Паргелий. Разрезая время

      Как это иногда бывает, после откровенных ночных разговоров тебе слегка неловко. Ты не жалеешь, нет. Просто ловишь себя на мысли — а нужно ли было так откровенничать? Однако с Глебом я этого совсем не почувствовала и удивилась. Всего за несколько часов мы сильно сблизились.       Поезд был всё ближе и ближе к Мурманску. Когда до города оставался всего час, терпение начало стремительно кончаться, но наперекор ему появлялось всё большее волнение — оно, наоборот, не желало приезда в Мурманск. Растерянность растворяла в себе. Мысли перескакивали с одного берега на другой.       Резко выдохнула через рот, как перед прыжком в воду, застегивая маленький кармашек на рюкзаке. В глазах сверкнула решительность и невозможность отступать назад, когда я наконец подняла взгляд со стола на окно. Горячее дыхание неожиданно оказалось над ухом и тепло чужого тела запустило волну мурашек по коже. — Ну, как ты? — Глеб приобнял за плечи, весело и бодро смотря вместе со мной в окно. — В норме. — Вот и молодец, — парень отошел от меня, закидывая вещи в чемодан, а после сел на уже застеленную койку, — выпьем чая на дорожку? — Пойду за кипятком.       Взяла две кружки и вышла из купе. Быстро дошла до нагревателя и набрала воды. Пока шла, засмотрелась в окна. Подъезжаем к Мурманску. Какие-то поселения. Из труб на крышах домов валит дым, быстро растворяясь в холодном воздухе. Перед глазами быстро сменялись улицы. В Швейцарии, кажется, совсем не было похожих поселений или просто моя жизнь крутилась в одном Берне…? — Ваш кипяток готов, — поставила кружки на столик, а Глеб положил в каждую по пакетику чая. — За новое начало для тебя и за продолжающееся для меня. Я улыбнулась и поднесла кружку ко рту, вглядываясь в воду. От пакетика медленно расплывались бордово-коричневые пятна, поглощая прозрачность кипятка. Наклоняя кружку выше, коснулась губами обжигающей жидкости — проникая в мой рот, спускаясь ниже по телу. На пару секунд я задержала дыхание, чувствуя тепло в трепещущей грудной клетке. Чай ощущался не листьями с плантации, а воплощением того самого «нового начала».

***

      Глеб подал руку, и я легко спустилась на перрон. На улице было очень даже морозно, отчего воздух, словно окрасился в голубой. Мы прогулочным шагом направились к выходу. Я катила за собой маленький чемоданчик, с интересом разглядывая всё вокруг. Перрон в некоторых местах покрылся ледяной коркой, приходилось то и дело внимательно смотреть под ноги. Одной гематомы на бедре мне хватает. Мы вышли с вокзала и остановились на автобусной остановке. — Сейчас сядем на автобус до другого вокзала, а там дальше легко и комфортно. Институт предоставляет классные трансферы.       С умным видом сказал Глеб. Я кивнула и решила полностью довериться ему, внимательно осматривая дома вокруг и ёжась, чувствуя пронизывающий ветер. Глаза устремились в снежную даль, а фантазия уже представила себе эту весёлую поездку. Мы стояли возле широкой дороги. Шел редкий снег, машин почти не было, автобусов тоже не наблюдалось, как и людей.

