Окутанные мраком

Я не имела понятия, как мне действовать и стоит ли вообще ради глупого зачёта так трепать нервы и мне, и этому вредному Демону. Время тянулось, словно пластилин, который никому не поддавался и был абсолютно неповоротливым. Я кусала губы до крови, хрустела пальцами и нервно трясла ногой, принимая это за своеобразный антистресс. Солнце стояло ниже. Вечерело. Я гуляла по саду синих гортензий, которые так любила, но держала ото всех втайне. Меня манила их воздушность и видимая лёгкость, напоминавшая облака. Когда-то в детстве, не найдя ничего подходящего для меня, папа собрал цветы из сада бабушки, обосновав это тем, что они похожи на меня — такие же нежные, при виде которых хочется улыбаться. Я мечтательно прикрыла глаза, вспоминая земную жизнь. Даже после потери Ребекки отец всегда баловал меня, говорил, что мы ещё увидим маму, но для этого нужно пройти большой путь. Она ждёт нас. И ради неё мы пройдём все трудности. — Я прошла, пап. Я встретила маму, но потеряла тебя, — сердце неприятно кольнуло. Слёзы уже скапливались в уголках глаз, но я небрежно смахнула их, улыбнувшись небесным цветам. Нужно было найти Люцифера. Не знаю как, но уговорить его помочь мне с докладом. Я не пошла к нему сразу после урока, ибо мне требовалось успокоиться и на позитиве явиться к нему. Возможно, в нём соизволило проснуться что-то человеческое, и он бы налегке кивнул мне. Хотя, кого я вообще обманываю? Это будет просто отвратительно.

***

У Демона скверный характер. Об этом знают все, и всех это останавливает. Но, как обычно, не меня. Не в моём характере убегать от чего-то, подстраиваться или терпеть неуважение. Однако я всё время выслушиваю наречения о том, что как только я встречу любовь, всё изменится. Любовь — не слабость, не болезнь. Любовь — это колесо фортуны: тебе может повезти, и ты будешь жить как в сказке. Но можно не дотянуть одну ниточку до конца, и всё потеряно. В этом вся суть данного чувства. Оно ассоциируется у меня с Демонами: такими же коварными и хитрыми. Я бродила по Аду в надежде случайно наткнуться на цель и застать врасплох. Интересно, он вообще бывает в хорошем настроении, когда его улыбка не напоминает злобный оскал? Все двери были заперты, однако моё внимание заострилось на единственную, после которой даже перехотелось дёргать обычные: алая дверь с чёрной ручкой и такого же цвета выгравированным полумесяцем с перевёрнутым крестом. И только она была открыта. Я тихонько толкнула её, после чего последовал скрип, и высунула голову. Удивлению не было предела: на кровати лежала Лилит! Сама Королева Ада, жена Сатаны… Я отпрянула, выглянув в коридор, дабы убедиться, что никого нет поблизости, и юркнула в спальню. Если быть честной, Демоница выглядела болезненно. И, возможно, действительно болела, ибо на столике рядом валялись различные зелья и жидкости неприятных цветов с резкими запахами. Один я поднесла к носу, и пахнуло сырой землёй, отчего я быстро отвернулась и отодвинула колбу. Но и это сыграло на руку: взгляд зацепился за книгу до этого почему-то, не замеченную. Страница была изрисована странными рисунками девы с одним чёрным крылом и одним белым, подле которой клубились тени и дым, а с другой стороны — облака и туман. Написанные строки я не поняла. Видимо, язык Демонов. Я только раз в жизни прочитала всего одно слово на их языке и захотелось попробовать ещё, так что я зачитала их вслух:

Pulcritudinem puella, quae virtutem duarum creaturarum potest tenere. Splendida est sicut dies, tenebrosa quasi nox anima eius. Fortis est sicut vir fortis. Illa mitis ut ver. Rosa est — pulchra, insolita, sed callida ut vulpes.

