Ломаный контроль

      Тот факт, что Питер проснулся живым, здоровым и со всеми вещами на месте, самого Эванса обрадовал. Не то чтобы прям удивил, в конце концов он своему выбору доверяет, но, знаете, иногда стоит радоваться даже мелочам. Особенно если это мелочь — ваше здоровье, благополучие… И жизнь.       Жаль, конечно, что долго радоваться не получилось, Питер вспомнил про цель приезда и свой рабочий план. Возможно эта работа и воодушевляла бы его больше, если бы она не проходила в самом опасном городе, который он знает, и не выбивала бы его так сильно из прывычной колеи.       Собственно, если он собирается узнать что-то хорошее о Уэйне, что по каким-то причинам не всплывает, то начать ему стоит как можно раньше. Эванс не на столько наивен, насколько ему хотелось бы, поэтому он понимает, что не всплывает это самое хорошее по определённым причинам. Конкуренты, нелюбовь жителей, возможно нежелание самого Брюса оказываться в роли «хорошего парня» и чувствовать ещё большее давление от общества из-за того, что он занимается какой-то брехнёй.       Пока Питер собирается, а после всё-таки звонит Миллер, он продолжает размышлять на эту тему. Для него кажется всё более логичным то, насколько скрытный и одновременно развязный миллиардер. И, конечно, он не один такой умный, то тут то там на различных форумах и в газетах мелькали предположения о том, что своими действиями бедный Брюси пытается закрыть рану в сердце от потери родителей. Что глубоко в душе он несчастен и не подпускает никого к себе он тоже потому что боится потерять кого-то ещё близкого. Особенно в Готэме, где, если ты имеешь влияние, спать надо с врагами, а друзей и любимых прятать за семью замками так далеко, чтобы никто не знал, что они у тебя вообще есть.       Эванс хмыкает, отпивая чай, который он купил в каком-то кафе и морщится. Конечно, Питер не многого ожидал, когда покупал его за доллар, но он надеялся, что бариста хотя бы потрудятся использовать кипячёную воду и чай в пакетике, чтобы получить хоть что-то отдаленно напоминающее ему чай, а не слегка разогретое породие. Он не решился привозить свои запасы с собой, по большей части, потому что думал, что сможет нормально продержаться на местном чае, но теперь Эванс жалеет о своём решении. Это натуральная отрава, а на что-то более приличное он не готов раскошелиться.       Своё небольшое расследование он решает начать с чего-то относительно безопасного и, пожалуй, даже слишком очевидного. Госпиталь имени Томаса Уэйна — первая остановка журналиста для добычи информации. Здание находится в относительно спокойном месте и по слегка потертому граффити летучей мыши, Питер догадывается, что это место охраняется Бэтменом. Или охранялось когда-то, потому что знак выглядит, как будто его давно не обновляли. На форумах Готэма часто обсуждались эти граффити, и всё, что знает Эванс — оставляет его не сам герой, а преступники, чтобы предупредить друг друга. Очень мило с их стороны.       Питер очень надеется получить что-то полезное, хотя у него и слегка размытое представление о том, что он хочет узнать. Но если бы он сдавался каждый раз, когда начинал сомневаться в чем-то, он бы никогда и не переехал бы в Иллиак.       Журналист заходит в здание, полное пациентов и у него пробегают мурашки. Столько покалеченных, именно покалеченных, а не больных, людей он не ожидал увидеть, особенно с утра пораньше. Питер резко чувствует себя лишним, в своём коринчивом пальто и с пластиковой кружкой этого отборного жидкого кошмара, среди одетых в белое врачей и пациентов, которые почему-то находились в холле. Эванс не врач и даже не мед брат, но ему казалось, что они должны находиться в палатах. Хотя, что он может понимать. — Вам что-то нужно? — Обращается к нему одна из мед сестёр, выводя журналиста из ступора. Девушка ниже его почти на две головы, поэтому он легка удивляется её неожиданному появлению, но тут же берет себя в руки. — Да, я… Здравствуйте, меня зовут Питер Эванс, — Он протягивает руку, чтобы пожать её девушке, но так и не дожидается рукопожатия, поэтому убирает руку в карман, — Я журналист из Иллиака, и я хотел бы узнать… — он не успевает договорить, как его перебивают. — Мне всё ясно, — девушка смотрит на него раздражённо, — Послушайте, я не знаю, что вы о себе возомнили, но нет. Приходить наживаться на