Часть 1
6 января 2023 г., 00:03
Примечания:
Указывайте на опечатки ребят. Я сел за работу в три часа ночи и закончил в пять...
Светит солнце, поют птицы, и, поскольку сегодня последний день, они будут петь вечно. (слушай, пока можешь) https://www.asofterworld.com/index.php?id=1243
----
#33
— Что бы ты сделала, если бы застряла во временной петле? — — Ха? — красноречиво отвечает Марси. Она рассказывала Саше все, что узнала о созвездиях Амфибии, пока они ждали восхода солнца, прежде чем Саша вмешалась с вопросом. — Знаешь, как если бы один и тот же день или неделя просто повторялись. — — Я знаю, что такое временная петля, глупыш. Ты просто обычно не увлекаешься такими вещами. — Саша только пожимает плечами: — Может быть, я провела с тобой достаточно времени на этой неделе, чтобы уловить некоторые твои занудные мысли. — — Грубо. Хорошо, хорошо, где происходит петля и как долго? — — Скажем, здесь. И на неделю, начиная с того момента, когда мы все вернулись в Уортвуд с вулкана. — Марси потирает подбородок, обдумывая возможные варианты. — Боже, я думаю, я могла бы сделать что угодно, верно? Если я помню, что происходит в этой петле. — — Ты это помнишь. — — Хорошо, тогда, если петля длится неделю, я могу пойти куда угодно, верно? Если только частью правил не является то, что я должна остаться в Уортвуде, но если нет, то я мог бы провести день, путешествуя по Ньютопии, а остальное читая все в королевской библиотеке. — — Ты провела там уже три месяца, и первое, что ты сделала бы, это вернулась бы, чтобы прочитать еще немного? Зануда. — — Привет! — Марси ударяет Сашу по плечу своим, хотя и не слишком сильно, так как не хочет, чтобы они потеряли равновесие со своего нынешнего места на крыше фургона. — Извини-извини. Хотя это неплохая идея, я имею в виду — путешествие. Амфибия довольно доступна, когда у тебя есть гигантский воробей. — — Правильно? И мы, вероятно, видели только часть того, что Амфибия может предложить до сих пор. Представь, сколько мест мы могли бы посетить, если бы у нас было больше времени! — — О, полностью. Я имею в виду Лилли Паддингтон, Болото Боттом, Свомп Широ, Биттибург, Риббитвейл… — — Вау. Ты точно знаешь свое дело, Саш. — Она снова пожимает плечами: — Жабы занимаются сбором налогов. Видела много карт в башне. — Марси тоже видела много карт, многие из них приколола к стене своей комнаты в Ньютопии, и она знает, что некоторые из этих мест находятся далеко от правящей области Южной Башни Жабы. Саша и Грайм, должно быть, путешествовали больше, чем предполагала Марси. — Что ты будешь делать, когда все это увидишь? — — Думаю, я бы… поискал способ разорвать петлю, верно? Я имею в виду, я бы, наверное, делала это на стороне, когда путешествовала. — — А что, если ты не сможешь? Что, если это все? Ты просто… застряла, — ее голос становится торжественным. — Однако должен быть способ сломать это, люди не попадают в петлю без всякой причины. Это либо научно, как какой-то большой эксперимент, который пошел не так, либо эмоционально и мистически, как высшая сила, пытающаяся научить героя тому, что он не может исправить каждую ошибку, которую он сделал, и ценить свою жизнь. — — Впрочем, именно так это и бывает в сказках. — — Ну, не похоже, чтобы такие вещи происходили на самом деле. По крайней мере, никто с Земли не зафиксировал ничего подобного, насколько мне известно. Хотя я полагаю, что могут быть записи о том, что это происходило в Амфибии, черт возьми, мне жаль, что я сейчас не в библиотеке. — Саша уклончиво мычит. — Ты бы хотела переделать что-нибудь на этой неделе? — Марси поставила точку в своих планах исследований и подумала о неделе, которую она провела вместе со своими лучшими друзьями; первую неделю, когда они втроем были вместе с момента приезда в Амфибию. Конечно, напряжение было, она хотела бы, чтобы она заговорила немного раньше за их ужином в первый вечер. Во время шарад Сприг что-то упомянула о том, что Саша отпустила руку Энн и чуть не умерла в Жабьей Башне, а Марси все еще не придумала, как попросить продолжения по этому поводу. Или на репетиции группы, может быть, если бы она была посредником в разногласиях Энн и Саши по поводу песни, тогда Саша осталась бы с ними на весь день, вместо того, чтобы присоединиться к ним на сцене в последнюю минуту. Это все равно было отличное выступление. Она просто