Основная глава.
7 января 2023 г., 20:10
Чонгуку — 19. Он только закончил старшую школу и сразу попал в кромешный ад подготовки к экзаменам для поступления в ВУЗ. Родители настаивали на получении экономического образования, сам же он всегда посматривал в сторону Сеульского института искусств. Поступать решил сразу в оба, а потом уже выбирать, куда идти.
— Как занятия с репетиторами? — Чонгук вернулся домой уставший, с головной болью от того количества знаний, которые в него пытались запихнуть нанятые родителями преподаватели (иногда казалось, что анально тоже присовывали. Знания!). Дома его прямо на входе поймала взволнованная чем-то мама.
— Нормально? — с опаской ответил Чонгук. Госпожа Чон никогда раньше не встречала сына так — на пороге, одетая в официально-деловой костюм, явно на взводе. Чонгук жопой почуял неладное.
— Ну и славненько, у нас с папой к тебе серьезный разговор, пошли в его кабинет.
— А можно мне для начала хотя бы руки помыть, воды попить, пописать, в конце концов? — раздраженно пробурчал Чонгук, который устал так, что ноги еле передвигал.
— Нет, разговор не требует отлагательств, — сказала, как отрезала, мама. — Пошли, это срочно.
В кабинете ожидала целая делегация — отец, его главный партнер, мистер Ким, и, кажется, какие-то директора, которых Чонгук видел, когда приезжал к папе на работу.
— Сын, ты уже взрослый, сильный, умный и самостоятельный мужчина, — в полной тишине начал мистер Чон, приглашая присесть в кресло перед его столом.
— Звучит как начало пиздеца, — выдохнул Чонгук. Отец не любил, когда его сын матерился, но в этот раз просто посмотрел строго, даже замечания не сделал.
— Звучит как важное решение, которое тебе нужно принять, как взрослому человеку. Ты знаешь, что мы уже год пытаемся подписать контракт с некой европейской компанией. И вот, когда мы вышли на финишную прямую, у нас образовалась пропасть недопонимания, и контракт может быть не подписан, — собравшиеся дружно вздохнули. — Дело в том, что партнер из Европы достаточно вольных для Кореи взглядов и желает подписать контракт с людьми, которые мыслят так же свободно.
— Он носит юбки, красит губы и хочет, чтобы все в компании подражали его бомбическому стилю? — перебил рассказ отца Чонгук.
— Практически. Он — гей, открыто поддерживает ЛГБТ-движение, регулярно донатит в радикальные феминистские организации, оплачивает пропаганду гей-активизма. И так как в нашей стране к представителям нестандартной ориентации достаточно специфическое отношение, он может уйти в другой регион. А мы не можем этого допустить. Нам нужно убедить его, что мы — достаточно толерантны к этим всем радужным завихрениям, — спокойно сказал мистер Чон.
— Отлично, вы с мистером Кимом можете устроить оргию при нем, убедить, что это нормально, когда один СЕО ебется с другим СЕО, — Чонгук устало потер виски. Чего конкретно от него хотят, он решительно не понимал.
— Мы не можем, у нас семьи, дети, все дела. Поэтому мы с господином Кимом решили, что вы с его сыном должны пожениться.
— Ч… Чтооо??? — Чонгук схватился за сердце. Мама тут же поднесла заранее заготовленный стакан воды с лимоном и пару таблеток успокоительного. Потом она оценивающе посмотрела на сына и выдавила из упаковки еще одну.
— Чонгук, это все формально, для вида, после подписания контракта вы сразу же разведетесь. Да, будет шумиха в прессе, но потом все устаканится. Твоей будущей невесте мы сами все объясним, — тихо начал господин Ким. — Мы слишком долго шли к подписанию договора. Мы не можем его упустить.
— Ладно я, но сын-то ваш в чем виноват? — закричал Чонгук, вскакивая с кресла и тыкая пальцем в господина Кима.
— Он тоже сын бизнесмена и наследник нашей империи, как и ты. Так что после недолгих уговоров и выдвижения некоторых условий, Тэхен согласился.
— А что, я тоже могу какие-то условия озвучивать? — внезапно заинтересовался Чонгук и поспешил вернуться в кресло. Сел, сложил руки на коленях (как послушный пионЭр) и уставился на отца.
— Так как ты держишь нас за яйца, то проси все, что захочешь, — кивнул отец, а мама ласково погладила Чонгука по голове. Ее сын никогда не был каким-то там мотом, обычным представителем золотой молодежи. Наоборот, предпочитал обдуманные покупки стихийным и не просил у родителей денег на странные покупки (сын друзей семьи попросил на 20-летие вертолет). Чонгук на совершеннолетие попросил новый ноутбук, чтобы было легче готовиться к экзаменам.
— Я хочу в Сеульский институт искусств, без вариантов, — тихо и неуверенно начал Чонгук, потому что родители были явно не в восторге от этой его безумной мечты.
— Идет, — сразу же согласился отец.
— И машину, — тут же добавил Чонгук, зажмуриваясь и представляя себя за рулем какого-нибудь спорткара. Ну и что там сейчас модно? Феррари? Да, пожалуйста! Мазерати? Заверните два! Ламборгини? Он согласен на все!
— И машину, — вздохнул отец, ожидая следующего условия, которого не последовало.
— Когда мы начнем делать из меня гея? — со вздохом спросил Чонгук, голова стала болеть еще сильнее — это ж машину еще выбрать нужно, а все такое вкусное…
— Как только мы подготовим все официальные документы и организуем церемонию, — вмешался в беседу мистер Ким.
На том и порешили, скрепили договор рукопожатием, а потом и обмыли всем составом директоров. Гудели так, что мешали Чонгуку машину мечты выбирать.
Смотрины были назначены на выходные. Чонгук мечтал хотя бы денек отдохнуть от безумного марафона с репетиторами (он все еще собирался поступать в оба ВУЗа, просто чтобы доказать родителям, что он может). Но с утра его вызвал репетитор, который обнаружил, что они проебали изучение нескольких тем, которые были внесены в задания для поступления. Чонгук быстренько закинулся какой-то едой по дороге к преподу. А потом почувствовал, что ему нехорошо.
В итоге знакомство с будущим мужем он благополучно просрал. В буквальном смысле. Предупреждала его мама не есть уличную еду, но Чон ее никогда не слушал. И тут вот пронесло. И не в хорошем смысле, а в сортирном. Но на него вроде бы никто не обиделся, все люди взрослые, понимают, что всякое может случиться.
Познакомился с избранником он уже через неделю, прямо перед церемонией — родители быстро организовали свадьбу (не традиционную корейскую, а европейскую), пригласили кучу народа (в том числе и всех директоров с семьями, партнера этого иностранного, в жопу клюнутого, и СМИ), подготовили легенду — историю их знакомства и безумной гейской любви.
Перед торжеством все заранее приехали в пафосный отель, чтобы обговорить оставшиеся детали. Чонгук заметно нервничал. Всю дорогу он представлял себе толстого прыщавого касатика, с которым ему предстоит играть семейную пару. И как же он охуел, когда в арендованный конференц-зал вошли мистер Ким и очень даже красивый парень.
— Ким Тэхен, — представился этот красавчик.
— Чон Чонгук, — ответил Чонгук и охотно пожал протянутую ему руку, очень красивую, с тонкими длинными пальцами, и это слегка смущало. Он даже слегка покраснел, но списал все на природную робость.
— Ну что, Чонгук, нам предстоят отчаянные времена, которые требуют отчаянных решений, — красиво улыбнулся женишок и присел рядом, пододвигая свой стул поближе.
— Что ты делаешь? — скосил взгляд младший.
— Привыкаю, — хмыкнул Тэ и по-хозяйски взял его за руку.
— Ну, охренеть теперь, — пробубнил себе под нос Чонгук, но руку не отдернул.
Пока родители суетились и проговаривали детали предстоящего бредобракосочетания, Чонгук, скосив глаза, рассматривал будущего бракованного мужа. Тэхен был чертовски красив — волнистые волосы, черные брови вразлет, темные глаза, обрамленные длинными ресницами (а это нормально, что у мужчины НАСТОЛЬКО длинные ресницы?), крупноватый нос с родинкой на самом кончике (такой милой), четко очерченные пухлые губы.
— Ты пялишься, — тихо прошептал Тэхен, придвинувшись поближе и опаляя дыханием ушную раковину.
— Привыкаю, — так же тихо, чтобы слышал только Ким, съязвил Чонгук, на что тот только ухмыльнулся.
— А тебе палец в рот не клади, да? — Тэ улыбнулся краешками губ, а у Чонгука вдруг в горле резко пересохло. Почему-то слова «в рот», сказанные Тэхеном, прозвучали излишне пошло.
— Мальчики, — прервал их тихую перепалку мистер Ким, — главное, не запорите все. Помните, это только для вида и только на время. И, пожалуйста, когда вас подойдет поздравлять мистер Шрайбикус, постарайтесь выглядеть как счастливые влюбленные. Не мне вам напоминать, как важен для нас этот контракт.
В следующий раз они увиделись уже на самой процедуре вступления в счастливый брак. Банкетный зал утопал в белых цветах, посередине стояла свадебная арка — мечта любой школьницы.
Тэхену явно навели лоск, он был таким красивым-красивым и как будто слегка светился (хайлайтеры, привет!). Сам же Чонгук даже в зеркало не смотрелся — настроение было ниже плинтуса.
