Эфир, который возвращает прошлое

— А сегодня у нас снова гость! — продолжает свой эфир Юнги. — Новые слушатели не знают, как все происходит, поэтому мне стоит объяснить им это, не так ли? — произнес Мин и улыбнулся. Ему нравились такие эфиры по одной простой причине — он каждый раз не знал, кто придет. Единственное, что было известно — это то, что гость — один из постоянных слушателей. — Пока я буду рассказывать, вы можете подавать заявки на следующий такой эфир, — сделав небольшую паузу и выпив несколько глотков воды, Мин продолжил. — Мы предоставляем слушателям возможность попасть к нам на эфир. Все, что нужно сделать — это отправить заявку на почту, что указана на экране и также на нашем официальном сайте. После, наш менеджер рандомно выбирает заявку, и её автор может попасть к нам на шоу и провести с нами совместный эфир, как оффлайн в нашей студии, так и онлайн. Главное правило — вы не должны указывать свой пол, возраст, имя и другие признаки, которые дадут нам понять, кто Вы. Это сделано для того, чтобы ведущие не могли заранее узнать, кто к ним придет. Такое шоу проводится четыре раза в неделю, по утрам наша команда приглашает подписчиков, а по вечерам — знаменитостей. Так что желаю каждому, кто подал заявку, удачи, возможно, в следующий раз именно Вы попадете к нам на эфир, — закончив свою речь, Юнги подмигнул в камеру и улыбнулся. — Что ж, думаю, нам пора вернуться к нашему гостю! Его пора пригласить к нам, ведь не только вам, но и мне интересно, кто в этот раз к нам пожаловал, — мило улыбнулся Юнги и опустил глаза на экран планшета, что находился возле него для возможности читать комментарии и отвечать на них. Подвинув микрофон, что стоял на столе, ближе к себе, Юнги зачитал один из комментариев, что попался ему на глаза. — «Вы действительно до сих пор не видели участника? Как это возможно?» Представляете, да, такое возможно. У нас на шоу участника ведущие не видят до того момента, пока сам участник не займет место возле ведущего или не присоединится онлайн. Даже за кулисами мы не встречаемся — нам просто не дают этого сделать менеджеры и команда, которая работает с нами, — посмеялся Юнги. — В этом и есть изюминка нашего шоу, не так ли? А сейчас время знакомиться с участником! Подав сигнал менеджеру, что можно пускать участника, Юнги снова взял в руки кружку с водой, чтобы сделать несколько глотков. Он говорил не так много, но горло уже успело пересохнуть. Выпив немного воды и отставив чашку на стол подальше от себя, Юнги услышал, как в комнату вошли, и поднял взгляд на вошедшего. Увиденное повергло его в шок — сегодняшний гость был хорошо знаком Юнги. Настолько хорошо он его знал, что сердце до сих пор сжималось от одного взгляда на него — на Чимина, бывшего возлюбленного. В себя он пришел только тогда, когда Пак, не увидев реакции на зов, решил дернуть за руку Мина. Он тоже скучал, у него тоже сердце сжимается и живот скручивает, стоит только увидеть или услышать голос Мина. Но им нужно вести себя нормально перед тысячами людей, наблюдающими за ними в прямом эфире. — Простите за заминку, я немного отвлекся. Здравствуйте! Могу ли я узнать, как к Вам обращаться? — быстро взяв себя в руки, спросил Юнги. Конечно же он знал, как того зовут, но показывать этого перед гостями