хотела больше времени проводить вместе, все втроем. Она всегда хотела, чтобы они были вместе. — Настолько плохо, да? — — Ой! Нет, извини, я просто думала обо всем, что мы делали на этой неделе, — смущенно улыбнулась она. — Я думаю, не имеет значения, как прошла эта неделя, потому что теперь мы вместе, понимаешь? И мы останемся вместе на вечность. — — Вечность и один день. — Саша соглашается и сердце Марси переполняется тихой радостью. — Эй, можно тебя поцеловать? — — Что… я… ты что, издеваешься надо мной? — — Нет, я не об этом. — — Я… — — Извини, это было глупо. — Саша отводит взгляд, прежде чем расправить плечи. — Но все в порядке, солнце почти взошло. Сегодняшний день почти закончился. — — Саша… — Разум Марси, который до этого момента останавливался, когда Саша произносил слово «поцеловать», наконец-то включается. Она воспроизводит их разговор на высокой скорости, пока ее разум не приходит к заключению, которое кажется в равной степени прекрасным и ужасно жестоким. Саша Уэйбрайт хочет поцеловать ее. Солнце вот-вот взойдет, и Саша Уэйбрайт хочет поцеловать ее, но Марси знает, она просто знает, что просит не из храбрости и откровенной дерзости, которые обычно воплощает ее лучшая подруга. Потому что солнце вот-вот взойдет, и один день, наконец, заканчивается, когда начинается другой. Она пытается быть храброй, как она может быть Саша, когда кладет руку на щеку Саши. — Скажи мне раньше в следующий раз. — Их губы соприкасаются на рассвете.----
#17
Ночной воздух неподвижен. Саша лежит плашмя на подушке тележки, руки связаны перед собой, лицо ничего не выражает, а глаза не отрываются от звезд наверху. Энн смотрит на нее сверху вниз с того места, где она сидит на ящике в одном из углов тележки, готовая броситься в погоню, если ее подруга вскочит и снова попытается сбежать. — Я присоединилась к группе поддержки только потому, что ты увлекалась теннисом. — Энн настолько ошеломлена, казалось бы, случайным признанием, что сначала не знала, что сказать, что оказывается неважным, потому что Саша еще не закончила говорить. — Я думала, что смогу болеть за твои игры, но оказалось, что мы играли только на футбольных матчах. Я чувствовал себя так глупо, когда я работала над этим. Я имею в виду, ты должна только вежливо хлопать на теннисном матче, конечно, там нет группы поддержки. Но я уже была там около двух месяцев, так что я просто продолжала в том же духе. И, очевидно, у него были другие преимущества. Гораздо проще убедить футбольных качков оставить в покое главу шахматного клуба, когда ты устраиваешь им шоу в перерыве между таймами. — Глава шахматного клуба в настоящее время управляет улиткой, которая тянет тележку, в которой находятся Энн и Саша. Энн оглядывается назад, но Марси не показывает, что слышала бессвязные речи Саши, вероятно, все еще чувствуя себя измотанной после нескольких потасовок, которые у них были с Сашей в тот день. — Я никогда не думала об этом раньше. Это на самом деле мило, Саш. — Саша только мычит в знак признательности. Когда разговор затихает, Энн находит минутку, чтобы прислушаться к окружающему щебету ночной жизни Амфибии, и пытается подобрать слова к вопросу, который повторялся в ее голове последние несколько дней. — Почему ты сбежала из Уортвуда? — наконец спрашивает она. Почему ты сбежала от нас, думает она. — Я сходила с ума. — — Ты и дня там не был. — Саша смеётся смехом, граничащим с маниакальным. — О, поверь мне, в таком маленьком городке день может показаться вечностью. — Энн хмурится из-за того, что кажется пренебрежительным по отношению к городу, который она так полюбила за последние несколько месяцев. — Когда я впервые приземлилась в Амфибии, меня заперли в Жабьей Башне. Типа, «бросили меня в камеру и приковали к стене», заперли. — Энн хмурится только сильнее. Это была не та версия, которую Саша рассказал ей за горячим шоколадом, когда они впервые встретились. Но Энн и в голову не пришло подвергать сомнению историю, которую рассказала ей Саша, что жабы приветствовали ее в своих рядах, увидев ее лидерские качества. Она была Сашей Уэйбрайт, старшим чирлидером средней школы Сент-Джеймс, конечно, она всегда была на вершине. — Они допрашивали меня неделями. Кто послал меня? Как я сюда попал? Чего я хотел? У них даже была твоя обувь. Извини, кстати. — — У Грайма был мой ботинок? — тупо спрашивает