Докуренная сигарета

когда Печорин предал его в первый раз, Грушницкому казалось, что, наверное, тот сделал это по нелепой случайности будучи пьяным. он пытался оправдывать своего друга, внушал себе, что тот его ценит, любит - просто не желает проявлять свои чувства. Печорин же по натуре такой, Грушницкий его лучше всех знает. по натуре такой, но для него - другой. Грушницкий надеялся, что он будет для него особенным. может он достоин того, чтобы Печорин открылся, полностью доверил ему свои секреты? Грушницкий часто задавал себе этот вопрос. но никакой фаворитизма Грушницкого у Печорина не проявлялось. парень осознал это, когда Григорий предал его во второй раз, а потом в третий и в четвертый. он совершал подобные поступки так много раз, а о своих похождениях рассказывал с такой напыщенной гордостью, что Грушницкий понял - тот не особенный. и никогда им, к сожалению, не станет. в тот день, когда Грушницкий и Печорин должны были быть вместе на одном мероприятии, Грушницкий ушел раньше всех. он столкнулся с Печориным на выходе, когда тот только заходил (Григорий имел привычку опаздывать), и на прощание лишь бегло махнул рукой, скрываясь за поворотом. последние дни в голове Грушницкого было столько мыслей, что сейчас не осталось ни одной. в голове пусто. и с Печориным разговаривать хотелось меньше всех. Грушницкий был уверен, что не выдержит ещё одной его истории, его ухмылки или колкой шутки, а в глаза его смотреть не было ни желания, ни душевных сил. он вернулся к себе в квартиру, лёг на диван и уснул. когда Грушницкий проснулся и огляделся вокруг, ему показалось, что прошла вечность. на улице уже стемнело. парень включил свет и посмотрел на время - поспал лишь час. Грушницкий вышел на балкон - посчитал, что ему необходим свежий воздух. на дворе стояла глубокая ночь, а луна словно большой желтый диск освещала всё вокруг. Грушницкий протянул руку к луне, затем сжал ладонь в кулак и сново разжал. казалось, что до луны возможно достать, вот так схватить в ладонь и утащить за собой, чтобы она всю жизнь путь освещала. но, к сожалению, это только иллюзия. «вот и с Печориным так же» пронеслось в голове у Грушницкого. он понимал, что как бы тот не был с ним близок, он всегда от него далек. хоть они будут общаться всю жизнь - настоящей близости не добъешься. жизнь без Печорина невозможна, но и с ним тоже невыносима. Грушницкий протянул руку к пачке сигарет, которая лежала у него уже полгода нетронутая. думал, что закурит только в крайнем случае. похоже, этот случай настал. он выкурил первую, вторую, третью. из его глаз лились слезы, а одна мысль накладывалась на другую. - лучше бы в голове было пусто, - тихо произнес Грушницкий. он выкурил всю пачку, долго долго смотрел на луну, а затем перелез через балкон и, немедля, полетел с восьмого этажа вниз. через время было слышно лишь тихий звук столкновения с асфальтом. теперь ничего не имело значения, только неразделенная любовь осталась жить в Грушницком. ------------------- Печорин покинул мероприятие спустя час, так как его настигла скука. привлекательных девушек он там не нашел, а веселить дураков не видел смысла. говорить ему было не с кем, и друг его, Грушницкий, тоже куда-то исчез. Печорин свернул за тот же поворот, что и Грушницкий. он зашел в один из жилых домов, поднялся на лифте на восьмой этаж и повернул ключ в замочной скважине. - правильно ты сделал, что ушёл. на этом мероприятии была невероятная скука. - громко сказал Печорин, чтобы в любом уголке квартиры друг его мог услышать. но ответа он не получил. Печорин осмотрел все комнаты, тусклый свет горел только в спальной. «и куда он пропал вообще?» подумал парень, а затем усмехнулся. «наверное, снова ушёл в бар». он взял зажигалку, сигарету и вышел на балкон. закуривая, он смотрел на луну. как и Грушницкий, протянул руку, сжал в кулак ладонь и разжал. затем опустил ладонь на высоту своего лица и долго её рассматривал. - действительно, - убедил в чем-то сам себя Печорин и непроизвольно опустил голову вниз. кажется, он минут пять смотрел только в одну точку, на то самое место около подъезда. он понять не мог, ему мерещится или то, что он видит - сущая правда. он вздохнул. - что же ты натворил?