Королевские идиллии

      Артур проснулся достаточно поздно, неприятно размыкая засохшие губы. Он перекинул ноги с кровати на пол, удобно усевшись на ней. Ланселота рядом не было, а место, где он спал, уже давно остыло. Он встал как обычно рано, буквально с первыми лучами солнца, не забыв облачиться в свою маскировку в виде широкого плаща.       За это время чёрный ёж успел что-то обговорить с хозяином, протереть столы, помочь ему вымыть пол, ведь нужно же что-то делать, если ты живёшь бесплатно, а также парень плотно позавтракал кашей с мясом, не забыв принести тарелку с едой в комнату, чтобы Артур мог спокойно поесть и не переживать о том, что кто-то его узнает под маскировкой. Вообще королю следовало больше держаться в тени, а то мало ли что.       Сэр Ланселот тем временем вышел на улицу, глубоко вдыхая свежий воздух. Вокруг всё было на удивление спокойно: морфы гуляли по городу, кто-то ехал продавать овощи и фрукты в соседние города, стража следила за порядком— словно этого места не коснулась рука Агравейна, хотя все знали, что он теперь новый король.

      А Агравейн, будучи уже вторую неделю на троне, продолжал буйствовать. Налоги на всё, что только можно, повысились минимум на 5 колец, город оставался закрытым, люди вроде и не голодали, но были близки к этому. Обстановка накалялась. Новый король пытался сломить их, заставить подчиниться и просить о пощаде.       Юный Галахад тоже подвергся данным действиям. Но как бы сильно на него не давили, чтобы бы с ним не делали, как бы его ненавидели— он продолжал скандалы. Ёж даже однажды осмелился дать Агравейну весомую пощечину, вложив в неё всё свои силы, за распускание рук, за что потом поплатился и весь день просидел в колодках прямо посреди тронного зала. Под чутким присмотром короля.       —Агравейн,— тихо шепчет Галахад,— Можно я выйду в сад?       —Нет. И это не обсуждается.       —Пожалуйста... Я схожу с ума. Я просто буду ухаживать за садом, пожалуйста!       Мужчина низко зарычал, сдерживаясь, чтобы не снести мальцу голову. Но деваться было некуда, а то этот ёж точно никогда не отстанет и будет продолжать лезть под руку и дерзить.       —Хорошо,— нервно вздыхает Агравейн,— иди. Но за тобой будут следить, понял? И чтобы без фокусов всяких.       Галахад лишь кивает и быстро скрывается в коридорах замка, чтобы выйти в сад. Ещё одна небольшая победа для него в этом ужасном мире.       Сад был запущен. И это ещё мягко сказано. После завоевания туда начали сбрасывать помои после пиршеств (откуда только у них только было столько еды в закрытом городе) и другой мусор. Белому ежу осталось лишь молча принять этот факт и начать долгую уборку, ведь это место было очень важно для него.       Набрав пустых вёдер, он начал всё собирать в них. Он таскал весь этот мусор почти через весь замок в выгребную яму. Миниатюрный исхудалый ёж в очередной раз тащился с четырьмя вёдрами, полных помоев, по замку, вызвав смешки у псов Агравейна. Кто-то даже пытался незаметно подставить подножку, и у него это получилось— Галахад свалился на пол вместе с мусором. Он измазал свой чудный мех в Хаос знает чём и уже еле как сдерживал поступающие к глазам слёзы.       —Что здесь происходит?— послышался низкий и крайне грубый голос Агравейна, который решил проверить источник шума.       —М-мой король! Ваш раб упал..       —На ровном месте? А ну быстро свалили отсюда, а то убью,— грубо отрезал ёж. Два охранника быстро смылись, поджав хвосты.       —А ты помойся,— Агравейн лишь посмотрел на Галахада и ушёл обратно в тронный зал. Грязному ежу ничего не оставалось, как идти и принимать незапланированные водные процедуры. Хотя это был даже плюс, ведь ему редко разрешали это сделать...

      После этого Галахад возился в саду весь день. Расчистил всю траву, слегка подстриг кусты, полил цветы и плодоносные деревья, убрал сорняки, а потом, уже поздним вечером, просто свалился на подстилку на земле, тихо хныча от боли в спине. Как бы больно не было, он был счастлив. Странно, что Агравейн заступился за него. Хотя, он всегда так делал, ведь никто не имеет правда трогать его "игрушку". Белый ёж даже смирился— уж лучше тебя пинает один дурак, чем сотня таких же.

      А лучше пусть вообще никто не трогает. Галахад был чист душой, никогда никому ничего плохого не говорил и не делал. Почему же судьба так его обидела? Он не знал. Парню оставалось принять всё происходящее, как испытание, которое он собирался пережить. И убить Агравейна. Во что бы то ни стало.