Со мной происходило что-то странное, доныне неизвестное: текст будто манил меня, я с первых строк начала идеально читать его, не могла отвести глаз, даже если бы очень захотела. На последних словах зазвенело в ушах так, что я еле дочитала их, прищурившись. Невозможно было развидеть что-то далее, ибо всё было словно намылено. Чтобы прийти более-менее в себя, я поднесла к носу болотную жидкость и, почувствовав мерзкий запах тины, небрежно поставила на место. Удивительно, как все они по-разному вонючи, но при этом содержат точь-в-точь тот же резкий запах. Даже сложно объяснить, что он мне напоминает. Я метнула взгляд на зеркало. У меня пропал дар речи, когда в отражении я увидела не привычную блондинку с голубыми глазами, а незнакомку с… одним чёрным и одним белым крылом, державшую в руках розу. Я глубоко вздохнула, подходя ближе. Это я? В отражении действительно была я, но с другими крыльями, цветом глаз и хитрой ухмылкой. Шаги. Я не успела ничего разглядеть, как зеркальная Вики испарилась, словно рассыпали порошок. Подбежав к зеркалу, я начала вновь вглядываться в него и трясти, чуть ли не плача, умоляла незнакомку вернуться. Что это было? — Тише, заходите. Госпожа, видимо, ещё спит, — в тишине раздался строгий голос. Времени было мало: к комнате подходили служанки. Много. Я спряталась под ближайшим столом и пододвинула стул. Затаив дыхание, ждала, когда девушки войдут, и молилась Шепфа, чтобы никто из них не остался в коридоре. — Акрибисилл взяла? — Я… он… — молоденькая девушка лет семнадцати держала в руках колбы с различными травами. Её рыжеволосая наставница расправила чёрные крылья и угрожающе над ней нависла. — От тебя никакого толку, Иза! — женщина пихнула юную Демоницу и принялась разгребать сумку. — Королева на грани смерти! А ты в детстве застряла. В ушах зазвенело. Эхом гулко в голове раздавалось: На грани смерти! На грани смерти! На грани смерти! Я попыталась сохранить самообладание. Надо действовать на холодную голову. То, что я дочь Серафима, ничем не поможет — в Аду не щадят никого. Даже самого Принца. — Извините, я совсем запуталась в этих травах, — неуверенно говорила Иза. — Я сейчас… сейчас проверю… Передо мной стояла сумка в очередными колбами. Я одними губами произносила их названия: ковериалилл, бастидалилл, а…акрибисилл! Медсёстры рыскали по всей комнате, перерывали свои вещи. Однако самая высокая из них подошла опасно близко к столу, который служил моим убежищем. Она собиралась отодвинуть стул, как я толкнула его, пытаясь сделать видимость, что она споткнулась. Рядом лежавшая сумка проехалась по полу и остановилась у ног Изы. Она обречённо выдохнула и поспешно выудила нужное лекарство. Пока все отчитывали девочку, я, краем глаза следя за ними, прошмыгнула в коридор и оказалась у лестницы, ветвящейся вверх так, словно не имела конца. — Фу-у-ух… Наконец, стало спокойно. Я прикрыла глаза и пыталась утихомирить сердце и учащенное дыхание. Все события в комнате, как ни странно, отошли на второй план, и только сейчас я снова начинала паниковать. Перед глазами стоял образ той девушки, той меня. Все чувства испарились от страха и возвратились только сейчас. Оказывается, всё это время у меня болела голова и затекла шея. На лестнице раздались шаги. Я не успела разглядеть, кто это, и как можно быстрее, спряталась у стенки. — Что за день сегодня в конце концов! — шёпотом выругалась я. Звук утих. Видимо, Демон ушёл в другом направлении. Я снова выдохнула, отгоняя лишнюю панику. — А! Твою мать! Стоило мне выглянуть, как из-за стены вышел Люцифер. Он злобно ухмылялся, довольный моим испугом. Подошёл ближе, нависая надо мной в силу разницы в росте. — Непризнанная в Аду? — он выгнул бровь и оглядел меня снизу вверх. — Соскучилась по былым временам? Что-то внутри ёкнуло, но я отогнала эти мысли, ссылаясь на недавний испуг и неожиданную встречу. Даже мужчина это заметил. Я сглотнула и, наконец, подняла на него взгляд. Вроде бы чужой, а вроде бы изученный до каждой мелочи: красные радужки и переливающийся в них блеск рубинов. Даже не выражая никаких эмоций, в нём читались все черты Демона. Почему-то захотелось бежать. Просто убежать и забыть про какую-то работу, про Ад и про всё, стоило мне увидеть «давнего друга». Всё так неожиданно оборвалось: Люцифер был уверен, что я стану одной из них. Но надежды были напрасны, ведь я не хотела стать еще большим разочарованием семьи. И не жалела, поскольку не было выбора: находясь в одном классе с Ангелами, ничего хорошего об их противоположных существах не услышишь. С тех пор мы не виделись. Он не шёл на разговор и я тоже. Не знаю, что бы было, поступи я иначе. — Я больше не… — Точно. Теперь ты ангелок, — словно выплюнул. Я будто слышала нотки обиды и презрения в его голосе. Люцифер опёрся о перила и прожигал меня ненавистным взглядом. — Тебе какое… — Это я должен задавать вопросы касательно твоего нахождения в Аду, — его глаза загорелись, отчего я отступила назад. Подле него я была словно подбитая овечка. Не хотела лишний раз двигаться или говорить что-то, знала, что исход будет