— Пиздец, как же пошло выглядит этот зал, — тихо выругался Тэхен, и Чонгук мысленно с ним согласился. — Ты с такой грустной миной стоишь, как будто тебе все утро эпиляцию воском делали, — тихо прошептал будущий муж, и Чон впервые улыбнулся. — Вот, милашка, так и стой, — довольно улыбнулся Тэ в ответ, наблюдая, как краснеют уши жениха.
Сама роспись прошла как в тумане — Тэхен сжал его руку, когда нужно было ответить «да» какой-то смешной тетке, которая вела церемонию.
Первый поцелуй Чонгук тоже не запомнил, да и поцелуем это назвать было сложно — его просто клюнул в губы его уже (блять!) муж, и Чон покраснел, как девственница, которая случайно увидела жесткое гей-порно с тентаклями.
— Ты видел этого Шрайбикуса? — тихо спросил Чонгук, когда гости начали их поздравлять.
— Нет, но отец сказал, что мы его точно узнаем, — ответил Тэхен, рассматривая тонкое золотое кольцо на безымянном пальце левой руки.
Этого самого Шрайбикуса они узнали действительно сразу — более гейского гея представить было в принципе сложно. Нет, он не был в платье, с макияжем или с голыми мулатами под ручку — мужик как мужик, в костюме. Только вокруг него витала такая гейская аура, что Чонгук невольно вздрогнул, но Тэ успокаивающе сжал его руку.
— Разрешите представить вам господина Шрайбикуса, — рядом возник парень — кореец, который выступал переводчиком. — Он желает вам долгих, счастливых лет жизни, — перевел лепет иностранца на корейский.
— Благодарим, — кивнул Тэхен, улыбаясь.
— Разрешите поинтересоваться историей ваших отношений, — лукаво улыбнулся Шрайбикус, смотря на парочку, но говоря для переводчика.
— Мы — дети наших отцов, — начал Тэхен, улыбаясь во все 32 и показушно поглаживая руку мужа. — Познакомились в компании наших родителей. А потом — искра, вспышка, буря, безумие, признание родителям, предложение. И вот мы счастливая семья.
— Как же вас приняли ваши родители, ведь все знают о негативном отношении к нестандартным парам в Корее, — переводчик, пока Шрайбикус не видел, закатил глаза.
— Мы достаточно прогрессивны, — Тэхен взял инициативу в свои руки, когда увидел недоумение на лице Чонгука, который явно не помнил, что отвечать. — Родители не выразили неодобрения, увидев нас вместе, даже скорее обрадовались — два их сына, которые в будущем будут управлять их компанией, не просто хорошо сдружились, но и решили стать единым целым, — на этой фразе Тэхен поднял руку Чонгука, которую держал в своей, и поцеловал его обручальное кольцо.
— Отлично, меня все устраивает, — хмыкнул Шрайбикус, заинтересованно оглядывая переводчика. — Тогда вы примете мой подарок — тур в один из моих отелей в Таиланде? Он с открытой датой, билеты — тоже. Предупредите о желании поехать отдыхать хотя бы за сутки, Намджун все устроит.
— Я Намджун, — неловко помахал рукой переводчик и выпучил глаза, когда Шрайбикус подхватил его за руку, демонстрируя намерение удалиться.
— Мы справились? — Чонгук буквально прилип к боку Тэхена, чтобы говорить максимально тихо.
— Нам еще корчить счастливые лица до конца вечера, — выдохнул Тэхен. — Прости, что поцеловал твою руку и тем самым вторгся в личное пространство.
— Это не самое худшее, что ты мог сделать, — Чонгук улыбнулся, отворачиваясь, чтобы Тэхен не заметил горящие щеки.
— Значит, можно вторгаться? — Тэ ухмыльнулся, как дьявол, и поправил выбившуюся прядь волос своего недомужа.
— Есть хочу, — пробубнил Чон, чтобы не отвечать на такие провокационные вопросы.
— Пошли кушать, дражайший мой супруг, — громко (так, чтобы слышали стоящие рядом гости) сказал Тэхен и на буксире потащил Чонгука к зоне с закусками.
В общем и целом все прошло неплохо — гости наблюдали за новоиспеченными супругами, Тэхен вел светские беседы, пока Чонгук ловил гей-панику из-за крепко сжимающей его талию руки Тэхена. Муж от него, в принципе, ни на шаг не отходил. Даже в туалет сопроводил и попросил остаться там чуть дольше необходимого — пускай гости подумают, что они уединились, чтобы целоваться (для правдоподобности даже стер гигиеническую помаду, проезжаясь грубой бумагой одноразового полотенца по губам, заставляя их слегка покраснеть. Не то чтобы Чонгук залип, наблюдая за этим, но да).
К ним периодически подходили аккредитованные фотографы из различных изданий и просили попозировать для фото. Сначала Тэхен просто улыбался на камеру, а потом принялся развлекать себя, то приобнимая Чонгука, то шкодливо прикусывая мочку уха мужа.
Под вечер пьяненький Шрайбикус опять подошел к паре, выпил рюмку водки залпом и заорал: «Горько!». Пара смотрела на него, как на идиота, но положение спас Намджун:
— Господин недавно был на свадьбе в России, там есть традиция: когда гости орут «горько» — новобрачные должны целоваться. Он мне про эту традицию раз пять рассказал, заветное «горько» покричал, в углу зажал, спасите меня! — Намджун выглядел максимально уставшим и вымотанным.
— Ну, охуеть теперь, — выдохнул Тэхен, повернувшись, схватил Чонгука за шею и притянул к себе. Младший сначала охуел, а потом закрыл глаза, вытягивая губы для поцелуя. Но Тэхен остановился в миллиметре от них, опаляя кожу своим дыханием. Со стороны действительно казалось, что они целуются (Чонгуку казалось, что его наебали).
— Какая красивая пара, — хлопнул в ладоши Шрайбикус и, схватив Намджуна, потащил того к бару с крепкими напитками.
— Мне надо выпить, — севшим голосом произнес Чонгук и подозвал официанта с подносом бокалов шампанского.
— А мне — нажраться, — поддержал его порыв Тэхен.
Зона подарков просто ломилась от их количества — каждый из присутствующих старался выделиться и подарить на свадьбу что-нибудь поинтереснее да подороже. Особенно подарком удивили родители — обе семьи в полном составе вручили паре ключи от квартиры, в которой им предстояло мучиться жить вместе. Тэхен закатил глаза и спросил только: «Вы че, серьезно?».
— Ну и для нашего Гукки у меня есть подарок, — взяв микрофон, начал мистер Ким. — Я узнал, что ты хочешь машину, и решил подарить мужу нашего сына семейный автомобиль, — он вытащил небольшую коробочку из кармана и протянул ее Чонгуку. — Он уже ждет вас на парковке в жилом комплексе, в котором расположена подаренная квартира.
— Спасибо! — улыбнулся своей самой милой улыбкой Чонгук и, схватив коробочку, тут же ее открыл. В ней лежали ключи с логотипом «KIA». Полюбоваться и порадоваться как следует он не успел — свои подарки начали вручать остальные гости (которые хотели быть уверены, что молодожены обратили внимание именно на их подношения).
— Нам точно нужно ночевать вместе? — уставший Тэхен шел за своей мамой, которая провожала их в совместный номер для молодоженов (руку Чонгука он по прежнему не отпускал).
— Не переживайте, там есть дополнительные места для сна, — ласково улыбнулась госпожа Ким. — Нам надо максимально отыграть этот спектакль, относитесь к происходящему как к актерской работе.
— А зачем квартира и вот это вот все? — Чонгук устало плелся следом за мужем и мечтал, наконец, попасть в душ.
— Затем, дорогие мои, что за вами будет следить пресса, желтые СМИ не упустят возможности вывести вас на чистую воду — это же такой скандал! Так что вам ПРИДЕТСЯ не только жить вместе, но и вести себя как примерная парочка. Хочу напомнить, все это временно. Потом мы соберем пресс-конференцию, объявим про ваш развод, и вот это вот все закончится. Но только после подписания контракта.
— Я понял, — возле нужной двери Тэхен поцеловал маму в щеку и затащил Чонгука в темноту номера.
— Я… Я н-не… — начал заикаться смущенный Чонгук, когда они остались вдвоем в номере. Он совершенно не понимал что ему делать и чего ждать от Тэхена.
— Ты чего заикаешься? — Тэхен прошел вглубь и уже нашел меню для заказа еды и алкоголя в номер — нажраться все еще хотелось.
— Нервн…ничаю, — Чонгук стоял на том же месте, неловко теребя полы пиджака.
— Сейчас-то чего нервничать? Самое страшное позади, — хмыкнул Тэхен. — Чем вы предпочитаете нажираться в первую брачную ночь?
— Ты… Мы… — неловко начал переступать с ноги на ногу новоиспеченный муж, — мы же только пить будем?
— Еще мы можем поесть. Ну и поболтать, неплохо бы узнать друг друга получше. Нам же еще несколько месяцев делать вид, что мы не фейковая пара, — улыбнулся Тэхен.
— Вино буду, — наконец-то отмер Чонгук и шагнул к мужу (блять, как это странно звучит), чтобы выбрать что-то из еды в меню, поесть они толком не успели, их постоянно отвлекали то журналисты, то гости.
