Паргелий. Разрезая время

      Сегодня общий зал общежития наполнился студентами как никогда. Алкоголь, громкая музыка и шум разговоров наполняли этот вечер. От Алсу и одногруппников я ходила к Глебу и его компании и наоборот. Воскресенье заканчивалось ярко.       Холодная поверхность браслета коснулась электронного датчика, дверь в мою комнату открылась. Яркий свет коридора исчез. Я оказалась, погруженной во мрак. Только из окна пробивался свет растущей луны. Забытая открытая форточка шевелила на ледяном ветру полупрозрачный тюль. Мой затуманенный от алкоголя взгляд пытался разглядеть что-то в этой тьме. Инстинктивно глаза пытались удостовериться, что никто не скрывается в тени, но я совершенно не чувствовала страха. Я была разбита. Иногда такое случалось при хорошем количестве алкоголя внутри. Сейчас, видимо, именно та ситуация. Однако настолько больно ещё не было никогда. Смутные чувства, забытые эмоции, чужие воспоминания.       В одну секунду мне показалось, как мои глаза закатываются и я падаю на пол, но тут же открываю их и… крепко прижимая к себе одеяло, оглядываюсь и смотрю на приоткрытую дверь ванной комнаты, но никого там нет, а я лежу на кровати. Надо меньше пить или более ответственно выбирать напиток на студенческой тусовке.

***

      Ветер пронизывал насквозь, темные тучи заволокли небо, предрешая судьбу вечера — сегодня опять будет сильная метель. Я решила прогуляться после пар. На площади было много людей, поэтому я шла куда угодно, только не туда. Несколько дней назад состоялась пьянка в нашем здании общежития. Думала, алкоголь, танцы и мальчики расслабят меня, но получилось наоборот. Сегодня Глеб поехал в Мурманск за необходимым реквизитом. Предлагал с ним, но особенно сейчас мне было слишком тревожно ехать куда-то, и я отказалась, скрипя сердцем.       Ноги сами принесли меня к библиотеке. Здесь почти никого не было и мой привычный столик был свободен, но я всё равно направилась вглубь. Я прекрасно понимала, что, хоть и не осознанно, но пытаюсь сделать. Когда оставалось пройти лишь один стеллаж, я внутренне почему-то замерла и сделала тот последний шаг.       Лучи солнца мягко ложились на шершавую поверхность стола, пыль медленно перекатывалась в их свету, стулья аккуратно задвинуты. В этой части библиотеки никого не было. Судорожно выдохнув, села за стол. Несмотря ни на что, учеба всегда помогала мне отвлечься. Этим я и занялась.       Спустя несколько часов, когда светилась только настольная лампа, а солнце сменилось растущей луной, экранов передо мной увеличилось вдвое. То и дело я ходила за новыми книгами, пытаясь тщательно разобраться незнакомых темах. Алгоритмы, декодирование, исходный код –термины мешались в голове, и я пыталась их выстроить в четкую структуру. Это меня успокоило, а также помогло структурировать эмоции и чувства.

***

— Знаешь, я всё больше смотрю на него и дрожь пробивает аж, — произнесла Алсу, делая глоток какао. Её выражение лица выдавало, что мыслями она совсем не здесь.       Эта неделя пролетела как кофе утром — быстро, в спешке и тепло. Последнее я больше списывала на время с Глебом при подготовке к балу и с Алсу на парах. В данный момент мы сидели с ней в столовой, переваривая как обед, так и прошедшие лекции. Девушка всё говорила о Максе — нашем сокурснике. — Ты уже на нимфоманку похожа, — в ответ на свои слова встретила ожидаемое закатывание глаз, — Ну, правда. Су, иди и просто поцелуй его, прижми к стенке и прошепчи… — продолжить я застеснялась, однако последние слова произнесла достаточно томно. — Что-то ты так с Яном не делаешь. Или просто не рассказываешь мне? Чем вы там занимаетесь в библиотеке каждый вечер? Там же так уютно, тихо, интимно, — пародируя меня, прошептала она. — Эй! На этой недели мы виделись лишь один раз там. Мы рассмеялись. Хотя немного смущенно я отвела взгляд, не зная, как по-настоящему реагировать на её слова. — Алсу, у меня и так проблем достаточно. Я не разобралась с отцом… Из меня вырвался судорожный вздох. Даже не смотря на смех несколько секунд назад, я чувствовала тревогу. Она поражала всё моё сердце и хотела захватить каждый уголок души. — А то, что у тебя к Максиму… Правда попробуй просто подойти к нему, спроси какой-нибудь глупый вопрос, сделай комплимент и пригласи на чашечку кофе после пар. Девушка отвернулась, вздохнула и поджала губы. Я положила свою руку ей на плечо, мягко сжала его. — Или иди соблазни какого-нибудь другого парнишку попроще. — Поехали завтра в Мурманск. Соблазнять парнишек. — Не могу, — на меня вопросительно уставились, — мне в библиотеку надо. Но…

