Попасть в игру

      До чего же скучно в школе. Особенно на последних уроках. Вообще-то Игорь знает, что надо учиться, получать знания, без них – никуда. И отец так говорит, и дядя Федя с тетей Леной. Но сегодня уроки слишком занудные, от голоса Ирины Николаевны спать хочется. А еще впереди целых два урока.       Игорь любил математику, русский, но вот с литературой были нелады. И не потому, что он не любил читать. Наоборот, любил и читал охотно. Просто вот разбирать, что хотел сказать автор через своих героев, было непонятно и даже неприятно. Каждый сам решает, что ему нравится, какую книгу читать и кого в ней любить, а кого нет. Как в садике в малышовой группе. «Дети, Лиса очень плохая, она обманом заманила к себе на нос Колобка и ам – съела». Тьфу! Что за ерунда в голову лезет.       От скуки Игорь начал вспоминать игры, в которые играл на приставке у Игната. Отец не мог позволить себе такую роскошь для сына, да и не считал нужным. У друга же приставка была, и они частенько «рубились» вдвоем, порой в ущерб урокам. Например, в «Индиану Джонса», который ищет затерянную Атлантиду. Или в «Мортал Комбат». Или в «Вольфштейн». Захватчики там похожи на немцев в старых фильмах. От этого «мочить» их еще приятнее. Надо бы сходить к Игнату, поиграть. Хотя исправить двойку по музыке тоже неплохо бы. Музыка – что за дурацкий урок! Учительница любит только девчонок, они послушные и поют, что приказали. Игорю на ее уроках скучно, и малышовые песенки совсем не нравится. Двойку он схлопотал из-за жирного Вадьки, который все время пулялся бумагой по тихому безобидному Артемке. Игорь не выдержал и вмазал Вадьке, как следует. И трубочку поломал. Тот заныл, конечно. И вот результат! Еще бы взрослые это понимали. И двойка-то не за пение, слова песенок Игорь знает. Хоть и глупые они какие-то. Но знает же! И петь, если надо, будет в хоре. Значит, двойка несправедливая, не за знания. Голова клонится на парту сама. Хорошо, Ирина Николаевна не видит. В глаза, словно песку насыпали. Странно как-то. И ноги – руки болят, будто ему не девять лет, а девяносто. «Сейчас немного отдохну дома и пойду к Игнату, - думает Игорь, - мы вместе сделаем матешу, он скатает у меня, и будем рубиться в Мортал». С последнего урока он не выскочил, а вышел. Сил не осталось совсем. Хорошо, что никто не привязался по пути. На драку вот совсем нет желания. А стать побежденным он не может себе позволить. Потому, что - будущий милиционер. Как отец. Дорога домой казалась вдвое длиннее. По пути он остановился, пережидая, пока в глазах перестанут мелькать черные точки. И наверное, стоял так долго-долго. Пока вдруг не окликнул его приятный голос: - Игорек, что ты тут стоишь один? Домой пора. Он оглянулся. Перед ним была старушка. Милая такая, в вязаном берете и бежевом летнем пальто. Говорят, только в Питере есть понятие «летнее пальто». Вот именно такое и было на старушке. «Странно, - подумал Игорь, - зима ведь, точнее, начало весны. Но все равно на улице минус. И как ей не холодно?» - Вырос ты очень, не видела тебя давно. Как там папа? - Работает, - прохрипел Игорь. Голос отчего-то пропал, словно кричал без передышки или съел пару сосулек. - Скажи ему, пускай бережет себя. Ради тебя, Игореша. И привет ему передавай. От Астафьи Филипповны. Запомнишь? Мальчик кивнул. - Вот и славно. Мне пора. И ты не стой тут, совсем силы уйдут. Иди домой скорее. «Откуда она знает, что у меня сил нет», - думал Игорь, плетясь знакомой дорогой. Кстати, хорошо, что Астафья… как ее там сказала торопиться. Едва войдя в квартиру, Игорь рванул в туалет. Тошнота подкатила так внезапно, аж в глазах потемнело. «Вечно в столовке гадость готовят всякую», - думал он, прополаскивая рот. Но отец оплачивал обеды и требовал от сына, чтоб тот ел в школе. Мол, там хоть горячее, а дома что – сухой хлеб да заготовки с дяди Фединой дачи. Кровать показалась такой удобной и мягкой. Игорь закрыл глаза… и очутился в игре. Это была какая-то странная игра, непохожая на те, в которые он играл с Игнатом. За ним гонялись скелеты с непонятным ржавым оружием, надо было убегать и уклоняться от выстрелов. Но сил оставалось все меньше, он видел табло, где подсчитывались очки. Жизни таяли одна за другой. Скелеты лязгали челюстями и догоняли. И больше всего Игорь боялся, что костлявые лапы схватят его. А что тогда? На экране высветится Game Over и все.       Отец пришел пораньше. Игорь сквозь сон чувствовал, как тот кладет холодную руку ему на лоб, как сует под мышку градусник и шепчет что-то такое… слов не разобрать, но от них отчего-то хочется плакать. Глупо это! Он не малыш, который боится оставаться без папы один. А слезы текут от того, что глаза режет. - Я сейчас встану, - забормотал Игорь, - отдохну и встану… - Лежи-лежи, - ответил отец и снова положил на лоб прохладную ладонь И стало так тихо и темно… Наверное, все же жизни кончились.       Игорь болел гриппом две недели. А когда слегка оклемался, рассказал отцу про встречу со старушкой. И передал от нее привет. - Не может быть, ты путаешь, - нахмурился Константин, - Астафья Филипповна когда-то жила в нашем доме, но умерла лет семь назад, ты еще крохой был. И она вправду, носила бежевое летнее пальто. Старомодное такое. А тебя называла "Игореша". Игорь ничего не ответил, прижался щекой к отцовской руке. Мало ли что показалось из-за температуры. - Но ты все равно береги себя, - на всякий случай сказал он. - Обязательно! Я очень постараюсь.