Энн, все еще не оправившись от каждого нового откровения, которое Саша продолжает ронять на ее голову. — Ага. Заставила его думать, что мы какие-то силы вторжения, одетые в конверсы. Если бы эти цапли не напали, то я, наверное, до сих пор гнила бы там. — Телега слегка толкает их, поскольку дорога становится менее ровной. — Я начинаю думать, что, может быть, я и не уезжала. Я только что поменял одну клетку на другую. — Смех, который следует на этот раз, звучит глухо. — Саш… — Наконец она садится прямо, пока тележка продолжает раскачиваться, прежде чем бросить последний мяч в сторону Энн. — Хотела бы я поцеловать тебя после того, как мы выиграли. Но это просто никогда не подходящее время, не так ли? — Щеки Энн внезапно вспыхивают, но прежде чем она успевает произнести хоть слово, она падает вперед, когда тележка врезается в выбоину. Когда она поднимает голову, лицо все еще горит, Саша перепрыгивает через борт телеги и мчится в окрестный лес. — Подожди, Саша! Марси, стой! Она… — Но она уже ушла.---
#9
Все в этот день было выключено. После того, как Марси позавтракала с Плантарами, она согласилась сбегать в город, чтобы передать приглашение на ужин той ночью Саше и Грайму. Все до сих пор кажутся немного на взводе из-за них, но у Марси с этим не было проблем, плюс Джо Воробей сделал поездку довольно тривиальной. Или он сделал бы, если бы его где-нибудь можно было найти. Тщательно проверив, не беспокоит ли он снова улитку, Марси решила, что он где-то поблизости разминает крылья, и неохотно отправилась в Уортвуд. Как только она прибыла и нашла Грайма, она обнаружила, что вся ее поездка была бессмысленной, потому что он уже знал об ужине. Что было странно, правда? Марси не помнила, чтобы кто-то из них говорил об этом прошлой ночью, когда они высадили дуэт в единственной гостинице Уортвуда, но Грайм был непреклонен в том, что Саша упомянула об этом тем утром, прежде чем уйти, чтобы «приобрести более подходящую одежду», как он выразился. После еще одного потраченного впустую часа пути обратно на ферму Плантаров Марси решила, что она могла бы также подготовить свой собственный наряд и уточнить у Энн расписание на вечер. Она помогает Фробо поправить большой стол, который он вынес для них на улицу, когда над ними раздается предательский крик Джо. — Джо! — Птица приземляется на дорожку рядом с обеденной зоной, и, прежде чем она успевает задаться вопросом, где он был, она видит, как он пытается что-то вытащить из седла. — Что там, приятель? — Плащ Саши падает на землю. — Зачем ему это? — спрашивает Энн, явно привлеченная криком Джо. — Я не знаю. Джо, ты разыгрывал Сашу? Она разозлится, если ты будешь воровать ее вещи. — Джо взволнованно прыгает вокруг и делает жесты Марси, чтобы та взобралась наверх. Что немного беспокоит, потому что это, вероятно, означает, что Саша попала в беду с достаточным количеством неприятностей, из которых Джо не смог бы ее вытащить. — Я… я пойду проверю все, что Джо хочет мне показать, хорошо? Я уверен, что мы вернемся до ужина. — Энн смотрит на темно-зеленый плащ в руке Марси. — Ну, нет, если она ушла и сделала что-то глупое, я не позволю тебе отправиться за ней в одиночку. — Едва они забрались на сиденье Джо, как он взлетел мощным взмахом крыльев. Куда бы Марси не надеялась, что Джо отведет их, третий храм, в котором они только что были накануне, не был в ее списке первым. Вход в храм, который Фробро должен был открыть в прошлый раз, был приподнят ровно настолько, чтобы между ним и землей втиснулся еще один большой кусок камня. Это создает отверстие, достаточно большое, чтобы они могли пролезть через него. Внутри так же жарко, как и раньше, хотя, к счастью, ни один из лавовых монстров не появляется, когда они приближаются. — Это странно, да? — спрашивает Энн, размахивая своей теннисной ракеткой, как мечом, и оглядываясь вокруг. — Это… немного жутковато? Это похоже на прогулку по аттракциону в тематическом парке, который закрыли. — Когда они проскальзывают через двери каждой испытательной зоны, Марси находит повреждения их ручек и петель, брошенных молотков поблизости. Она задается вопросом, не открываются ли они больше с той же легкостью, что и вчера. Неудивительно, когда они находят Сашу посреди последней пробной комнаты, сгорбившуюся над трибуной, которой они вчера зарядили драгоценный камень. Что