РОК-ЗВЕЗДА ИЗ МАФИИ

Тэ открыл глаза и сфокусировался на белом потолке, пока не стал его четко видеть. Затем он огляделся, убеждаясь, что находится в палате и после этого его взгляд упал на голову, которая мирно посапывала у него на руке. Черные волосы колечками завивались на кончиках и спадали на лицо Кима. Студент улыбнулся и, протянув руку, осторожно убрал прядки, после чего нежно погладил по щеке любимого. Тот завозился и открыл свои сонные глазки, а затем взглянул на старшего. — Тэ, ты очнулся, — обрадовался он, крепче сжимая его руку. — Как ты себя чувствуешь? — Нормально, — ответил тот. — По крайней мере шевелиться не больно. — Как же я рад, что ты жив! Ты не представляешь, как я испугался за тебя. Из глаз музыканта потекли слезы, и он потерся щекой о ладонь Тэ. Тот большим пальцем стер влажную дорожку, а другой рукой погладил его по волосам. — Не плачь, милый, — сказал он. — Все хорошо. Лучше расскажи, ты нашел Тайма? — Да, он прятался в доме своего дяди, — ответил тот. — Ты убил его? — Тэ, давай не будем об этом. Тебе нельзя волноваться. — Просто ответь: да или нет? — Да. — Надеюсь, ты там был не один? — Нет, со мной был Кинн. — Так вы помирились? — Не совсем, но я правда благодарен ему за помощь. — Ким, я был просто счастлив, если бы ты простил своего брата, ведь это так прекрасно, когда у тебя есть такая замечательная семья. — Ты моя семья и большего мне не нужно. — Но Кинн — мой лучший друг и я не хочу, чтобы вы оставались врагами. Ну, пожалуйста, ради меня. — Ну, хорошо, я не буду больше на него обижаться, но братских обнимашек от меня не жди. — Ким, ты такой милый, я так сильно люблю тебя. — А я тебя гораздо больше. Тэ потребовалось два месяца, чтобы полностью восстановить здоровье, а затем еще столько же, чтобы наверстать упущенное в универе. Радовало то, что Ким всегда был рядом и помогал во всем, даже Кинн подключился к подготовке друга к выпускным экзаменам. Никогда еще студент не чувствовал себя таким счастливым, ведь его окружили заботой самые дорогие ему люди. Огорчало лишь то, что ему предстоял серьезный разговор с отцом, потому как Тэ не хотел наследовать его бизнес и знал, что это сильно расстроит родителя. Однако Ким поддержал старшего и пообещал, что они вместе постараются убедить мужчину в правильности решения его сына. После того, как Кинн и Тэ получили свои дипломы, Танкхун подготовил им сюрприз в виде вечеринки на прогулочном теплоходе. Туда позвали всех близких друзей выпускников, а охрану доверили самым преданным телохранителям. Порш и Пит были освобождены от этой работы, потому как составляли компанию своим хозяевам. Бывший бармен решил вспомнить свои прошлые навыки и приготовил для всех индивидуальные коктейли. Пока все наслаждались напитками, Ким подошел к микрофону и, взяв гитару, сказал: — Прошу минутку внимания. Я написал новую песню и хочу посвятить ее одному очень важному для меня человеку, которому навсегда отдал свое сердце. — О, Тэ, это он про тебя, — сказал Кхун, похлопав его по плечу. Музыкант прошелся по струнам и его нежный голос опьянил присутствующих не хуже алкоголя. Песня и правда вышла потрясающей, наполненной чувствами, поэтому всем она пришлась по душе. Тэ смотрел на младшего с такой любовью, что слезы счастья сами выступили на глаза. После того, как смолк последний аккорд, Ким положил гитару и подошел к своему парню. Не нужно было слов, чтобы понять, что творилось у каждого на душе, ведь все их чувства отражались в глазах. Младший взял в свои ладони лицо старшего и нежно поцеловал его в губы. Тэ обнял его за талию и углубил поцелуй, ни капли не смутившись даже в тот момент, когда все радостно зашумели. Порш с Кинном выпили на брудершафт и тоже слились в нежном поцелуе. Танкхун крепко обнял Пита со спины и поцеловал его в висок. Парнишка был пунцовый от стеснения, ведь они впервые показали всем свои отношения, поэтому старший не стал стеснять его еще больше откровенным поцелуем. Эту трогательную и романтичную атмосферу украсил праздничный салют, под который все чокались бокалами и загадывали желания. Однако веселье осталось позади и наступил тот день, когда нужно было решительно отстоять свои права на личную жизнь перед отцом. Тэ сильно переживал по этому поводу, ведь он никогда еще не выступал против воли родителя. В принципе у них были хорошие отношения, и сын не хотел их портить, но он также сильно желал быть с любимым, а это могло не понравиться его отцу. Ким всю дорогу держал старшего за руку и говорил подбадривающие слова, но каково же было их удивление, когда, войдя в дом, парни увидели своих