***

      Не знаю, сколько времени прошло, но я, наконец, оказалась здесь. Моё сердце замерло, лишь стоило увидеть главное здание института. Здание блестело, отражая стёклами свет. По форме оно напоминало айсберг. — Я тоже в первый раз был под впечатлением. — Это очень красиво… — не отрывая взгляда, сказала я, а потом вновь поёжилась, стоило леденящему северному ветру проникнуть под пуховик. — Только так холодно… И как ты не мерзнешь? Он лишь улыбнулся и пошел вперёд в своей легкой расстегнутой настежь куртке. Не став расспрашивать, устремилась за ним, всё ещё рассматривая окружение. Мы дошли до входа: обычные автоматические ворота разъехались в стороны. Перед нами оказалось совсем рядом другое здание с всего лишь одним этажом. В двух метрах от нас турникеты, а справа коридор с несколькими кабинетами. Единственный путь в институтский кампус проложен через это здание. — Тут попрощаемся. Я сразу в общагу пойду, а тебе предстоит ещё договор подписать, поэтому тебе туда.       Глеб указал на один из кабинетов, а потом помахал рукой и пошел к турникетам. Я, улыбнулась и помахала ему в ответ. Глеб приложил запястье к турнику и прошел через него. Когда он скрылся из виду, я развернулась и пошла к кабинету, на который указал парень. — Здравствуйте. — Здравствуйте, — отрываясь от планшета, девушка посмотрела на меня. Она стояла посреди кабинета и, видимо, затевала перестановку. — Чем могу помочь? — Несколько недель назад от имени вашего института мне пришло сообщение. — Ох, странно… Обычно мы отправляем трансферменов. Но я посмотрю, одну секунду. Вы пока присаживайтесь, — девушка сделала несколько шагов назад и указала на диванчик, пока что-то печатала на планшете. — Я отказалась, мне было удобнее самой добраться. — А. Тогда это всё объясняет. — Страна Россия, я так понимаю? Как вас зовут? — быстро проговорила она, заправив за ухо пышные светлые волосы. — Нет, я из Швейцарии. Меня зовут Алиса Николаевна Фогель. — Ах, да. Алиса, прошу прощения. Оплата успешно прошла у вас. Меня зовут Маша и сейчас я дам вам документик — ознакомьтесь и подпишите. В целом, раз вы уже оплатили, проблем не должно возникнуть. Если хотите, полистайте журнал, буклетики на столе — тут всё о нашем институте. Чай, кофе, что-то ещё? — на одном дыхании сказала блондинка. — Воду без газа, пожалуйста.       Кивнула, развернулась, быстрым шагом к шкафу, кулеру. Через пару секунд положила передо мной стопочку листов и ручку, а ещё через ещё одну пару воду в красивом стакане шестиугольной формы. — До конца сегодняшнего дня прошу ознакомиться и подписать. Пока мы можем разместить вас в нашем общежитии для гостей — там уютно и вкусно кормят.       Она улыбнулась, а я посмотрела на листы. Лучи солнца мягко ложились на них медовым светом. Папа всегда учил меня внимательно относиться к любым бумагам и не вестись на милые гостеприимные лица. Но… Прочитав лишь первую строчку — маленькую часть от заголовка «Туманский Исследовательский Институт Экспериментальных Технологий», я пролистала до конца и подписала, потом подняла голову на блондинку. Она немного удивленно посмотрела на меня, я улыбнулась ей и сказала: — Теперь я готова разместиться в общежитии для студентов. — Добро пожаловать. Один момент, — сказала девушка, а потом что-то быстро напечатала на планшете.       В кабинет вошел мужчина в спецодежде и мой чемодан был взят им, а я чуть ли не под ручку Машей. — Чуть позже сегодня вам доставят пропуск и всё остальное.       Сказала девушка, пропуская меня через турникет с помощью служебной карточки. У меня захватило дыхание, словно я нахожусь на самом пороге своего того самого будущего, когда двери начали открываться перед нами. На моих губах появилась улыбка, когда лучи солнца институтского двора коснулись моего лица. Сквозь слепящий свет я увидела силуэт чего-то большого. Когда мы прошли чуть дальше, и светило скрылось, здание показалось мне во всей своей грандиозности. Это было то самое здание, которое виднелось за забором. — Это главное здание. Тут проходят все лекции, семинары. На самом деле, ему о-о-очень много лет, но внешняя и внутренняя отделки современные, — я с интересом оглядывалась, пока Маша вела в общежитие и заодно рассказывала что-то про институт.       Через несколько минут мы были на месте. Общежитие явилось обычным зданием —прямоугольником из бежево-серого кирпичика. Их вообще было несколько. Этажей около пяти. Когда мы почти вплотную подошли, я заметила ещё одно похожее здание чуть поодаль. — Это для преподавателей и других работников института. Туда лучше не ходить. Не стоит нарушать покой тех, кто потом зачеты и экзамены у тебя будет принимать. Она заговорщицки улыбнулась. Я ответила ей вежливой полуулыбкой, всё ещё находясь в замешательстве перемен.       Опять же с помощью пропуска мы вошли в здание. Внутри было чистенько и ремонт хороший. Холл большой, не похожий на обычные русские общежития. Я, конечно, в них лично не была, но слышала и видела фотографии. Мы прошли дальше, поднялись по лестнице на четвертый этаж. — Твой новый дом. Располагайся, осваивайся. Завтра тебя заберёт какой-нибудь старшекурсник и отведёт в институт, всё покажет и так далее. Если что-то понадобится, пиши. Твой чемодан уже за дверью.       Она чуть приподняла руку, в которой был её планшет, и только сейчас я осознала, что Маша даже куртку не надела, сопровождая меня. На ней лишь был молочного цвета тонкий свитер. Я удивилась, но виду не подала, да и не до этого сейчас. Развернулась и вошла в теперь уже свою комнату.       