удивительно, так это драгоценный камень в руке Саши, драгоценный камень, который должен быть в целости и сохранности в музыкальной шкатулке в Уортвуде. — Саша, что ты здесь делаешь? — Саша вздрагивает от голоса Энн и прячет драгоценный камень в кулаке, когда Марси замечает, в каком беспорядке ее рука без перчатки. Она покрыта царапинами, порезами и чем-то, что, по ее мнению, может быть ожогами. Она предполагает, что левая рука, на которой все еще есть перчатка, чувствует себя лишь немного лучше. — Нет, отойдите! Только. Не подходите ближе, ладно? Это небезопасно. — Энн и Марси замирают на месте. — Хорошо. — мягко говорит Энн. — Что небезопасно, Саша? — — Эта штука, — она поднимает кулак с драгоценным камнем, все еще сжатым в нем, — она что-то сделала со мной! Мне просто нужно… положить его обратно, и все вернется на круги своя. Я просто не… я просто должна понять, как это сделать. — Марси смотрит на Энн, которая встревоженно смотрит на нее. — Саш, что значит «вернется на круги своя»? Энн и я прошли два таких храма до того, как приехали сюда, и с нами ничего не случилось. — Марси попыталась. — Может быть, это не здесь — другие? Нет, это тот, все начинается после этого. — Саша бормочет себе под нос, кладя драгоценный камень обратно на подиум. Марси делает несколько шагов к ней, но когда Саша замечает ее, она подбирает один из выброшенных боевых молотов и направляет его на нее. — Я серьезно, Марси, отойди, я не допущу, чтобы ты была втянута в это вместе со мной. — Энн быстро вмешивается, становясь немного впереди Марси: — Хорошо, хорошо. Мы останемся здесь, не так ли, Марси? — — Правильно. Что бы ты ни пыталась выяснить, мы решим это вместе, хорошо? — Марси пытается казаться уверенной. И, может быть, Энн ничего не может с собой поделать, но она умоляет голосом, который болезненно напрягается, чтобы звучать небрежно: — И, может быть, ты не будешь размахивать этим вокруг таинственной жемчужины, которая является нашим билетом домой. — Глаза Саши метаются между девушками, молотком и камнем. — Ах. — Она поднимает молот высоко над головой… — Саша, не надо! — … и бросает его со стальной убежденностью.----
#32
Оливия идет через замок к библиотеке. Утренний свет струится через окна, падая на ряд доспехов вдоль стен и освещая ей путь дальше. Ее приветствовали сообщения о том, что скакун юной Марси был замечен спускающимся возле Колизея, прежде чем снова взлететь. Это не было типичным пунктом высадки, но Марси не была известна своим ортодоксальным поведением, пока она находилась под их опекой. Тем не менее не было никаких признаков ее или ее друзей в замке или отелях, и поэтому Оливия направилась в королевскую библиотеку. Нередко Марси была так взволнована чем-то, что она узнала во время миссии, что бросалась исследовать это, прежде чем даже сообщить об успехе рассматриваемой миссии. Как выясняется, в библиотеке есть человек, хотя с этим Оливия не имела удовольствия встретиться раньше. — Мисс Уэйбрайт, я полагаю? — Девушка бросает на нее мимолетный взгляд, прежде чем вернуться к книге в руке. — Большая презумпция. Может быть, я Энн. — — Хотя я, возможно, встречала немного таких, как вы, я могу с уверенностью сказать, что вы не Энн Бунчой. — — Это волосы, да? Я должна была воткнуть в них лист, вы бы никогда не смогли отличить. — Она закрывает книгу, которую читала, «Сверху: полевой путеводитель по созвездиям», и достает другую с полки перед собой. — Мисс Уэйбрайт, могу я узнать, где Мастер Марси? — — Думаю, все еще в Уортвуде. Наверное, интересуется, где Джо, и собирается попросить Энн поискать его в городе. — — Вы хотите сказать, что приехали сюда в одиночку? — — Я хотела сказать это, да. Ты быстро схватываешь. — Оливия не знала, почему она была удивлена тем, что из трех человек, которых она встретила, у того, кто сумел стать беглецом за такое короткое время, были проблемы с отношением. Она лениво задавалась вопросом, что Марси нашла в ней, настолько явным было ее обожание своих друзей, когда она говорила о них. — Юная леди, могу я напомнить вам, что, хотя вы друг Мастера Марси, вы все еще считаетесь преступником на свободе, как и ваш капитан. Прийти сюда без предварительного уведомления и без вашего друга, чтобы поручиться за вас, было невероятно глупо с вашей стороны. — — Тяжело бегать в этом платье? — спрашивает Саша. — Извините