Весь остаток вечера и часть ночи они провели за вкусной ресторанной едой, вином и приятной музыкой (Тэхен предпочитал джаз), под неторопливые негромкие разговоры обо всем на свете. Уютную атмосферу разрушило сообщение, которое пришло на телефон Тэхена с неизвестного номера:
шибанутый пизданутый навязчивый очень нужный компании их отцов Шрайбикус. Этот сын исчадия ада прекрасный человек долго рассказывал, что специально попросил чету КимЧонов (он отдельно поудивлялся, что корейцы не меняют фамилии) сопровождать чету (сюрприз) Шрайбикусов в их поездке. А то начали ползти слухи, что свадебка-то ненастоящая.
— Да как вы могли такое подумать? — протянул Тэхен и показательно шлепнул мужа по жопе. Но Чонгук был таким уставшим от поездки, что даже возмущаться не стал.
— Люди всякое говорят, а мне очень важно, чтобы партнеры не пытались меня наебать, — передал Шрайбикус через переводчика и, пропустив всю честную компанию внутрь отеля, засмотрелся на зад парня Намджуна.
— Вы нас простите, — уже в холле отеля вступил в диалог Чонгук, — но я так соскучился по вниманию своего мужа, что хотел бы максимально быстро заселиться в номер. Мы, знаете ли, целый перелет не целовались.
— Понимаю, — хищно глянул на Кима Шрайбикус и удалился к стойке регистрации, где весь обслуживающий персонал, кажется, встал по стойке смирно.
— Заебал на тебя пялиться, — пробурчал себе под нос Чонгук. А Тэхен посмотрел на него нечитаемо и сглотнул.
— Мне не нравится, как он на тебя смотрит, — первое, что сказал Чонгук, как только они вошли в номер отеля. — Его взгляд постоянно останавливается на твоей заднице.
— Ему ничего не светит, я убежденно верхний, — хихикнул Тэхен, направляясь с двумя чемоданами к специальной стойке.
— Чо? — только и смог выдавить младший.
— Забей, ДОРОГОЙ-ЛЮБИМЫЙ-ЯХОНТОВЫЙ МУЖ! — последнее Тэхен проорал в сторону двери на случай, если кто-то решит пошпионить. — Бегом в душ и баиньки.
— Угу, — кое-как пробормотал Чонгук, пытаясь осмыслить сказанное. Как это верхний? Где?
Только вместо душа парочку ожидал сюрприз — прозрачная стена между ванной комнатой и спальней. И джакузи на балконе, вид на которую закрывали специальные ставни, чтобы соседи советами не замучили. Типа, захотел уединиться — закрыл. Не захотел — вступил в клуб вуайеристов и ждешь своих роликов на порносайтах.
— Хен, тут даже туалет не закрывается ничем, — сказал Чонгук, когда осмотрел огромную ванную (с прозрачной стеной, да), где красиво так по центру стоял большой такой унитаз, а рядом — ни стеночки, ни ширмочки. Никакой интимной жизни, в общем.
— Ну, пиздец, — выдохнул Ким. Теперь и ему отпуск показался кусочком ада на земле. — Давай я выйду, пока ты будешь мыться? Посижу в баре, выпью чего-нибудь?
— Нет, там наверняка ползает Шрайбикус, — упрямо топнул ногой Чонгук. — Ты отвернись просто, ладно?
— А если я совершенно случайно подсмотрю? — с хитрой улыбкой уточнил Тэхен.
— Тогда ты увидишь меня голым, — моментально покраснел Чонгук. Потом еще раз осмотрел ванную, проверил, можно ли хотя бы полотенце на дверь накинуть, и, убедившись, что нет, нахмурился. Подумал немного, прикидывая, что ему неприятнее — взгляды Шрайбикуса на его мужчину или взгляды его мужчины на свое тело. Не, Шрайбикус всяко противнее, решил он и медленно начал раздеваться.
Тэхен стоял и смотрел с улыбочкой на Чонгука, проверяя, выдержит ли младший такое откровенное внимание. Не до смеха ему стало, когда Чонгук стянул с себя сначала джинсы, а потом и свитшот, оставаясь в одних боксерах. Тэхен туго сглотнул и поспешил свалить на балкон — слишком давно у него никого не было, а Чонгук был настолько хорошеньким, что хотелось ворваться в ванную, придавить его своим телом прямо к прозрачной стене и хорошенько выебать.
На балконе он просидел довольно долго, рассматривая проходящих внизу людей, море, пальмы, жука, ползущего по перилам — все что угодно, лишь бы не оборачиваться и не смотреть на мужа. На пиздецки горячего мужа. Которому всего 19. Жизнь его к такому не готовила.
— Рыбка, — хихикнул Тэхен, когда весь такой румяный и свежий Чонгук вышел из ванной.
— Почему рыбка? — оглядел тот свою домашнюю одежду. Никаких рыбок на его пижаме не было, только кролики с морковками.
— Потому что мылся до бесконечности и обратно, — пожал плечами Тэхен и двинул в ванную. Почему-то хотелось хорошенько так подрочить. С этим проблем в общей квартире не возникало — у них были отдельные комнаты, смазка и салфетки в тумбе. Да и ванная была вполне себе безопасным местом, скрытым от посторонних глаз, там можно было хоть вприсядку дрочить. А тут — все как на ладони — смотри, не хочу. Номер для извращенцев, не иначе.
— Хен, мне тут посидеть, пока ты мыться будешь? — невинно хлопая глазами, спросил Чонгук.
— Я наберу себе ванну, так что не думаю, что тебя смутит моя торчащая из нее макушка.
— Я тогда книгу почитаю, ладно? — довольно улыбнулся Чонгук. Сидеть на балконе не было никакого желания, состояние было сонное, и очень хотелось, чтобы на него напали одеяло с подушкой и забрали в плен.
— Хорошо, — сказал Тэхен, поднимаясь и на ходу стаскивая с себя рубашку.
— Хорошо, — тихо прошептал Чонгук, наблюдая за мужем — широкие плечи, сильные руки, мощная шея. Почему-то во рту собралась слюна от такого шикарного вида.
Тэхен набрал полную ванну воды и, убедившись, что за ним нет слежки, скинул с себя штаны с боксерами и щучкой нырнул в воду. Он покосился на мужа, проверяя, что тот точно не подсматривает. Нет, он не стеснялся себя и своего тела — всегда здраво оценивал свою внешность (хорош, как чертяка). Просто именно сегодня, в этот вечер, в этом номере его нехило так вштырило — захотелось секса, хоть волком вой. Тэхен поудобнее устроился в воде и посмотрел на мужа еще раз. Тот уже спал одним глазом — милый сонный воробушек. Тэхен для надежности подождал еще несколько минут и, закусив нижнюю губу, погладил рукой торс. Спустился поглаживаниями на член, медленно его лаская, вода придавала некую пикантность собственным прикосновениям. Прикрыв глаза, он почему-то представил Чонгука, который робко и невинно касается его там, заставляя член заинтересованно дернуться. Тэхен покрепче обхватил свое возбуждение, медленно лаская себя. В голове творилась каша из образов Чонгука и фантазий с ним в главной роли. В ушах шумела кровь, дыхание сбилось, а движения собственной руки стали быстрее и несдержаннее, хотелось начать скулить в голос. Чтобы как-то сдерживать собственные стоны, Тэ постоянно облизывал и прикусывал губы. Где-то на моменте, где в его фантазиях Чонгук опускается на колени, он бурно кончил, продолжая двигать рукой до ощущения дискомфорта. Почему-то очень не хотелось, чтобы фантазия заканчивалась. Тэхен устало выдохнул, расслабленно растекся по ванной и счастливо улыбнулся. На короткий миг его кольнуло чувство вины за сделанное перед спящим Чонгуком. С трудом разлепив глаза, он повернул голову и посмотрел на видящего уже десятый сон мужа.
К тому времени, как Тэхен все-таки вышел из ванной, Чон давно спал как убитый. Тэхен вздохнул, поправил одеяло на спящем и тихонечко прилег рядом. Хотелось громко так проматериться — он подрочил на Чонгука, который совсем еще невинный цветочек и вообще ничего-то о нем не знает. Наверное, стоило рассказать обо всем еще до свадьбы, Тэ честно собирался так и сделать на знакомстве, но Чонгук не пришел. А потом как-то повода не находилось.
— Вы плохо выглядите, господин КимЧон, — перевел Намджун слова Шрайбикуса. Это первое, что он сказал, когда они встретились за завтраком.
— Оу, — смутился Чонгук. В Корее такого рода комплименты выдавать было по меньшей мере непочтительно, но Шрайбикус — неприятное исключение из правил. — Мой муж не давал спать мне всю ночь напролет.
— Да? — Тэхен удивленно посмотрел на Чона и обратил внимание на темные круги у него под глазами. — Я думал, что мы смогли поспать пару-тройку часов.
— Тэхен, дорогой, третий заход был явно лишним, — смущенно опустил взгляд Чонгук.
— Вы серьезно? — подавился своим кофе Намджун. Уж он-то знал, что отношения эти были такими же липовыми, как Chianel с китайского рынка.
— Ты переводи давай, — улыбнулся самой милой улыбочкой Тэхен. — Добавь еще подробностей нашей жаркой ночи.
— Как же он заебал, — так же ярко улыбаясь, сказал Чонгук своему мужу, — когда уже от нас отцепится эта противная пиявка?
— Я думаю, когда убедится, что сплетни, которые распускают Мины — просто сплетни, — устало выдохнул Намджун.
