От слёз до восторга

Друзья. Что в мире может быть лучше друзей? Лучше этой особенной связи, возникающей между людьми? Сколько поэм и книг было написано о дружбе? Сколько возвышенных слов сказано о ней? Тэхён всегда считал себя самым счастливым человеком на свете, ведь его окружало много прекрасных людей. Товарищей. Почти что братьев. Которые и в горе, и в радости, и в сильную стужу. Ким уверен, что его друзья самые настоящие, самые неповторимые в мире... – Ублюдки. Чимин смеётся так, что его тюлений, задыхающийся ультразвук слышно даже не смотря на громкую музыку из колонок. – Какие же вы ублюдки. Смотря на красных от смеха (бывший) друзей, отчаянно повторяет Тэхён. Намджун-хён, что единственный из них всех пытается быть адекватным, хоть и тоже хихикает через слово, помогает «утекающему» со смеха с дивана Чимину вернуться в прежнее положение и говорит: – Тэ, ну, мы ведь не виноваты в том, что ты шуток не понимаешь. Лицо Тэхёна горит от ярости. Поэтому готовый уже высказать каждому из «друзей» пару ласковых он вскидывает головой, что вызывает у парней новую волну громкого смеха. Потому что из-за этого резкого движения антенки на ободке, что вплетён в его волосы, делают «бдыньк». – Ты сказал мне, что это костюмированная вечеринка! Взрывается младший, тыча пальцем в Хосока, у которого из-за смеха уже даже коктейль потек через нос. – Я сказал, что это будет вечеринка для клоунов! – А это разве не одно и тоже?! Топает ногой Ким, что вызывает у всех присутствующих в особняке почти что истерику. Ведь при каждом резком движении, поролоновая «попка» его костюма приходила в движение. Кажется, даже музыку в зале сделали тише, чтобы все могли насладиться шоу. – Конечно, нет! Я не имел ввиду никаких костюмов, Тэ! Заметив то, как сильно расстроен младший, искренне ответил Чон. Но всё-таки опустил глаза в пол после, потому что выглядит Тэхён всё ещё так, как выглядел, и из-за этого невозможно было сдержать смеха. – Тогда что ты имел ввиду?! Причём тут клоуны?! – Да потому, что Намджун сегодня собирался признаться Джин-хёну! А Джин-хён и так об этом знал, притворяясь, что не знает! Да он нам всем об этом даже раньше самого Намджуна рассказал, поэтому я и назвал эту вечеринку... Ой. Внезапно осознав, что говорит то, что совсем не следовало говорить, закрыл свой рот ладошкой Хосок. Сокджин сразу перестал улыбаться. – Ты знал?! Воскликнул Намджун, тут же обернувшись к старшему. Разборка хёнов почти моментально переключила на себя всеобщее внимание, но Тэхёну ничуть не стало от этого легче, ведь он все ещё был здесь. Посреди огромной гостиной. В поролоновом костюме пчелы. – Тэ... Ласково позвал друга все ещё пунцовый от смеха Чимин. – Почему пчела? Ну, ты не мог там дракулой одеться или принцем? – Я не хотел быть, как все остальные! На прошлый хэллоуин я оделся Джокером! И что?! Я был пятым Джокером на вечеринке! – Ну... Подал голос развалившийся в кресле и молчащий до этого момента Юнги, прыскнув в стакан. – Теперь ты точно не как все остальные. Возмущённо фыркнув и скрестив на груди руки, что было довольно сложно, ведь костюм был действительно очень объёмным, Тэхён пронзил Мина взглядом: – Я хотел быть не как все среди людей в костюмах! Быть весёлым и оригинальным. А теперь я просто придурок в костюме пчёлы! – А разве это не обычный твой день? Не удержался от комментария Хосок, за что получил локтем в ребро от рядом стоящего Пака. – Да ладно тебе, Тэ, не жужжи... то есть не нервничай! Тут же исправился Чимин, но новую волну хохота уже было не остановить. – Ты выглядишь мило! Чуть ли не задохнувшись от возмущения, бесцельно глотая воздух, но не зная, что ответить, Тэхён многозначительно показал друзьям средний палец и, «бдзынькнув» антенками