меня? — — Это просто выглядит довольно причудливо. Создано для неторопливых утренних прогулок по замку, важных вечеринок и всего такого. И я слышала этот слух, верно? Что в замке скрывается ужасное существо. Судя по всему, оно уже однажды победило лучшего генерала города. Но не беспокойтесь ни капельки, леди Оливия. — Она засовывает экземпляр «Картографии времени: история календарей» под мышку, а ее рука ложится на рукоять клинка. Тепло утреннего солнца теряется в тенях, отбрасываемых от рядов и рядов окружающих их книжных полок. — Здесь только ты и я. — Мягкий скрежет металлических доспехов эхом разносится вокруг них, когда Саша проходит мимо нее.----
#13
— Не могу поверить, что мы победили! — — Да, ладно, Энн, это было… это не имело большого значения, — Марси изо всех сил пытается произнести каламбур, прежде чем разразиться приступом хихиканья. — Бу! — Саша окликает ее сзади, когда они спускаются в комнату Анны. Энн плюхается на кровать, все еще в своем костюме и с улыбкой, которая не сходила с ее лица с тех пор, как они вместе вышли на сцену несколько часов назад. — Жаль, что мы не смогли увидеть то, что задумал Грайм, он выглядел довольно сварливо, — размышляла Марси. — Ворчун — это просто его спокойное лицо, не беспокойся об этом. Я уверена, что он все равно не смог бы нас опередить, — отмахнулся Саша от беспокойства девушки. — Еще раз спасибо, что позволила мне исполнить эту песню, Саш. Я знаю, что это не твой обычный стиль. — Энн приподнялась на локтях, чтобы лучше видеть девушку, о которой идет речь. — Мы нашли хороший компромисс, верно? — — Да, девочка, ты выглядишь потрясающе! — Марси вскочила: — Как мотылек панк-рокер. — — Хех, я возьму это. Эй, иди сюда, у тебя еще повсюду блестки. — — Чувак, я скучаю по хорошим средствам для снятия макияжа, — вздохнула Энн, но села, когда Саша взяла тряпку и начала вытирать ее щеку. — Вот почему я просто нанесла подводку для глаз, а не снимала потом. — — Я была привержена своему видению, а мое видение требовало блесток, — ухмыльнулась Энн. Она забыла, как сильно скучала по этому. По физической близости, которую они все испытывали, по той легкости, с которой они входили и уходили из пространства друг друга. Она могла не хотеть всего, что у них было до Амфибии, но она была рада, что у них все еще было это. — Вот, — Саша слегка взяла ее за подбородок, поворачивая лицо туда-сюда, проверяя, нет ли блесток на ее щеке, — вся без блеска. — О, она и это забыла. Та часть, где смотреть на Сашу, когда она делала им макияж, посреди перерыва шоу, над обеденным столом, была чем-то вроде того, что смотреть на солнце. Теплота расцвела на ее щеках под этим солнечным сиянием. — С-спасибо, чувак! — Когда рука Саши опустилась с ее лица, Энн обернулась и увидела, что Марси необычно неподвижно сидит на полу рядом с ними, наблюдая за происходящим совиными глазами. — Тебе там хорошо, Мар-Мар? — спрашивает Саша, проходя мимо девушки и взъерошив ей волосы. Марси улыбнулась при прикосновении, кивнув на вопрос Саши. По-видимому, довольная, Энн наблюдает, как Саша подходит к углу комнаты, где Энн установила маленькое ручное зеркальце, и, наконец, начинает снимать подводку с глаз. — Эй, вы, ребята, повеселились на этой неделе, верно? — спрашивает Саша, повернувшись к ним спиной и глядя на подводку для глаз. Это странный вопрос, учитывая, что они только что пришли в восторге от победы в битве групп, но Саша, похоже, действительно пыталась работать над собой, поэтому Энн полагает, что она пытается еще раз проверить, вместо того, чтобы думать, что все были получая такое же удовольствие, как и она. — Да, чувак! Я имею в виду, что я немного нервничал перед тем, как мы все поужинали вместе, но все просто щелкнуло, понимаешь? Ужин был восхитительным, мы не дали этому богомолу добраться до ковапиллар Крокер, ты нашла счастливую скалку мистера Флоура и заставили мэра Тодстула оплатить счет за сегодняшнюю вечеринку. Я не думаю, что все могло бы быть лучше, если бы мы попытались! — — Наверняка! Эта неделя была потрясающей, и я так рада, что мы наконец-то снова вместе и наслаждаемся этим друг с другом. — Марси согласилась, широко улыбнувшись Энн. — А ты, Саш? Хорошо провела неделю? — — Да… да, это было… это было хорошо, лучше всего… я хотел, чтобы это было так хорошо, как только может быть. Просто идеальная неделя, чтобы