больных и раненых людях, выставлять их на публику, будто все и так не знают, что происходит в Готэме, — её голос сочился ядом, показывая, куда и как на долго она хочет отправить Эванса, — каким же лицемерным нужно быть человеком. — Вы не поняли, — Питер пытается объяснить, слегка сбитый с толку такой мгновенной реакцией, — Я тут вовсе не из-за пациентов. Ну, вообще-то от части, но не совсем. Я хотел узнать про Брюса Уэйна и его влияние на больницу. — Брюса Уэйна? — Девушка не кажется впечатленной от слова совсем, — Послушайте, чего бы вы не искали, я уверена, что тут вы этого не найдёте. Всё, что вам скажут — он обеспечивает эту больницу, но ничего более. Не посещает, не волонтерствует, ничего такого. Госпиталь не принадлежит ему, несмотря на фамилию в названии. Считайте это наследство его отца, за которым непутевый сын наблюдает из чистого уважения.       Сначала Эванс немного озадачен словами собеседницы, но через секунду до него доходит, и его лицо разглаживается. Конечно к нему будут относиться враждебно, он пришёл в место, в которое наверняка приходило ещё сотни журналистов за тем же, за чем пришёл и он. Хотя на самом деле Питер не уверен, за чем приходили другие, но, если судить по той же реакции, приходили они за драмой. Возможно после действий фриков типа Джокера. Эванс чувствует раздражение, когда представляет себе, как к уставшим и вымученным врачам пристают с расспросами, но никак это не показывает. Всё чего он хочет — качественно выполнить свою работу, если повезет — получить дальнейшее сотрудничество с Уэйн Интерпрайзис и вернуться домой. Тоже если повезет. Ему никак нельзя находить ещё одну причину возвращаться сюда или задерживаться, чтобы писать статью про тяжелую работу врачей в Готэме. — Я понял, прошу прощения, — выдыхает Эванс, и на секунду медсестра кажется удивлённой, но она тут же возвращает себе прежнее выражение лица, — До свидания, удачной вам работы. — До свидания, — доносится холодный ответ в спину Питера, когда он закрывает за собой двери Госпителя.       Оказавшись снаружи, Питер понимает, что ему придётся переделывать план. В его голову даже не приходило, что ему могут быть так не рады. Журналист привык, что люди, от которых он пытается получить информацию, довольно открыты и охотно делятся с ним всем, либо просят что-то материальное, и он все равно получает то, что хочет. Но похоже фраза «Это же Готэм, » — имеет чуть больше смысла, чем просто шутка. Что ж, это просто значит, что ему придется слегка изменить подход к работе.       Его посещает мысль связаться с его самым надежным источником, который, так уж получилось, был хакером, но он отказывается от этой мысли. Питер не хочет ввязывать парня в это, потому что, если Уэйн узнает, а с его ресурсами кто-то из его компании заметит и расскажет ему, то источнику придется худо. То есть, не то чтобы его могли поймать, хотя Питер уверен, что у Уэйна лучшая защита данных. В конце концов, его компания оценивается в миллиарды долларов, а некоторые файлы могут, если попадут в нужные руки, как немного ограбить принца Готэма, так и полностью его разорить. И всё же, парень хорош и никогда не недооценивает свои «цели», так что Питер уверен, что он был бы в порядке. Но это будет неоправданный риск, если информатор так ничего и не найдёт и ввяжется в проблемы с Уэйном. Хотя, если бы он нашёл что-то интересное, то возможно и стоило бы…       Эванс качает головой. Он уже думал об этом. И давно бы написал, если бы это было необходимо. С данными хакера ему не пришлось бы даже из города выезжать. И всё же он тут. Потому что точно не станет подвергать хоть какой-то опасности паренька. Он давно оценил все риски и преимущества и уже пришёл к определённому выводу.       И он бы с удовольствием расслабился бы и прекратил бы поиски, но Питер почти уверен, что не сможет даже в половину своих стандартов попасть, если будет писать статью только про благотворительный вечер и опираясь исключительно на интервью. Ну серьёзно, что там такого может быть? На благотворительные вечера Эванс у себя тоже ходил, можете поверить, ничего кроме парочки слухов или чего-то скучного, типа очередной измены, там не найти. А с учётом того, как ведёт себя Брюс Уэйн — от него тоже ничего добиться не получится.       