на голове, развернул своё поролоновое жалко и плюхнулся на диван. Открыв рядом стоящую банку с пивом, Тэхен молча сделал несколько крупных глотков. Что ж, больше, чем сейчас, он все равно уже сегодня не облажается. Так что, в принципе, можно и выпить. – Боже, Тэ, умоляю тебя... Вновь смеясь, просипел Хосок. – Когда ты сидишь в этом пчелином костюме там, такой грустный и с пивом – это выглядит ещё смешнее. И общий хохот (ублюдков) друзей только подтверждал его слова. – Можно я тебя сфоткаю? Мне необходим такой мем. – Да пошёл ты, хён. Огрызнулся младший, вновь сделав большой глоток, но тут же выпучил глаза, подавившись пивом и выплюнув его на сидящего в кресле Мина. – Какого чёрта?! Возмутился облитый алкоголем Юнги. – Привет! Широко улыбнулся Чон Чонгук, встав прямо перед их диваном. Повисло молчание. Кажется, что не хватало лишь крика чаек на фоне. Стоит объясниться. При всём уважении, соглашаясь идти на эту вечеринку, Тэхён никак не ожидал увидеть на ней Чонгука. Потому что, если бы он знал, что на этой тусовке будет Чонгук – самый горячий мужчина в их кампусе (по мнению Тэхёна). Умный. Вежливый. Милый. И вообще, мокрый сон Кима на протяжении вот уже двух лет, Тэхён бы ни за что не пришёл сюда в костюме пчелы. Он бы закосплеил сексуального, обтянутого кожей ведьмака или на все согласного мужчину-кошку, но точно бы не припёрся сюда в блядском костюме пчелы. Что может быть хуже, чем сидеть перед своим крашем, имея поролоновую чёрно-жёлтую попку? Чон Чонгук был известен как один из самых обаятельных и «безопасных» мужчин их университета. Тот, при котором девочки не стесняются обсуждать месячные и знают, что если напьются, Чонгук всегда проследит за тем, чтобы они добрались домой в целости. Он был добрым, никогда не отказывал в помощи и старался быть со всеми в хороших отношениях. Но при этом выглядел, как бэдбой, разъезжал на байке и постепенно набивал рукав на правой руке в течении последних четырёх месяцев. Короче говоря, Тэхён просто не мог в него по уши не влюбиться. Как и добрая половина университета, что слегка омрачало картину. Но самое главное – Тэхён знал. Чон Чонгук не ходит на такие вечеринки. Никогда. Поэтому увидеть его сейчас – это, в принципе, удивительно. Но не так удивительно, как его абсолютно нагое тело, прикрытое лишь в причинном месте. Зелёным лсточком. Тэхён готов поклясться, что это лист от того странного дерева, что растёт у Намджуна (хозяина дома) в прихожей. – Что это, чувак? Не выдержав долгого молчания, с абсолютно опустившейся вниз челюстью, подал голос Хосок. – Костюм Адама! Гордо вздёрнул нос голый Чонгук. Чонгук, носящий исключительно оверсайз, открывающий только запястья и щиколотки, в костюме Адама. Даже повидавший всё и вся, потому что больше трёх лет жил в Лас-Вегасе, Намджун, неловко откашлялся. – Слушай, это не нудистская вечеринка... – Я знаю, но я ведь в костюме! Указал на прикрывающий его достоинство зелёный лист (и как он только держался) Чон. Тэхён сглотнул. И даже забыл о том, как сам сейчас выглядит, не в силах перестать жадно гулять взглядом по накаченному, загорелому телу. Поймите его правильно, Тэхён на самом деле очень скромный молодой человек. Но если Адам и правда выглядел так, то он никогда не стал бы осуждать бедную Еву. – Я присяду? Обратился к Тэхёну Чон и тот, подняв взгляд на его лицо, глупо захлопал ресничками. – Что? Только сейчас, внезапно, Ким понял, что потерялся во времени. И даже не заметил того, как Намджун сказал что-то вроде «ну, ладно» и музыка вновь заиграла. – Я могу сесть рядом с тобой? Улыбнулся ему парень, обнажая милые передние зубки. – А! Да! Да, конечно! Садись! Тут же поддался панике Ким, зачем-то начав отряхивать от невидимых крошек диван. Благодарно