Тэниш Эл Лиард

— Каждый год в один и тот же день, старик сидит на руинах храма Трех. Этот его шрам, на половину лица, такое мерзкое зрелище. На сцене три глама играли проходивших мимо гор путников и старика в руинах. Они играли свои роли и были слышны их диалоги. — Легенда гласит, что много тысячелетий назад жили на земле два величайших война, два брата. И не было никого сильнее их. Поговаривают, что даже смерть была не в силах одолеть их… — продолжала Люц стараясь держать певучий диалог, словно пела балладу. Были слышны диалоги актеров на сцене: — Храм Трёх, а рассказ начал про каких-то двух бессмертных, ты похоже совсем заврался. — Не перебивай. Так вот, братья эти сотни лет были неразлучны, до того момента как они не встретили незнакомку… — Откуда ты все это знаешь? Ботан. — Мне просто нравится эта история, так что отвали или помолчи и дослушай до конца. Лютня продолжала играть, а Люция напевала свой текст. Пока действие было устремлено в вступительную сцену, Тэниш с Маркусом переодевались в свои геройские костюмы. Брюнету не было по душе что он выглядел как этакая дешевка из борделя. — Обязательно было давать мне это… — А что? Тебе идет. — Ухмыльнулся Маркус. На Тэнише были обтягивающие штаны, фрак и рубаха с какими-то рюшками. Его торс был открыт и открывали на всеобщее обозрение родинки в области солнечного сплетения. Три родинки шли цепочкой друг за другом и тянулись к левой ключице. Тэниша не смущало то, что он полуобнажен. Но из-за непривычности одежды глам не был уверен, что это было лучшим решение. — Чья эта одежда вообще? — с нескрываемым удивлением спросил Эл Лиард. Маркус только тихо посмеялся над образом друга. Ведь над его собственным образом нельзя было смеяться. Чисто из-за того что он был в привычной одежде. Если цветовая гамма Тэниша сейчас выглядела темной и мрачной, то Маркус было сияющим и белым. *** Пока Люц восторженно рассказывала историю, Корентайн с любопытством разглядывала платье. Наконец-то ей представилась возможность хоть где-то его надеть, даже в пьесе. Но осмотр длился не долго, пора было собираться выходить на сцену. Время ещё немного оставалось и сейчас она разглядывала двух братьев. Маркус смотрелся намного привлекательнее Тэниша. Его одежда поможет создать зрителям образ этого персонажа и почувствовать симпатию к нему. Тэниш же играл плохого персонажа, если его можно было назвать. Его открытый торс, родинки, сама концепция была странной. — В сценарии не было дешёвой девицы из публичного дома, кто его так вообще нарядил? , — после этих слов массовка начинала смеяться, прикрывая рот. — Я на полном серьёзное говорю, хоть бы как-то… устрашающе нарядили, засмеют же. Сейчас над Тэнишем смеялись уже все, включая Маркуса. Корентайн же не видела ничего смешного и даже немного переживала за репутацию бедного злодея. Её сердце не выдержит, если в этом лагере его будет унижать ещё кто-то. Благо строгий взгляд успокоил весельчаков и они притихли. — Не ссы, сына. Я играю плохо, вместе позориться будем, — с лёгкой улыбкой сказала она, поправив платье. Леди пыталась подбодрить его, ведь на ней смеяться мало кто будет, зубы дороже пары минут смеха. Когда речь зашла о главной героине, то Драгоил спокойно и грациозно вышла на сцену. Подумать только, как этот глам мог держать в руках оружие и так элегантно выглядеть в свете. После её выхода рекруты как-то потеряли суть сюжета, загружая свой разум размышлениями о наставнице. Подглядывающий из-за кулис Маркус в бешенстве топал ногой. — Негодяи, поганцы, только и делают, что смотрят на… — теперь и он был поглощен её видом. На удивление других актёров, Корентайн чётко выполняла свою роль, отбросив повадки наставника. Кое-где в движениях всё-таки было заметно, что она собирается сделать что-то лишнее, но это были скромные моменты в её игре. В основном она хорошо выполняла поставленную задачу, не давая шанса осудить себя. — Тэниш, ты посмотри… ну где ты ещё увидишь такое милое создание? Теперь я тебе её точно не отдам, — заявил он, гордо смотря на своего товарища. Другие рекруты смотрели на него, как на идиота. Если бы здесь была Корентайн и услышала такое, то можно было бы смело нести глама в лазарет. — Не хочу лезть в ваши разборки из-за леди Корентайн, но вы вообще уверены, что она воспринимает вас в роли мужчин? Если да, то вы глубоко ошибаетесь. Вы где-то на стадии бесформенных существ. Чтобы выглядеть в её глазах достойно, начните вести себя в духе воинов, а не мальчиков, — сказал один из бывалых рекрутов, помогая готовить следующие декорации. Дело дошло до появления на сцене Маркуса, который должен был сказать свою речь и станцевать с возлюбленной. Заметив, что он волнуется, один из рекрутов сильно вдарил ему по затылку. Маркус сначала хотел дать сдачи, а потом понял, что это помогло ему собраться и вышел на сцену. После пары