проводить нас до завтра. — — Ну, я думаю, у нас получилось. Идеальная неделя в Уортвуде? Выполнено! — — Я просто очень надеюсь, что это сработает. Я… я готов к завтрашнему дню, понимаете? — она все еще стояла к ним спиной, но Энн слышала, как ее голос напрягается, чтобы оставаться ровным. — Саша? — — Извините-извините. Лягушка, это так не круто. — Она лихорадочно трет лицо, когда Энн и Марси встают, чтобы присоединиться к ней в углу комнаты. — Эй, эй. Иметь эмоции на самом деле очень круто, правда, Марси? — Энн обвила ее руками. Марси многозначительно кивает, подходя сбоку от другой девушки, чтобы завершить групповое объятие: — Супер-круто. — Они оставались так какое-то время, рисуя узоры на спине девушки, пока Саша держал их отчаянной хваткой, тряся плечами. Время от времени икота наполняла воздух. Энн не могла вспомнить, когда в последний раз видела ее такой, да и видела ли она ее вообще такой. — Могу я остаться здесь до восхода солнца? — голос Саши был приглушен между ними. — Конечно. Ты можешь оставаться столько, сколько тебе нужно. — — Мне просто нужно завтра. —----
#14
— Угомонитесь все. Остыньте. Кхм. Теперь я знаю, что мы все были немного на взводе с тех пор, как Саша и капитан Грайм приехали в Уортвуд. — — Где Саша? — прошептала Марси. Энн вгляделась в толпу, среди них было нетрудно разглядеть человека, и все же только амфибии встречались с ней взглядом. — Странно, я ее не вижу. Может быть, она все еще плохо себя чувствует? — — Я немного беспокоюсь. На самом деле я не видел ее с тех пор, как мы вернулись из последнего храма. Я надеюсь, что испытания не слишком ее утомили. — Марси сжала руки. — Бунчуй! Ву! Что я говорил о томлении на медленном огне! — — Сожалею! — Энн перезвонила. — Мы пойдем проверим ее после пробуксовки, ладно? —----
#15
— Хорошо, все. Соберите свои команды и начните репетировать. У Уортвуда битва оркестров! — — Йо, Грайм, Саша все еще плохо себя чувствует? — — Плохо себя чувствует? — он покосился на Энн своим единственным здоровым глазом. — Да, я имею в виду, вы, ребята, пропустили ужин вчера вечером, потому что она была больна. — — Я не понимаю. — — Как ты не следишь за этим? — — Саша сообщил мне, что вы трое выполняете какой-то важный ритуал человеческой дружбы и не вернетесь в течение нескольких дней. — — Это… Это не то, что случилось? Подожди, когда ты видел ее в последний раз? — — Утро после нашего прибытия в Уортвуд. — — Ты не видел ее четыре дня?! — — Я думал, она с тобой! —----
#25
— Ой! Ой! Это взрывается Башня Жабы! Когда мы ее взорвали! Свергли армию жаб. Да ладно, вы там были. — — Я не уверена, что это… — пытается вмешаться Энн. — Нет, я думаю, Полли права. Знаете, именно в этом ключевом моменте Энн предпочла нас своей дружбе с Сашей, — добавляет Хоп Поп. — Ой! И вот она отпускает руку Энн и падает навстречу своей возможной смерти! — — Ребята! — Марси огрызается на группу, наконец заставляя их замолчать. Если оставить в стороне тот факт, что Энн, по-видимому, рассказала ей гораздо более приукрашенную версию своего воссоединения с Сашей, девушка перед ними еще не сказала ни слова, несмотря на крики. — Саш? — позвала она, вставая со своего места. Саша переводит взгляд на десерт, принесенный Граймом, который, как теперь понимает Марси, вырос до угрожающих размеров. — Лучше бы ты меня никогда не поймал. — Вулкан взрывается.----
#26
— Знаешь, я почему-то сомневаюсь, что скитания по городскому кладбищу сделают что-то, что понравиться твоим друзьям, о чем я еще раз нахожу необходимым напомнить тебе, что в настоящее время это имеет первостепенное значение. — Саша никак не показывает, что слышала приближающегося Грайма. Она опустилась на колени у одного из надгробий, стряхивая с него слой грязи, по-видимому, пытаясь сделать высеченное на нем имя более разборчивым. — Все их могилы крошечные, — наконец говорит она через мгновение. — Уверяю тебя, они среднего размера. Вы, люди, просто слишком высокие. — Она игнорирует его комментарий, но встает во весь рост рядом с ним, опустив глаза, чтобы встретиться с его глазами. — У жаб есть кладбища? Вокруг башни ничего подобного не было. — — Было бы плохо для морального духа иметь кладбище, где стоят солдаты, — вздыхает он. — Я уверен, если ты посмотришь, здесь, вероятно, есть несколько жаб, но нет, традиционно мы кремируем своих собственных. — Она