— Мои миленькие котики, — к их столику подошел бодрый Джин. — Простите, что я опоздал — нашел в мини-баре шампанское и не смог себе отказать в бокальчике аперитива. — И тебе привет, моя сладкая булочка, — обратился он к Шрайбикусу.
— Это что за хуета? — удивленно замер Тэхен.
— А, эти двое вчера выжрали половину бара, — махнул рукой Намджун.
— Но Джин же не знает английского, — тихо прихуел Чонгук.
— Да они, когда поднакидались, какими-то вайбами общались. Этот ему по-английски гыр-гыр-гыр, тот ему по корейски фыр-фыр-фыр, и, бля, они понимали друг друга, — Намджун махнул рукой в сторону своего лучшего друга, уже успевшего сесть на свободный стул и тихо переговаривающегося о чем-то со Шрайбикусом.
— Какие планы на день? — перевел вопрос потенциального партнера Намджун.
— Моему Гукки нужно как следует отдохнуть, — мурлыкнул Тэхен и погладил мужа по волосам. — Он большой молодец и очень устал в последнее время, так что мы планируем немного погулять, а потом уединиться в номере.
— Да, мне тебя мало, — на выдохе произнес Чонгук. Тэхен замер, пораженно глядя на него. — Ну чего ты уставился? Целуй меня и погнали в номер, подальше от этих пошлых взглядов.
— Намджун, придумай что-нибудь романтичное, — внезапно сипло произнес Тэхен и, наклонившись к Чонгуку, легко коснулся его губ своими.
— Я тут переводчик, а не специалист по связям с общественностью, блять, — умилительно улыбаясь, прошипел Намджун.
— Они такие милые, — проворковал Джин, глядя на парочку. И, судя по тому, как активно закивал Шрайбикус — он действительно понял сказанное.
В номере Тэхен внезапно засобирался на пляж — погода была прекрасная, над водой висел голубой флаг, как бы намекая, что нужно срочно искупаться. Но Чонгук сразу заявил, что устал и будет спать в ближайшие 12 часов.
— Может пойдем вместе, а потом вместе поспим, — Тэхен состроил абсолютно миленькое личико. Чонгук чуть не согласился, но потом вспомнил, что хотел провести время с пользой — разобраться в себе и немного подумать.
— Хен, я хочу немного отдохнуть, — виновато улыбнулся Чонгук.
— И я с тобой, — с готовностью поддержал его Тэхен, плюхаясь на кровать.
— И немного побыть наедине с собой, если ты не против, — неуверенно закончил мысль младший.
— Оу, — Тэхен понимающе кивнул и посмотрел на их совершенно ничего не скрывающую ванную. Мало ли, его мужу подрочить на порно вздумалось, а тут он торчит. — Я вернусь через часик, сойдет?
— Можешь переодеться тут, — кивнул головой Чонгук. — Я буду на балконе.
Через пару минут, услышав звук закрывающейся двери, Чон вернулся в номер, лег на кровать и начал анализировать происходящее. Он замужем. Да, фиктивно, но это — никому ненужные детали. И муж у него не просто какой-то там непонятный бесогон, а вполне себе красивый Тэхен.
Тэхен, вызывающий такие эмоции, от которых немного едет крыша. Вчера, когда Тэ дрочил в ванной, он не спал — наблюдал за происходящим от начала до конца. Видел немного — как Тэ откидывал голову, при этом кадык постоянно дергался от частых сглатываний. Видел, как движется его плечо от обратно-поступательных движений. Видел, как тот кусает собственные губы, чтобы не дышать слишком громко. Видел, как затрепетали его ресницы, когда он кончал. После этого он уже не смог уснуть — стоило закрыть глаза, и этот образ Тэхена сразу выпрыгивал из кустов, а воображение дорисовывало детали — как тонкие пальцы скользят по возбуждению, как ласкают головку, размазывая по ней густую смазку (и похуй, что Тэ был в воде), как нетерпеливо сжимают ствол, подводя себя к разрядке.
Чонгук включил кондиционер и забрался под одеяло с головой — он всегда так делал, когда хотел подумать о чем-то очень важном. И усиленно думал, признаваясь самому себе, что очень хочет Тэхена. Как мужчину. Что жутко ревнует его к Шрайбикусу и Джину. И что хочет, чтобы они стали полноценной семьей, с собаками и цветами на подоконнике. Осталось только выяснить, чего хочет Тэхен, и как он вообще относится к идее перевести их отношения на новый уровень.
Тэхен вернулся только через два часа — немного выпил в баре, немного поболтал с Намджуном (который пытался распилить себе вены салфеткой), много плавал и загорал. И почему-то очень переживал — как там Чонгук.
Когда он вошел в номер, то буквально жопой почуял, что что-то изменилось. Нет, стены остались такими же прозрачными, унитаз все так же просматривался из любой точки номера. Только вот Чонгук смотрел как-то странно — как будто чего-то ждал.
— Гукки, как ты тут без меня? — Тэхен встряхнул головой, отгоняя странные мысли.
— Я скучал, очень, — просто ответил Чонгук, который сидел на кровати в позе лотоса и читал свою синюю книгу.
— Ты можешь не притворяться, — пожал плечами Ким, — тут все равно никого нет.
— И это не значит, что я не скучал, хен, — тихо прошептал Чонгук. Тэхена натурально так повело. От этого тихого и нежного голоса, от слов, которые он ни от кого не слышал, кажется, уже дохуя времени, от интимности происходящего.
— Что это значит? — спросил он так же тихо.
— Что я теперь буду везде ходить с тобой, — громко засмеялся Чонгук и налетел на него с обнимашками.
Свое обещание младший, в общем-то, выполнил — везде ползал с мужем, при любом удобном случае то приобнимая, то сплетая их руки, то нежно поправляя волосы. Тэхен очень активно пытался думать, что это все для Шрайбикуса — смотрите, мол, какие мы тут влюбленные. Но Чонгук вел себя так же и в их номере, только чуть более активно. Ким, кажется, сходил с ума и каждый раз напоминал себе — это все для контракта, Шрайбикуса (раздери волк его очко) и их родителей.
В один из вечеров Чонгук предложил во что-нибудь поиграть. Вариантов было не так много, в наличии имелся только мини-бар и они вдвоем в огромном номере. Выбор, само собой, пал на «Правда или действие».
Для максимальной честности и чтобы не придумывать вопросы самим, Чонгук скачал на телефон приложение с этой игрой. И начался вечер с выпивкой, ответами на странные вопросы и исполнением дебильных заданий.
— Когда ты последний раз лгал? — зачитал Чонгук вопрос на экране смартфона, выбравшему в очередной раз «правду» Тэхену.
— Сегодня, — рассмеялся тот, — я случайно вытерся твоим полотенцем, а когда ты спросил почему оно влажное — соврал, что не знаю.
— Я так и знал, — засмеялся Чонгук. Ему не было противно от того, что Тэ вытерся его полотенцем, хотя, узнай он такое о ком-то другом — сжег бы полотенце к хуям (а возможно и всю ванную комнату).
— Твоя очередь, — Тэхен взял смартфон в руки и посмотрел на Чонгука с задорной усмешкой.
— Правда, — кивнул головой Чонгук самому себе. — Но ты еще помнишь, что мы пьем после каждого раунда?
— За нас, — поднял бокал Тэхен и отпил вина. Чонгук тоже сделал вид, что отпил — так, промочил губы для вида. У него на этот вечер были планы. — Что разрушило твои последние распавшиеся отношения?
— Эй, что это за вопрос? — возмущенно воскликнул Чонгук. А довольный Тэхен помахал перед его лицом смартфоном именно с этим вопросом. — Да не было у меня отношений, — вздохнув, признался младший. — Раньше мне никто не нравился.
— Раньше? — тут же зацепился за такое короткое, но очень важное слово Тэхен. — Что-то изменилось?
— Хен, это уже второй вопрос, — смущенно улыбнулся Чонгук. — Твоя очередь. Правда или действие?
— В пизду эту вашу правду, — Тэхен выпил еще вина. — Тащи «действие».
— Изобрази, как выглядит твое лицо во время оргазма, — прочитал задание Чонгук. И завис. Они уже минут двадцать играли в эту игру, и все задания были из разряда: «попробуй лизнуть локоть», «опубликуй свое самое старое селфи из телефона в соцсетях», «выкрикни первое слово, которое пришло тебе на ум». А тут на тебе — оргазм от Тэхена, как серпом по Фаберже.
— Оу, — слегка смутился Тэхен, а затем облизал губы, закрыл глаза, вытянул шею и, немного помедлив, простонал. Тихо так, чувственно. У Чонгука поджались пальцы на ногах. Внезапно Тэ задышал чуть громче, заломил брови и чуть приоткрыл рот. В этот момент он выглядел, как гребанное совершенство.
— Тэхен, поцелуй меня? — на выдохе прошептал Чонгук, когда муж открыл глаза и улыбнулся.
— Это задание? — ухмыльнулся старший.
— Да, — уверенно кивнул Чонгук, понимая, что Тэ прекрасно видит его вранье.
