об окровавленных локонах

настоящий переломный момент случился в жизни тэтте, когда дзёно на первом году старшей школы заговорил с ним. дело было просто в том, что саигику первый пошёл на такой шаг, как внезапный разговор, но не для того, чтоб навредить или оскорбить, а чтоб помочь. дружба с дзёно действительно стала лучшим, но одновременно худшим решением в жизни суэхиро. никогда ему ещё не было так радостно и больно одновременно. никто до саигику не будил его перед школой звонком в дверь, от которого у тэтте уже разрывалась голова. настолько часто он слышал этот отвратительный звук, из-за которого даже, казалось, могли лопнуть стёкла на окнах. сколько бы раз тэтте не проклинал дзёно, который повторял такое каждый будний день, раз за разом вызывая у суэхиро желание скинуть того с этажа, на котором жил. но брюнет также понимал, что саигику сам без чьей-либо указки, по собственному желанию вставал раньше тэтте, ехал до квартиры суэхиро в набитом людьми автобусе, только бы тэтте не проспал и не опоздал. странно было о таком думать, но тэтте казалось, что саигику действительно его понимает. даже если тэтте уже выдыхался от недостатка сил, брюнет всегда знал, что рядом с ним будет кто-то, кто сможет подсказать и вновь поднять на ноги, даже если суэхиро будет сопротивляться факту того, что ему нужна помощь. и он вновь просыпался, потирая глаза. его отец уходил на час раньше, оставляя только завтрак на столе. тэтте не хотел называть себя человеком, который живёт в бедной семье, но сыпящийся потолок и его пальто, которое носил ещё отец говорили об обратном. это и было тем, ради чего суэхиро продолжал учиться и имел цели, ему так хотелось обрести для себя и своего отца что-то большее. он подходит к подоконнику и плотнее закрывает окно. в первых числах декабря холодно, казалось, что волосы уже встали дыбом от такого мороза, какой был у них в квартире из-за отсутствия нормального отопления. суэхиро убирает свой маленький кактус подальше от стекла, дабы он тоже не замёрз. у тэтте в комнате не было кричащих плакатов или ярких обоев. ободранные стены и стопка книг на столе — то, что чаще всего первым бросалось в глаза. суэхиро никогда не жаловался, он ценил всё, что у него было, даже если всем сердцем мечтал сбежать. собирая все свои силы, он заставлял себя подходить к двери квартиры и открывать замок, впуская запах подъезда, от которого всегда хотелось купить себе новые лёгкие. он слышит звук проезжающих поездов и сигналящих машин, что куда-то очень спешат. но хуже проезжающих машин был беловолосый парень, продолжающий нажимать на звонок в квартиру, даже когда тэтте, всё ещё сонный, стоял перед ним, ожидая, когда саигику наконец наиграется. дзёно отпускает звонок и подносит к губам сигарету, которая всё это время была незамеченной для тэтте. саигику вообще не видел проблемы, он просто стоит на чужой лестничной клетке, продолжая курить, выдыхая дым прямо на суэхиро, который только что проснулся и уже был готов убить парня напротив. тэтте от такого действия окончательно просыпается и начинает жмуриться и отмахиваться, чтоб не чувствовать этого едкого запаха дыма на своём лице. дзёно почему-то считает это забавным, начиная тихо хихикать. — я же миллион раз просил тебя не курить в подъезде! он хватает дзёно за рукав чёрного пальто и заталкивает домой, начиная собираться, пока дзёно по-хозяйски гуляет по его квартире, как будто впервые. он просто курит, беря каждую вещь и разглядывая, пока не находит очередной конверт от матери брюнета. — ты что его ещё не открывал? — дзёно заходит на кухню, где тэтте уплетает омлет, оставленный отцом. суэхиро подскакивает к блондину и выхватывает конверт из рук. — я ещё не успел. — тэтте смотрит на недавно прибывшее письмо и поднимает уголки губ, а потом видит, как саигику смотрит на него и лукаво улыбается. — вообще, не смей трогать, это личное. — не говори с набитым ртом. — дзёно просто пилит тэтте ледяным взглядом, после чего тыкает суэхиро по носу и выходит из квартиры, давая суэхиро наконец собраться. с дзёно тэтте всегда становилось проще существовать в обществе. он избегал людей, не имея желания иногда даже ходить куда-то одному, а когда ты с другом, жизнь уже не кажется таким дерьмом, как раньше. суэхиро просто нравилось, что кто-то был рядом с ним.