***

Легкий взмах кисточки и блеск осел на четко очерченных косточках ключицы. Открытые плечи, вырез сердце. Красная ткань плотно прилегала к телу, талия как никогда выглядела тонко. К подолу мягко спускался черный мерцающий шифон, подчеркивая округлость бёдер и слегка подметая пол, но шпильки легко это исправят. Я ахнула, замерев и стараясь совсем не дышать. — Я даже на выпускном такой красивой не была… — тихо сказала, любуясь собой в зеркало какого-то модного Мурманского бутика. — А я даже не помню, в чем тогда была, — усмехнулась Алсу. Она всё же затащила меня в город, но под предлогом покупки платья на бал. — Девушки, принести вам ещё варианты? — дружелюбным тоном поинтересовалась консультант. — Нет, спасибо, мы определились. Ответила за нас Су. Девушка стояла в коротком, но достаточно милом платье нежно-фиолетового цвета. Оно ей очень шло, подчеркивая и подтянутую фигуру, и карие глаза. — Знаешь, я подумала над твоими словами, — неожиданно сказала Алсу, когда мы уже подходили к кассе. — Может, соблазнить его прямо на балу? Пригласить на танец, споткнуться, упасть в руки, стыдливо покраснеть и… дальше я пока не придумала. — Я так понимаю, ты именно с этими мыслями платье выб…       Я осеклась, и мой взгляд остекленел. Сквозь ярки ткани на витрине я разглядела его. Арон шел по противоположной улице. Нервно поправив явно купленный только что черный пуховик, он закурил и достал телефон.       Резко мне перегородили взор. Алсу взволновано смотрела то на меня, то позади себя, пытаясь отыскать что меня там так взволновало. — Этот мужик…? Кто он? — она посмотрела на меня и стоило мне отвлечься на неё, как я тут же потеряла его из виду.       Мы быстро оплатили покупки и уехали. Я старалась не оборачиваться, не смотреть по сторонам и не думать. Последнее удавалось с трудом. Я тщетно пыталась выбраться, но беспощадно тонула в тине тревожных мыслей, тщетно пыталась придумать дурацкую причину почему Арон здесь, паника поднималась с низа живота, едва не удушая. Су крепко сжимала мою руку, не находя слов.