Тэхен пододвинулся ближе, огладил его скулу пальцами и шумно вздохнул, пытаясь взять себя в руки и перевести все в шутку. Но Чонгук смотрел на его губы, проследил взглядом движение юркого языка, когда Тэ их облизнул. И это немного подсорвало тормоза — он пододвинулся еще ближе и слегка прошелся языком по нижней пухлой губе Гука, ощущая вкус клубничной гигиенической помады (которой тот всегда мазался). Чонгук закрыл глаза и слегка распахнул губы, приглашая, подталкивая к более решительным действиям. Тэхен застыл в нерешительности — почему-то казалось, что этот поцелуй изменит многое в их отношениях. Но Чонгук схватил его за ворот футболки и впечатался своими губами, врываясь в рот языком. Тэ схватил мужа за волосы и сам наклонил голову, чтобы не мешались носы. Поцелуй вышел медленным, чувственным и дохуя нежным.
— Ты спрашивал о том, что раньше мне никто не нравился, — неуверенно прошептал Чонгук. — Раньше — это до тебя. До встречи с тобой мне никто не нравился.
— Но я же мужчина, Гукки, — Тэхен ласково погладил его по волосам.
— Ты мой муж, — упрямо нахохлился Чонгук.
— Гу, это неправильно, — прошептал старший.
— Ты кого в этом убедить-то пытаешься? — разозлился Чон. — Наши отцы сами нас поженили. Про нас только ленивый таблоид не написал. Да даже Шрайбикус, жираф его в очко дери, хотя и держит пока при себе свои сальные ручонки, мысленно уже выебал тебя, меня и вернулся за тройничком. Что неправильного в том, что ты мне нравишься?
— Нам будет сложно идти против системы, если вдруг мы решим быть вместе.
— Тэхени-хен, мы уже идем против системы. Уверенно шагнули на кривую гейскую дорожку в тот день, когда, блять, поженились. Нет, если я тебя не устраиваю, или ты считаешь меня малолетним пиздюком… Скажи, что мне изменить — я все исправлю. Ну, а молодость обязательно пройдет сама, надо только подождать.
— Я так не могу, — отодвинулся Тэхен. А потом посмотрел какими-то совсем грустными глазами и, вскочив на ноги, выбежал из номера. Он задел ногой бутылку вина, и оно разлилось по белому ковру красивым красным пятном.
— Да хоть забегайся, — крикнул Чонгук вдогонку. — Я твой законный муж, все равно ко мне вернешься!
Тэхен вернулся уже заполночь, ходил хмурый по номеру и тихо матерился, мешая Чонгуку спать.
— Говори, какие черти устроили пляски в твоей голове, — не выдержал Чонгук слонячьего топота.
— Знаешь, что именно я попросил у отца за наш фиктивный брак? — Тэхен, как будто только ждавший разрешения, сразу же подскочил к лежащему на кровати Чонгуку и принялся тараторить. — Еще когда я учился в старшей школе, у меня случился роман с парнем. Ничего такого — мы просто общались, а потом как-то решили встречаться. Мы проводили много времени вместе и даже пару раз неумело целовались. И вот в один из этих двух, блять, поцелуев нас застукал мой папаня. Скандал устроил дикий — грозился оторвать мне бубенцы, чтобы не звенели на парней. Грозился откусить тому парню голову, чтобы целоваться было нечем. Да много чего тогда было обещано. Но закончилось все тем, что меня отправили учиться в Европу. Гении, блять, отправлять неуверенного гея туда, где это считается нормой. Там я принял себя и свои предпочтения.
— Были романы? — хмуро спросил Чонгук.
— Были, — честно ответил Тэхен. — Но я никогда не заводил ничего серьезного, потому что знал — ни одного парня моя семья не примет.
— Меня примет, — упрямо перебил его Чонгук.
— Ты — это другое, — улыбнулся Тэхен. Не мог он не умиляться хмурому Чонгуку, который был большим невинным ребенком. — Так вот, я попросил свободы. После того, как мы разведемся, я волен буду выбрать себе любого партнера. Это было мое единственное условие.
— Выбери меня! — Чонгук вскочил с кровати и подлетел к Тэхену. Схватил его за руки, кладя их себе на талию и притягивая ближе. — Если я тебе нравлюсь, конечно.
— Гукки, — как-то пораженно выдохнул Тэхен. И поцеловал. Легко, невесомо, нежно. — Ты еще слишком юн для таких решений.
— Я подожду старости, если это нужно, — уверенно заявил Чонгук. — Но тебя добьюсь. Не нравлюсь сейчас, тогда понравлюсь с простатитом, пивным животом и залысинами.
— Да нравишься ты мне, — прошептал Тэхен. — Таким нравишься.
— Тогда давай встречаться? — Чонгук прильнул к Тэхену и сытым котом потерся носом о его волосы.
— Охуенная мы парочка, сначала поженились, потом встречаться начали, — хихикнул Тэхен и потянулся за новым поцелуем.
Тэхен сидел в джакузи на балконе и ждал Чонгука, который бегал по номеру и что-то активно искал. Он иногда оглядывался на своего мужа и давил счастливую улыбку, не мог не. Его Чонгук на самом деле был совершенно потрясающим — красивым, как гребаное произведение искусства — широкие ровные плечи, крепкие руки, тонкая талия, красивые бедра, длинные ноги и абсолютно очаровательные пальчики на них. Тэ никогда не был фетишистом, но когда увидел эти пальчики еще в их первый вечер в статусе мужей — чуть не запищал от восторга. У Чонгука был действительно покладистый характер — дерзкий с кем угодно, рядом с Тэхеном он превращался в послушного милого крольчонка (но когда Тэ пару раз так его назвал — пообещал отгрызть морковку). Брать ответственность за их отношения было страшновато, но Чон отличался упрямством — сказал добьется, значит душу вымотает, нервы вытреплет, мозг чайной ложечкой выжрет, но своего добьется.
— Ты научишь меня всякому? — первое что спросил Чонгук, забравшись в джакузи.
— Пить, курить и материться? — со смешком уточнил Тэхен.
— Это я и так умею, — невинно похлопал глазами Чонгук. — Тому, как правильно заниматься сексом мужчинам. Я могу поискать информацию в интернете, но у тебя опыт, и думаю, будет лучше, если ты всему меня научишь сам. Покажешь, так сказать, на своем примере.
— Ты намекаешь, что в наш первый раз это я должен буду подставить свою драгоценную жопу? — хмыкнул Тэхен. Если задуматься, то подставит, куда денется.
— Я намекаю на то, что мне похуй, кто будет снизу в первый раз, но я планирую познать все прелести секса с мужчиной. С тобой, — уверенно заявил Чонгук и полез целоваться.
Поцелуй из нежного быстро перерос в дикий — Тэхена откровенно заводил полуобнаженный Чонгук, который залез в джакузи в одних плавках. А Гук просто дорвался.
Когда Тэхен осмелел и начал гладить руками его тело, Чонгук придвинулся ближе и оседлал мужа, оттянул его голову за волосы и некоторое время просто любовался. Тэхен был самым красивым мужчиной, которого он когда-либо видел (пошел ты в жопу, Джонни Депп). Затем он словно отмер и снова опустился к таким вкусным губам.
Целовались они долго, Тэхен совсем осмелел и его руки блуждали уже по всему телу младшего — то гладили нежную кожу на спине, то слегка сжимали соски, то хватались за ягодицы, притягивая ближе.
— Ты же понимаешь, что мы не готовы? — спросил Тэхен, когда Чонгук начал активно ерзать, каждый раз проезжаясь по его стояку и вызывая тихое шипение.
— Я все взял, — гордо заявил Чонгук и вытащил из кармана мокрых плавок презерватив.
— Гукки, это так не работает, — рассмеялся Тэхен. — Нам нужны еще некоторые манипуляции и смазка, чтобы все прошло хорошо. Так что давай секс отложим на потом?
— И что ты предлагаешь? — обиженно спросил Чонгук.
— Я могу сделать тебе хорошо, — уверенно заявил Тэхен и, огладив живот младшего, медленно спустился поглаживаниями к паху. Чонгук замер, когда рука Тэхена нырнула ему под плавки и сжала возбуждение.
— Ручная работа, знаааа… — не смог договорить Чонгук, закатывая глаза.
— Ты такой милый, — улыбнулся Тэхен и крепко обхватил член, принимаясь активно двигать рукой. Чонгук от такого нехитрого действия неожиданно для себя сначала громко всхлипнул, а потом протяжно простонал.
Тэхен ловил его стоны губами, наслаждаясь тем, как подрагивала чужая плоть под его пальцами. Как Чонгук сам подмахивал бедрами, стремясь получить больше. Как громко простонал, стоило немного вывернуть запястье и проехаться по чувствительной головке.
Кончил Чонгук неожиданно и громко, выгибаясь всем телом. Тэхен собирался спустить собственные боксеры, чтобы подрочить, но тут в их номере зазвонил телефон.
— Какого блядского хуя кому нужно? — рассерженно прошипел Тэхен, поднимаясь из воды и поправляя колом стоящий член. Чонгук лежал со счастливой улыбкой, блаженно растекшись по бортику джакузи.
— Это Намджун, — раздался в трубке уставший голос. — Шрайбикус просил передать, что ваш балкон отлично просматривается из соседнего корпуса, в котором уличный бар, где мы и сидим. И что у вас есть специальные автоматические ставни, чтобы обеспечить приватность игрищ. Нам, конечно, понравилось наблюдать за вами, парни, но какого хуя вы творите?
— Джунни, мы с Чонгуком женаты, — уверенно сказал Тэхен и под громкий вздох положил трубку. А затем нашел пульт от ставень и опустил их, скрывая довольного Чонгука от любопытных (и сальных) взглядов посетителей бара.
На следующий день им позвонил господин Ким и сообщил радостную новость — Шрайбикус назначил дату подписания контракта.