отцов, сидящих за столом и распивающих виски. — Папа? — удивленно захлопал глазами Тэ, позабыв все слова, что хотел ему сказать. — Здравствуй, сын, — улыбаясь, ответил тот. — Как видишь, я тут не один, поэтому прояви уважение. — О, простите. Здравствуйте, господин Корн. — Здравствуй, Тэ, — добродушно кивнул тот. — Отец, а что ты тут делаешь? — спросил Ким. — Приехал навестить друга, а что? — Как-то подозрительно, что ты это сделал именно сегодня. Кхун проболтался? — Не вини брата, ведь он так сильно любит тебя, что прям-таки умолял помочь. — Блин. — Эмм, все это интересно, но может, объясните, что происходит? — спросил Тэ. — Сын, после того, как ты начал встречаться с Кимом, я понял, что ты не захочешь наследовать мой бизнес, — начал его отец. — Не скрою, меня это расстроило, ведь других сыновей у меня нет. — Папа… — Подожди. Однако, после того, как он два раза тебя спас от смерти, я также понял, что никакие деньги не заменят мне родного сына. Поэтому я решил в будущем передать бизнес господину Корну, но проценты с него будут капать на твой счет. — О, папа, — и Тэ кинулся в объятия родителю. — Ты правда не сердишься на меня? — Как я могу, ведь ты — мой единственный сын и твое счастье для меня превыше всего. — Ну, что, дружище, — сказал отец Кима, поднимая бокал. — Думаю, нам стоит отметить это дело. После того, как все деловые вопросы были решены, младший повез Тэ на романтическую прогулку. Они давно уже покинули пределы города и остановились у ворот какой-то фермы. Ким повел старшего внутрь и попросил его подождать возле загона. Минут через десять он стремительно ворвался туда на черном жеребце и, лихо описав круг, остановился возле своего парня. — Ким, это просто потрясающе! — восторженно выдохнул тот. — Подожди, я хочу сфоткать тебя. Старший достал телефон и сделал несколько удачных снимков, а затем включил видео и попросил еще немного покататься на коне. — Блин, ты так сексуально смотришься верхом, — восхищенно сказал Тэ, глядя на младшего. Тот улыбнулся в ответ и протянул руку. — Чего? — не понял тот. — Залезай, — ответил Ким. — Ой, думаю, это плохая идея. — Да ладно, тут нет ничего сложного. Я помогу тебе освоиться. Старший с опаской посмотрел сначала на коня, потом на своего парня, а затем осторожно схватившись за его руку, забрался в седло. Музыкант одной рукой обхватил его за талию, а другой взял поводья и толкнул коня ногами по бокам, заставляя того двигаться вперед. Тэ от страха вцепился в края седла, но младший его успокоил, осыпав ухо и шею нежными поцелуями. Как только они выехали из загона, Ким пустил жеребца легким бегом так, что обоим парням пришлось двигаться ему в такт. Такая близость и адреналин от скачки сильно возбудили старшего и он, откинув голову на плечо музыканта, оторвал одну руку от седла и обнял его за шею. Младший остановился возле стога сена и, спрыгнув с жеребца, помог спуститься своему парню, схватив его за талию, а затем крепко прижав к себе. Их губы слились в нежном поцелуе, который вскоре перерос в неудержимую страсть. Ким вынул из дорожной сумки, прикрепленной к седлу, большое покрывало и расстелил его на мягкую поверхность сена. Легонько шлепнув коня по боку, он отправил его пастись на луг, а сам улегся рядом со своим любимым. Музыкант расстегнул его рубашку и губами проложил влажную дорожку от шеи до затвердевших сосков. Пульс Тэ зашкаливал от нахлынувшего возбуждения, и он помог своему парню снять куртку с футболкой, а затем принялся за ремень на его штанах. Однако Ким спустился ниже, оставляя засосы на животе и попутно расстегивая ширинку. Приподняв старшего за попку, он стянул с него штаны вместе с боксерами и, раздвинув его ноги, принялся языком ласкать его возбужденный член. Тело Тэ соблазнительно извивалось от чувственных прикосновений, а его стоны усиливались по мере проникновения в него пальцев младшего. Когда он был достаточно разработан, музыкант лег на спину и, надев на свой член презерватив, насадил на него старшего. От резкого толчка Тэ прогнулся в пояснице, вцепившись в плечи Кима, а затем сам начал двигаться. Белая рубашка спала с его плеч, а ветерок слегка развевал его волосы, отчего образ наездника стал еще более возбуждающим. Младший схватил его за упругие половинки и ускорил темп. Чувственные стоны стали громче и старший наклонился, соприкасаясь своим возбужденным членом о рельефный пресс музыканта. Тот языком дразнил его соски, до основания входя в узкую дырочку. Тэ больше не мог сдерживать себя и, впившись в раскрасневшиеся губы младшего, излился ему на живот первым. Ким ускорился и через