Семь смертных грехов

      — Надоело, — протянул тихий голос. Он не был хриплым, заплаканным или тяжелым. Он был абсолютно пустым, таким же пустым, как его носитель. Могло показаться, что Хан Джисон один из лучших олицетворений слова «лень», но он был просто опустошен. Так он думал,       — Как же все надоело…       Жизнь Хана откатилась на три года назад, а то и больше. К моменту, когда он создавал истоки своего существования, питал корни своего будущего и был полон энергии и мотивации обрести достойную жизнь. Но достаточно ли было одного стимула? Учеба за границей в одном из лучших университетов мира. Удача улыбалась Хану, широко улыбалась, во все тридцать два. Чем все закончилось? Он вернулся в Корею с долгом по учебе и с огромной дырой в груди.       Именно это он ощущал: боль и пустоту. Друзья сказали, что он преувеличивает, что все может наладиться, если он не будет опускать руки. Но Джисон слишком много раз хватался за последние силы и безуспешно выжал себя, словно старый, завалявшийся в холодильнике, лимон.       Иногда ему казалось, что таким он был всегда, с самого детства: когда не добегал до финиша во время дворовой игры, если не удавалось прийти первым, не доделывал домашнее задание ни по одному предмету, а когда мать просила помыть посуду после ужина, то никогда ее не разбирал по местам, оставляя в сушилке на ночь.       Молодой человек продолжал улыбаться, встречаться с друзьями и веселиться, ходить на работу, на которую смог устроиться в самые короткие сроки. Работа была несложной: стой, да торгуй курочкой. Что может пойти не так? Но Хан возненавидел себя, даже это возведя в абсолютную и нерешаемую проблему: он чувствовал себя ничтожно каждый раз, когда приходилось выкрикивать новому гостю приветственный слоган компании. Все его грандиозные мечты разбились о козырек форменной кепки, из-за которой его щеки казались только больше, раздражая каждый раз, когда он видел собственное отражение.       Сегодняшнее утро ничем не отличалось от предыдущих, вытянувшихся в стройный ряд унылых традиций. Хан стоял через дорогу от кафе и смотрел на заведение, заставляя себя в очередной раз преодолеть короткий путь и приступить к работе.       — Ма-ах... — протянул парень, закинув голову к верху и скривив лицо от солнечных лучей, — Может броситься под машину и пропустить работу?.. —конечно, парень не собирался убивать себя. Он слишком много думал об этом, но как и отчитывался друзьям: это не серьезно. Просто мысли, просто вариант, просто один из возможных поворотов событий. Казалось, для самоубийцы Хан был чрезвычайно весел.       Так и не получив ответа от вселенной, Джисон здорово дернул головой, от чего даже в глазах помутнело, бросил короткий взгляд на светофор и шагнул по пешеходному переходу навстречу очередному унылому рабочему дню.

Крик, скрип колес, острая мимолетная боль.

      Хан разлепил тяжелые веки через несколько мгновений. Он лежал на земле, абсолютно целый и невредимый, в чем убедился быстрыми похлопывающими движениями по рукам и ногам. Около машины неподалеку собралась толпа, люди шумели, кричали, уводили детей, прикрывая им глаза. Лицо Джисона вытянулось в удивлении. Поднявшись, парень поправил лямки рюкзака на плечах и продолжил путь в кафе.       Проходя мимо толпы, он вытянул шею, чтобы взглянуть на предмет всеобщего внимания, и замер на месте.       В луже крови и битого стекла в неестественной позе лежало тело. Его собственное тело.       — Хан Джисон, дата смерти 9 ноября 2022 года, 7 часов 43 минуты, причина смерти — самоубийство, — отчеканил голос, от которого по затылку прошелся холодок, — Подтверждаете? — брюнет оторвал взгляд от карточки и в терпеливом ожидании посмотрел на Джисона, который все еще не мог отвести взгляд от собственного тела, — Хан Джисон, подтвердите, пожалуйста, личность, у меня еще много работы, — голос стал нетерпеливее. Незнакомец поправил очки средним пальцем на переносице и выглядело это немного оскорбительно.       — Что..? — глаза Хана округлились, лицо вытянулось в изумлении, а сам он только и мог бегать взглядом и мотать головой туда-сюда, словно пойманная за кражей еды квокка, — Нет, это не я, — юноша немного помедлил и дал деру.       Джисон несся по улице, словно сумасшедший, исчез в многолюдной толпе и, завернув за угол, остановился у мусорных баков, чтобы отдышаться. Парень потерял связь с реальностью и не мог поверить в происходящее.