сходит на хуй подождет.
Во-вторых, они начали заниматься полноценным сексом. Тэхен действительно научил Чонгука всему и показал все прелести любви двух мужчин (и небо в алмазах). Вопреки собственным представлениям, отдаваться Чонгуку было не только максимально охуенно, но и очень комфортно — Чонгук всегда был нежен, аккуратен и оказался великолепным любовником.
В-третьих, они сделали ремонт в квартире. Теперь у них вместо двух раздельных спален появилась одна общая, с огромной такой кроватью, а вторую комнату они переделали под кабинет.
В четвертых, Чонгук поступил в оба ВУЗа, но внезапно выбрал тот, куда его так активно пропихивали родители. Объяснил это решение тем, что Тэхену бизнес-процессы не очень интересны, а их фирмой нужно будет управлять, когда отцы свалят на пенсию. Учился он на удивление хорошо и каждый раз, когда ему что-то не давалось, грыз гранит науки с громкими причитаниями, что ему нужно кормить семью.
В пятых, Шрайбикус так впечатлился тем, что все россказни об их фальшивом браке оказались мулькой, что сам предложил подписать еще несколько контрактов. Да и сам он оказался нормальным мужиком, когда понял, что в их семье его загребущим ручкам ловить нечего — перестал вести себя как мудак, и они действительно крепко подружились. Да так, что чета КимЧон была вхожа в его семью, периодически летая на всякие праздники в гости. Да и сам он пару раз прилетал с визитами дружбы — привозил мужа и совсем маленького ребенка показать цветение сакуры весной.
В шестых, Джин и Намджун начали встречаться. Вот так снихуя — просто пришли однажды в гости и спросили совета по ведению жизни половой, мол, вы ребята уже опытные, а мы — только начинающие. Чонгук тогда громко и разнообразно матерился, пока Тэхен сидел в кресле и тихо охуевал.
Ну и в главных — они завели двух собак.
— Тэхени-хен, — на пассажирское сиденье плюхнулся довольный Чонгук. — У меня для тебя есть подарок, но нам нужно кое-куда съездить.
— Как скажешь, милый, — улыбнулся Тэхен и привычным движением потянулся за поцелуем. Жест, отработанный до автоматизма — развернуть Чонгука к себе и поцеловать, каждый раз гарантированно, с бабочками в животе.
— Поехали, а то мне уже не терпится, — скомандовал Чонгук и забил адрес в навигаторе.
Сюрпризом оказался гаражный бокс. Тэхен тихо охуел от такого — он мог ожидать чего угодно, только не задрипанного бокса в жопемира.
— И что мы тут забыли? — спросил он, когда они заехали внутрь, и Чонгук с деловым видом нажал на пульт закрытия автоматических ворот.
— Помнишь, мы обсуждали секс в машине? — с невинным видом спросил Чонгук. — Я снял его на месяц, тут нет света и камер, зато есть вентиляция. Мы просто обязаны, наконец, обесчестить нашего Кузнечика.
— Гукки, как ты себе это представляешь, — вздохнул Тэхен, — у нас крошечная машина.
— А я гибкий, — уверенно произнес муж, отстегивая ремень безопасности и, свернувшись в три погибели, переполз к нему на колени. — А еще у меня в заднице пробка.
— Ты с ней в спортзале занимался? — удивленно спросил Тэхен, придерживая рукой голову мужа, чтобы не стукнулся.
— Я вставил ее в закрытой душевой кабине, чтобы мы не тратили время на подготовку. Презервативы в заднем кармане джинсов, достань пожалуйста. Бля, что же так неудобно? — пробурчал он, пытаясь откинуть переднее сидение.
— Я люблю тебя, Гукки, — ласково прошептал Тэхен и нажал на электропедаль откидывания сидушки. Они медленно поехали вниз.
— Пускай все будет не так горячо, как я себе навоображал, — уверенно заявил Чонгук, — но Кузнечик — единственное место, где мы еще это не делали.
— Ну тогда сымай штаны, сейчас будет секс! — рассмеялся Тэхен, помогая мужу раздеться.
«Мистер Шрайбикус остановился в этом же отеле и завтра приглашает вас на завтрак. Намджун.
PS: Он думает, что я гей в отношениях, так что не удивляйтесь слишком сильно.
PPS: Тэхен, он сказал, что если бы ты не был женат, он сам сводил бы тебя под венец. Пару-тройку раз.»
— Ну, охуеть теперь, — почему-то надулся Чонгук. Нет, ему было абсолютно наплевать на какого-то там Шрайбикуса. Просто стало слегка неприятно, что какой-то хмырь (безумно богатый и влиятельный) пялился на его мужа. — Это создает нам некоторые проблемы, — тяжело вздохнув, выдал Тэ. — Какие, например? — похлопал глазами Чон. — Гукки, я понимаю, что ты еще невинный ребенок и все дела, — начал объяснять Тэхен. — Я не ребенок! И уж тем более не невинный, — тут же перебил его Чонгук, возмущаясь. — Хорошо, не невинный ребенок, что должна делать пара в первую брачную ночь? — Заниматься сексом, — краснея, тихо ответил Чонгук. — Трахаться, как не в себя, — хмыкнул Тэхен, наблюдая, как не ребенок краснеет все сильнее и сильнее. — Ты предлагаешь трах…? — выпучил глаза новоиспеченный муж. — Нет, конечно, о чем ты думаешь, маленький развратник? Но вид мы сделать должны. — Как? — Чонгук от неожиданности весь сжался. Не будет же Тэхен его насиловать? Или… — Засосы друг у друга на шее захреначим и будет нормально, — Тэхен встал и подошел к стулу Чонгука, протягивая руку ладонью вверх, приглашая подняться. — Ты не против, если я тебя немного покусаю? Потерпишь? — Ладно, — неуверенно ответил Чонгук, вкладывая свою ладонь в тэхенову и поднимаясь. Хорошо, что они уже достаточно прибухнули, и он не начал нервничать. — Позволишь? — Тэхен потянулся к рубашке младшего и, под его молчаливое согласие, расстегнул несколько верхних пуговиц. А потом, не долго думая, чмокнул того в шею и, помедлив немного, оставил засос. Отстранился, полюбовался и довольно хмыкнул, расстегивая свою рубашку и откидывая голову, чтобы его мужу было удобнее оставлять следы. — Проклятый Шрайбикус, — Чонгук открыл глаза, которые, оказывается, жмурил все это время, и подошел вплотную, сверля глазами шею Тэхена и его ключицы, о которые почему-то внезапно захотелось порезаться. Он поднял руку, зачем-то нежно погладил местечко, которое приметил для поцелуя, и присосался пиявкой. Одного следа показалось недостаточно, и он начал покрывать поцелуями-укусами медовую кожу своего мужа. — Остановись, Гукки, — тихо сказал Тэхен, мягко отстраняя младшего от себя. — Прости? — Чонгук опустил взгляд, откровенно стесняясь того, что он не на шутку так завелся от простых поцелуев в шею. — Хуйня-война, главное — маневры! — старший махнул рукой и плюхнулся обратно на стул. — Мне идет? — спросил он, вертя головой и демонстрируя начавшие наливаться багровым засосы. — Очень, — Чонгук постарался состроить каменное ебало, но получилось откровенно плохо — его все еще вело от ощущения чужой мягкой кожи на собственных губах. — Продолжим нажираться или в душ и баиньки? — будничным тоном спросил Тэхен, открывая вторую (но это не точно) бутылку вина. — Давай выпьем еще, а потом — все задуманное, — зевнул Чонгук. — Ты совсем устал, — в голосе Тэхена послышались нотки нежности, — ты сегодня молодец и спишь на кровати, а я уже присмотрел себе местечко, — Тэ перевел взгляд на огромный диван, который казался очень уютным. — Спасибо, — болванчиком закивал Чонгук. Утро встретило новоиспеченных молодых легким похмельем. Чонгук кое-как добудился Тэхена, который не реагировал уже на четвертый сигнал будильника. — Блять, почему так рано, — сонный опухший Тэхен выглядел так мило, что Гуку захотелось как следует треснуть себя ладошкой по лбу, чтобы эти мысли нахуй из головы вылетели. — Потому что нам надо собираться на завтрак. Хреново выглядишь, — прохихикал он, вырывая у Тэ одеяло, в которое тот пытался зарыться. — В самый раз для человека, вымотанного первой брачной ночью, — Тэхен выскользнул из-под одеяла, в одних боксерах, конечно, и удалился в ванную комнату, почухивая задницу. Охуевшего взгляда Чонгука он не видел, как и не видел его смущенное чужой наготой лицо. — А что мне надеть? — Чон беспорядочно бегал по номеру, когда Ким вышел из душа, весь такой румяный и расслабленный. Хорошо, что хоть халат натянул, а не в полотенце на бедрах щеголял, как это бывает в пошлых комедиях. — В шкафу есть твоя повседневная одежда. Родители позаботились о том, чтобы мы не разгуливали голышом после нашей свадьбы. Намджун выглядел так, как будто всю ночь отбивался от чудовища (на самом деле почти так — господин партнер желал кутить, а потом пытался в очередной раз подкатить к Джуну, который в итоге был вынужден соврать, что у него уже есть мужчина его мечты). Тэхен подвел Чонгука к столику, за которым их уже ждали. Шрайбикус так оценивающе посмотрел на Тэ, что Чон поморщился, схватил своего мужа за руку и поцеловал в щеку. — Как первая брачная ночь? — перевел Намджун веселую речь Шрайбикуса, который продолжал сверлить