реплик начался танец. Теперь настала очередь доброго брата поражать публику. Маркус перестал нервничать и чётко выполнял движения, как и его партнёрша. Для новичков в этом деле танец был весьма неплох. После танца Корентайн покинула сцену и зашла к рекрутам, которые тут же стали её хвалить. На сцене разворачивались новые события с Маркусом в главной роли. Музыка, декорации и повествование вновь втягивали зрителей в сюжет. Конечно, теперь то их взгляд и мысли ничего не отвлекало. А пока Ураган хотела отдохнуть, но заметила ослабленность в затяжках. Проблему нужно было решать, дабы не опозориться перед другими. — Мне бы платье завязать, кто сможет? , — этими словами она создала бойню любезностями у солдат, которые наперегонки пытались предложить ей свою помощь. Вздохнув, она подошла к Тэнишу и встал задом, открывая ему вид на плечи и спину. — Ты быстрее справишься, — пока он завязывал платье, девушка насвистывала марш. Завтра снова предстояли тренировки и тяжёлая жизнь по уставу. Поздним вечером нужно было вновь всё спланировать и доделать схему. — Спасибо малыш, — она обернулась и тыкнула его в лоб. — это чтобы твои мысли не тухли! Щеночек. Она вновь потерялась среди всех этих декораций и продолжила радостно шататься в платье. Сейчас она была похожа больше на ребёнка, которому дали новую игрушку. Почему-то она чувствовала взгляд на себе, но найти смотрящего просто не хотела. Какой смысл отвлекать себя такими мелочами, когда остались считанные часы перед тем, как платье отнимут и она станет обычным учителем, на которого уже мало кто посмотрит. Как странно осознавать, что всего одна вещь может изменить представление других о тебе и как неприятно понимать, что этой вещью стало обычное платье. Где-то в душе всё-таки было обидно, что их интересует не само обучение, а вид их учителя. А с другой стороны, они считали дни, когда их уже скорее заберут от неё, чтобы не слушать все эти крики. Разум был затуманен и она остановилась, прекратив радостные движения. Теперь она грустно смотрела и пыталась понять, что же она делает не так. *** Было и так ясно что вид у Тэниша тот еще, а слова про дешевую девицу подлили масла в огонь. Помимо Маркуса стали смеяться и другие члены пьесы. Брюнета это не забавляло, но и не оскорбляло. Он артистично пригладил свои волосы назад и хитро улыбнулся. Казалось, что сейчас глам был полностью поглощен своей ролью неприятного человека. На деле же Тэниш собрался отдать этот издевательский смех чисто своему персонажу не приплетая себя самого ко всему этому. Возможно будет глупо, а может это был лучший выбор из всех возможных. Лютня продолжала наигрывать свои мелодии и своим тоном вела личный диалог со зрителями, история начиналась плавно и нежно. Когда Корентайн выплыла на сцену заиграла нежная мелодия и Люц повествовала о красивой невинной деве, что гуляла по городской улице и продавала цветы которые собирала на поле у храма. — Прости друг мой, но меня эта женщина не интересует. — сухо ответил Тэниш на слова Маркуса, который видимо снова забылся. Тэниш повторил свой ответ и старшему рекруту, хмуро смотря на него. Возможно старший понимал отрицание Тэниша, а возможно просто не воспринимал его слова в серьез. Но старшой дал ценную подсказку, как себя не стоит вести, чтобы сама Корентай не стала питать к нему интерес. Нет, Тэниш себе не льстил. Просто он не рассчитывал на то, что женщина до конца обучения не изменит свое отношение к нему. В любом случае не помешало бы подстраховаться. Пока он размышлял над словами старшого, на сцену вышел Маркус. Из-за импровизированного холма вышел бессмертный воин, весь в светлой одежде и аки светлый посланник богов прильнул осторожно к Деве. Заиграла более активная музыка и парочка закружила в стандартном танце. Люц описывала все действие. — Брат полюбил девушку с первого взгляда и она ответила ему взаимностью, но за ними наблюдал старший брат и ревность пожирало его изнутри. Тэниш играя роль старшего брата во всем темном стоял за декорациями храма и изображал ревность. Получалось у него не плохо, но самому Тэнишу казалось, что он не справляется с ролью ревнивца. К действию подключилась массовка, она на фоне стала подпевать певучим словам диктора и выглядывали то с одного угла кулис, то с другого угла кулис. А Тэниш только и делал что скреб край «храма» и зло смотрел на танец Маркуса и Корентайн. Затем он скользнул за кулисы, потом упорхала Дева и Маркус остался на сцене с массовкой, а Люц горячо повествовала о том как любовь грела душу бессмертного война. За сценой Тэниш смачивал волосы водой и снова прилизывал их назад. Подчеркнуть его образ для следующей сцены помогал еще один рекрут, брызгая на него воду придавая этакий вид вспотевшего героя. Тут неожиданно поднялась какая-то суматоха, но Тэниш не придал этому особого значения и повторял