Воспоминания

Прогулка по парку. Что может быть лучше? Особенно когда рядом любимый человек. Может когда тебе этого человека не нужно ждать пару часов у магазина? Нет, не подумайте, я не злюсь, просто на улице холодно. Зима. Не самое лучшее время для прогулок, а особенно если часами стоять на улице. Почему я не захожу в здание? Потому что Михаил меня опять не заметит и уйдёт. На удивление за это я на него не злюсь, тем более сам захотел постоять на улице, но тогда у меня и мысли не было, что он будет там так долго. Из мыслей меня выбила небольшая боль, будто кто-то в меня врезался. Я опустил взгляд вниз и заметил девочку лет семи. - извините, я вас не заметила!- проговорив это, девочка подняла на меня голову. Лучше бы она этого не делала. Не самые лучшие воспоминания напомнили о том что ещё существуют и захлестнули с головой. *** Первая блокадная зима выдалась д̶о̶с̶т̶а̶т̶о̶ч̶н̶о̶ очень холодной. Столбик термометра иногда опускался до -32°. Но не в этом главная беда, хотя назвать это подарком судьбы я тоже не могу. В моём городе царил голод. Ещё в начале сентября немцы разбомбили склады с запасами еды и соответственно её сейчас мало. Поставки продовольствия из других городов не всегда доходили, но даже если приезжало две-три машины это уже было счастье, но это несильно спасало от голода, но как говорится "лучше чем ничего". Идя и думая об этом, я краем глаза заметил девочку. Я подошёл к ней и заметил, что та пытается разбудить какую-то женщину. Всё понятно. Девочка потеряла родственницу. Печально, но надеюсь у неё есть ещё кто-то, хоть сердце подсказывало мне обратное. - дяденька!- сказала девочка и убедившись, что я обратил на неё внимание продолжила.- помогите, пожалуйста, разбудить маму. Она упала на землю и уснула, а нам нужно домой! На улице очень холодно! Маму?... Бедная девочка, терять мать очень больно, особенно в её возрасте. Ей по виду годика три-четыре, не больше. Как бы ей объяснить всё?... - малышка- начал я, но как продолжить не знал, поэтому решил сказать всё как есть, но в более мягкой форме.- твоя мама больше не проснётся, она уснула вечным сном. -что?...-у девочка по лицу начали катиться слёзы, да мне и самому плакать хотелось от её боли. Я взял девчонку на руки и аккуратно прижал к себе. Она дрожала от холода, стоит на холоде похоже не первый час, а может и от эмоций. Хотя скорее всё вместе. - маленькая моя, а у тебя есть кто-нибудь ещё?- в ответ та лишь отрицательно почала головой. Не знаю, даже, что сказать. Одна она скорее всего не выживет. Самое логичное, что я придумал это забрать её к себе, но будет ли она за? - хочешь со мной жить? - спросил я,вытирая с щёк девчушки слëзы. -да...- простой ответ с одной стороны, но с другой счастье для меня, я буду не один. Вдвоём будет трудно, но зато не так одиноко и страшно. Как мы вместе, ну точнее я держа её на руках,добрались до моей квартиры загадка даже для меня. Я аккуратно поставил девочку не пол. - когда ты в последний раз ела?- спросил я, надеясь, что недавно и голод не так сильно коснулся её. Как оказалось у её мамы украли одну карточку, а весь хлеб который та получала отдавала дочке, чтобы та могла выжить. *** Прожили мы так неделю. Девочку оказалось зовут Маша и ещё она оказалась не такой спокойной как могло показать на первый взгляд. Иногда за день мне задавали очень много вопросов, так что под конец дня болела голова, но в принципе меня это устраивало,лучше чем тишина. - а почему вы не на войне?- спросила Маша в очередной попытке узнать от меня всё. Забавная. - не годен к службе, поэтому работаю тут, тоже пользу приношу- ответил я, поглаживая девочку по голове. - знаете, хорошо, что вы не там. - почему это, Машенька?- я понимал какой будет ответ, но если бы не спросил то повисла бы тишина, а этого мне очень не хочется. - папа ушёл и не вернулся- сказала она это по спокойнее чем приняла смерть матери. Это не может не радовать. - наверное ты права, а друзья то у тебя есть?