кивнув, Чонгук пристроился рядом, неловко облизывая губы. – Очень милый костюм... Сказал он негромко, опустив взгляд. – А? Да? Бдзынькнул от волнения антенками Тэ. – Твой тоже! Ну, не милый... Но... Впечатляющий. – Ты так считаешь? Спросил он ещё тише. И только сейчас Тэхён заметил то, как горят его уши. И то, как он изо всех сил пытается хоть немного прикрыться. – Да, я... Я рад, что не один здесь выгляжу... Ошеломляюще. Вновь обнажив свою кроличью улыбку, парень поправил листочек на члене, чтоб не сползал. И у Тэхёна в организме резко вдруг упал сахар. Иначе он не может объяснить, почему ему показалось, что ещё секунда и у него пойдёт носом кровь. – Почему...Почему именно Адам? – А почему пчела? Прикусив нижнюю губу, нервничая и из-за этого испытывая жуткое желание что-нибудь потрогать, Тэхён начал расправлять складки на своём костюме, который сморщился из-за сидения на диване. – В детстве я очень любил смотреть пчёлку Майю. Тихо промямлил Ким. – А я, видимо, читать библию. – Ну, выглядишь ты, конечно, очень по-христиански. И они оба не смогли сдержать смеха. – Вообще-то я буддист. Вдруг признался младший, посмотрев Тэхёну прямо в глаза. – Что ж. Тогда я тоже должен признаться. Сделав серьезное лицо, кивнул ему Ким. – Вообще-то я не настоящая пчела. – Не может быть! Наигранно удивился младший. – Чистая правда. Всё также полным уверенности тоном заверил Чонгука Ким. И они снова захихикали, улыбаясь так широко, что даже губы начали немного болеть. Сделав глубокий вдох, наконец успокоившись, Тэхён утёр выступившие на глазах слёзы. – Зачем ты... Зачем ты оборвал дерево Намджун-хёна? – Это единственное, что я смог придумать. Опустив реснички вниз, Тэхён покраснел. – Не хочу делать неловких предположений и... Я знаю, что мир не вертится вокруг меня, но... Сбивчиво начал старший, продолжая теребить свой костюм. – Да. Остановил Чонгук его поток мыслей. – Я сделал это потому, что хотел, чтобы они перестали над тобой смеяться. Прикусив губу, чувствуя, что он сейчас в опасной близости от того, чтобы расплакаться, Тэхён не смог сказать ничего, кроме: – Спасибо... – Обращайся. Поправив ободок с антенками на голове, Ким спросил: – Ты не замёрз? Я думаю, что тебе уже можно одеться. – А ты хочешь, чтобы я оделся? Сквозь смущение поиграл Чон бровями, заставляя лицо Тэхёна ещё больше залиться румянцем. – Нет! То есть да! Я хотел сказать, что... – Что? Словно издеваясь, переспросил Чонгук. – А, к черту! Вскинув головой под «победный бдзыньк» решил внезапно стать честным Тэ, поддавшись моменту и собственной влюбленности. – Пожалуйста, скажи мне, что ты гей и что ты пытаешься флиртовать со мной, потому что я в шаге от того, чтобы признаться тебе в любви. Засмеявшись с такого милого и одновременно комичного сейчас вида Тэхёна, Чонгук прошептал: – Я абсолютно точно, без всяких сомнений, гей. И я думаю, что ты самая очаровательная пчела на всем белом свете. Послав в мозг умоляющий сигнал, состоящий из «пожалуйста, только бы не завизжать», Тэ глубоко вдохнул, чувствуя покалывание в кончиках пальцев. – Без этого костюма я могу быть ещё более очаровательным для тебя. Выпалил парень на одном дыхании. – Оу... Облизал Чонгук свои губы. – Я... Я уверен, что так и будет. Проследив взглядом за движением чужого языка, Ким неосознанно наклонился к парню чуть ближе. – Эй, эксгибиционисты и насекомые! Внезапно разрушил интимность атмосферы все ещё сидящий на рядом стоящем с диваном кресле Юнги. – Будьте добры залететь в отдельный улей или купить себе один билет до Эдема. Не уверен, что гостиная Намджуна подходящее место для публичного каминг-аута. Покраснев, внезапно вспомнив о том, что вокруг них много танцующих пьяных людей, Ким промямлил, посмотрев