***

Дрожь болезненно пронзила, страх ядовитым плющом сковывал всё тело. Уперевшись в деревянный стол руками, я чувствовала, как белеют костяшки. Неужели придется снова бежать? Мне не хотелось. За этот время, я встретила хороших людей, и институт тоже мне нравился. Слезы испуганно быстро побежали по щекам. Хватая ртом воздух, я попыталась их сдержать, но попытка не удалась. Оглянулась, пронизывая взглядом каждый уголок площади, но тут было пусто, вновь начиналась метель, браслет срывал свой «голос», заставляя меня пойти в общежитие, но мне было так всё равно на это. Сейчас я чувствовала только снежинки, что нещадно хлестали меня по лицу. Тихий шорох снега под завывание метели едва привлек моё внимание. А зря. — Алиса…? Не поднимая глаз, выдохнула ртом. Горячий воздух разрезал холод и исчез через пару секунд. Снова рядом со мной оказался Ян. Я быстро начала стирать слёзы с лица, шмыгнула носом. С улыбкой «у меня всё в порядке» повернулась к нему. Он подошел ближе и сел рядом, опустив зонт и позволив снегу также падать на него. Мой взгляд цеплялся за каждое его движение. — Что у вас случилось? — Серьёзно хотите утирать мне слёзы? Ян приподнял брови мол, а иначе зачем я сел рядом. С губ слетел судорожный выдох, я отвела взгляд, ощутив внутри тепло. Однако лишь на миг — до момента, когда оно смешалось со страхом, разочарованием и всем остальным, что чувствовать не хотелось. — Мой отец очень влиятельный и властный, а я сбежала из дома, — лишь отрывки фраз вырывались из моего рта, не доставая до полноценного рассказа, — мне далось это с трудом. И сегодня я увидела его человека в Мурманске. — Всё может быть не так, как вы себе надумали. — Что?! — слишком агрессивно и оскорбленно я повернулась к нему, почти срываясь на крик. — Что ещё это может значить как не это? Пауза. Только завывание метели между нами и его спокойный, внимательный взгляд. Стыд за излишнюю эмоциональность медленно накрывал сознание. — Простите, я не сдержалась… Просто меня это очень сильно волнует. Я и мой отец… Сложная, давняя история. Я просто разочарована, что не могу просто взять и уехать, чтобы меня не нашли. Я даже плачу перед своим преподавателем. Горькая усмешка исказила замерзшие губы. Я растёрла мокрый от снега лоб и тяжело выдохнула. Взгляд уперся в ноги. — Так. Ян встал передо мной. Я вскинула голову и замыленными от слез глазами посмотрела на него. Снег спотыкался об его тело и падал на плечи, волосы запутывал и нещадно мочил, но мужчина даже не обращал на это внимание. Он взял меня за руку и потащил куда-то. Через несколько минут мы подошли к главному зданию и зашли внутрь через черных вход, а дальше оказались на кухне столовой. Ян приказал сесть на одну из столешниц и ушел, оставив наедине с мраком, дрожью в теле и сковородками. Когда он вернулся, у него в руках оказалась стопка кухонных полотенец. Одно из них Ян отдал мне. Оно так и осталось просто в моих руках, хотя я прекрасно чувствовала, как с моих прядей каплями стекает растаявший снег. Его волосы оставались также мокрыми, но он решил заняться другим. Странно было увидеть здесь газовые плиты, но именно они тут и были. В свете огня одной из включенных конфорок, я рассматривала брюнета. Сейчас особенно обострились его скулы и еле заметная щетина. — То, что вы сказали — бред, — вдруг произнёс мужчина, повернувшись ко мне. — Да, многие считают слёзы слабостью, но на самом же деле это обычная эмоция. Такая же как смех… Наоборот нужно иметь силу характера и… по правде говоря, смелость… чтобы плакать перед преподом, — он усмехнулся с полуулыбкой на губах. Я повторила за ним, немного поджав губы и теребя полотенце. Ян подал мне чай. По запаху я узнала в нём зеленый с жасмином. Внимательно наблюдая за ним, я постепенно приходила в себя. На кухне наступило молчание, слезы высохли. Он внимательно смотрел на меня, а я на него. Вместе с теплотой чая по телу плавно разливалось спокойствие. — Вам бы волосы просушить, — неожиданно сказала я и протянула ему своё полотенце. Он посмотрел на меня, делая глоток чая, а потом ответил: — Да вам бы тоже, — но полотенце из моих рук взял. Я слегка отжала кончики волос другим полотенцем из стопки, но больше меня интересовал чай, а вот Ян попытался высушить свои максимально. Впрочем, спустя несколько минут он бросил это и повесил полотенце на плечи, позволяя каплям стекать на него. — Вам правда могло показаться. Вернее, причина появления этого человека в городе может быть совсем другой. Но даже если вы правы, не стоит расстраиваться, пока вас конкретно не прижмут к стенке. Ибо до этого момента всё ещё может поменяться. Выдохнула, всё ещё внимательно всматриваясь в его силуэт. Конфорка была выключена, мне оставалось только рассматривать темноту. — Спасибо, Ян. И извините за мою излишнюю эмоциональность, за то, что вам пришлось промокнуть из-за меня. — Вам не за что извиняться. Я сам проявил инициативу. Кажется, на миг наши взгляды смогли встретиться даже в этом мраке.

***

где-то в Берне

Окна были зашторены, отрезая от шума и ароматов улицы. В кабинете словно отсутствовал запах совсем. Даже мебель из красного дерева перестала пахнуть дорогой древесиной. По центру стола в мягком офисном кресле сидел мужчина. Он взъерошил свои темные волосы и откинулся на спинку, устремив взор на её льдистые глаза. — Она же не может быть там… Уперевшись взглядом в стол, сказала женщина. Чувствуя себя неуютно, она пыталась подавить чувства, укутываясь теплым платком. То и дело её взгляд упирался в бутылёк с таблетками. — Именно поэтому я отправил в Мурманск одного из лучших своих людей. Мари, если она там, он её найдёт. — Дебильное имя.       Слезы вырвались из её глаз. Лёд сразу же спал, открывая боль и страх. Мужчина сел напротив и молча обнял. Сейчас ей наконец-то стало уютно. Этот кабинет всегда давил на женщину тем, чего она не осознавала, но неустанно чувствовала. — Неужели ты не привыкла за столько лет? — выдохнул он. — Сейчас я не могу. Этот город, то, кем ты являешься здесь, и эти дурацкие имена и фамилия… — Я уверен, Алису просто спрятал кто-то из её дружков. Тот же самый Джек или как его. Или же она греется на солнышке в Калифорнии, пока ты тут плачешь и переживаешь. — Я очень на это надеюсь, Коль. Но… вдруг она узнала…? — Какими бы детьми не выглядела та троица в наших глазах, но я им верю. И знаю, что ты тоже. В тебе просто говорит тревога. Она не узнала. Их тихий, интимный диалог прервал стук в дверь, а потом приглушенный голос секретаря оттуда: — Herr Nicolas, ein Besucher ist zu Ihnen gekommen.

