мой личный демон

– Предательница, – грязно выговаривается мужчина над стоящей на коленях девушкой. Он ходит из стороны в сторону, выплёвывая грубости и пыхтя себе под нос что-то возмутительное и гневное, размахивая руками. Её сердце пускает вибрацию по грудной клетке своим стуком. Девушка часто дышит, а мысли, вот-вот рождаясь, моментально путаются в голове. Она сердито смотрит на мужчину впереди и хмурится, чувствуя, как злость, накапливаясь, плавится в висках. Кира сглотнула и свела брови, закусывая свои губы от сильного прилива тревоги. Если бы кто-то задал ей вопрос, повторила ли бы она эту «ошибку», за которую сейчас расплачивается, снова, она бы не раздумывая согласилась. Несмотря ни на что, упрямо действовала бы по-своему, не тратя ни секунды на сожаления. Потому что те ощущения, что она для себя открыла, ощущения, которые не позволено ей испытывать, хочется как наркотик, чувствовать всем телом. Больше и больше. Это сравнимо с гигантской волной в штормующем море, которая накрывает с головой, засасывая в себя. С захватывающим чувством, когда катаешься на американских горках, и тебе очень-очень нравится. Чувством, из которого не выбраться. Или не хочется выбираться. – Как ты могла? – девушка руки сжимает сильнее лишь на эти слова. Ноги затекли из-за непривычной позы, колени болезненно ломит. Алая струйка крови стекает по щеке, окрашивая бледную кожу. – Это великий грех! – И в чём же он заключается? – Кира голову бесстрашно вскидывает, смотря в чужие глаза с вызовом. Ответный взгляд сочился неприязнью. – Неужели теперь и любовь – грех, – глаза невольно слезятся. Точно не из-за страха перед людьми, стоящими над ней и вершащими суд над ангелом. Из-за несправедливости. Из-за того, что кто-то возомнил себя всевышним, регулируя, что кому можно и нельзя. – Это неправильная любовь. Мужчина молчит некоторое время, презрительно оглядывая всех присутствующих. Тишина противно давит на уши, а люди переглядываются между собой, ожидая продолжения. – Любви между ангелом и демоном быть не может, – Кира на эти слова хрипло смеётся. Думает, как же она устала слышать эти слова всю свою жизнь. Как утомительно, как раздражающе. Как утомительно и раздражающе. «... – Ты же понимаешь, что с тобой станет, если нас поймают, – Лиза лежит на чужой груди, вырисовывая пальцем осторожные движения на бледной коже. Размышляет, хмурится на свой же вопрос. – Прекрасно понимаю, – Кира перехватывает мягкую ладонь и подносит к своим губам, оставляя слабый поцелуй на тыльной стороне кисти. – Но лучше я паду, чем откажусь от тебя, – смотрит уверенно в чужие карие глаза, хотя сама чувствует тот страх, что сковывает изнутри обеих. Демон притягивает к себе партнёршу за подбородок и гладит её по шелковистым светлым волосам, подбадривающе натягивая милую улыбку. Девушка в её руках заглядывает в глаза, кажется, затрагивая этим взглядом душу. У обеих трепещет сердце друг от друга, вызывая в животе от бури чувств щекотку. Демон медленно перекладывает свои руки на чужие плечи, чуть сжимая их. Обводит взглядом красивое лицо, наслаждаясь этим видом, запечатляет момент подетально, и затем бесстыдно впивается в светло-розовые губы своего ангела. Без сильного напора, будто спрашивая разрешение прикусывает нижнюю, раскрывает губы напротив, проникая внутрь языком. Она проходится по ровному ряду зубов, переплетает языки в танце. Ангел берёт в ладони чужие скулы, перенимая инициативу полностью в свои руки. Она притягивает девушку ближе к себе, словно желает полностью раствориться в ней. Худое тело подрагивает, чувствуя чужие тёплые руки на коже собственных бёдер. Кира языком проводит по чужим губам, опускаясь поцелуями-бабочками к подбородку, ощущая табун мурашек под ладонями. Ей это так нравится. То, как с виду холодный, равнодушный демон, мелко дрожит в руках ангела, тает, словно лёд под палящем солнцем. Они никогда не говорили друг другу «Люблю», но их действия говорят намного больше, нежели какие-то бесполезные слова. Между ними особая связь, на другом уровне. Именно поэтому, если Киру спросят: «Готова ли ты отдать за неё свои белоснежные крылья, положение в обществе и даже жизнь?» – она без промедления ответит: «Да». И даже теряться не станет, ведь знает, что Лиза сделает то же самое и ради неё...» – О какой любви вы можете говорить, если даже не знаете, что это такое, – Кира борется в своей голове с пониманием, что из этой ситуации ей не выбраться. Она принимает свою участь с гордо поднятой головой. Слабо улыбается, смотрит на знакомую девушку-ангела рядом с Верховным, ядовито ухмыляется ей, видя глаза, наполненные горькими слезами. – Я надеюсь, что ты будешь нести этот груз всю свою жизнь, подруга, – кидает ей пренебрежительно. «... Младшая притягивает за тонкую талию демона. Она приблизилась к её лицу, чувствуя на себе мягкое облако чужого дыхания, что оседает на её губах. Кира тянется к ним своими. Целует медленно, страстно, размазывая чужую красную помаду. Лиза улыбается, отстраняясь и смотря на это личико, но не сдерживается и вновь целует ангела. – Господи, как же тебе идёт этот цвет, – Кира проводит кончиком языка по своим губам, на которых остался яркий цвет от помады. Она сжимает свои ладони на тонкой талии, притягивая ближе к себе. – Почему ангел тут ты, но больше забочусь о том, чтобы нас не поймали, именно я, – Лиза с возмущением закатывает глаза, стирая красные отпечатки с чужих щёк ладонью. – Даже не знаю, – улыбается хитро, и наклоняется вперёд, переходя на шёпот. – Может ты... Громкий звук какой-то разбитой вещи заставил отпрянуть друг от друга на некоторое расстояние. – Похоже, наши переговоры закончились раньше, чем мы думали, – Лиза выдыхает напряжённо, сведя брови к переносице. – Нужно найти эту мышку и заставить её молчать, – Кира кивает на эти слова, целует смазано в чужую щёку, вставая с облюбленного места и направляясь к звуку. Она знает, кто это был. *** – Ты сейчас смеешься, Кир? – девушка ходит по комнате, размахивает руками из стороны в сторону, стараясь передать своё негодование. – Ты, – указывает пальцем, – спуталась с демоном, – яростно шепчет подруга. – Всё, что касается этого – лишь моё личное дело, – Кира встаёт с насиженного места, подходит ближе, хватаясь слабо за чужие плечи. Чуть встряхивает, заглядывая в голубые глаза. – Я её люблю, – смотрит, как чужие зрачки расширяются от шока. – Мы же дружим с тобой столько столетий, это моя первая просьба. Пожалуйста, молчи. Я это решу обязательно, – блондинка выискивает в наполненных слезами глазах поддержку. Ангел лишь слабо кивает, будто не ей вовсе. Напряжение в комнате не убавляется. Кира подругу притягивает в осторожные объятия, молчит, поджав губы...» – Кира, – грозный голос раздаётся совсем рядом, заставляя перевести на себя тяжёлый взгляд. – Ты будешь изгнана отсюда навсегда, лишишься своего места в ложе, а самое главное – крыльев, – Он кивает кому-то сзади, кто следом уверенно подходят к девушке. – Приступить. Мгновение, Кира кричит истошно, оглушая своим рёвом всех присутствующих, царапает руки короткими ногтями, в кровь разрезая ими кожу, а светлая одежда быстро приобретает красный оттенок, который можно сравнить лишь с помадой её любимого демона. Стук от падающих белоснежных крыльев, что теперь были испорчены кровью, с тихим грохотом падают на пол рядом с девушкой. Невыносимая боль туманит разум и застилает глаза, заставляя потерять равновесие и упасть на кафель. – Ненавижу, – хриплым голосом Кира еле произносит слова. В её глазах темнеет, фигуры вокруг становятся расплывчатыми. – Клянусь, что сделаю всё, дабы вас постигла та же участь, – говорит последнее, перед тем как проваливается в беспамятстве. *** Лиза ещё никогда так сильно не волновалась. Она стоит на пустыре, чувствуя, как ветер слегка развевает её короткие чёрные волосы. Что же происходит наверху – загадка, которую нестерпимо хочется решить поскорее. Падающий резкий звук где-то совсем рядом привлекает внимание. Неподвижное тело лежит на чёрном песке, в котором демон, к своему сожалению, узнаёт свою возлюбленную. Слёзы стекают по скулам, оставляя за собой мокрые солёные дорожки на коже. Лиза поджала губы и крепко-крепко зажмурилась. Она не медлит, подхватывает девушку, укладывая её голову к себе на колени, и мягко проводит рукой по чужим блондинистым волосам, что теперь местами были в крови. – Теперь ты мой личный демон.