кивает, прежде чем еще раз осмотреть могилы вокруг них. — Здесь много Плантаров. — — Ты открыла для себя сельское хозяйство поколений, замечательно, — Грайм теперь не пытается скрыть раздражение в своем голосе. — Я думаю, что это родители детей, — она указывает вправо, где рядом стоят два ухоженных надгробия. — Даты вроде недавние. — — Ну, они живут со своим дедушкой, так что это справедливое предположение. — — Таких много. Недавних, я имею в виду. — Ах. Так что это, вероятно, не было «угрюмым подростком, желающим потусоваться в самом мрачном подростковом месте, которое может предложить маленький городок». Грайм предположил, что ему не следует слишком удивляться тому, что его лейтенант задумывается в смертности окружающих, особенно сейчас, когда их восстание приближалось. Это оказалось более запутанным разговором, чем он ожидал. — Я уверен, что ты уже знакома с широким спектром угроз, которые несет наша местная дикая природа. У нас уже было с ними немало передряг. — — Тогда не следует ли разместить здесь армию жаб? Например, в качестве городской стражи или что-то в этом роде? Просто, понимаешь, защищая маленьких лягушек или что-то в этом роде. — — Повелители жаб следуют воле короны, и в настоящее время эта воля заботится о принудительном сборе налогов и подавлении любых намеков на крестьянские восстания. Что, как это ни парадоксально, учитывая наши планы, чрезвычайно работает в нашу пользу, поскольку глаза короны тренируются в другом месте. — — Я понимаю, звонок исходит из дома и все такое. Я просто говорю, что править будет не так много, если все твои подданные будут съедены цаплями. — — Саша, как только мы получим трон, я позволю тебе послать гарнизон в каждую третьесортную деревню по твоему выбору. Но прежде чем ты сделаешь своей новой жизненной миссией спасение каждой лягушки в Долине, нам нужно сначала занять этот трон. А для этого мне нужен мой лучший лейтенант, острый как бритва и готовый произвести наилучшее впечатление за ужином сегодня вечером. Теперь давай. — Он поворачивается и направляется к входу на кладбище. Через несколько мгновений звук шагов его лейтенанта присоединился к его собственным. — Когда я умру, ты должен бросить меня в этот вулкан. Это было бы похоже на кремацию следующего уровня. — — Лейтенант, я не для того вытащил тебя из взрывающейся башни, чтобы сбросить в вулкан. Ты проживете долгую жизнь, полную славных сражений, пока мы будем править этой землей. В конце концов, мы избранные Баррелом. — — Разве он не погиб, защищая какую-то третьеразрядную деревню? — — Вот почему мы отправляем гарнизоны, лейтенант. Это называется делегированием, постарайся не отставать. — Удар по его руке был сильным, но Грайм не возражал, когда заметил первый намек на улыбку на лице девушки.----
#42
— Ох, ох! Это дерево! — — Вау, Саш. Ты стала чертовски хороша в рисовании! — Саша пожимает плечами и снова садится на диван.----
#20
Ночной воздух неподвижен. Саша плашмя лежит на подушке тележки, руки связаны за спиной, выражение лица пустое, глаза не отрываются от звезд над головой. Марси смотрит на нее сверху вниз с того места, где она сидела на ящике в одном из углов тележки, готовая броситься в погоню, если ее подруга вскочит и снова попытается сбежать. — Ты скучаешь по игре на скрипке? — Вопрос застает Марси врасплох, и сначала она не знает, что сказать, что оказывается неважным, потому что Саша еще не закончил говорить. — Это был довольно паршивый поступок — заставить тебя быть барабанщиком. Я могла представить скрипки только в больших оркестрах и я хотела, чтобы группа состояла только из нас троих. Энн уже начала возиться со старой гитарой своей мамы, так что я просто бросилась формировать «Шарп». — Третий участник группы Шарп в настоящее время управляет улиткой, которая тянет тележку, в которой находятся Марси и Саша. Марси оглядывается, но Энн никак не показывает, что слышала бессвязные речи Саши, вероятно, все еще чувствуя себя измотанной после нескольких потасовок, которые у них были с Сашей в тот день. — Я должна была подумать о том, как включить это, вместо того, чтобы заставлять тебя браться за барабаны. Я имею в виду, ты выиграла все эти конкурсы, когда мы были детьми, это была пустая трата таланта. Не то, чтобы ты плохо играл на барабанах, ты играл на них великолепно. Я просто… не знаю, извини, что