«Let it stay»

Когда Артур разлепил глаза, на часах, что располагались на прикроватной тумбочке, было уже два часа дня. В голове шумело, правая половина лица чудовищно ныла, в висках стучало, а во рту, казалось, насрало целое стадо кошек. Попытки вспомнить, что было вчера, ровно как и кто он, где он и какого чёрта происходит, успехом не увенчались. Зато поднять голову раза с пятого удалось. Первым, что бросилось в глаза Никелю, был явно инородный, в три погибели скрючившийся на стуле и увлечённо что-то пишущий в блокноте, Дегтярёв. Пару раз глянув на друга, Никель потихоньку начал вспоминать, чем закончился вчерашний вечер. Начальник Невского встретил их хлебом, солью и парой бутылок изъятого чёрт знает откуда дорогого виски, именно поэтому последним, что запомнил Артур, было лицо дружелюбно улыбающегося Влада. Цыплухина Никель знал мало - в своё время, примерно за год до конца света, Юра пересекался с ним по каким-то рабочим вопросам. Всё же, пресс-секретарь "В контакте" - это очень полезное знакомство, босс не собирался упускать ни малейшей возможности пропиарить своё детище в самой популярной в России социальной сети. Пару раз Дегтярёв брал с собой Артура, поэтому парни были знакомы. Впечатление Влад производил вполне приятное, он был умён, интеллигентен, обладал деловой хваткой и располагал к себе. Конечно, причислить его не то, что к друзьям, а даже к знакомым было трудновато, слишком мало они общались. Тот же Руслан знал Цыплухина намного больше - Влад, как никто другой, умел собирать вокруг себя творческих людей из Питерского "бомонда". Однако факт оставался фактом, Артура с Юрой Цыплухин помнил и даже обрадовался им, как родным, поэтому и пьянка была закатана соответствующая. Насколько Никель помнил, Юра ушёл спать ещё часов в одиннадцать и, что примечательно, на своих двоих. А вот они с Владом засиделись, поэтому до комнаты Артура "провожал" охранник. Комната, к слову, была в служебных помещениях смежной с Невским Гостинки - Цыплухину и его широкой душе, как ни странно, хватало одного кабинета, поэтому помещения временно пустовали. И теперь, когда к Владу заявились гости, они пришлись очень кстати. Добравшись до помещений и выпроводив охранника, Артур, кажется, попёрся в соседнюю комнату, где видел уже десятый сон Юра. И где-то в районе Дегтярёвской кровати в памяти Никеля наступил окончательный провал - больше ничего вспомнить так и не удалось. Артур несколько раз кашлянул, привлекая Юрино внимание, и тут же был одарен взглядом заботливой мамочки - Дегтярёв быстро положил блокнот и ручку на тумбочку и пересел на кровать Никеля, параллельно распечатывая новую пачку алкозельцера и доставая из-под кровати бутылку воды. - Как ты себя чувствуешь? - елейным голосом спросил босс, протягивая любовнику спасительные медикаменты. - Голова болит? Тошнит? - Бывало и хуже, - хрипло отозвался тот, проглатывая таблетку и в пару глотков осушая половину бутылки. - Хорошо, я рад, что с тобой всё в порядке, - Дегтярёв ослепительно улыбнулся. - Ты, может, есть хочешь? - Не-а. - А чего хочешь? Артур прислушался к собственным ощущениям: помимо того, что у него болело всё, беспокоил парня только утренний стояк, да и тот был вопросом вполне решаемым. Хотя, если Юра предлагает помощь, почему бы её не принять? Никель недвусмысленно кивнул на бугор, почти не скрываемый тонким одеялом, и поднял бровь. Дегтярёв вновь окинул его с ног до головы взглядом заботливой мамочки, на всякий случай потрогал за лоб тыльной стороной ладони, ухмыльнулся и пошёл закрывать дверь. А затем навис над Никелем, жадно целуя его потрескавшиеся губы и откидывая явно ненужное сейчас одеяло. Артур в свою очередь вовсю отдавался ощущениям, прижимался к любимому телу и стонал в приоткрытые губы босса, когда тот касался