Смерть?

      Он думал об этом, но «не серьезно». И последнее, чем он планировал заняться сегодня это самоубийство.       Хан прокрутил события всего утра и подумал, что все это похоже на один из его сумбурных снов. Еще у дома он встретил пожилую женщину, которая назвала его дяденькой и заявила, что потерялась. Полчаса назад он думал, что это недуг, преследующий некоторых старушек из-за возраста, но теперь он был уверен, что это «поломка» в его собственном спящем мозгу.       Сделав для себя выводы, Джисон с облегчением расплылся в довольной улыбке, даже открыл глаза, которые до этого крепко жмурил в страхе и снова столкнулся взглядом с недовольным и бледным лицом, от которого так отчаянно бежал.       — Хан Джисон, дата смерти 9 ноября 2022 года, 7 часов 43 минуты, причина смерти — самоубийство, — преследователь смотрел на него с явной усмешкой и если на первый взгляд парень ему показался отстраненным и чрезвычайно организованным, то теперь стало ясно — у него не все в порядке с головой, — Будьте добры, подтвердите свою личность.       — Что..!? — произнес возмущенно Джисон, спешно оглядываясь, — Как... ты здесь...Я не подтверждаю! То есть... Хан Джисон это я, но я не убивал себя! Аккуратная прямая бровь полезла наверх, незнакомец в шляпе коротко взглянул на карточку, — Вы планировали самоубийство сегодня утром, минутами ранее до события на дороге.       — Бред! Вы кто такой? Всевидящее око? Господь Бог? Если так, то вы должны отчетливо понимать, что я никогда не хотел убивать себя!.. По крайней мере, серьезно, — голос Хана становился все неувереннее, а незнакомец все настойчивее и раздраженнее.       — На кануне события вы сказали, цитирую: «броситься под машину и пропустить работу», подтверждаете?       — Ха-а!.. — Джисон отказывался верить в существование этого диалога в реальности, — Это была шутка! Ш-у-т-к-а! Вы слышали раньше про юмор? — голова Хана стала свинцовой: не каждый день ему приходилось бегать от сумасшедшего, убеждающего его в ложных собственных желаниях, — Вы меня преследуете? Это какой-то розыгрыш? Телешоу? Вас наняли мои друзья? Это точно идея Хёнджина, дураком решил меня выставить... Хорошо, у него получилось, представляю, как они шакалят прямо сейчас, смотря на это с Чанбином... — Хан тараторил без умолку, убеждая себя в предположениях, — Надеюсь, вам хорошо заплатили, сдерите побольше денег, он богат! Спасибо, вы меня здорово повеселили, но мне пора на работу, — Джисон протянул руку, чтобы напоследок похлопать подставного преследователя по плечу, но тот ловко увернулся и раздраженно выдохнул.       Реальность вокруг на мгновение будто распалась на частицы, Хан потерял опору под ногами и поднял руки вверх, словно при падении, поэтому с трудом себя удержал, когда окружающее вновь приобрело стабильный вид. Это длилось так недолго, что в увиденное с трудом можно было поверить, если бы шумная Сеульская улица не сменилась бесконечным молчаливым коридором.       Лицо Джисона вытянулось настолько, что нижняя челюсть по ощущениям вот-вот и повисла бы до колен, даже в широко распахнутых глазах защипало от долгой неспособности моргать, — Охренеть, — единственное, что полушепотом выдал Хан. Они оказалась в бесконечном коридоре, выложенном из темно-изумрудного мрамора, яркость которого глушили черные прожилки в камне. Из досягаемых границ был только пол, такой же мраморный. Потолок терялся где-то далеко во тьме, конца и края было не видно, колоны по обе стороны удалялись, пока не становились крошечными и исчезали совсем. Сорваться и бежать было некуда, хоть и хотелось до дрожи в коленях. От собственной беззащитности Хана будто током ударило. Он постарался тут же сбросить это ощущение, дернув плечами, — Я умер..? — наконец предположил Джисон, от чего на лице его спутника заиграла сдержанная самодовольная ухмылка,       — Да неужели? — съязвил парень в шляпе.