«The Red Means I Love You»

С каждым вздохом зрачки становятся все меньше, а кожа бледнее. Ты никогда не выглядела такой расстеряной. Я сверлю тебя взглядом и внимательно слежу за каждым движением. Сколько бы ты ни старалась, но выбраться из объятий толстой веревки у тебя не получится. Пролетают минуты и капельки пота стекают по твоему миловидному лицу. Я медленно опускаю голову и всё также вглядываюсь в эти волшебные, наполненные ужасом глаза. Неужели мне за столько лет наконец-то выпал шанс попробовать тебя на вкус. Неосторожно прикасаясь своим влажным языком ласкаю твой лоб. Сладкий вкус вспотевшей кожи рождает во мне ещё большее желание поглотить тебя. Ты хаотично двигаешь глазами и пытаешься что-то сказать, но кляп во рту оказывается сильнее. Ты даже не представляешь, как давно я ждала этого, как давно лелеяла в своих фантазиях! Я пытаюсь как можно аккуратней раздвинуть твои обнаженные ноги, хоть ты и сопротивляешься, хоть ты и пытаешься ударить мое лицо каблуком! Но мне все равно, ведь я понимаю насколько ты хрупкая, одно неверное движение – и мне тебя больше не собрать. Пальцы истекают твоими выделениями и стараются проникнуть как можно глубже. Я умело ими орудую и набираю темп. Ты отводишь взгляд, но ничего кроме бетонной стены тебе увидеть не суждено. Неужели я тебе не нравлюсь? Может, мне нужно задействовать язык? Я наклоняю голову и делаю пару неловких движений. Тут-то ты зашевелилась. Твои открытые ноги вздрогнули, а твой чарующий голос проявил себя в сладком, непродолжительном стоне. Ах, если бы могла, то слушала бы до самой смерти! Стенки твоего влагалища начали понемногу сжимать мои пальцы, совсем скоро и они смогут достичь шейки. Твое лицо покрывается краской и ты вновь пытаешь отвернуться, но я всё равно у твоих ног. Я решаю просовывать уже все три пальца и двигать их куда активнее. Они продирают твою текущую киску, громко хлюпают в выделениях и упираются. Второй рукой я больше не наглаживаю твою изящную ногу, а усердно стимулирую ею клитор. Ангельский голос раздается стоном по всей комнате, ты меня им по истине благословляешь. Моя и без того мокрая промежность начинает пульсировать, я быстро окидываю все твое тело похотливым взглядом. Как же мне хочется стянуть с тебя это платье, пройтись по телу жаркими поцелуями, схватить тебя за щеки и... Почему так отвратительно смотришь на меня? Тут влажные фаланги пальцев крепко вонзаются в твое лицо, но шея дерзко делает поворот против. Ты мало выдыхаешь и как можно больше заглатываешь воздух. Нет, то ли от злости, то ли от отчаяния мои руки пропускают через себя дрожь. Они резко бросают твое румяное лицо и спускаются всё ниже к шее. На мгновение они останавливаются. Я, затаив дыхание, опускаю взгляд. Ей чего-то не хватает. Тот же час быстрым движением головы вниз впиваюсь зубами в горло. Конечно же я слышу твой истошный вопль, но, пожалуйста, потерпи совсем немного, в моих руках ты станешь ещё очаровательней. Проходят секунды, а по шее уже рассыпаются багровые засосы. Я сжимаю зубы как можно сильнее, но стоит мне переборщить и я чувствую яркий вкус плеснувшей мне в рот соленой крови. В моих глазах темнеет, этого не может быть. Что, что я натворила?! Ты закрываешь глаза. Холодный пот молниеносно проходит по всему телу, ужас пожирает меня изнутри. Tы меня бросаешь? Как ты могла? Зачем ты закрыла веки? Кислорода перестает хватать. В глазах всё расплывалось, но я всё-таки смогла нащупать тот ржавый ножик который лежал под стулом. Правда не думала, что он мне пригодится. И в дурмане пролетают незаметные минуты, из последних сил направляю твой острый подбородок прямо к своим губам. По белоснежному лицу растекается багровая жидкость, капли характерным звуком хлещут на кафельный пол. По комнате разносится истерический, ужасающий женский крик. Из глазниц блондинки свисают окрашенные в крови глазные яблоки, всё, что ей остается делать, так это задыхаться от шока. В отчаянии она пытается что-то вымолвить, но из желаемого получаются лишь разорванные, необъяснимые звуки. Хотя, нет, нечто у нее да получается сказать. Она кого-то жалобно, мучительно звала. Но это неважно, единственный, кто сейчас может отреагировать на её безнадёжные вопли – так это Колетт. –"Можешь не кричать, Пайпер, я все равно тебя люблю." –нежно прислоняет девушку к себе и вглядывается в кровавые дыры, которые сама же вырезала.–" Тебе больше не нужно отворачиваться от меня, я заберу твои лазурные глаза с собой, и они смогут вечно на меня смотреть! Разве это не чудесно? Отныне, все что они будут видеть – это я. Наверное, ты скоро умрешь от потери крови, но не переживай, тогда я убью себя, ха-ха, да, тоже умру, вместе с тобой, моя великолепная Пайпер!.." –"Колетт.." – после помещение охватило жуткое молчание. Тощая, дрожащая рука повисла прямо над лицом Пайпер. Нож проходится по венам, хлынувшая кровь стекает на и без того багровое лицо. –"Я не врала. Теперь, ты видишь, как я тебя люблю-..." –Колетт закрывает глаза и блаженно падает на больше не дышащее, безжизненное тело.