чувствительных местечек. Наконец, Дегтярёв задрал футболку Никеля и начал плавно спускаться вниз, покрывая поцелуями шею, грудь и впалый живот любовника. А затем отстранился на пару, как показалось Артуру, мучительно-долгих секунд, чтобы снять с него боксеры и замер, склонившись над его членом. Перевёл взгляд на раскрасневшегося от удовольствия любовника (глядя в его глаза, Артур поразился, насколько похотливым был его взгляд) и обхватил губами головку члена, постепенно вбирая его в себя всё глубже и глубже. На пару долгих секунд парень забыл, как дышать. Это было настолько потрясающе, что постепенно давить стоны становилось всё труднее и труднее - Артур кусал костяшки пальцев, изо всех сил впивался в нижнюю губу, но непрекращающимся речитативом повторяющаяся мольба "Ещё, ещё, пожалуйста" становилась всё громче и громче. От Юриных губ срывало тормоза. От одного его ТАКОГО взгляда возбуждение становилось невыносимым. Отсутствие опыта Дегтярёв компенсировал старательностью, - а ещё он каким-то образом чувствовал, чего хочет партнёр: то быстро-быстро насаживался на его член, то выпускал его изо рта и ласкал, едва касаясь. Артур сам не заметил, как зарылся пальцами в волосы любовника, призывая его не останавливаться, и через несколько минут с громким стоном кончил, забрызгав спермой подрагивающий в судорогах наслаждения живот. Он откинулся на спину, выравнивая дыхание, и почувствовал прижимающееся к нему сбоку такое тёплое и родное тело. А затем в его памяти всплыло ещё два кадра - ночь, слабый свет от настольной лампы и мирно спящий Юра. Вот Артур нависает над ним, тот разлепляет глаза и говорит что-то недовольным голосом, но Никелю всё равно - у него стоит и он добьётся от босса, чего хочет. А затем Дегтярёв замахивается и со всей дури бьёт Никеля в челюсть. И брошенное им "уёбок" эхом отдаётся в голове парня. Кадры кончились, а вот неприятное чувство осталось. Что-то подсказывало Никелю, что это был не сон, наверное, это была болящая щека. Артур коснулся её пальцами - так и есть, опухла, - и нахмурился. - Юра, - протянул он. Но босс, кажется, понял, куда дует ветер, и вышмыгнул из тёплой постели ещё до того, как Артур понял, что произошло. - Слушай, я совсем забыл, мне же с Владом нужно поговорить, у нас там дела, - скороговоркой проговорил Дегтярёв, отступая к выходу. Последовавшее за этим возмущённое "ЮРА!" Никеля было сопровождено громким стуком закрывающейся двери. Артур подскочил с кровати секунд через тридцать, радуясь, что голова больше не раскалывается на части; сперму с живота пришлось оттирать трусами, (отстирывать простынь от оной было бы проблематичнее) а штаны - натягивать на голую жопу. Кое-как причесав взъерошенные патлы, Никель выскочил из комнат, громко хлопнув дверью и вызвав этим недоумённый взгляд охранника, и резвым шагом направился обратно на Невский. Сказать, что он был зол - ничего не сказать. Конечно, его поведение вчера было далеко от елейного, но это злое Юрино "уёбок" и то, что он заехал Никелю по морде... убивало. Судя по тому, с каким лицом Дегтярёв кинулся исполнять все прихоти любовника, он сожалел о вчерашнем. Но почему бы просто не извиниться? Почему нужно обязательно всё усложнять?! В общем, разъярённый лохматый Никель нёсся по платформе, матеря босса на чём свет стоит, и думал о том, что убьёт его, как только увидит вне зависимости от обстоятельств. Ну, по крайней мере в рожу ему даст точно, чтоб неповадно было. Когда Артур дёрнул на себя ручку двери Цыплухинского кабинета, что-то активно обсуждающие Юра вместе с самим Владом синхронно подняли головы на вошедшего. - Дегтярёв, какого хуя?! - возмущённо заорал Артур с порога. - Ты что, вообще, блядь, сбрендил что ли? Юра помолчал пару секунд, покосился на Цыплухина и уставился на Никеля: - Артур, это