заставил тебя сделать то, что я хотел. — -Я не скучаю по этому. Мне нравятся барабаны. Мне нравится играть с тобой и Энн. И ты не ошиблась, скрипки — это не совсем музыка гаражных групп. — — Ты все еще играешь? — — Не совсем. В детстве мне это нравилось, но мои родители были гораздо больше увлечены сольными концертами и прочим, чем я. — — Я помню их. На самом деле я пыталась умолять отца отвести меня на один из них, но у него никогда не было времени. — — Это… на самом деле очень мило. — Разговор утихает и Марси на мгновение слушает, как колеса тележки катятся по грязной дорожке, настроив себя на вопрос, который крутился у нее в голове последние несколько дней. — Почему ты уехала из Уортвуда? — наконец спрашивает она. Почему ты ушла от нас, думает она. — Я была там целую вечность и один день. — — Саша, ты буквально пробыла там меньше суток. — — Действительно? Боже, в маленьких городках время действительно теряет всякий смысл, а? — смех Саши перерастает в смех, граничащий с маниакальным. Неприятно видеть ее такой. Она была так хладнокровна и собрана в храме, отбивая лавовых змей боевым молотом, не вспотев, впечатляющий подвиг, чтобы провернуться из вулкана, чтобы быть уверенным. Тем не менее, несколько дней в бегах из Уортвуда, кажется, полностью сломили ее. Они все должны были процветать благодаря приключениям, которые давала им Амфибия. Марси знала, что она сама процветала и, она была уверена, что Энн тоже, так что не имело смысла, что Саша, казалось, двигалась по спирали в совершенно другом направлении. Саша всегда контролировала ситуацию, в каком бы мире она ни находилась, поэтому Марси просто не могла представить, что могло произойти между храмом и Уортвудом, что могло лишить ее этого. — Знаешь, когда я услышала, что ты и Энн тусуетесь, отправляясь на поиски приключений ради короны, я немного сошла с ума. Избила нескольких жаб-охранников, отправилась на поиски легендарного боевого молота, нашла молот, потерял нескольких друзей. — Марси немного боится спросить, что Саша имеет в виду, говоря о потере друзей. Амфибия — опасное место, если ваша группа идет в бой неподготовленной. Желудок Марси переворачивается, когда тележка слегка толкает их, поскольку дорога становится менее ровной. — Я думала, что у меня хорошо получается держать вещи вместе, но я больше не уверена. — Наконец она садится прямо, пока тележка продолжает раскачиваться, прежде чем бросить последний мяч в сторону Марси. — Я бы, наверное, тоже тебя потерял, если бы попытался тебя поцеловать, верно? — Щеки Марси внезапно вспыхивают, но прежде чем она успевает произнести хоть слово, она падает вперед, когда тележка врезается в выбоину. Когда она поднимает голову, лицо все еще горит, Саша перепрыгивает через борт телеги и мчится в окрестный лес. — Подожди, Саша! Энн, остановись! Она… — Но она уже ушла.----
𝄆 Что тебе больше нравится, закат или восход? — — Разве это не одно и то же? — — Один встает, а другой садится, они совершенно разные! — — Я иду с восходом солнца, Мар-Мар. — — С каких это пор Мисс Еще-Пять-Минут стала жаворонком? — — С тех пор, как она прожила с фермерами пять месяцев. Это не значит, что я все еще не ценю несколько лишних минут в постели. — — О, интересно, ты повысила уровень своего утреннего сопротивления! — — Хорошо, ботаник, а ты? Ответь на свой вопрос. — — Нечестно, ты тоже до сих пор не ответил, Саш! Что ж, извини, Энн, но я беру закат. Я всегда была совой, и иногда мне кажется, что день только начинается, когда солнце начинает садиться! — — Похоже, тогда ты решаешь спор Саша. — — Да, никакого давления, но солнце слушает и будет судить о твоем ответе здесь после. — — Нет предпочтения. — — Бу, давай! — — Да ладно, чувак, должен быть один, который тебе нравится, а не другой. — — Хорошо, хорошо, тогда они мне оба нравятся. Они оба красивы, и вы все равно не можете видеть одного без другого, вам нужны они оба, иначе вы просто застряли бы в бесконечном дне или ночи. — — О, ты мне тоже нравишься, Саша. — — Чт… — — Ага! Мы любим тебя, чувак. — — Я ухожу. — — Нет, нет, давай, оставайся и встречай с нами закат. — — Да, останься, и мы встанем пораньше, чтобы встретить восход солнца, раз они тебе так нравятся. — — Не могу поверить, что мы друзья. — — Мы лучшие друзья! — — Лучшие друзья на вечность, да? — — Да-да. На вечность и один день. — 𝄇
