Принужденные прикосновения

      Самое главное — это вечерняя прогулка. В этот момент вещи меняются. Ощущаешь вкус жизни, радость её теплого спокойного течения и глубокий смысл. Даже если ничего особенного не происходило.       По улице, обнявшись, гуляли пары. Ветерок разгуливал и не хотел останавливаться. Одежда словно пропиталась солнечными лучами. Тело было одновременно и слабым и лёгким. Порхали бабочки в животе. Отдавая не сильными покалываниями.       Для каждого влюблённого это норма, независимо, сколько вам лет. Видишь своего человека и понимаешь, что будешь смотреть на него вечность, если тебе дают такой необходимый шанс. Тогда и становишься более уверенным в себе, и можешь хоть горы свернуть.       Момо тоже не была потехой. Любая могла бросить это дело за короткое время и понять, что ничего не светит. Но она другая. Пусть пройдут годы, она постарается сделать все. И тогда точно станет счастливой.       Она сидела каждый вечер и ждала, когда закончится время ожидания. Затмевая её так днями и неделю. И, наконец, дождалась этого. Но, черт возьми, ей казалось это вечностью. Прогулка, смешные шутки и разговоры. Объятья и поцелуй! Приходили в голову девушки постоянно. Она была настолько впечатлительной, что бесчисленное количество раз боялась о прогулке и её последствия. А так же не могла вытерпеть и ждать, каким бы скучным и заурядным не показалось это встреча. Для Момо оно было преисполнено значительности.       Стараясь показать, что достойна возлюбленного, она особенно позаботилась о своей внешности: красное платье, одетая поверх него белая кофта. Большие сережки, обычное красивое ожерелье. Похорошела и словно стала какой-то бизнес женщиной. Её смущал такой наряд. Слегка откровенный и изящный. Но и она была такой же. Её изюминка скрывали все её недостатки.       И вот она стоит на улице, а вокруг сияние огней. Сотни людей спешат во всех направлениях, сталкиваясь с друг другом. А она одна ощущала свою неудачу, ведь, казалось, её возлюбленный опаздывал.       Не могла стоять на месте. Всегда подправляла челку и серёжки. Смотрела людей, спешащих куда-то на встречу. Возможно, тоже идут на волнительную прогулку.       Ещё чу-чуть и ей казалось, что она потеряет всё, чего долго добивалась. Стало холодать. Ветер выл. Погода резко сменилась от тёплой на холодную, от чего настроение девушки отразилось быстро. Так же была опечалена ситуацией. Шото не пришел и навряд ли уже придёт.       Чтобы не заболеть, она быстрым шагом пошла в сторону общежития, обдумывая каждое своё действие.       — «Может, я сделала что-то не так? Громко говорила, смеялась и хихикала? Может, он просто позвал из вежливости? А я надумала что-то величественное... »       Терзания только мешали что-то предпринять, и всё только усугубляло. Время тянулось мучительно для Момо. Её мучил сейчас не столько вопрос, сколько сомнение: довольна она всем этим? В конце концов, она думала что будет всецело принадлежать ему и никому больше. Все её мечтания просто были иллюзии и счастье. Чтобы не держать в себе. Боль которая всё сильнее вызывала грустные эмоции. Она не выдержала прилив суровости, которая надумала сама себе, тихонько заплакала. Она столько времени ждала его и не догадывалась, что парень стоял рядом и смотрел на такую ситуацию. Девушка уходила и при этом плакала. Что-то явно случилось.       — Момо! — Волнующим голосом позвал парень.       Момо, которую воспитывали под строгостью, волнующими взмахами руки прикрыла лицо. Она испугалась и почувствовала горький вкус во рту. Ей не хотелось видеть парня сейчас, хотя несколько минут назад её мысли говорили о другом.       — Ой, извини! Я уже уходила. Ты так неожиданно появился. — Стараясь говорить уверенно, девушка всё никак не могла посмотреть на Тодороки.       — У тебя проблемы? — Парень сделал шаг, но девушка отпрянула от него ещё на два шага.       — Нет, всё в порядке. Я просто расстроилась за кое-что. Но всё отлично. Думаю, не стоит тебе переживать за это. Обычная и простая глупость.       Он не поверил. Слышать, как девушка всхлипывает и волнующим голосом оправдывается, не очень нравилось парню. Ему было так же печально, как и девушке. Стало стыдно за себя. В груди сжимало и горело так, будто он поджог себя. А огонь всё больше распространяется и жжёт. Так больно, как никогда не было.       — Слушай. Извини что я опоздал. — Парень выбирал цветы, но так и не смог купить что-то стоящее. А сказать правду он стеснялся. Как-никак он еще тот молчун в своих делах.       Ветер все бушевал. Через некоторое время парень снова поинтересовался, что случилось, но ответа так и не услышал. Момо всё тщательно скрыла.       Шото любовался её лицом, фигурой, формой кисти, по которой можно судить об изяществе, и красотой руки, сформировавшейся грудью. Притом волновало её тихий и мягкий голос, который было почти не слышно. Он был восхищён девушкой. Вот если бы она, такая, принадлежала ему! Тогда бы он точно знал, что означает «познать мир и её краски».       Глаза засияли! Распространившийся огонь остановилась где-то в груди, и теплело с каждым вздохом. Девушка успокоилась и, протерев аккуратно глаза, чтобы не испортить макияж, которого почти не было видно, томно и волнующее вздохнула. Приблизилась к парню и, мило улыбнувшись, сказала:       — Ладно, Тодороки-кун, забудь, что видел. Пойдём прогуляемся. Ты бы знал, сколько я ждала этой прогулки! — Она чувствовала себя не в своей тарелке. Повела себя как ребёнок. Тем более так переменчиво. И так ничего и не рассказала возлюбленному, который так сильно хотел узнать причину её несчастья.       — Ладно,— промямлил он, чуть слыша. Но и он не чувствовал себя хорошо, наоборот, подавлено. Вместе они делили одни и те же чувства, эмоции и недопонимания. И они не могли сказать об этом, боясь показаться слабыми.       Пошли они медленно. Шаги были тихими и синхронными. Парень думал о Момо, девушка думала о Тодороки. Одна только прогулка старалась раскрасить краски. Парк. Удобная тропинка и не одной души! Ничего нет лучшего, чем Это. Проблема была в том, что никто не мог сделать первый шаг в разговоре. О прошлой нелепости они уже забыли.       Глаза не много щипали, но девушка старалась не обращать на это внимание. Она уже потеряла какой-то смысл в прогулке, поскорее хотела вернуться в кроватку.       Шото всё время любовался ею, особенно на глаза, которые едва покраснели от слез. Прикусил губу и отвернулся.       Он не хотел проводить именно так своё время. Хотел более романтичную и тёплую прогулку. Чтобы никогда не забыть об этом и счастливо вспоминать, когда будет шанс. Хотел, чтобы девушка чувствовала себя более уверенной, радостной и немного неуклюжей. Он же знал и чувствовал, что она ему не безразлична. И уже долгое время.       Он просто не хотел это принимать. Его это пугало и отталкивало. Никогда он с этим не сталкивался. А что делать тем более. Такой недалёкий парень, как Шото, который сначала думает, потом говорит, достигает цели с привычной лёгкостью. Никогда не интересовался девушками. Правда и не знал, что с ним такое. Но догадался, когда девушка помогла ему с домашней работой.       Так ещё странное явление! Она сама вызвалась помочь, хотя он точно понял тему, но согласился, хотя не был уверен в этом. В душе был очень рад.       — Извини, что всё так плохо... Я думал, что это прогулка будет незабываемой. — Тодороки остановился. Наконец потемнело, и включили фонари. Цикады стрекотали, мешали мыслить.       — Чего ты так? Всё в порядке же. Это мне положено извиниться. Вроде всё шло хорошо, а я, наоборот, испортила всё своим поведением. Мне так стыдно! Вот душу разрывает от этого. Неприятно. Не могу смотреть теперь на тебя прежде. Ты бы знал, как мне печально из-за этого и из-за того, как тебе сейчас нелегко вести себя обычно. Я только доставляю проблем. — Яойрозу обняла себя руками, чутка отпрянула и посмотрела на землю. И начала говорить всё тише и тише.       — Нет, нет! Как по мне, я виновен в неудачной прогулки. Во-первых, я опоздал. Во-вторых, я показал какую-то надежду, но этого не было. В третьих ничего я не сделал. — Он отмахнулся, вёл себя более открыто. Ему хотелось обнять девушку. Дать своё тепло, чтобы она согрелась. Ему хотелось, чтобы она поняла, что он будет для нее тем самым героем. Но при этом ничего не сделал, будто самый большой неудачник. И корил себя за это. Он не смог, у него не получается.       — Наверное, мы оба виноваты, — ухмыльнулась девушка.       — «Наверное...» — промелькнуло мысль у парня.       И пошли дальше, только уже в хорошем расположение духа. Пусть и прогулка длилась к концу, они постарались привести хоть как-то незабываемо. Послушали песню какого-то бродяги, выпили кружечку кофе и много разговаривали. Только можно мечтать о таком счастье. Ветер обдувал уже не так холодно, как казалось раньше. А негромкие смехи и незаметные улыбки были чем то важным. Отдавались теплом и столько бушевали в их сердцах.       Они многое узнали. Наверное, познали кое-что интересное. Только они сами знали об этом. Увидели новые эмоции у друг друга. И их мысли переплетались одними словами: «ты мне нравишься». Им хотелось говорить вечность, показывать те вещи, которые казались для других странными. Но, найдя своего человека, будто никогда и не было бы стыдно за себя. Наоборот, давали огромную уверенность. И влюблённого томящего взгляда.       — Спасибо тебе за такую замечательную прогулку. Мне помогло сегодня. Хорошо, что всё наладилось. — Её бледная кожа сияла едва подпускающим лучом света от луны. Блестела, словно золото. Её немного растрёпанные волосы пахли каким-то непонятным, но сладким вкусом. А глаза такие Влюблённые...       — «Такая красивая».       — Ладно, нам пора. Как-никак, время уже позднее.       Их красные щеки горели так, будто обжигало тысячу огней. А если они попытались бы потушить их каким-то способом, например: водой, пламя только бы загоралась с большой силой. Они чувствовали себя счастливыми, громкие стуки сердца чуть ли не доносились до их самих.       Момо не сдержавшись, прильнула в объятия к Шото. Тот не много не удержав равновесие, пошатнулся и скривив нервную улыбку, испугался, как мальчуган, которому говорят на прямую секретные вещи. В мгновение он покраснел от ушей до кончиков пальцев. Ему стало так жарко. Во рту пересохло. Никогда он никого не обнимал. И этот опыт был впервые.       Прижав девушку еще сильнее к себе, охватив её обеими руками, он положил свою голову на её голову. Так и наслаждаясь каждой секундой, проведённой вместе, они стояли так очень долго, пока не устали.       Вот это счастье: без лишних слов знать, что ты хоть немного дорог человеку. Без лишних движений прикасаться к своему любимому и не выдумывать ни о чем, зная, что он только твой. Не накручивать мыслей о каждом провальном плане.       — Ты мне нравишься! — Донёс голос во мраке...