***

где-то в кампусе ТИИЭТ

      В матовый натяжной потолок вкручивались маленькие лапы-сапфиры. Я распласталась на кровати и разглядывала их. В моей голове застряли скулы, на которых играл синий огонь конфорки, глаза, в которых он отражался. Пытаясь отвлечься, я начала читать конспекты лекций прошедших дней, но давалось это тяжело. Не выдержав, я решила заняться чем-то действительно полезным. Быстро собравшись, поспешила в здание-холл, что первым встретило меня несколько недель назад. — Привет, нужна помощь? Хрупкая девушка, в данный момент двигающая шкаф, вопросительно посмотрела на меня. Я тоже замерла. — Ты вовремя. Она отошла от шкафа и отряхнула руки, подошла ко мне. — Правда, не для этого, — указала на шкаф, — Нужна помощь в архиве. Пойдём. Маша аккуратной походкой обошла меня и отправилась вдаль по коридору. Я тихо засеменила за ней. — Я думала, тут только облачные архивы. — В последние годы да, но раньше это место не было настолько продвинутым. И поэтому мы имеем это…       Выйдя из здания, мы направились в библиотеку. Наконец она открыла дверь. Бесконечные стеллажи, книги, папки, коробки и пыль, перекатывающаяся снизу вверх на солнце. Мой взгляд опасливо прошелся по пространству. — Не парься. Здесь только эти книги сложить в коробки надо. Понемногу освобождаем этот сборник пыли. Она взяла большую коробку и, подавая мне пример, начала складывать их. Я повторила на ней. На самом же деле в моих планах было не совсем это. — Знаешь, я на самом деле пришла спросить тебя… Меня одарили очень внимательным осторожным взглядом. Я медленно положила книгу на дно коробки, подбирая слова. — Хотела спросить про Глеба. Когда мы приходили украшать зал. Все разы я смотрела на вас двоих и это просто невозможно не заметить — то, что между вами. — Насколько вы с ним близки? Он рассказывал тебе свою несчастную историю про девушку из Питера?       Её голос искривился горьким сарказмом. Книгу, что была у неё в руке, она едва ли не кинула, шумно стукнув об ребро коробки. В результате удара выпала маленькая бумажка, тихо приземлившись на пол. Маша этого даже не заметила, отводя взгляд в сторону. — Рассказывал. — Вот именно. До сих пор не отпустило. А ко мне лезет! Разве это честно? Он мне нравится, но я не могу позволить ему так с собой поступать. Она вздёрнула голову и поправила упавшую книгу. Из меня вырвался тяжелый выдох. — Не думала, что всё так сложно. — Всё легко. Просто я лишняя в этой истории. Он пытается забыть её через симпатию ко мне. И всё. На несколько секунд наши взгляды соприкоснулись. Я пыталась смотреть на неё ободряюще. — Скоро, кстати, ежегодная поезда первокурсников в арктическую пустыню. Ты же поедешь? Она вдруг перевела тему. Я выдохнула и кивнула, но ничего ответить не успела. Меня прервал звонок на её браслет. Маша вышла. Я продолжила складывать книги, пока перед моим взглядом снова не мелькнула та бумажка. Подняв её, я обнаружила, что это фотография. Весь состав заведующих кафедрами, Лея и ещё одна девушка, но её лицо выжжено. Выглядело жутко. Девушка стояла очень близко к Яну, тот приобнимал чуть ниже талии. Концепция их отношений стала кристально ясной. Белла тоже не выглядела совсем обычной. Даже свободное платье не могло скрыть её положения — округлившегося живота. Все на этой фотографии выглядели такими счастливыми и дружными. Теперь появлялось всё больше вопросов. Какое событие смогло так перечеркнуть тепло между ними?