взглядом (а на самом деле — мысленно трахать в различных позах) Тэхена. — Ой, не спрашивайте, Тэтэ меня вымотал так, что я кое-как поднялся, — махнул рукой Чонгук. Да, он немного злился, поэтому не совсем понимал, что именно говорил. Тэхен от удивления чуть ложку сахара, которую пытался донести до кофе, не уронил. — Понимаю, — перевел Намджун уныло. — Советую вам кимбап, очень заходит на завтрак, — улыбнулся Тэ, как бы невзначай кладя руку на шею, чтобы продемонстрировать работу пиявки-убийцы. — А ты что будешь, дорогой? — А я бы предпочел вернуться в наш номер и там продолжить, — игриво поиграл бровями Чонгук. Да, ему не нравилось, как на Тэ смотрит этот хмырь, при живом, на минуточку, муже. — Простите нас, — Тэхен схватил Чонгука, стащил со стула, и, прижавшись к его спине, повел из ресторана вон. — Неприятный тип, у меня даже жопа фантомно заболела от его взгляда. Оставшийся день они отсыпались, иногда прерывая сон на короткие посиделки. Тэхен задумчиво пил вино, а Чонгук гундел, что ему в мужья достался алкоголик. Когда новоиспеченная пара решила отбыть домой, их вызвался отвезти в новую квартиру Намджун. — Как же он меня заебал, — пыхтел он, выруливая из подземной парковки отеля. — Я дам тебе куклу, покажи где он тебя трогал, — Тэхен откровенно веселился. — Нигде он меня не трогал, к счастью, — пробубнил водитель. — Но заигрывать пытался все время. Стоило мне только отвлечься, он тут же начинал подкатывать яйца. — Но… Он же типа мужа имеет, — захлопал глазами Чонгук. Эта информация была в папке с личным делом, которую заставил изучить отец. — И официального любовника, — кивнул Намджун. — И не против был бы иметь официального корейского любовника. Пришлось звонить лучшему другу, Джину, просить, чтобы он подыграл мне, что он мой парень. Даже, блять, на заставку его фотку поставил, для наглядности. За что мне это? — Вот именно, за что? — поддержал беседу Тэхен. — Когда мой начальник сказал, что придется притвориться геем, я не думал, что это будет так утомительно, — выдохнул Намджун. — Но он сказал, мол, повышение само себя не заработает. — А тебе-то зачем притворяться, — совершенно ничего не понимал Чонгук. — Этот припизднутый работает только с геями. У него, видите ли, принципы. По слухам, весь состав директоров его фирмы — какие-нибудь ЛГБТ-активисты. Он тратит кучу денег на фонд поддержки сексуальных меньшинств. А я, как вы уже поняли, не гей ни разу. И удивляюсь, как вы справляетесь с этими ролями. — Меня все устраивает, — хмыкнул Тэхен, не стесняясь разглядывая Чонгука, который сидел с мечтательным лицом и явно представлял себя за рулем автомобиля. — Мне достался такой милашка. — Хренашка, — пробубнил Чон, отворачиваясь к окну, чтобы никто не увидел его широкой улыбки. Первым делом Чонгук побежал смотреть свою новую машину. Тэ разблокировал телефон и, включив камеру, был готов снимать реакцию мужа на подарок родителей. — Хен, как думаешь, какой там автомобиль? — топтался на месте Чонгук, пока лифт вез их на -3 этаж. — Думаю, как минимум с рулем и четырьмя колесами, — хмыкнул Тэхен, перехватывая телефон поудобнее. — Это может быть Seltos, например. Он миленький, — вдохновенно мечтал Чонгук. - Или Sportage — он семейный, буду возить тебя по Сеулу. Ох, про Stinger я даже мечтать боюсь. Как мы нашу машину найдем? — У тебя же есть ключи? Наверняка, если ты разблокируешь автомобиль, он пикнет, — Тэхен пропустил Чонгука вперед, продолжая съемку видео. — Машина, найдись, — счастливо улыбнулся в камеру Чонгук и нажал на кнопку разблокировки на ключе. Где-то в глубине пикнула машина и он, гогоча во все горло, рванул в нужную сторону. — Ты куда так понесся? — Тэхен попытался догнать своего мужа, но не преуспел — тяжело бежать и снимать одновременно. — Тэтэ, — Чонгук стоял возле Kia Ray и хлопал глазами, — это что, шутка? — Гукки! Поздравляю! — весело закричал Тэхен, тыча тому камерой в лицо. — Я, блять, машину хотел, — обиженно затряс губой младший, осматривая крошечный автомобиль. — Да нормальная машина, — махнул Тэхен, — колеса на месте, руль — тоже. Будешь возить меня? — Куда? — спросил Чонгук, открывая дверь. — На свидания, например? — Тэхен хихикал, пересматривая видео, пока его муж возился с машиной, бубня себе под нос ругательства. Квартира оказалась достаточно большой — с двумя просторными спальнями и огромной общей гостиной, соединенной с кухней. — Как спальни делить будем? — бодренько осмотрев комнаты, спросил Тэхен. — Не знаю, — Чонгук никогда ни с кем не жил (кроме родителей) и как это обычно решают не знал. — Камень-ножницы-бумага? — Идеальное решение, — Тэхен подошел к нему и ласково потрепал по волосам. А у Чонгука сердце пропустило пару ударов.***
Вообще, жить вместе оказалось максимально комфортно — Чонгук продолжал готовиться к экзаменам, Тэхен — заниматься своими делами, о которых предпочитал не рассказывать. Если бы Чонгуку кто-то сказал, что у него будет муж, с которым абсолютно не будет притирки — он бы посмеялся этому человеку в лицо. Но у них ее действительно не было. Тэхен сразу предупредил, что совершенно не умеет готовить, и это Чон взял на себя. А когда он уставал или не хотел стоять у плиты — они просто заказывали доставку еды. Вот так просто, без скандалов и споров. Тэхен отвечал за порядок в общей зоне (в своих комнатах убирались сами) и просто купил робот-пылесос, с которым разговаривал, как с домашним животным. Посуду мыл тоже старший, целых два дня, а потом у них появились люди в униформе и установили посудомоечную машину. В общем, за две недели совместного быта они уже чувствовали себя вполне комфортно рядом друг с другом. Иногда (когда у Чонгука были силы после многочисленных репетиторов) устраивали совместные ужины или смотрели какие-нибудь фильмы, обсуждая все на свете. Чонгук с удовольствием слушал рассказы Тэхена про то, как он учился в Европе, как поступил в ВУЗ, не зная английского языка от слова совсем, про шумные студенческие вечеринки и многое-многое другое. По правде говоря, Чонгуку просто нравилось слушать голос хена — глубокий, вязкий, красивый, который ласкал слух и вызывал толпы мурашек на спине. Ладно, если уж совсем начистоту — ему Тэхен сам нравился, весь. Дело даже не в том, что он красивый (это по умолчанию), а в том, как он заботился о младшем, постоянно интересовался его успехами, помогал с учебой. А еще иногда он лез обниматься, потому что очень тактильный. Чонгук в такие моменты немного внутри себя выл раненым кашалотом, потому что это тоже нравилось. — Чонгукки, — в комнату младшего постучал Тэхен. — Входи, не заперто, — оторвал красные глаза от ноутбука Чон. — У меня для тебя новости, странные, — Тэхен мялся на пороге. — Наши родители договорились о съемке нашего свидания с Dispatch. Так что нам снова предстоит немного поизображать счастливых мужей. — Зачем? — ровным тоном спросил Чонгук, а внутри него все перевернулось, потому что изображать мужей — это держаться за руки и вот это вот все — волнительно и замечательно. — Потому что журналистам нужна пища для сплетен, а нам надо, чтобы сплетни долетели до Шрайбикуса, дери его в очко шимпанзе. — Мы не видели его мужа, — хихикнул Чон, — может он чуть красивее обезьяны. — Чон Чонгук, — вдруг выпрямился Тэхен, выпятил грудь и скукурузил дико официальное ебало, — ты согласишься сходить со мной на свидание? Только ты, я и журналисты в кустах? — Конечно, хен, — рассмеялся он. — Завтра ты сильно занят? Мы могли бы прогуляться по городу и где-нибудь пообедать. — Только в первой половине дня, — Чонгук открыл расписание занятий с репетиторами и мысленно охуел от их количества. Но экзамены сами себя не сдадут. — Отлично, тогда мы возьмем твоего Кузнечика и поедем, да? — Тэхен улыбнулся, с нежностью глядя на младшего. Такой домашний, он вызывал только море нежности — хотелось этого ребенка затискать, положить в кармашек и носить этот комочек милоты с собой. — Хен, прекрати так называть машину! — надул губы Чонгук. Ему на самом деле нравилось, как Тэ называл автомобиль, но было в этом что-то слишком детское. А ему 19! Он уже не ребенок! Ему даже соджу пару раз в магазине продавали, чем он вообще-то сильно гордился. На свидание Чонгук собирался целых два часа — мало того, что их фотографии наверняка облетят все желтые СМИ, так еще и перед Тэхеном хотелось покрасоваться (нет, это точно не потому, что влюб… Нет!). Он так разнервничался, что Тэхену пришлось отпаивать его чаем с ромашкой и выбирать одежду для младшего самому — тот отказывался покидать квартиру в ближайшее десятилетие. Так как журналисты должны были «поймать» их на улице, было принято