себе под нос свои следующие строчки. Было неожиданно то, что леди Драгоил подошла к нему и встала спиной. Ох, сколько ревности он прочувствовал на себе. Видимо если бы за сценой был Маркус, живьем наверное испепелил. Глам не стал долго противиться просьбе женщины и он без лишних слов быстро подтянул завязки на платье и предупредив закрепил в узел который простым случайным движением не развяжешь. Тэниш не так часто помогает дамам с завязками. Из всех дам, кому он мог помочь в этом деле была его мать, и то она его не часто просила о такой услуге. Послышались аплодисменты и Маркус гордо вышел за кулисы. Было понятно, что свою основную сцену он отыграл на ура. И тут же пора было снова выйти Корентайн на сцену. Заиграла интригующая мелодия. По лицу Фаргса было видно, что ему очень нравилась эта мелодия. Люц еле удержалась чтобы не рассмеяться от его выражения лица. Массовка стала напевать сюжет происходящий сейчас на сцене. О встрече Девы с другим братом и тем, что ее сердце было им околдовано. Запретная любовь, новые ощущения и прочее в этом духе. Старший бессмертный войн уволок Деву в танец и в нем он всячески намекал на интимность этого действия. Ох сколько же было ревностных испепеляющих взглядов. Но Тэниша не заботило это. Он играл роль нехорошего человека, который околдовал невинную деву и заставил совершить измену перед возлюбленным. Танец был на подобии вальса, но не такой как с Маркусом. Он был резковат и более сближенным в плане расстояния между партнерами. В общем он был уже знаком танцорам, но вот зрители горели завистью к наставнице. Тэниш так близко к ней и казалось, что целует ей плечи, пусть на деле он был просто очень близко от кожи крылатки, но ни разу не касался его губами, даже случайно. Его одно расправленное крыло обдувало партнершу прохладным ветерком который будто неосязаемой вуалью обволакивал ее всю. Глам уверенно вел ее за собой, не боясь запнуться и был уверен, что девушка не споткнется в его темпе. Вот Тэниш запрокидывает леди Драгоил назад, а сам прильнул губами к ее ладони в его правой руке, целуя ее тыльную сторону ладони прикрыв глаза. Казалось, что все вокруг замерло, а несколько мгновений до момента появления другого брата растянулись на минуты. Даже не понимая для себя, Тэниш был готов пожертвовать всем, чтобы вот так застыть с ней. Но по сценарию Корентайн выхватывает Маркус и это приводит брюнета в здравое сознание. Вот-вот будет кульминация всей пьесы… *** Пока Корентайн думала о своём методе обучения, то не заметила, как оказалась на сцене с Тэнишем. Танец с ним был намного приятнее, ведь он не цеплялся за неё каждым пальцем, как это делал Маркус. Она смотрела в его глаза и пыталась понять, как вообще так случилось, что она сейчас оказалась на сцене в платье и танцует с кем-то. Это было странное чувство, чувство некого уюта в компании других. Сейчас они все развлекались и это так приятно грело душу, помогая позабыть о недавней грусти. Настало время прощаться с одним кавалером и начать действие с другим. Она позабыла о том, что она сейчас в лагере, о своём месте в армии, полностью отдаваясь роли. *** На сцене развязалась драка. Братья не поделили Деву и два бессмертных брата схлестнулись в битве. Диктор слагал, что не было видно конца битве. Что братья бились и день и ночь, а дева молила их перестать. — Ты предал меня брат! Позволил похоти своей раскрыться! Лишил ты чести леди Корлентию! — завопил Маркус как можно громче и устрашающе. Музыка набирала более агрессивный ход и походила уже на военный марш империи. Люц продолжала слагать: — Раздался звон мечей! Два брата схватились за глотки, подобно голодным зверям! И не было края той схватке кровавой! Зашедшее солнце блеснуло по краю. По краю холодного клинка. Бой конечно не был долгим, Маркус и Тэниш танцевали в паре с деревянными мечами. И вот Тэниш свалился со сцены. Рассказчик певуче рассказала о судьбе старшего брата, а ей подпевала массовка. Маркус достал бутылочку с кроличьей кровью и провел по своему лицу, типа изображая ранение рассекшее половину лица. Стали воспевать младшего брата. Потом последовало повествование о судьбе бедной девы. Которая не выдержала столь кровавой битвы между любимыми мужами и покончила с собой прямо перед тем храмом где повстречала обоих бессмертных воинов. Последний аккорд игры на лютне, будто оборвался. Все из массовки стояли перед лежащей на сцене Девой и сидевшим убитым горем мужчиной. — Так если они были оба бессмертные, тогда как он погиб? — спросил один из массовки. — Любовь, мой мальчик. Все из-за любви. Та девушка была не простой, ее любовь делала их смертными. — Заговорил второй из массовки что изображал уже старца со шрамом. — Если один брат смог оставить рану на лице другого, — заговорил другой актер из массовки. — А сам он и вовсе погиб, значит… — …она любила их обоих.