никак нельзя — он только рассказал, что на их эфиры приходят люди, о которых они ничего не знают до личного знакомства, а тут вдруг он расскажет о госте что-то и выставит их шоу в плохом свете, после чего им больше не будут доверять и смотреть. Личные чуства не должны помешать работе. Чимин, услышав этот вопрос, застопорился, но тут же вспомнил о том, что это эфир, на котором они друг другу "не знакомы". Перестав слишком долго думать, ответил простое: — Чимин. Обращайтесь ко мне так. — Хорошо, Чимин. Могу я говорить неформально? Думаю, так будет нам обоим комфортнее. — Конечно, — улыбнулся Чимин и поднял взгляд со своих ладошек, что лежали на столе, на камеру, направленную на него. Поговорив на нейтральные темы, мужчины решили почитать немного комментарии, и первые же слова, за которые зацепился взгляд Мина, заставили его чувствовать укол ревности. — Ого, ты только пришел на шоу, а тебя уже зовут выпить чашечку кофе вместе, — произнес Юнги, поднимая взгляд на гостя. — Я не ду… — Чимин не смог закончить говорить, как его перебил ведущий. — Ребят, ему нельзя кофе, он пьет чай, — направив немигающий взгляд на камеру, произнес Мин. В тот момент он совсем не думал, что таким образом подрывает доверие смотрящих, ему было все равно. Конечно, потом он может пожалеть, особенно в этом удостоверил менеджер, что угрожал ему кулаком в соседнем помещении за прозрачным стеклом, и его нахмуренные брови ясно давали понять, что взбучки ведущему не миновать. *** — Я же уже извинился, что мне еще сделать? — повторял в который раз одно и то же предложение Юнги. После эфира менеджер позвал его в комнату отдыха и даже не дал ни минуты на разговор с Паком. — Придется еще извиняться перед директором… Возможно, еще и господин Совун придет… — потирая лоб и расхоживая по маленькой комнатке взад и вперед, говорил менеджер Вон, не обращая внимание на слова Юнги. — Так, — Вон, наконец, остановился посреди комнаты и посмотрел на Юнги, что скучающим взглядом обводил мебель и потолок. — Иди сейчас отсюда, пока никто не пришел. И на звонки пока не отвечай, для безопасности. Нам всем нужно будет успокоиться, и уже завтра все решим. Сейчас итак уже поздно, ничего толкового в голову на ночь не придет. — Спасибо, — поблагодарил Юнги и поднялся с кресла. — Не благодари меня. И быстрее уходи! — крикнул в спину уходящему, что уже не слушал его. *** Всю дорогу до дома Юнги думал о том, кого сегодня встретил. Сидя за рулем автомобиля и смотря на дорогу, он думал только о Чимине. Почему он решил снова появиться? Хотел ли он видеться с Юнги? И многие другие вопросы мучали его, но ответов он не находил. — Стоит ли мне написать ему? — придя домой и приняв душ, Мин сидел на кровати, подтянув колени к подбородку, обхватив их руками. — Не слишком ли поздно? — спросил сам себя. Подняв глаза на часы, он увидел, что стрелки показывают начало восьмого вечера. Не найдя ничего плохо в том, что он ему напишет, Юнги взял в руки телефон с прикроватной тумбочки. Открыв диалог с Паком, который рука не поднялась удалить после расставания, Юнги начал набирать сообщение. Юнги: Привет, это Юнги, если ты вдруг удалил мой номер. Мы можем встретиться и поговорить? Ответ пришел незамедлительно, будто на другом конце только и ждали сообщения от мужчины.