Достаточно свежий ремонт и выполнен достойно. Видно, что дорогой дизайнер работал. Мебель была из дуба, стены отчасти серые, свет теплого цвета. Комната не слишком просторная, но в ней было всё, что нужно: двуспальная кровать, рабочий стол, шкаф, тумбочки и большое зеркало при входе. Сняла ботинки, не желая пачкать красивый линолеум, прошла в ванную, включила свет. В глаза сразу бросилось зеркало с такой же теплой световой подсветкой. Интерьер комнаты был таким же. Тот же дуб и серый цвет. Выключила везде свет и прошла к окну. Солнце уже оставило свои последние лучи и теперь ушло на покой до утра. Небо стало стремительно темнеть. Я не могла видеть далеко отсюда или просто это были бесконечные снежные дюны, но в любом случае, вид мне нравился. Холод улицы, льда, что окружал, прекрасно контрастировал с теплом и уютом помещения. Я обняла себя руками, поправила короткие волосы цвета темного шоколада, мои губы растянулись в спокойной улыбке.       Раздался стук в дверь, нарушая умиротворение сумерек. — Привет, — весело сказал Глеб, уперевшись на косяк двери. На моих губах мгновенно появилась широкая улыбка. — Привет, — я сделала несколько шагов назад, пропуская его, — как ты меня нашёл? — Хорошо общаюсь с Машей. — Да ты у нас со связями.       Закрыла за ним дверь, пропуская внутрь. Он по-свойски сел на кровать и протянул мне бутылку. Взяла в руки, а потом уже рассмотрела и открыла, сделала глоток. Глеб похлопал по серому покрывалу на место рядом с собой. Я усмехнулась и села. У меня в жизни никогда не было подобного развития отношений. Вообще любых. Вета моя лучшая подруга, но наша дружба строилась долго и очень постепенно. Сначала знакомые, приятели почти год, потом уже друзья. А Глеб… Мы пропустили все этапы и сразу стали хорошими друзьями. Я почти не знала его, и он меня, но так было легко, что совсем не смущали пропущенные шаги. — Может, ты ещё и с деканатом хорошо общаешься? — Нет, не настолько. Только с преподами, разве что. Кстати, об этом. Собирайся, нечего времени терять, пойдём, я тебе всё покажу, познакомлю с друзьями. — Пойдём. Только переоденусь.       Он кивнул, а я взяла вещи и зашла в ванную. Надела серые свободные джинсы и темно-зелёную водолазку, что так классно сочеталась с моими волосами. Когда вышла сверху накинула белую куртку, серо-черный шарф и шапку. — Я готова, идём.       Глеб всучил мне мою открытую бутылку и пошел на выход. Я направилась за ним. Когда закрыла дверь, с удивлением обнаружила, что на ручке весит пакет с обещанным пропуском и всем остальным. Глеб посоветовал взять пропуск, а всё остальное оставить в комнате — так и сделала. Мы вышли на улицу. Здесь резко стало много людей. — Пойдём на площадь, там круче всего. — У вас и площадь есть? — А как же! — гордо ответил он, словно сам тут всё построил. Я с предвкушением направилась за ним.       Все студенты были без верхней одежды — почувствовала себя немного неуютно, но, когда разглядела вдалеке таких же, как я, стало немного спокойнее. Площадь делилась на секторы. В одном стояли столики: кто-то кушал, болтал за ними, а кто-то учился, в другом была маленькая ярмарка с яркими вывесками киосков и зданиями магазинов, словно островок обычного города. «Там можно купить всё необходимое» — посвящал меня в здешнюю жизнь Глеб. Дальше виднелось здание библиотеки. Оно было похоже на главное. Такое же красивое, но намного меньше.       Глеб взял меня за руку и потянул к своим друзьям. Они сидели за столиком и о чем-то болтали, смеялись. Внутри меня словно загорелся небывалый огонь жизни. Во мне было столько впечатлений и эмоций за сегодня. Я так радостно и весело улыбалась. В компании Глеба было ещё три человека. Мы много смеялись, Глеб так смешно шутил. И в один из таких моментов, когда я терялась в смехе от его глупой шутки, мой взгляд зацепился за чей-то чужой, из толпы. С такой же широкой улыбкой, блеском в глазах, я подняла голову и осознано посмотрела на того человека. Его пронзительный взгляд, с глубоким неизвестным мне смыслом стёр всю радость. Я перестала смеяться и замерла. Темные, почти черные волосы развевались на ветру, карие глаза смотрели на внутрь меня. Но секунда и он скрылся в толпе. Я растерянно повернулась обратно к ребятам, на секунду потерялась, но потом вновь влилась в разговор.       Через пару часов ноги устало принесли тело в комнату. Глеб проводил меня. Как только дверь закрылась за ним, я нахмурилась и посмотрела на себя в зеркало, пытаясь отгадать, прочитать в своих же глазах, что это был за мужчина. Его взгляд… Что такого было в нём, что он так впечатался в память? Пальцы тревожно сжались.       Тихими шагами подошла к окну. Отдернув белый полупрозрачный тюль, замерла. Бездумно открыла створку. Холодно-свежий ветер Баренцево моря мягко обнял меня, заставляя стремительно замерзнуть. Я поёжилась, но не закрыла окно, завороженная паргелием. В середине солнце — круглая ослепляющая точка, а по бокам от неё две половины. Ровные лучи четко, как по линейке, отходили от солнц острым углом. У меня захватило дыхание. Сейчас ровно трое суток, как я сбежала из дома, четыре часа пребывания в институте и ровно пять минут я уже стою, вжимаясь в пол и чувствую, как моё сердце замирает от непонятного предчувствия… или это просто холод северного ветра?