Питер представляет себе интервью примерно так — он задаёт вопрос и ему шутливо отвечают, при этом, скорее всего, избегая острых углов, как это обычно делают богачи. Не важно, сказали ли им об этом их агенты по связи с общественностью, или они сами решили. Хотя есть стандартные вопросы, которые Эванс должен задать и один из них это «Есть ли темы, на которые вы не хотите говорить?». Даже если список будет не слишком большим, интервью всегда можно прервать, а его выгнать из здания, если вдруг Питер наступит на мину и заденет что-то неприятное.       Не помогает и то, что Питер до сих пор сам без понятия, о чем конкретно будет его статья. То есть да, Готэм, Уэйн и его компания, то что он делает и как влияет на город. Но это слишком размыто, и Питер надеялся получить подсказку уже тут, может какой-нибудь… Знак. Что-то, что намекнуло бы ему, в чем смысл этой статьи.       И, к собственному сожалению, Эванс ничего не делает наполовину, он всегда полностью отдает себя делу, даже если иногда и не заканчивает его до конца. Будь то защита близких, спорт или статья в небольшом городе, которую никто, кроме его жителей, не заметит, он сделает всё, что возможно, чтобы добиться наилучшего результата.       Журналист оглядывается по сторонам, достаёт телефон, и решает, что, раз уж напрямую достать то, что ему нужно, не получается, он попробует сменить тактику расследования. Ничего серьёзного он сделать не сможет, да и не очень хочет, поэтому решает пока отправиться туда, где он может и отдохнуть, и убедить себя, что не просто уклоняется от работы.       Готэмская общественная библиотека, как помнит Питер, находится аж… На другой стороне города. Не самая приятная новость, но не может же ему всегда везти. И, как бы не хотелось Эвансу, пешком он будет добираться до туда если не весь день, то, как минимум, до вечера. Потому, единственно возможным вариантом осталось метро. Ну, то есть не единственно возможным, но такси ещё раз ловить — долго, дорого и необязательно. Он заплатил действительно щедро тому мужчине, и лишних пяти часов, а плюсом к тому и терпения, чтобы стоять в пробке, у него нет. Так что свои опасения насчет возможного нападения Крока, Джокера или кого-нибудь ещё, кому в психушке не сидится, Эванс аккуратно отодвинул.       Вход в метро был относительно близко и Питер добрался до него минут за двадцать. Карта, конечно, немного смутила его, некоторое время ушло, чтобы разобраться, что куда ведёт, но через час Эванс уже выходил из транспорта и направлялся к библиотеке. — Впечатляюще, — удивленно хмыкает Питер, оглядывая масштабы здания.       Массивные деревянные двери были приглашающе открыты, и, студенты, если Эванс не ошибается, это были именно они, входили и выходили из библиотеки. Что было немного неожиданно, потому что в век интернета разве все не ищут информацию на различных сайтах, сидя у себя дома? Но потом Питер замечает во что они одеты, как ходят, как ведут себя, и он распознает в этих зажатых движениях бедность. К недовольству Эванса, он видел её в лицо чаще, чем хотелось бы. Так что возможно они приходят сюда пользоваться библиотечными книгами или, Питер входит в здание, библиотечными компьютерами.       На самом деле, Эванс приятно удивлен, здание столько раз подвергалось захвату и нападениям, и он ожидал чего-то менее впечатляющего, чего-то более дешевого и легко заменяемого. Он решает посмотреть, кто же этим занимается, потому что может поклясться, что это не правительство. Они всегда ищут способ сэкономить, поэтому Питер сомневается, что для общественной библиотеки почему-то сделают исключение.       Он входит в здание, начинает осматривать его изнутри. И библиотека тут выглядит даже лучше, чем снаружи. Невероятно высокий потолок, всё помещение выполнено в каком-то из стилей 19 века, Питер не историк, определить точнее не может, и хорошо освещено. Несмотря на летающую пыль, потертые книги на полках и другие вещи, указывающие на старость здания, атмосфера в нём домашняя и очень уютная.       