не самое лучшее место, чтобы выяснять отношения. Мы не одни, в конце-то концов... - А мне насрать! Дегтярёв, ты какого хуя меня вчера по роже ебанул?! - Артур! Но, как писали классики, Остапа понесло. В этой ситуации и конкретно в этой комнате для Артура уже не существовало таких понятий, как "здесь", "сейчас" и "на нас смотрят посторонние люди". Никель ненавидел скандалить, считал это пустой тратой времени и нервов и предпочитал обходить острые углы и не ввязываться в конфликты с близкими людьми. Но ещё больше он ненавидел несправедливость, поэтому обида глодала его изнутри - ну конечно, он пришёл с прямым доказательством своей любви - да, пусть пьяный, но зато честный, - он ведь мог пойти, соблазнить первую попавшуюся бабу и нагнуть её, (тем более, что на нём уже пыталась повиснуть какая-то симпатичная блондинка из окружения Влада). Но вместо гарантированного хорошего траха, он пришёл к Юре, (с перспективой кончить в руку, если очень повезёт - то в Юрину) а Дегтярёв назвал его уёбком и двинул ему. - И даже, блядь, не извинился! И если ты думаешь, что минета было достаточно, то ты ошибаешься! - Артур! - У-у-у, - протянул забытый доселе Цыплухин и ухмыльнулся. - Я, пожалуй, пойду. - Соблаговоли уж! - рявкнул Никель, не без удовольствия глядя, как за начальником Невского закрывается дверь. - Артур, ты вообще когда-нибудь головой думаешь?! - не выдержал Юра. - Ты только что в каком свете нас Владу представил?! - Не его дело! И вообще, не переводи тему! Юра вздохнул, спрятал лицо в ладонях и замолчал. Артур посмотрел на него выжидающим взглядом, а затем понял, что начинает потихоньку успокаиваться. Видимо, Дегтярёв действительно раскаивался - иначе на одно слово Никеля он нашёл бы десять, Артур по опыту это знал. За дверью послышались голоса, парню показалось, что он слышит голос Руслана, а Юра всё молчал. - Юр... - Извини, я не должен был тебя бить, - проговорил, наконец, он. И добавил, немного истерично рассмеявшись: - Но, твою мать, какой же ты мудак! Что знает третий, то знает и свинья. - Блядь, - закатил глаза Артур. - Ну не будет же Влад трепать направо и налево, что мы спим, ну? - Чёрт его знает. Но если об этом узнают Миша и Руслан... И тут оба парня замерли, одновременно подняв головы на открывающуюся дверь. В кабинет Цыплухина вошёл бледный, но старающийся держать лицо, Руслан, он встал посреди кабинета, скрестив руки на груди, и ухмыльнулся. - Юра, объясни мне, что происходит, пожалуйста. Ты подрываешь нас с места, вынуждаешь бросить людей непонятно на кого, мы приходим, а тут стоит вот этот вот, ухом к двери припал и в скважину замочную смотрит, - парень махнул рукой в сторону маячащего в дверном проёме Цыплухина, - у меня к тебе ровно полсотни вопросов, а вы всё надеетесь, что кто-то ещё не в курсе, что вы спите, и думаете, что это кого-то интересует? - Э-э, - только и смог выдать Юра. - Вы что-то рановато. - Потом разберётесь, кто кому минет должен, сначала объясни нам с Мишей, что вообще происходит и зачем вы нас сдёрнули. Юра неодобрительно зыркнул на Цыплухина и начал рассказывать. Артур мало вслушивался в речь любовника, только давил в себе желание нервно расхохотаться. В конце концов, ничего страшного не случилось, просто теперь все всё знают, а давешняя блондинка вместо того, чтобы вешаться Артуру на шею, будет обходить его за три километра. Ну, невелика потеря. - Техноложка - наш последний шанс. В общем, мы должны отправиться туда завтра. - Но как, если мы не можем пройти ни через Сенную, ни через Восстания? Кладезь гениальных идей и по совместительству главный геморрой последних двадцати минут, Цыплухин, непонятно когда успевший появиться в кабинете и даже усесться за свой стол, многозначительно улыбнулся и поднял палец вверх: - Поверху, друзья. Поверху.