***

8 января сегодня его не будил одноклассник, а на кухне не было приготовленного завтрака. тэтте вообще сегодня мог не появляться в школе по заявлению, но он просто не мог пропускать такое количество уроков, а сегодня их было много. с другой стороны ему больше всего сейчас не хотелось появляться там, где он мог его встретить. тэтте всю ночь вспоминал его вчерашние слова. «молись, кричи, что хочешь делай, чтоб перестать думать о ней. она не вернётся к тебе, как бы ты того не хотел, пора взрослеть.» тэтте сейчас хотел просто раствориться. он не хотел ходить ни к отцу в больницу, ни в школу, где встретит саигику, который только и делает, что притворяется и скрывается от глаз суэхиро. раньше дзёно не упускал возможности написать брюнету очередное сообщение, чтоб лишний раз напомнить тэтте о том, что можно писать смс, а не каждый раз приходить к нему домой, даже если он и сделал для суэхиро дубликат ключа. сегодня сообщений не было, ни единого. тэтте сам не осмелился написать дзёно, да и не знал, что именно стоит тут говорить. ему просто хотелось лишний раз напомнить о том, что он хочет вернуть всё, как было раньше. тэтте собирает свой рюкзак в школу, только не беря несколько учебников и тетрадей для первых уроков. он всё же вернётся туда после похода в больницу. как бы ему хотелось сейчас просто остаться тут одному, он этого сделать не сможет, ему всегда придётся что-то делать, чтобы просто выживать. когда тэтте уже стоит у входной двери, смотрит на наушники, лежавшие на крайней полке в его комнате. суэхиро не слушал музыку в наушниках, только если дзёно её включал для их компании. но подарок саигику хоть раз должен использоваться по назначению. тэтте берёт маленькие проводные наушники и надевает на уши. сейчас он просто не хочет думать о своей жизни. хлопок двери, поворот ключа, суэхиро включает одну из песен, которую ему прислал саигику.

(radiohead - creep)

суэхиро ставит громкость на половину и ему даже нравится это звучание сейчас. брюнет подмечает, что у дзёно отличный вкус в музыке, он прислал тэтте ещё несколько песен когда-то, суэхиро теперь хочет прослушать их все, хочет узнать, что ещё интересно саигику. в обычной ситуации тэтте бы испугался ехать в автобусе один, но музыка помогала ему не слышать разговоров других, игнорировать всё, кроме наушников в своих ушах. суэхиро ненавидел посторонние звуки, особенно громкие. ему даже не нравилось, когда он слышал шёпот. тэтте всегда казалось, будто все говорят только про него, обсуждают его внешность, растрёпанные волосы и поношенные вещи. брюнет ненавидел практически любые прикосновения, терпел их только от самых близких. его сразу начинало выворачивать, когда посторонний человек даже случайно мог дотронуться до него. благо, что он не был особо никому интересен теперь, поэтому к нему не лезли. сейчас, смотря на набитый людьми автобус, тэтте не чувствует такого страха, как обычно. музыка бьёт по ушам и абсолютно заглушает разговоры людей. суэхиро ощущает себя сильным сейчас, он глубоко вдыхает, сжимает телефон в руке и проходит внутрь. тэтте оплачивает проезд и садится на одно свободное место около грязного окна. на улице снова пасмурно, он даже рад, что ему не придётся идти пешком. брюнет укладывает голову на стекло и закрывает глаза, сжимая лямку рюкзака у себя на коленях. брюнет всё задаётся вопросом, почему же он не делал этого раньше, почему никогда не позволял музыке в наушниках заглушить мысли в своей голове? он бы не признался себе в этом, но именно в детстве мать настраивала его против телефонов и прочей связи, предпочитая этому почту или живое общение. но думать, зачем она так поступила, тэтте сейчас не хотелось. он переключает песню и поджимает руки ближе к груди, ехать ему ещё долго, а смотреть на такую погоду совсем не хочется. он позволяет себе просто не обращать внимание на всё остальное.

