто и не смотрит. — С теми вообще не знакомься: дальние родственники и коллеги по бизнесу. Ни о чем другом думать не могут. Даже во сне просчитывают, как бы дебеты сошлись с кредитами. — Шисуи, — возмущенно, но все равно по-доброму пожурила Микото. Она оставила свой пост поддержки, перемещаясь по комнате. Хорошо. У Сакуры еще оставался Саске. Сейчас, как никогда, хотелось разрушить их стены и схватиться за руки, чтобы не чувствовать себя на аукционе. Возможно, что она преувеличивала, потому что не все внимание доставалось ей одной. Те самые взрослые бизнесмены, которые только кивнули, продолжали обсуждать с Фугаку что-то явно важное. Дядя Обито присел к жене, только приветственно подмигнув; Дейдара вызывал смущение, все еще не сводя взгляда, но ничего не говорил, и на этом спасибо. А Итачи занимался супер-Мега-сверх-секретно-важным разговором с Изуми, даже не реагируя на свою девушку. Мать-перемать! Сам сегодня прицепился со своим «договором», чертов мудак. — Мы все еще можем уйти, — прошептал Саске, заставляя ее вздрогнуть, едва Шисуи покинул их компанию. — Ты не обязана… — Не надо решать, что я обязана и чего не! Ты не знаешь. — Я знаю достаточно, — довольно резко прервал он. — Дальше будет хуже. Просто… я рядом, хорошо? Она посмотрела на него, встречая чуть сочувствующий взгляд. И что же такого должно быть дальше? Придет Танос? Ее выберут для жатвы в голодных играх? Или, блин, принесут в жертву своему бизнес-Богу? Можно выдать весь список для ознакомления? — Твои жалостливые порывы меня пугают, — призналась Сакура, чтобы хоть что-то сказать. Честно говоря, всем было наплевать, так что… поболтать с Саске было наилучшим вариантом. — Это не жалость. Я просто знаю. — Выдай себе медаль. — Ты язвишь, когда хочешь скрыть панику. — Спасибо, что всегда тыкаешь в это носом! — возмутилась девушка. — Каждый раз! — Ты никогда не была против. — Я была идиоткой. — Мало что изменилось, — так же яростно воскликнул он, понижая голос. — Если бы ты не была идиоткой, нам не пришлось бы здесь стоять, как парочке кретинов! — Ну так и иди отсюда! — в сердцах сказала она, уже не выдерживая. Отдала бы все свои накопления на учебу, чтобы узнать, о чем там велась беседа… Хотя бы на минуту подслушать. — Не надо со мной стоять, изображая великую жертву! Саске закатил глаза, но предпочел промолчать. Тем не менее, Сакура была счастлива, что он не ушел. Было бы до крайности неловко стоять тут в одиночестве. — Твой брат — козел, — высказалась она, совсем неслышно, но парень все же невесело хмыкнул: — Ты даже не представляешь, насколько… — Я должна начинать бояться? — Сакура, я тебя предупреждал, хорошо? Не делай удивленный вид, пожалуйста. Захотелось топнуть ногой и проорать что-нибудь нецензурное. Спасибо, что ей изо дня в день приходится наступать на старые грабли. — Когда ты сказал, что все знаешь, это значило… — Про ваш договор? Да. — Хорошо. Уже легче, — она глубоко вздохнула, не понимая. Не улавливая чего-то жизненно важного. — И в чем заключается итог? — Тебе не понравится. — Я все же предпочту узнать, чтобы. Например, не выглядеть полной дурой. — Сакура. Тебе правда не понравится. Он еще раз закатил глаза. — Ладно, знаешь… это будет на твоей совести, — пробормотала она, обхватывая себя руками. Не нужно было приходить. Не нужно было наряжаться. Не стоило показывать, как ей приятно в обществе Итачи. Не нужно было быть слабой. — Дамы и господа, прошу вас к столу, — голос Фугаку раздался совсем громко. Она бы хотела выругаться, потому что ничего не понимала. Еще вчера Итачи делал все, чтобы у каждого в глазах они выглядели лучшей парой на планете, а сейчас… Сейчас он просто изображал чувака с амнезией. И как ей садиться за стол? В качестве кого она вообще тут