Чимин:

Привет. Я не удалял…

Можем встретиться сегодня?

Юнги: Конечно. Я приеду?

Чимин:

Адрес все тот же. Буду ждать

Откинув телефон в сторону, Юнги начал быстро одеваться. Натянув поверх футболки черную толстовку, надев такого же цвета джинсы, тот схватил телефон с простыни и пошел обуваться. Прихватив ключи от автомобиля и квартиры с тумбы, накинув куртку на плечи, мужчина выбежал с квартиры и, закрыв двери, побежал по лестнице вниз. Он нервничал — они уже три года не виделись, Пак не мог оставаться спокойным, зная, что наконец сможет увидеть свою первую и единственную любовь, наконец прояснить некоторые моменты их отношений и избавиться от груза на своих плечах в виде вины из-за расставания. Доехав к нужному месту за десять минут, Юнги припарковался и, выдохнув, вышел из машины, направившись к подъезду. Ему быстро открыл дверь Чимин, похоже, только и ждал, когда же Мин наберет в домофон номер его квартиры. Поднявшись на нужный этаж, подойдя к двери, Юнги не успел позвонить в звонок, как та открылась. — Заходи, — сказал Чимин, пропуская мужчину внутрь, тут же закрывая за ним дверь. — Проходи, мой руки, я тебя буду ждать на кухне, — и скрылся за поворотом. Когда Юнги зашел на кухню, чайник уже кипел, а Чимин суетился и старался поскорее достать из верхней полки чашки для напитка. — Помочь? — тихо задал вопрос Юнги. — Нет, я сам справлюсь, — в такт тому ответил Пак. Всё остальное время они молчали. Было уютно находиться в тишине с таким человеком — любимым, близким, родным. Пусть и в прошлом. Когда чашки с горячим напитком стояли на столе, а Чимин сидел напротив Юнги, залезши на стул с ногами, спрятав их под рубашку от прохлады осени, Мин решил первым нарушить их затянувшееся молчание. — Как твои дела? — вроде бы простой вопрос, но в нем содержится столько вопросов, сколько и за ночь не удастся задать. — Я… в порядке. Кажется, — тихо ответил Пак, поднося чашку к губам. — А ты как? — Тоже в порядке, — через несколько секунд послышался следующий вопрос, — Как ты эти три года был? Как себя чувствовал? Нашел кого-то, кто любит тебя так сильно…? — «как я» осталось неозвученным. — Нет, никого не нашел, — «только ты любил меня по-настоящему», Чимин не смог произнести в слух. — И все эти года… я скучал, — Пак поднял взгляд и посмотрел в темные глаза Мина, которые смотрели в ответ. Чимин решил, что скрывать что-то нет смысла, ему стоит все рассказать. От его молчания страдают они оба, и это не приносит никакой пользы никому, только боль и разочарование. — Поэтому ты решил сегодня появиться спустя столько времени без предупреждения? — Я должен извиниться. За то, что три года назад сделал и сказал. Ты сильно злишься на меня? — проигнорировав вопрос Юнги, опустив глаза на стол, выдавил из себя Чимин. Ему тяжело давались слова, слезы норовили сорваться и покатиться по щекам. — Я просто… ты был прав, когда говорил, что я думаю только о себе. Раньше я о тебе совсем не думал и не заботился о твоих чувствах, за что мне очень стыдно. Тогда, три года назад, я подумал, что уделяю очень много времени отношениям, а мог бы побольше работать и стать более успешным, чем был. Тогда я расстался с тобой и наговорил всякие глупости только из-за желания иметь больше, чем имел. И… оно привело к тому, что мы сейчас видим. Мы оба с разбитыми сердцами и шрамами, которые залепить будет непросто. Но я бы хотел попытаться заклеить и излечить то, что еще возможно, — первая слеза покатилась по румяной щеке, а за ней последовали и другие. Чимин беззвучно рыдал, но осмелился поднять взгляд на собеседника. Его глаза, как и глаза Юнги, были влажными, а взгляд был наполнен болью. — Прости меня… Но я бы хотел хотя бы попытаться. Ты дашь мне шанс? Нам шанс? — послышался первый всхлип кого-то из них. Они оба не могли сдержать эмоций и плакали от чувств. — Иди сюда, — Юнги протянул руки, зовя Пака в свои объятия. Тот не мог отказать, и уже через минуту сидел у Мина на коленях, крепко обнимая его за шею руками, спрятав лицо в плече и пачкая слезами толстовку. — Я не злюсь на тебя, никогда не злился. Да, тебе стоило поговорить тогда со мной, и мы вместе что-то решили бы, но уже ничего не вернуть. Но мы можем исправить все. — Как? — поднял голову Чимин и внимательно всматривался в темно-карие глаза напротив. — Если начнем все сначала и не будем допускать ошибки прошлого, и всегда разговаривать друг с другом, тогда мы сможем избежать многих недопониманий, и не будет недомолвок. Будем делиться чувствами и желаниями, мыслями, тогда сможем избежать многих ссор и сохранить отношения дольше, — улыбнулся Мин, рассматривая заплаканное лицо любимого. Он, наверное, выглядел так же — мокрым и с покрасневшими щеками и глазами. — Так ты дашь нам шанс? Дашь возможность все исправить? — оживился Чимин. И плакать совсем перехотелось, а вот задушить Мина в объятиях очень даже. — Да. Да, конечно я дам нам шанс, — улыбки, которые они дарили друг другу, были теплыми, а лица выглядели очень довольными. В следующую секунду их лица приблизились, губы потянулись навстречу друг к другу и слились в поцелуе со вкусом слез. Юнги, держа Чимина за талию, прижал поближе к себе, а руки Чимина сжали шею Юнги чуть сильнее. Чтобы показать, что они нужны друг другу, в них нуждаются прямо сейчас и отпускать не планируют. Они постараются не допускать тех же ошибок, что и в прошлом. Они заслужили того, чтобы быть счастливыми.