младшему в глаза: – Хочешь уйти от сюда? – Чертовски точно «да». Также тихо ответил Тэхёну Чон. – Тогда... Вызовем такси? – О, нет, я на байке. И если ты хочешь, то... Знаешь, я живу один... И, может быть, ты хотел бы...? – Да. Внезапно твёрдо сказал парень в костюме пчелы. – Чертовски точно «да». Одежда младшего обнаруживается прямо за тем самым горшком с деревом в коридоре. Тэхён несдержанно хихикает, пока Чонгук смущённо напяливает свои штаны. Но потом наступает очередь младшего издеваться. – Она... Она не помещается! – Брось, просто держись крепче. – Мы выглядим как идиоты! Хнычет на ухо Чонгука Ким, крепко обнимая парня за талию. Антенки с головы ему пришлось снять, чтобы Чонгук смог надеть на него шлем. – А, то есть до этого в гостиной мы выглядели нормально? Смеётся Чон. – Успокойся! Твоя поролоновая попка милая! Надувшись, Тэхён опустил свой подбородок на сильное плечо парня. – Надеюсь, что ты будешь думать так же и о моей не поролоновой попке! В этот момент, остановившись на светофоре, байкер неровно выдохнул, спрашивая: – Слушай, Тэхён... я просто хочу убедиться, что мы правильно поняли друг друга? – Мм? Приподняв брови, вопросительно промычал Ким. – Ну, ты нравишься мне. Как парень. И я тоже нравлюсь тебе. И мы... Чёрт, мы едем ко мне домой, поэтому... – Ох, Чонгук, конечно, да. Растаяв от неловкости Чона, ответил Тэхён. – Да? – Да, я хочу заняться с тобой сексом. – Хорошо. Да, это... Это то, что я хотел прояснить... Покраснев, Чонгук кивнул. – Боже... Протянул Тэхён на выдохе, обнимая парня чуть крепче. – Не будь таким невероятно милым, иначе я захочу быть сверху. – А кто сказал, что я против? Улыбнувшись, изогнул бровь Чонгук. – Мой костюм блядской пчелы. Засмеявшись в голос, так что в уголках его глаз даже собрались маленькие морщинки, Чон чуть не пропустил загоревшийся светофор. Водители, наблюдающие за тем, как супер крутой парень в косухе едет на байке с пчелой, всё не прекращали смеяться и фотографировать их на телефоны. Но Тэхёну на это уже было плевать. – Так, значит, ты... Открыт для всего? Намекая на продолжение прошлой темы, спросил он. – Да. Думаю, да. Хоть я, обычно, и в активной позиции. – Ох, чёрт, знаешь, я думаю, что ты, действительно, создан Господом. Вновь засмеявшись, Чонгук свернул с трассы в жилой район. – А ты Дьяволом, потому что когда ты пришёл в университет в той красной шёлковой рубашке в прошлом месяце, я думал, что сотру ладони в туалете. – Ну, что ж, это мой обычный вечер на пару с твоим инстаграмом. – Это самый приятный комплимент от пчелы в моей жизни. Затормозив у аптеки, Чонгук ему улыбнулся. – Ммм... Я не планировал сегодня ничего такого, поэтому... Не думаю, что у меня дома есть смазка и прочее. – Оу... Я тоже, потому что, ну, знаешь, я шёл на вечеринку в костюме пчелы. – Но даже в нем ты умудряешься выглядеть сексуально. Подмигнул старшему парень. – Вау, мистер Чон, да Вы и, правда, влюблены в меня, раз находите этот поролоновый зад сексуальным. Слезая с байка и направляясь к аптеке вслед за Чонгуком, самодовольно отметил Ким. – Ох, Мистер Ким, по уши. Признался Чон, открывая перед Тэхеном дверь. – Поверь, я влюблён в тебя по уши. Заглянув в окошко фармацевта, пчела спросил: – Здравствуйте, можно, пожалуйста, тюбик анальной смазки и упаковку презервативов? И на лице его сияла улыбка. Во время самого спонтанного и неловкого, но счастливого секса в жизни Ким Тэхёна, он добрых десять минут пытается избавить себя от мягкого жалка, чтобы, наконец, обнажить собственные ягодицы. А Чонгук ржёт, как сумасшедший, когда пытается его растянуть, замерев лицом прямо напротив чужого ануса, и чуть ли не хрюкает от хохота, потому что: – Медовая смазка. Тот чел из аптеки продал нам медовую смазку.