Вдоволь насладившись видом, журналист сразу же начинает искать библиотекаршу, чтобы узнать, где находится отдел с историческими книгами. Он замечает рыжеволосую девушку, которая сидит за закрытой стойкой и печатает в ноутбуке, и Питер предполагает, что она здесь работает. Если то, что сидит она там, где обычно сидят сотрудники, что-то говорит. Так что он решает подойти. — Прошу прощения за беспокойство, — как можно вежливее начинает Эванс и привлекает внимание сидящей, — вы здесь работаете? — Уточнить никогда не бывает лишним. — Да, я вас слушаю, — девушка снимает очки и осматривает Питера сверху вниз насколько это возможно, не вставая. Эванс подавляет желание нервно поправить свои. — Я просто хотел узнать, где находится отдел с историческими книгами Готэма, — секунду подумав, он добавляет, — то есть, о Готэме. Желательно за девятнадцатый век.       Если интернет не врет, то сам город был основан каким-то наемником ещё в 1635 году, но влияние четы Уэйнов начало появляться только через сотни лет. И именно они являются причиной экономической стабильности города, так как Уэйны очень активно вкладывались в промышленность на протяжении долгого времени. Но особых подробностей на сайтах не отыскать, и, несмотря на то, что Питер хотел сосредоточиться на влиянии одного конкретного Уэйна из двадцать первого века, если он начнет из далека, то, может быть, будет легче провести исследования. — Да, конечно, — девушка начинает выдвигать стул, или так думает журналист, пока не понимает, что она выезжает на коляске, — я покажу вам.       Питер чувствует себя немного неловко, но не из-за инвалидности собеседницы, он действительно очень часто освещал различные центры для помощи людям, или животным, которые должны получать особою помощь, а из-за того, что оторвал её от работы. Но, Эванс будет откровенен, он действительно не уверен, что сможет быстро найти нужный отсек сам, хотя он и прекрасно ориентируется в пространстве. Библиотека была действительно огромной. Так что Питер кивает, благодарит девушку и следует за ней.       Он старается держать свой шаг, чтобы идти с ней с одинаковой скоростью, и немного осматривается, когда с ним заговаривают: — Итак, откуда вы к нам пожаловали? — Девушка на секунду бросает на него свой взгляд, и Питер почти закатывает глаза. Конечно, первое, что у него спросит готэмец связано с тем, что он не из этих мест. — Это небольшой город, вы, вероятно, никогда не слышали про него, — немного расплывчато говорит Эванс, не слишком желая разбрасываться информацией о себе и зная, что отрицать очевидное бесполезно. С таксистом всё было иначе, у них есть негласное правило, и Питер знал, что никто не попытается его убить в отеле. Не по наводкам того мужчины точно, — Не то что бы это вообще имело значение. А что насчет вас? Вы здешняя? — Можно и так сказать, — в её голосе звучит скептицизм, Питер почти уверен, что это нарочно, — А по какому поводу вы приехали к нам? — Работа, — коротко кивает Эванс, — Хотя, это скорее туризм, — он хмыкает, думая о том, как на самом деле мало времени будет проводить за официальной частью работы, то есть интервью, и как много прогуливаясь по городу. — Неужели? — Собеседница звучит немного удивленно, — И что же это за работа такая, которая похожа на туризм? — Она оценивающе осматривает его, так, что Питер чувствует себя, словно сдает экзамен. И, по последующему взгляду, он понимает, что не сдал. — Сейчас я просто пытаюсь кое-что узнать, — и он недоговаривает по тем же причинам. И Питеру не было стыдно, что он опасался библиотекарши-инвалида. Ради всего святого, это Готэм, он читал про банду переодетых в старушек воров, и Эванс не собирался рисковать, какими абсурдными не казались страхи. Он правда хотел вернуться домой живым. — Ммм, — доносится до Питера, — мы на месте.       Эванс осматривает полки и хочет повеситься. Желательно прям на вот этой вот люстре. Потому что, какого черта? Такое количество литературы он сможет прочитать только за месяц, и то, если откажется покидать библиотеку. — Спасибо вам, — журналист всё равно благодарит, не её же это вина, и протягивает руку, — Питер Эванс, — он вспомнил, что не представился, — приятно с вами познакомиться, — Питер ещё раз осматривается, — будем часто видеться.       Девушка на секунду задерживает свой взгляд на руке Эванса, но тянет свою в ответ. — Барбара Гордон, — представляется она, — взаимно. Увидимся на выходе, — прощается девушка, выезжая за угол.       Эванс ещё раз переосмысливает свою жизнь и все выборы, которые привели его к такой ситуации, но решает, что его картотека дома не лучше, и он всё ещё жив, и сдается. Питер планирует провести здесь как минимум несколько часов, и им лучше быть продуктивным.