находится? Любимого клоуна семьи? — Что мне, блин, делать? — прошипела она единственному, кто был рядом. — Спокойно играть, — ответил Саске. — Просто сядь рядом. Он вцепился ей в предплечье, таща за собой. Унизительно. Ужасно унизительно, старшая школа — сплошное оскорбление достоинства. Будь она старше, не допустила бы этого момента; а младше — просто забила бы фиг. Они прошли в столовую, и Саске практически силой усадил ее рядом с собой. С левой стороны опустился Итачи. Ух ты. Так близко за сегодня они еще не были. Просто прекрасно. Если она вцепится ему в волосы и побьет пару раз о тарелку, ему станет стыдно? Хорошо. Ладно. Сакура тоже читала романы, которых у Ино была куча и маленькая тележка. И в моменты, когда главной героини нужна была помощь, она находила в себе силы. Даже если это измена или, не дай Бог, настоящее предательство близких. Она жила дальше, изображая сильную и независимую. Сакура была сильной и была независимой. Но она не знала, что сможет оказаться в чем то похожим на любой переломный момент из книг. Итачи сидел неестественно прямо, сохраняя безэмоциональность на лице. Не реагируя на достаточно пристальный взгляд Сакуры. Не реагируя, что напротив сидела его любимая не/невеста и точно также сверлила взглядом. Ледяной ублюдок. О, раньше она была уверена, что Саске может скрывать свои эмоции и быть жлобским неулыбашкой. Нет. Тот хотя бы срывался, походил на обычного человека. Не изображал жертву операции по удалению души, например. — Всем приятного аппетита, — начала флешмоб Микото, и все последовали ее примеру, улыбаясь друг другу. Расслабленность и удовлетворение повисло в воздухе, но ей не хотелось приобщаться. Они трое, наверное, очень сильно бросались всем в глаза. Ни Саске, ни Итачи, ни даже она, никто из них не пошевелился, даже изображая восхищение ужином. Как сидели, так и продолжали сидеть, сложив ручки на коленях. Она взглянула на Саске, как бы говоря: «ты был прав, надо было сваливать при первой возможности», и тот отозвался похожим, полным тоски взглядом. — Сакура, детка, попробуй, это довольно вкусно, — дозвалась бабуля почтенного семейства, широко улыбаясь. — Поверь, молодость не время следовать диетам. Уверена, любому мальчику будет приятнее, когда есть за что подержаться. Выражение на лице Саске заставило ее быть практически счастливой. — Спасибо, бабушка, мы разберемся, — прошипел он. — У Сакуры все хорошо. Идиот, тебе то откуда знать? — Мой хороший, а ты не хами старшим! И не заглядывайся на чужих девушек! Итачи, дай-ка ему по лбу хорошенечко! Из груди Саске послышалось утробное рычание, но Сакура быстро пихнула его в бок. Опять сейчас начнет орать и бегать, как жертва поджога. Надоел. Сама она наверняка напоминала перезрелый помидор, похожий с тем, что лежал у нее в тарелке. — Спасибо, бабушка, — отозвался Итачи. Ого, принцесса льдов изъявила желание поболтать? Она повернула голову, делая высказать свое отношение к этому… возмутительному вечеру, но жесткость во взгляде Итачи заставила проглотить слова. Было… неприятно. Слово «больно» не подходило, потому что Сакура пообещала себе не быть сверхэмоциональной. Это такой период. Период Учих, и нужно было смириться, а не заставлять себя чувствовать плохо. Ей не было больно. Слегка неприятно и начало пощипывать в уголках глаз, но она справится. Саске заметил. Не мог не заметить, она же постаралась сьежиться до размеров атома. Взял за руку, с нежностью переплетать ладони. — За этот год! Мы достигли… Фугаку поднял бокал, и все присутствующие последовали за жестом хозяина дома. Даже они втроем. Слушать о «достижениях» компании было таким скучным и таким… неправильным решением, что Сакура отключилась, глядя, как Итачи играет в гляделки с Изуми. Так ведь и надо было, да? Он