несколько секунд кончил в старшего, крепко прижимая его к себе. Тот упал ему на грудь, пытаясь отдышаться и упиваясь звуками бешеного ритма любимого сердца. Голубое небо, изумрудная трава и нежные объятия довершали момент счастья и как оказалось, сюрпризы на этом не закончились. Ким достал из кармана куртки бархатную коробочку с парными кольцами, а затем сказал: — Тэ, я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Как думаешь, это возможно? — Ты сейчас делаешь мне предложение? — удивился тот. — Блин, я умею сочинять стихи к песням, но не могу красиво признаться в чувствах. Просто ответь, ты согласен быть со мною всю оставшуюся жизнь? — Ким, ну, конечно да! Младшему понадобился месяц, чтобы уладить деловые вопросы со своими менеджерами и перенести студию на Мальдивы, где он приобрел уютное бунгало. Теплое солнце, золотой песок и лазурные воды океана — все, что нужно для беззаботной жизни двух влюбленных. Вскоре их соседом стал Танкхун, который привез с собой Пита. Теперь у Тэ появилась компания, с которой он мог часами смотреть сериалы, пока Ким работал в студии. Он решил стать продюсером и писать песни для других, что пошло только на пользу семейному бюджету. В один из теплых дней, когда парочки нежились на шезлонгах возле воды, попивая прохладные напитки, к ним нагрянули гости. Две высокие стройные фигуры в шортах и футболках не спеша шли босиком по линии прибоя. По мере их приближения угадывались черты Кинна и его парня, Порша. Увидев их, Кхун поднял солнечные очки на лоб и округлил глаза от удивления, но в отличии от него, Ким недовольно взглянул на брата. Парочка остановилась в нескольких шагах от отдыхающих и только Пит с радостью кинулся обнимать своего друга. — Порш! — воскликнул он. — Как же я рад тебя видеть! — И я тебя, дружище! — расплылся в улыбке тот. — Кхун, об этом сюрпризе ты говорил? Это просто здорово! — Вообще-то нет, — ответил тот. — Кхун, твоих рук дело? — спросил Ким. — Да говорю же, я понятия не имею, как они тут оказались! Кинн, как ты узнал об этом месте? — Это я ему рассказал, — ответил Тэ и двое братьев недоуменно уставились на него. — Ну, а что? Я подумал, было бы неплохо собраться всем вместе и отметить день рождения Кима. — Блин, я планировал совсем другой сюрприз, — возмутился старший брат. — Какая у меня радушная семья, — сказал Кинн. — Что совсем никто не рад меня видеть? — Ну, о чем ты, друг, я очень рад, — сказал Тэ, подходя к нему и крепко обнимая. — Фух, прям от души отлегло. — На самом деле твои братья тоже рады, только пока еще не поняли этого. — Оно и видно, свалился как снег на голову. — Вот точно подмечено, — сказал Кхун. — Здесь снега совсем не бывает. Парни еще немного пообщались, затем искупались, дурачась в воде, а когда стемнело, пошли к дому Тэ и Кима, где их уже ждал накрытый стол. Старший включил гирлянды, развешенные на деревьях, создавая романтическую атмосферу. Непринужденные беседы, поздравительные тосты и веселый смех не смолкали до поздней ночи. Захмелевшие парни устроили дискотеку, а именинник как всегда спел под гитару несколько новых песен. Когда Тэ танцевал вместе с Питом, Кхуном и Поршем, Кинн подсел к младшему брату, и положив руку на плечо, сказал: — Ким, прости меня. — Воу, метеорит что ли на Землю падает? — удивился тот, разглядывая звездное небо. — Я серьезно. Кхун рассказал мне о твоей обиде. Поверь, если бы я знал тогда о твоих чувствах к тому телохранителю, то не стал трогать его. Признаю, я всегда завидовал твоей ловкости и быстроте, но никогда не желал причинить тебе боль. — Все в прошлом, Кинн. Мы больше не соперники. — Нет, мне важно, чтобы ты простил меня. Давай с этого дня зароем топор войны и будем обычными братьями, что скажешь? — Скажу, что ты — большая заноза в моей заднице, от которой мне, по всей видимости, никогда не избавиться. — Это значит, я прощен? — Давай выпьем и забудем о прошлом. — Согласен! С днем рождения, братишка. Улыбнувшись, Кинн притянул к себе младшего за голову и уперся своим лбом в его лоб, после чего они чокнулись бокалами и выпили их содержимое до дна. Счастью Тэ не было предела, глядя на примирившихся братьев и когда музыкант пригласил его на танец, заискивающе спросил: — Ты ведь не обижаешься на меня? — Как я могу обижаться на того, кто заботится о моем сердце? — ответил тот, сильнее прижимая старшего к себе. — О, милый, а говорил, что не умеешь делать красивые признания. — Тэ, спасибо тебе за все. Я люблю тебя. — А я тебя в сто тысяч раз больше. — А вот и нет! — толкнул их своим задом Танкхун. — Никто не может любить вас всех сильнее меня!