Практически платонически

      — Мо-о-орти!       Он окончательно проснулся, когда оказался придавлен к своей кровати тяжелой тушей пьяного деда. Сначала его окатило волной перегара, после чего он уже смог различить другие «тонкие» нотки ароматов. От Рика несло бухлом, потом и сексом.       — Какого хуя, Рик?! — Морти отодвинулся насколько смог, отпихивая прижавшуюся к его груди лохматую голову. — Вали к себе в комнату!       — П-почему ты такой жестокий? — Рик цеплялся за него руками, отказываясь двигаться с места.       — Ты в хлам! И от тебя воняет! — Морти все же удалось выползти из пьяных объятий, и он дотянулся до ночника, озарившего комнату слабым светом.       Перед глазами открылось жалкое зрелище в виде скрючившегося на кровати пьяного деда. Его халат был весь в каких-то мерзких пятнах, и некоторые из них до сих пор подозрительно лоснились, пачкая одеяло.       — Фу, Рик, — Морти попытался столкнуть деда с кровати. — Почему ты приперся в мою комнату? Не мог уже выспаться там, где… хорошо проводил время?       — Я н-не могу без тебя… — Рик рухнул на пол, — …спать.       — Да все ты можешь, особенно, если так нажрешься! — Морти посмотрел сверху вниз на валяющегося на полу деда.       — Я оч-чень страдаю. Пожалей дедушку, — Рик протянул ему руку.       — Иди хотя бы вымойся, ты весь в каком-то дерьме.       — Эт-то не дерьмо, М-морти, это слизь каризианских женщин… или м-мужчин, я не ебу, точнее ебал, но….       — Блядь, я не хочу з-знать! Вали уже в душ, — Морти скривился, вляпавшись рукой в пятно, которое Рик все-таки оставил на его одеяле.       — Ты ужасный тиран, Мор-рти, — Рик перекатился на четвереньки, и затем поднялся, опираясь о кровать. — С-совсем не любишь дедушку.       Он поковылял из комнаты, жалуясь на жестокость внука. Морти только покачал головой и уронил лицо в ладони, но тут же отдернул руку, потому что она все еще была в той слизи.       — Фееее, — он брезгливо начал стаскивать грязный пододеяльник, — ну что за свинья…       Морти надеялся, что Рик не собирается возвращаться, и потеряется где-нибудь по дороге. Он перестелил постель и залез под одеяло, все-таки не став выключать ночник. Была вероятность, что Рик припрется обратно.       Так и произошло. Морти уже почти задремал, когда дверь открылась. На пороге возник Рик. В пижаме! Он стоял с видом побитой собаки. Побитой и мокрой собаки. Торчащие обычно волосы были влажными и понуро свисали вниз, закрывая лоб. Морти закатил глаза, наблюдая за этим спектаклем мнимого раскаяния. Он уже знал, что проще смириться, чем орать после каждого проеба деда. Морти молча откинул край своего одеяла.       Рик сразу же взбодрился и закрыл за собой дверь, теряя весь налет раскаяния. Он прошелся лежащим на плечах полотенцем по волосам, придавая им более привычный вид, отбросил его на спинку стула и довольно резво для пьяного в хлам забрался в кровать, прижимая свои холодные ступни к ногам внука. Морти зашипел и попытался пнуть его, но Рик с легкостью зафиксировал его ноги своими.       — Ну ты и псина подлая, — обреченно сказал Морти. — Выключи свет.       Когда комната погрузилась во тьму, а Рик снова уложил голову ему на грудь, обхватив руками, Морти наконец почувствовал спокойствие. Он не признавался себе, но трехдневный загул Рика немного заставил его понервничать. Конечно, он знал, что дед просто улетел в свое одиночное рандеву по барам и борделям, но они прошли слишком многое, чтобы не опасаться какого-то неожиданного говна, в которое обычно влезал Рик.       Морти погладил его по влажным волосам, и Рик довольно вздохнул.       — Ну и чего ты такой тихий? — не выдержал он, когда дед так и не сказал ни слова после своего эпичного возвращения из ванной.       — Я заебался, Морти, во всех смыслах, сечешь? — сразу заухмылялся Рик, будто только и ждал вопроса. — Я поставил рекорд, нахуй.       — Господи, даже не хочу знать, в чем, — тихо пробормотал себе под нос Морти.       Но Рик услышал и ответил:       — И правильно, ты еще маленький для такого, пес.       Морти промолчал, не став напоминать про приключения, где никто не вспоминал о его возрасте, и уже жалея, что о чем-то спросил Рика, того понесло пересказывать события прошедших трех дней.       «Это самая всратая сказка на ночь, которую можно придумать», — думал Морти, начиная засыпать под болтовню Рика о том, как у каризиан выделяется смазка.       — … вот поэтому я так редко беру тебя в такие приключения, в прошлый раз не считается, все было под контролем, — Морти уловил отрывок, касающийся себя, и постарался прислушаться. — И в позапрошлый раз тоже не считается. Это вообще другое. И я заебался отгонять от тебя каких-то озабоченных мудаков…       Морти мысленно усмехнулся, вспоминая свои первые подобные приключения, когда Рик стал брать его развлечься. Это происходило не часто. Там ему давалась свобода действий и даже позволялось выпить. В остальных же случаях Рик довольно лицемерно это не одобрял, приводя в пример плохую наследственность. Хотя Морти не сильно-то и любил алкоголь, но пара коктейлей раз в месяц не были чем-то катастрофичным. Он больше надеялся подцепить какую-нибудь инопланетную цыпочку. Пару раз такое случалось, но, к его безмерному огорчению, на него клевали в основном какие-то мерзкие типы явно мужского пола. Как же Морти сначала истерил… Но потом практически смирился и старался держаться поближе к Рику, если кто-то настойчивый не принимал отказ с первого раза.       Конечно, ему перепадало от симпатичных инопланетянок, но чисто статистически мужики клеились к нему чаще. Он уже начал задумываться, а не принять ли предложение от симпатичного инопланетянина, но пока все попытки были не очень удачными.       Вот в упомянутый Риком позапрошлый раз он почти пустился во все тяжкие, но что-то пошло не так.       Рик как обычно уже выпил половину бара и как ни в чем не бывало уединился с кем-то в VIP-комнате. Морти такой огромной устойчивостью к алкоголю не обладал, поэтому медленно потягивал коктейль за барной стойкой. И время от времени вежливо спроваживал подкатывающих к нему инопланетян. Некоторые были даже похожи на людей. Он задумался, чем их всех так привлекает. Может, желтый цвет означает что-то такое, чего он не знает? Надо будет спросить у Рика.       Его размышления прервало вежливое покашливание. Он оторвал взгляд от бокала, который разглядывал, и посмотрел на остановившегося рядом инопланетянина. Удивительно, но этот как раз был похож на человека, только с голубоватой кожей и парой едва заметных рожек на лбу. Ну и выглядел моложе его обычных «поклонников».       — Привет. Можно тебя угостить?       — Эм, — Морти немного завис, судорожно соображая, нужно ли его тоже отшить или все-таки дать себе шанс расширить… кругозор. — П-привет. Да, можно.       Инопланетянин сверкнул улыбкой и махнул бармену, делая заказ.       — Я Тони, — он уселся на соседний стул.       — Морти. Это твое настоящее имя?       — Сокращенный вариант, полное мало кто может выговорить.       Перед Морти возник высокий бокал с каким-то ярко-желтым коктейлем. Ну точно, с этим цветом что-то не так. А его спутник заказал себе то же крепкое пойло, что тут пил Рик. Он ухмыльнулся, сверкнув чуть серебристыми глазами, и приподнял бокал.       — За приятное знакомство?       — Ага.       Главным отличием от знакомства с девушками было то, что ему не надо было панически искать темы для беседы, чтобы затем перейти в более интимную обстановку. Собеседник умело управлял разговором, и оба знали, что последует за этим. Для храбрости Морти выпил еще один коктейль, любезно заказанный Тони. Этот был крепче, и его слегка повело.       Он даже не совсем понял, как они оказались в коридоре с VIP-комнатами, и Тони прижимал его к стене, засунув язык так глубоко в рот, что у Морти слабели колени. Он простонал в поцелуй, когда почувствовал, как под его футболку пробралась горячая рука и огладила живот. Морти тоже потянулся к рубашке Тони, вытаскивая ее из брюк. Он уже почти расстегнул пуговицу, когда от него резко оторвали источник удовольствия. Их поцелуй разорвался с громким чмоком. Лишившийся опоры Морти чуть не сполз вниз, но вовремя схватился за стену и сфокусировал взгляд на том, кто их прервал.       Он даже немного протрезвел, когда увидел взбешенного Рика, который сжимал побелевшими пальцами плечо Тони. Он прижимал его к противоположной стене узкого коридора.       — Какого хрена, Р-Рик?!       — Какого хрена? Это я должен спросить какого хрена! Это мужик, Морти!       — Я знаю! Когда ты стал ханжой? Блин, отпусти его.       — Ханжой? А кто недавно истерил и прятался за дедушку, когда на него как-то не так посмотрел тот страшный дяденька? И как я должен был отреагировать, когда увидел, что моего внука зажимает какой-то мудак?       — Вообще-то все было по обоюдному согласию, — подал голос Тони, наконец оправившись от шока.       — А ты заткнись, пока я тебе яйца не оторвал, — Рик еще раз приложил его о стену.       — Рик! — Морти понял, что его лучше сейчас не бесить еще больше, и осторожно потянул за рукав. — Пойдем. Вышло нед-недоразумение.       — Это ты, блядь, ходячее недоразумение, — Рик наконец отпустил Тони и бросил на него предостерегающий взгляд.       — Извини, — Морти виновато улыбнулся охреневшему от произошедшего инопланетянину и потянул Рика к выходу.       Тот не стал сопротивляться, но Морти чувствовал исходящее от него раздражение. Дорога домой прошла в наэлектризованной тишине. Морти решил, что в следующий раз точно никаких экспериментов.       Но когда все шло так, как он планировал? Это был тот самый упомянутый Риком прошлый раз. Тогда дед не уединялся где-то в випке, потому что их вообще не было в этом заведении, а сидел на диванчике с двумя неопознанного вида инопланетянками. Он о чем-то вдохновенно пиздел, время от времени отвлекаясь на их сиськи или прикладываясь к бутылке.       По негласной договоренности Морти ему не мешал и искал себе приключения сам. А если не хотел, то просто сидел за барной стойкой и иногда дрыгался на танцполе. В данный момент было настроение для танцпола, тем более народ собрался довольно веселый, да и музыка была что надо. В Морти снова плескалась пара коктейлей, что делало происходящее вокруг еще лучше.       Он сначала танцевал с какой-то милой хвостатой девушкой, потом к ним присоединились ее друзья, среди которых оказался очень высокий и широкоплечий… антропоморфный пес? Морти не знал, что у него за инопланетная раса, но он был очень похож на Анубиса с картинок из книги про мифы древнего Египта. Только очень сексуального Анубиса.       После очередного танца Морти отошел в туалет. Судя по звукам, в одной из кабинок кто-то трахался. Но, видимо, это было нормально, потому что никто из находившихся в туалете не обращал внимания. Он подошел к раковине вымыть руки, когда уловил в зеркале движение. В голове всплыли не очень приятные воспоминания про короля Джеллибина, он дернулся, готовый дать отпор, но потом узнал своего знакомого «Анубиса», которого на самом деле звали Мортхом. Его друзья были в восторге, когда Морти представился, и решили, что их имена вместе звучали мило: «Мортх и Морти».       Они встретились взглядами в зеркале, и Мортх криво ухмыльнулся, что на его слегка вытянутом лице смотрелось похоже на оскал. Морти очень старался не сравнивать его с псом, но сходство было слишком очевидным, хотя это и не касалось остального тела. Он на секунду задумался, каково будет с ним целоваться, и очень быстро получил на это ответ. Мортх подошел вплотную, оперевшись руками с обеих сторон и прижимая Морти к умывальнику. Он наклонился и прошелся носом за его ухом, шумно выдыхая. По спине Морти пробежал табун мурашек, он ничего не успел сказать, как его развернули и посадили на столешницу между раковинами.       — Воу! — Морти схватился за плечи Мортха, ошарашенно разглядывая его лицо перед собой. Тот встал у него между коленей, по-хозяйски устроив руки на бедрах. Морти не ожидал такого резкого поворота, не будучи уверенным, что подавал какие-то сигналы симпатии, он ведь просто танцевал и веселился.       — Как насчет приятно провести время? — влажный широкий язык прошелся по его шее.       — Эм, ну… — Морти реально не был уверен, что готов к такому, но любопытство подстегивало согласиться.       Хотя ему и не дали высказать более четкий ответ, все тот же язык проник в его рот, буквально вылизывая изнутри. Что ж, зато теперь он знал, каково с ним целоваться. Морти закрыл глаза и поднял ладони выше, проходясь пальцами по крепкой шее вверх к острым ушам Мортха, было так странно ощущать шерсть. Кажется, он еще не совсем избавился от того самого планетарного мышления, о котором твердил Рик. Вообще, все эти вылазки напоминали попытки Рика приучить его ко всем странностям Вселенной, словно он брал его выгулять и научить жизни. Морти одернул себя, потому что мысли о Рике сейчас были не совсем в тему. Ну, так он думал, пока не услышал деликатное покашливание справа.       — Я не помешал? — Рик включил воду и как ни в чем не бывало принялся мыть руки.       Морти распахнул глаза и отдернулся от Мортха, который тоже посмотрел на Рика, только его взгляд не предвещал ничего хорошего.       — Помешал.       — Какая жалость. Ну вы продолжайте-продолжайте.       — Р-Рик!       — Что такое, Морти? Дедушка учел твои пожелания и, как видишь, сначала поинтересовался, не нужно ли тебя снова спасать, — Рик поднес руки к сушилке, сохраняя на лице притворно-милое выражение.       — Шел бы ты отсюда, старик, — рыкнул Мортх.       — Но серьезно, Морти, псина? Не думал, что ты фурриеб, — Рик проигнорировал Мортха, будто его здесь не было, продолжая разговор с внуком.       — Блядь, кто бы говорил! От конееба и планетоеба слышу.       Рик прищурился, готовый выдать новую порцию оскорблений, но его опередил Мортх, двинувшийся в его сторону.       — О, нет-нет-нет, — Морти спрыгнул с умывальника, подскакивая к ним. — Мортх, извини, но ничего не выйдет, нам с ДЕДУШКОЙ уже пора.       Он замер между ними, Рик был выше него, но Мортх был даже выше Рика. Морти вдруг почувствовал себя таким маленьким, что вряд ли он как-то сможет повлиять на исход событий, если конфликт продолжится, его просто откинут одним движением, чтобы он не мешал. И тогда у Рика будет повод прикончить Мортха. Будто ему вообще когда-то был нужен повод… Но его несостоявшийся любовник (Морти почувствовал, как краснеют его уши только от этой мысли) посмотрел на него сверху вниз и отступил.       — Что ж, приятно было познакомиться, Морти. Если будешь еще на Каросе, буду рад продолжить знакомство, — он провел ладонью по его щеке и ухмыльнулся, чуть обнажив клыки.       — Ага, — пробормотал Морти, глядя ему вслед, когда тот вышел из туалета.       Молча наблюдавший за этим Рик фыркнул, отчего Морти вздрогнул, уже забыв, что тот стоит рядом.       — У тебя что, сайз-кинк? Ты представь, какой у него член. Он в тебя не поместится, Морти! Или ты надеялся сам ему присунуть?       — Боже, Рик! — Морти пихнул деда в плечо и повернулся к раковине, чтобы плеснуть себе в лицо воды и немного прийти в себя после столь резкого развития событий.       — Что? Нужно анализировать входящие данные, особенно, если они потенциально буквально «входящие», — Рик хмыкнул, довольный своим каламбуром.       Морти не поддался на подначку и постарался как можно безразличней ответить:       — Полетели уже домой, Рик. Или ты еще не закончил?       — О, я очень хорошо закончил. Конечно, можно было бы продолжить, но некоторые мелкие говнюки не дают мне окончательно расслабиться.       — Тогда зачем ты меня с собой берешь? — он смотрел на Рика в отражении зеркала, все еще опираясь на раковину. Ему действительно было интересно, прав ли он в своих догадках.       — Кто, если не я, научит тебя жизни, Морти? Это мой долг как дедушки — всему тебя научить. Например, думать, с кем ты собрался поебаться, прежде, чем он снимет штаны. Да у него наверняка собачий член. Тебе нравятся собачьи члены, Морти? — похоже, Рик откровенно наслаждался этим разговором и не собирался отвечать серьезно.       — Рик! Хватит говорить про это! Из нас двоих, похоже, тебя они больше интересуют.       — Ауч, когда ты стал таким дерзким? — Рик приобнял его за плечи. — Расскажешь дедушке, что же такое произошло, почему тебя потянуло на собак? Это потому, что я называю тебя псом?       — О, Господи! — Морти скинул его руку и зашагал к выходу, слыша позади смех Рика.       Дорога домой прошла под непрекращающийся пиздеж деда.       И сейчас Морти лежал в своей кровати, вспоминая эти приключения и обнимая наполовину заползшего на него Рика. И ни о чем не жалел. Этот старый мудак был его самым родным человеком во Вселенной, со всеми его подколками, загонами и ебанутой моралью. А он надеялся остаться тем, к кому Рик всегда будет возвращаться, сколько бы времени ни прошло, и где бы его ни носило.