одинаковый. Однако я не думала, что мужчина и вправду хочет меня напугать или угрожать. Скорее потешить своё эго и вновь доказать себе, что на своей территории он властен. — Ты мне дашь договорить? — я постаралась сделать голос напористым. Он усмехнулся. — Постарайся, чтобы мне было в новинку слушать твои сказки. Я подошла вплотную к нему и так же опёрлась о перила. От Демона исходило тепло, но оно угрожающе нависало надо мной. Он смотрел на меня очень странно, я не могла понять или хотя бы догадаться, о чём он думает и что замышляет. — В школе задали доклад о Демонах сделать. Ты со мной в паре. Брюнет пододвинулся к моему уху и обжёг словами: — Я знаю, ангелок. И ушёл. Он просто ушёл, оставив меня ни с чем, словно диалог был действительно бессмысленным. — Ничего другого я не ожидала! Самовлюблённый индюк! — крикнула вслед. Остались смешанные чувства насчёт только что произошедшего. Я сползла по стене и зарылась в волосах руками. Всё было хуже, чем я предполагала. Не только потому, что Люцифера я даже не попыталась уговорить — я сама ничего не хотела делать. Я так рвалась к этой Цитадели, так хотела подняться в глазах матери, которая так искусно меня игнорировала. Но, видимо, у всего есть конечная точка — у меня это доклад. Он показал мне, что не я хочу это делать, а нуждающаяся в любви матери Вики хочет это делать. Мне не нужен пост Серафима, мне нужна мама. Её поддержка, её гордость за меня. Всё равно. Я не собиралась оставаться на полпути: будь что будет. Кроули знал, на что шёл, когда приписывал мне Люцифера, но не знал, что я не так уж свята. Я пулей побежала в сторону ушедшего Демона. По дороге встретила разнообразные сады, как в школе, но интереснее и завораживающее. Лилит точно приложила руку. Это сторона Ада отличалась от всей местности — много всего необычного было, оригинального. Со своеобразным вкусом, но выглядело и правда красиво. Цветы в чёрных, синих, красных оттенках, которые я и по сей день не встречала. Они были чем-то похожи на розы, но с шипами острее и длиннее. Я видела сходства также с тюльпанами, гвоздиками и пионами. Они были как прямо в помещении, так и за стеклом. И это всё разделял маленький ручеёк, приятно шелестевший со всех сторон. Даже захотелось спать в такой непривычной для Демонических существ атмосфере. Была одна-единственная дверь в конце огромного коридора. Запыхавшись, я мысленно ликовала этому: заносчивого брюнета будет найти легче. Только вот я толкнула её и увидела ещё один коридор, где около десятка таких же входов. Я сунула руки в карман и начала пятиться назад, громко выдыхая. И наткнулась на бумажку. — Как я могла забыть, — я достала листок из кармана. — Задание первое… Глаза округлились. Этот день был явно худшим в моей небесной жизни. — Изучить комнату и вкусы в архитектуре, интерьере… — смяла и сунула обратно в карман. — Это просто ужасно. Благо, я всё же решила сосредоточиться, и найти его комнату было не так уж и трудно: на двери был также выгравирован чёрный козёл, чью шею обвил змей. Как бывший архитектор, я не хотела признавать, но вкус у Демонов получше, нежели у Ангелов. Много необычного собрано в кучу, что вроде бы должно смотреться безвкусно, но это большое заблуждение. — Ты так одно задание будешь выполнять все полгода, — позади меня раздался тот самый голос, напоминавший мурчание кота, от которого я подпрыгнула. Я обернулась и со всей злостью посмотрела на него. — Прекращай так… — А мне нравится тебя пугать. — Мне не до этого, — недовольно процедила я. — Тебе в удовольствие играть в детские игры? Люцифер в привычном для него репертуаре усмехнулся, чтобы я усомнилась в своих словах. — Обычно такие, как ты, видят мир в розовых тонах. Меня будто по голове ударили молотком. Да он издевается надо мной! — Слушай, выпускай свои когти в кого-нибудь другого. Я не желаю вести с тобой диалог на тему, отличную от доклада, — я отошла от него и перестала смотреть, словно его персона меня совершенно не интересовала. — Следи за языком. Тут тебе Цитадель не поможет, ангелок, — последние слова он протянул как диагноз. Люцифер, словно пантера, обойдя меня по кругу, одарил пылающим взглядом и направился в другую комнату. Я же прошмыгнула в спальню. — Чем быстрее начну, тем быстрее закончу. Поначалу я без особого энтузиазма бегло рассматривала комнату. Однако позже меня охватил интерес: хозяин покоев, видимо, единолично обустраивал тут всё. Красные и чёрные оттенки заполонило пространство. Скульптуры и картины красовались на стенах, самая большая из них — изображение падшего Ангела. Потолки были настолько огромны, будто вмещали все этажи школы. Почти наполовину этой высоты возвышалась кровать с рогами. Здесь даже был камин и два красных кресла около него. Всё было гармонично: комната была одновременно пуста и заполнена. И это меня зацепило, ибо такого сложно добиться даже самому опытному работнику. — Невероятно… — заворожённо говорила я сама себе. Тёмный классицизм… Я нашла на столе ручку и блокнот. Записывала свои эмоции, чтобы, готовя доклад, смогла снова окунуться в атмосферу. Здесь до жути уютно.