никогда не скрывал, чего хотел получить в итоге. Он не обещал ей небесных врат и жизни, полной безумной нежности и комфорта. Нет, не любви, потому что… ну, она всегда будет любить Саске, это аксиома, как-то, что солнце светит, а после весны наступает лето. Но с ним было бы приятно жить. И делить кров. И просто… чувствовать себя важной, нужной и услышанной. После того, как их отец дал добро на разговоры, послышались громкие высказывания и веселый смех. Да, Учихи веселятся. Ино должна была это увидеть. Тэмари, возможно, выколола бы себе глаза. — Саске, — обратился Обито. Он говорил властно и требующе, так, что все неосознанно прислушивались. — Как там мой старый друг Какаши? Вау. Так они были друзьями с Какаши? Страх какой. — С ним все в порядке, — уклончиво, явно надеясь, что его оставят в покое, ответил парень. — Все читает? — будто бы с пренебрежением продолжил тот. — Хоть раз вышел из дома за этот год? — Он в одиночку воспитывает подростка, копит ему на колледж и является самым добрым человеком на свете, — внезапно для самой себя, заговорила Сакура, яростно сверкая глазами. Черт, нужно было жевать и молчать, но… это был Какаши. Лучший из мужчин! — Думаю, слабость в виде затворничества и книг, наименьшая из зол! Она замолкла, мечтая залезть под стол и затащить туда Саске, а потом скрываться в полях столько, сколько им позволят. Даже сжала его ладонь до возможных синяков. — Супер, — криво улыбнулся Обито, теперь смотря только на нее. Как и остальные пятнадцать человек. Действительно, супер. — Маленькие защитницы всегда были его слабостью. Саске напрягся, уже сам сжимая ее конечность. Сказанное было грязным и неприятным, но… более привычным, чем все деловые переговоры за сегодня. Она приняла это с достоинством. — Каждый может судить в меру своих слабостей, — буркнула девушка, глядя только на друга, который, в свою очередь не сводил с явно любимого дядюшки яростного взгляда. — И то верно, — вставил Шисуи. — Обито, друг, все никак не можешь забыть, что он тебя обставил при поступлении? Представляешь, Сакура, Какаши сдал экзамены на десять баллов выше, чем наш дорогой Обито. Сакура улыбнулась, расслабленно выдыхая и неосознанно поглаживая Саске по руке. Его кузен ей чертовски нравился. — Заткнись, — бросил Обито, притягивая к себе весело хохочущую супругу. — Ему повезло. Дальнейшую перебранку было не интересно слушать, потому что напрягшийся Саске вмиг расслабился, изумленно переводя взгляд на их руки. Ладно, это неловко. Зачем она полезла еще и успокаивать его? Тут же попыталась забрать свои конечности обратно, но тут уже он не позволил, мягко перехватывая ладони. — Спасибо, — прошептала она. — Что беспокоился. Он улыбнулся, мягко и доверчиво, как улыбаются только дети и только родным, и наклонился, целуя ее руки. Это, блин, какой-то запрещенный прием! Сакура в панике оглянулась, в надежде, что такой жест не заметят, и все пойдет по-прежнему, но наткнулась на изучающий взгляд Фугаку, ухмыляющийся — Дейдары и подозрительный — от их бабушки. Черт. Действительно. Он же просто поцеловал руки девушки своего старшего брата, такое каждый день встречается, вы не знали? Она обернулась на Итачи, уже рефлекторно ища поддержку, но тот не посмотрел в ответ. И на Изуми не смотрел тоже. Был задумчивым и хмурым, будто прямо сейчас, в уме, решал какой-то сложный пример судьбы. Учихи доведут ее до сумасшедшего дома. Саске сел обратно, делая вид, что ничего не произошло, но был слишком уж довольным. Она врежет ему, как только Микото отвернется. Сакура уже хотела было расслабиться или насладиться ужином, или сделать хоть что-то, потому что на нее наконец-то никто не смотрел, но тут: — Я бы хотел сказать, — Итачи медленно отодвинул стул, поднимаясь. Сегодня