решение просто немного прогуляться по Итэвону, а потом где-нибудь поесть. Тэхен много смеялся, дурачился и фотографировал Чонгука, заставляя недовольно морщить нос, после чего Тэ смеялся еще громче. Внезапно он остановился и погладил Чонгука по щеке, нежно, практически невесомо, смотря в глаза и облизывая губы (как перед поцелуем). — Х…хен? — тихо прошептал Чонгук, совершенно не понимая, что это было. — Мне показалось, что там, в кустах — журналисты, — тихо ответил Тэ. И сам немного смутился, потому что объяснить себе собственный порыв срочно прикоснуться к младшему не мог. Просто захотелось. Чонгук больше не улыбался, он гонял в голове мысль, что ему ласка была так приятна, что бабочки в животе устроили дискотЭку. Поэтому он собрал свою решительность в кулак и, схватив Тэхена за руку потянул на себя, несмело прикасаясь губами к его щеке. Полноценным поцелуем это было сложно назвать, но Чонгуку хотелось верить, что — да. — Что ты делаешь? — Тэхен отстранился, улыбаясь. — Мне показалось, что там в кустах — журналисты, — пробубнил Чонгук обиженно. Он ожидал, что Тэ схватит его за горло и поцелует нормально. — Хорошо, — хихикнул Тэхен и обнял мужа. — Хорошо, — согласился Чонгук, которому было комфортно в больших и сильных руках хена. Статья в журнале все-таки вышла. Там были фотографии того, как они, держась за руки, гуляют по осеннему Сеулу. Как Чонгук смеется, запрокидывая голову, а Тэхен его снимает на свой телефон. А еще там было описание их лав-стори, которое наверняка составлял целый отдел копирайтеров в компании родителей. Потому что было тошнотворно романтично написано о замершем на секунду мире, когда их взгляды впервые пересеклись. Тэхен читал это вслух под громкий смех мужа, потому что такое обычно пишут в бульварных романчиках, а не на порталах сплетен. Они продолжали жить вместе, но после статьи Dispatch к ним неожиданно начали приставать журналисты из других изданий. Те поджидали парочку во дворе их дома, скрываясь в близлежащих кустах. Пытались подглядеть в их окна, поднимая дроны (которые вообще-то запрещены). И, что было самым страшным, вломились в квартиру, когда Чонгук был дома один, стайкой из трех человек. И вроде бы все обошлось, но Чонгук знатно так стрессанул и впервые пришел в спальню к хену, чтобы тот с ним полежал. Тэхен и полежал, болтая без умолку, чтобы младший не думал о всяких грустных вещах. В итоге они не заметили, как уснули в обнимку. А утром Чонгук проснулся от упирающегося ему в ягодицы хорошенького такого стояка. Тэхен обнимал его со спины, и его член был аккуратно вжат прямо в персик Чонгука. — Прости, — просипел Чонгук, у которого на висках образовался липкий пот. — Но не мог бы ты отодвинуться? Тэхен, сука, спал и двигаться даже не думал. Чонгук с ним жил уже прилично, чтобы узнать, что того могла разбудить разве что батарея расставленных под ухом будильников. Поэтому он поерзал, пытаясь выбраться из крепкой хватки хена. Который, почувствовав копошение, закинул на него ногу и притерся членом еще ближе. Вот тогда-то Чон и запаниковал по настоящему — представил, как Тэхен его того, трахнет (что вы ему сделаете, он был напуган). Но муж, блять, зевнул и перевернулся на другой бок, отпуская младшего, которого уже било крупной дрожью. Про утренний сюрприз Тэхен так и не узнал — Чонгук понятия не имел, как о таком рассказать, так что просто выскользнул молча из его комнаты и нырнул к себе, закрывая дверь на защелку. Уже в одиночестве он полноценно поддался панике. Не от того, что сама ситуация была физически неприятной и недопустимой. Не от того, что он впервые осознал, что у Тэхена есть вполне себе естественные физиологические потребности. А от того, что он посмел допустить мысль, что муж его трахнет. И эта мысль не показалась какой-то нездоровой. Наоборот, она, казалось, одобрена самим Айболитом! Глупые мысли он смыл в душе, надеясь, что этот минутный порыв слабости больше не повторится. Семейная жизнь — это заебись, все чаще и чаще думал Чон. Тэхен его баловал — все время таскал вкусняшки, заказывал еду, когда тот, уставший после репетиторов, бодрым зомби возвращался домой. Даже один раз сделал массаж, когда все тело болело после адской тренировки по танцам. Просто подошел, сел за спиной и принялся разминать плечи. Больно, кайфово, расслабляюще — именно так, как было нужно. Чонгук даже немного не сдержался и громко простонал. Руки Тэхена на миг замерли, он выдохнул как-то тяжело, а потом все-же продолжил делать массаж под тихие стоны младшего. Чонгуку все нравилось. И муж так-то тоже нравился. Экзамены Чонгук сдал, причем в оба ВУЗа. Правда, для этого пришлось не спать почти неделю, но он, правда, выложился по полной. Тэхен поддерживал его максимально упорно — возил на экзамены на Кузнечике, беспокоясь, что муж от перенапряжения попадет в аварию. Пришел на открытый смотр абитуриентов, где Чон показывал поставленный танец, а когда тот закончил, громче всех аплодировал. Насильно запихивал в отказывающегося от усталости Чонгука еду (даже сам готовил тосты с вареньем и ветчиной). И, конечно, заставлял немного отдохнуть — просто приходил в его комнату, отодвигал стул с сидящим на нем Чоном, хватал того на руки и заваливал на постель (вместе с собой), и каждый раз Чонгук засыпал под тихое бормотание Тэхена. — Гукки, а поехали в отпуск? — спросил Тэхен немного отоспавшегося и наконец-то переставшего быть похожим на подопытного некроманта, которого тот поднимал уже много раз, Чонгука. — Ты большой молодец, и неплохо было бы отдохнуть. — А результаты? — Чонгук нахмурил брови и посмотрел на стакан молока, который ему протягивал хен. — А их мы можем дожидаться и не дома, — пожал плечами Тэхен, который сам молоко не любил, но младшему наливал каждое утро. — К тому же у нас проблемы — Шрайбикус настаивает на том, чтобы мы воспользовались его подарком. — Не хочу, — прохныкал Чон, вспоминая сальные взгляды, которыми одаривали его законного мужа. — У нас нет выбора, — вздохнул Тэхен и присел на стул рядом. — Говорят, что корпорация Мин готовит ряд заказных статей, что у нас фиктивный брак. Нам нужно успеть доказать обратное. — Как будто это не так, — пробурчал Чонгук, делая еще один глоток и хмурясь от любимого вкуса. — Выбирай даты, прелесть. Мы летим в Тайланд, — хмыкнул Тэхен и стер каплю молока с нижней губы мужа. А у Чонгука сердце пропустило удар.***
Как же долго и упорно ругался Намджун, когда новоиспеченная семья сообщила ему, что они хотят воспользоваться подарком Шрайбикуса и посетить его отель. Нет, сначала Намджун сказал: «Ок, я все устрою». А вот после сообщения Шрайбикуса, что Намджуну с его парнем тоже все оплатят, а он сам, как радушный хозяин, лично встретит делегацию, случился поток матов. Тэхен долго извинялся и обещал выбить у отца большую премию. Чонгук в этот момент лазил по сайтам в поисках парных луков, чтобы убедить Шрайбикуса, что они — самые женатые женатики во всей Корее. Не то, чтобы это было так уж необходимо, просто хотелось, чтобы на его мужа перестал поглядывать этот радужный извращенец. — Привет, я Ким Сокджин, — представился парень, ожидавший пару в аэропорту Инчхона. — Намджун, как всегда, опаздывает. Вроде бы на середине пути он обнаружил, что забыл паспорт, и ему пришлось вернуться домой. — Тэхен, — представился Ким и пожал протянутую ему руку. Во время рукопожатия он как-то странно посмотрел на Джина. Да так, что Чонгук нахмурился. Потому что ну какого хуя вообще? Он тут к Шрайбикусу ревнует, ну, что бы там ни было, а тут еще вот такой красивый парень объявился. И Тэхен, сука такая, ему улыбается. — Чонгук, муж, — чуть отодвинув Тэ плечом, представился Чонгук. — А я типа парень Джунни, — заржал этот самый Джин. — Ты чего такой хмурый, давай развеселю! Почему слон смеется над человеком? — Чего? — уставился на нового знакомого Чонгук, не одупляя, что происходит. — Слон не понимает, как человек дышит такой маленькой штучкой, — громко засмеялся Джин, размахивая руками и стирая несуществующие слезы. Тэхен, предатель такой, тоже заржал. — Ну пиздец, — Чонгук отвернулся от громких парней и пошел к стойке регистрации. Настроение стремительно падало. Отпуск обещал быть хуевым. Как назло, в отеле делегацию встретил***
Тэхен сидел в их Кузнечике и ждал Чонгука. Сегодня они отмечали 1000 дней со дня их свадьбы. После того, как они вернулись из Тайланда, их жизнь кардинально изменилась: Во-первых, они сообщили родителям, что никакого развода не будет. Охуели знатно все — и Чоны, и Кимы. И только Чонгуку и Тэхену было похуй на все эти условности — они вместе, они счастливы и пусть весь остальной мир
