Другой

Запись камеры оборвалась нажатием кнопки, очередной эксперимент подошёл к концу и мужчина устало откинулся на спинку кресла. Эксперименты всегда выматывали Тома – из раза в раз, ему приходилось наблюдать за смертью очередного клона, комментировать происходящее для протокола и надеется, постоянно надеется, что именно этот клон окажется тем самым, что хранит в себе схему "X"-а, но каждый раз он терпел неудачу, дни тянулись, а решение так и не находилось. – Когда же это всё закончится? – тихо, сам у себя спросил мужчина, потирая переносицу, затем устремил взгляд вниз – А тебе останавливаться никто не говорил – монотонно проговорил блондин, обращаясь к Алексу, ютившемуся между его ног. Клон слегка вздрогнул, проморгавшись, но затем послушно поспешил вернутся к своей "работе". Припав губами к члену Тома, он медленно провёл языком от основания до головки, уделяя ей особое внимание, параллельно слизывая выступившую смазку и чуть надавливая кончиком языка на устье уретры, отчего мужчина шумно выдохнул. Перец чуть отстранился, продолжая поступательные движения рукой, кидая мимолётный хитрый взгляд на босса, а затем, положив ладони учёному на бёдра, целиком вобрал член, начиная медленно посасывать его. – Хороший мальчик – облокотившись и подперев щёку рукой, Том наблюдал за тем, как Алекс умело работает ротиком. Мужчина и подумать не мог, что этот клон окажется таким послушным и сговорчивым, ещё с самого начала, учёный был уверен, что Флэш будет тем самым, кто предаст свою команду и согласится работать на него, докладывать всё что задумал Номер Один. Однако, быстрый оказался намного трусливее, чем ожидалось; наслушавшись рассказов от других клонов про злодеяния и жестокость диктора, он предпочёл прятаться за спинами революционеров, нежели иметь что-то личное с самим Томом. Учёный не любил совершать ошибки, но это была одна из них, ему было как-то по садистски жалко, что №11 не покалечился или не умер во время эксперимента, так как в существовании клона, он больше не видел смысла. Диктор мог и дальше сокрушатся, но тут, в один из дней, делая обход комплекса, ему совсем случайно попался на глаза Перец, Алекс, Острый – мужчине было всё равно, какая у этого клона была кличка, для него он всегда был и останется клоном №27. Он застал его врасплох, видимо на одной из вылазок, которыми промышляли революционеры, этот с виду резкий и упрямый парень, хоть и пытался показать всем видом, что не боится диктора, но Том видел, видел этот ютившийся страх во взгляде клона, такой же, как и у его копий во время экспериментов. Учёный бы мог убить его, мог провести над ним очередной эксперимент или даже использовать как приманку для Номера Один, но вместо этого он предложил сделку. Блондин умел убеждать и начав из далека, вкрадчиво, видя как постепенно недоверие Алекса, сменяется любопытством и интересом, Том понял, что не прогадал… Тем временем, клон ускорил темп, пытаясь глубже заглатывать член блондина, на столько, на сколько это было возможно, Том лишь довольно ухмыльнулся на это. Положив руку клону на голову, зарываясь в мягкие, тёмные волосы, перебирая их пальцами, словно расчёсывая, учёный вспоминал, как хотел сделать подобное, смотря на тёмные кудряшки Роберта, прикоснутся, провести рукой, не получая в ответ полный непонимания взгляд друга. Нет, данное поведение было недопустимо для Тома, для Роберта возможно, но Том, он был слишком сдержан для таких вольностей и никогда бы себе такого не позволил. Не позволил же? А теперь? Учёный мечтательно рассматривал милое, покрасневшее личико Алекса и отдавался приятным ощущения, в преддверии разрядки, но тут его взгляд зацепился за накладные ресницы на левом глазу Алекса, которые он продолжал носить, даже после эксперимента. Мужчина недовольно хмыкнул на это, рука что была в волосах, скользнула вниз по виску клона, прошлась большим пальцем по скуле, остановившись у нижнего века. Слегка помедлив, мужчина срывает ненавистную фальшивку. Клон вздрагивает, но не останавливается, хоть и желание отстранится и возразить было велико. В его взгляде читается непонимание и небольшой испуг, было видно, что произошедшее его смутило, однако, он не знал, что творится в голове у диктора, и поэтому точно не хотел злить его лишний раз. Рука Тома всё ещё покоилась на щеке Алекса, и мужчина с интересом разглядывал сразу преобразившееся лицо, всё-таки так ему нравилось больше. Роберту так шло больше. Рука снова скользнула в волосы парня, заставляя работать усерднее, ведь учёный был уже близок. Спустя пару движений мужчина кончает, закинув голову и простонав на выдохе. Крепко держа руку на затылке Перца, прижимая ближе, не давая этим отстранится, учёный изливается клону прямо в рот, тот слегка поперхнулся, а на глазах выступили небольшие слёзы от неприятных ощущений, но выбора у него не было. Наконец отстранившись, с позволением диктора конечно, Алекс выпустил член изо рта, оставляя тянутся тоненькую паутинку слюны, которая тут же оборвалась. Вытерев рот рукавом, парень вопрошающе устремил на босса взгляд голубых глаз в ожидании следующих указаний. – На сегодня закончим – спокойно проинформировал учёный, приводя себя в порядок и вставая из-за стола. Том был сегодня слишком вымотан, чтобы продолжать, да и с бумагами следовало бы разобраться побыстрее. Он прошёл к двери, но неожиданно обернулся и окинул взглядом Алекса, который что-то отчаянно искал, поджав губы, словно ребёнок, что вот-вот расплачется, он бегая взглядом по полу, скорее всего ища те самые накладные ресницы. Том невольно усмехнулся, без издёвки, как-то по-доброму. Такой растерянный и такой родной… Роберт… Но стоило Алексу заметить на себе взгляд учёного, как он сразу выпрямился, натягивая свою лукавую улыбку. Иллюзия растаяла и в очередной раз, диктор убедился, что перед ним просто обыкновенный клон, улыбка снова сменилась на безразличие и некое презрение, как бы сильно он не притворялся, это всегда был просто клон. По правде говоря, Том продолжал надеяться, надеяться что в один из дней, это и правда окажется Роберт, но рациональность всегда всё возвращала на свои места и он продолжал твердить себе, что не нуждается в Роберте, не скучает по нему и уж точно не сожалеет по всему тому, что не сказал и что сделал, конечно же, это всё была ложь. Учёный отвернулся, поправляя очки, когда-нибудь он признает это, но не сегодня.