Саске сказал, что не посылал жалостливого взгляда. Что он не сочувствует и не переживает, просто предупреждает, но сейчас… он мигом стал каменным, глядя перед собой. Что-то ведь происходило, да? Что-то такое, во что ее забыли посвятить. Или не посчитали нужным? — Сегодня знаменательный день. Я бы хотел дать время этому событию и обрадовать свою семью поезде, но… мы долго этого ждали. Наша с Изуми свадьба будет точно в этот день, в следующем месяце. Я бы хотел, чтобы вы разделили нашу радость и счастье предстоящего события. Саске до хруста сжал своей бокал, и Сакура отстраненно подумала, что именно такой звук издает разбитое сердце. Не ее, конечно, с чего бы ему разбиваться? Она любит Саске, а тот не собирается жениться в ближайшие несколько лет, так что… У Сакуры все хорошо. — Внучок, а ты ничего не перепутал? — проницательный взгляд бабушки Наори бил по обнаженным нервам. — Или у тебя тут гарем? Девушку то свою предупредил, что жениться собрался? — Прошу прощения, но Сакура мне не девушка, — Итачи изогнул тонкие губы в пародии на улыбку. — Сердце этого, безусловно, прекрасное сокровище, принадлежит моему младшему брату. Сакура согласилась сыграть роль моей девушки, чтобы наши с Изуми проблемы, хм… исчезли. Спасибо, Сакура. Она встретила теплый, но где-то внутри, там, где у него все еще оставалось сердце, а не образный кусок дерьма, взгляд оставался напряженным. — Замудрили, — скривила губы Наори. Сакура бы поаплодировала этой потрясающей женщине, но хотела только одного — убраться подальше. — Это… потрясающе, сынок, мы рады, что вы разобрались со своими проблемами, — подала голос Микото. Она была бледной и растерянной. Что ж, добро пожаловать в клуб. — И теперь у нас в семье есть две такие современные пары любящих сердец. Мы сегодня же начнем подг… — Простите. Сакура вспыхнула, но все равно перебила ту, что еще в самом детстве укачивала ее на руках и позволяла купаться в одной ванночке со своим младшим сыном. Но ей было важно сказать. Важно, потому что иначе, она бы чувствовала себя пешкой в чужой игре до конца своих дней. — Но я не девушка Саске. Мне очень жаль, спасибо за ужин. Она легко поднялась, удерживая на лице легкую улыбку, действительно сожалея, что пришлось расстроить Микото. Правда. Это было единственным, чего ей не стоило изначально делать — приносить той неприятности. Но пути назад не было. И драму разводить… не было нужды. Просто план Итачи сработал, они были счастливы, и Саске определенно не оставался к ней равнодушным. Она должна была быть на седьмом небе. Должна была. Когда выходила на улицу, вдыхая вечернюю прохладу, когда шла по обочине, молча глотая слезы, когда не отреагировала на звук приближающейся машины. Должна была быть счастливой. Будто бы в раю, потому что… Все, чего она когда-либо хотела, был Саске. И он был, вот, протяни руку и возьми. Зачем же тогда она шла к этому? Продолжала зачеркивать дни календаря, когда они будут вместе? у всего же должны быть свои причины. Нельзя просто отмахнуться от стольких лет. — Я не сяду к тебе в машину, Саске, — устало пробормотала она, едва стекло опустилось. — Оставь меня в покое. — Саске бьет Итачи по лицу. Тот, что удивительно, даже не собирается сопротивляться. Он сильнее, но выглядит разбитым. Ты должна была остаться и увидеть это, — донеслось веселое до нее. Девушка отшатнулась, балансируя на каблуках, чтобы не свалиться в кусты. — И зачем ты…? — Потому что Итачи оторвет мне голову, если я не прослежу, чтобы ты добралась до дома живой и невредимой, — чуть обиженно ответил Дейдара, держа скорость на минимальном уровне. — Сядь в машину, я не собираюсь доставать тебя или… мешать твоей депрессии. Довезу и сразу же уеду, ок? Ей, все-таки, нужно было провести вечность в кустах.