- привычное отрицательное покачивание головы. Каждый раз когда я спрашиваю её про то есть ли у неё семья или близкие люди она так делает. - хотя нет, вы есть- это фраза заставила меня улыбнуться. Миленькая она девочка. Но как я быстро к ней привязался. *** С наступлением весны ситуация стала лучше,умирало меньше людей из-за того что стало теплее. Ещё в городе провели вакцинацию, чтобы не так много было заболевших и умерших. Я рад этому, ведь очень не хочу чтобы мои жители умирали в таком количестве, хоть понимаю, что жертв будет ещё больше. Это неизбежно. Так же начались уборки улиц, для неработающих по восемь часов, для работающих по два часа, что тоже помогало бороться с заболеваниями, начали работать бани и прачечные. В мае начали работать школы и я отправил туда Машу по её просьбе, хоть и понимал, что она ещё слишком маленькая. Спустя время начали работать трамваи, сначала только для перевозки грузов, а потом и пассажирские. Всё было лучше чем в начале. Да ещё и Маша почти всегда, кроме времени когда уходила в школу, была рядом. Очень благодарен ей за это. Если бы не она я бы сошёл с ума. Но всё было не так прекрасно,как может показаться. Была попытка уничтожения корабли Балтийского флота на Неве. Но всё, как я знаю, обошлось. Так же участились обстрелы города из-за чего пришлось прекратить всю территорию в мощный укреплённый район. Пришлось создать 110 узлов обороны, что помогало воевать. Так же была создана разведка. Всё это уменшило количество обстрелов. Маша во время обстрелов очень сильно плакала и боялась, а я её обнимал и пытался успокоить, хотя самому было больно от обстрелов и она, кажется, начала это замечать, но не спрашивала. Это радует, она не должна узнать мой секрет. *** 1943 год начался вполне удачно. 18 января блокада была прорвана и спустя некоторое время была проложена "Дорога победы", что помогало снабжать город бóльшим количеством продовольствия. Постепенно ситуации с едой улучшалась и всё становилось как в мирное время. Ещё за это время эвакуировали людей, что так же помогало улучшить ситуацию. Я хотел отправить Машу из Ленинграда, но та отказывалась, говоря,что меня одного не бросит. Она слишком упрямая. Малышка моя, ты же можешь умереть, что ты творишь? - тебе нужно уехать, ты же умрёшь!- я не мог не кричать. Понимание, что она может умереть делало больнее, чем то что я могу остаться один. - только с вами!- крикнула мне в ответ девчушка, смотря мне в глаза. -я не могу, малышка, я нужен тут- это была, я нужен был на своей территории, я же город. - тогда я тоже остаюсь!- она ушла в другую комнату,чтобы не слышать что я говорю. Какая же она глупая... Моё состояние было не наилучшим. Вставать с кровати с каждым разом было всë труднее. Эх, я понимаю почему она не хочет меня бросать в таком состоянии, но она обрекает себя на гибель, мы не знаем сколько ещё будет длиться эта блокада. *** Новый год 1944 прошёл очень неудачно. Маша заболела, я надеялся на простуду, но как оказалось всё серьёзнее. Вечером 31 декабря 1943 они погибла, перед смертью попросив, чтобы я дожил до конца этой страшной блокады. Я пообещал, хоть понимал, что без неё не смогу дотянуться. После её смерти мне не хотелось нечего, поэтому я почти не вставал и никуда не ходил. Но услышав взрывы за окном, я резко встал. Голова начала кружить от резких движений и походу от голода. Не есть почти месяц было не лучше идей. За спиной послышались шаги, но сил повернуться не было, всё уходило на то чтобы не упал лицом в пол. Силы всё таки покинули меня, но упасть мне не дали. Что было дальше? Я не знаю, я уже был без сознания. *** Очнулся я уже в больнице. Рядом был Миша, он то и рассказал, что тогда случилось. В городе был назначен салют в честь снятия блокады,но он сразу побежал искать меня и нашёл в перед обморочном состояние и когда я упал он чудом успел меня поймать. Радость охватила меня как только я услышал об окончании блокады. Этот ад закончен. Жаль только Маша не дожила... *** Смотря на это девочку, я замечал всё больше знакомых черт моей блокадной подруги. - а как тебя зовут, если не секрет?...- мой голос предательски дрожал. Я не верил своим глазам. - Маша!- радостно сказала девочка. Не может быть... Тут к нам подбежала девушка, как оказалась мать Маши. Она извинилась за свою дочь и забрала ту. Спустя пару минут ко мне подошёл Михаил и мы пошли домой. По дороге я всё время думал о той встречи, которая, кажется, надолго засела у меня в голове, к сожалению.