***

хлопок двери. тэтте в очередной раз приходит домой после множества уроков и дополнительных занятий. он, по правде, очень устал, но всё это важно для его будущего, для его карьеры. он как-то обещал отцу, что выберется отсюда, наконец встретится со своей матерью и обеспечит всем хорошую жизнь, где все будут счастливы. суэхиро лениво снимает обувь и лёгкую куртку, которая его отцу уже стала мала, так что он забрал её себе. вечер пятницы, с завтрашнего дня в школе начинаются небольшие каникулы, так что тэтте может просто выспаться, чтоб завтра снова заняться подготовкой ко всем экзаменам, до которых осталось не так много времени, как хотелось бы. отец возвращался раньше него, поэтому тэтте рассчитывает на ужин, а после снова совместный просмотр старого фильма, как и обычно, если обоим завтра никуда не надо. — пап, ты дома? — тэтте спрашивает и идёт к себе в комнату, продолжая ждать ответа, когда отклика на свой вопрос не получает, что-то внутри него начинает сжиматься. — пап? суэхиро медленно и боязливо проходит на кухню, где находит своего отца, лежащего лицом на столе рядом с бумажным конвертом, ручкой и пустой бутылкой из под какого-то алкоголя. брюнет сначала подходит к столу, ещё раз пытая надежды на то, что мужчина просто уснул. тэтте пару раз окликает его и трогает по плечу, но ничего не происходит, он не просыпается. тэтте накрывает паника, начинают трястись руки, а сердце бешено и громко колотится. ему страшно здесь одному, когда он просто не хочет верить, что происходящее — это реальность, а не сон. как бы там ни было, суэхиро учили тому, что нужно делать в такой ситуации. он несётся в комнату за телефоном, набирая номер скорой помощи, заставляя себя собраться и назвать свой адрес. пока брюнет ждал, он просто расхаживал по квартире, стараясь не умереть от нахлынувшего жара. тэтте всё думал, что хочет написать кому-то из своих друзей о случившемся, но не знал, как это правильнее сказать, чтоб они все прямо сейчас не подскочили со своих мест и не поехали спасать его. скорая приехала быстро и несколько человек прошли к его отцу. тэтте просто сел на кровать в своей комнате и ждал, когда всё закончится. он не хотел этого видеть, не хотел слышать. суэхиро просто подобрал под себя ноги и закрыл уши руками, чтоб больше ничего не знать, но закрыть глаза себе не позволил. через некоторое время он увидел, как его отца на носилках выносили из квартиры. он мало что запомнил, разве что медик подошёл к нему и попросил поехать вместе с ними. тэтте уже собирался выходить вместе с медиками, но решил захватить с собой ту вещь на столе, на которой лежала голова его отца. всё туманно, но тэтте помнит, как ехал в машине скорой и как его отца положили в одну из палат больницы. далее кто-то из врачей спросил, совершеннолетний ли он, суэхиро ответил, что до двадцати ему ещё два года. — я не могу оставить тебя одного, есть человек, который сможет позаботиться о тебе? например, твоя мама, где она? брюнет ничего не ответил на это. комично, он ведь и сам не знал, где его мать сейчас. тэтте просто сказал, что есть люди, которые смогут о нём позаботиться. врач сначала молчал, но после всё же выдохнул и продолжил: — у него потеря сознания. возможно, последствия многолетнего употребления алкоголя, парень. мы делаем всё возможное, ты сможешь навещать его, но пока ничего не известно. на этом диалог заканчивается и тэтте садится на ближайший стул в этой больнице, продолжая держать конверт в руках, так и не открыв его. он не знает, что ему делать сейчас. кроме отца, родных он поблизости не знал, а у врача был не тот тон, когда всё обошлось и будет в норме. суэхиро готовил себя к тому, что такое может случиться, но только не сегодня. у тэтте даже не слезились глаза, всё это казалось какой-то бессмыслицей, но стало еще хуже, когда он посмотрел на конверт в своих руках при нормальном освещении в больнице. это было начало очередного письма от его матери, тот же почерк, как у остальных писем, те же чернила. тэтте начинает всматриваться в текст, и конверт начинает трястись вместе с его губами. это выглядело абсолютно идентично с теми письмами, которые отправляла ему мать, а точнее не она, а его отец. мужчина сам писал эти письма и клал в почтовый ящик, как теперь понимал суэхиро. теперь тэтте решает что-то делать, он хочет кричать, вопить от этого предательства и унижения. суэхиро вылетает из больницы, идя в самое ближайшее и безопасное место поблизости: в дом саигику. брюнет быстрым шагом направляется к саигику, судорожно ища ключи от квартиры дзёно у себя по карманам. он находит их и со всей силой сжимает в руке. тэтте сам не замечает, как слёзы начинают катиться по его щекам. он делает рваные вдохи, пытаясь заставить свои глаза перестать бегать из стороны в сторону, чтоб он смог хотя бы идти в нужном направлении. он расскажет всё дзёно, может суэхиро и сделает что-то ужасно глупое рядом с ним, но сейчас ему всё равно, ему нужен саигику.

***

тэтте наконец проходит в палату, где видит своего отца без сознания. он уже приходил сюда несколько дней назад, но и пары минут не просидел, потому что не мог произнести ни слова. суэхиро не любит больницы, ему не нравится осознание того, что за стеной сейчас может кто-то умирать. запах медикаментов ударял в нос, что тоже ему не нравилось. он постоянно беспокоился за своих близких, не любил, когда они болели или страдали. сейчас никто не знает, сколько ещё продержится его отец, поможет ли ему вообще современная медицина или нет. суэхиро задавал себе эти вопросы ежедневно, но они всегда оставались без ответа, ведь всё узнать ему поможет только время. тэтте даже не стал садиться, знал, что надолго здесь задержаться не сможет из-за важных уроков и потому что у него слишком сильно бьётся сердце. он встаёт рядом с кроватью и смотрит на него, лежащего тут, будто бы он мертв, но сердце всё ещё продолжает работать, лёгкие позволяют ему дышать. суэхиро сейчас хочет так много узнать у него. почему мать его бросила? почему он до сих пор не догадался, что не она писала ему? он перечитывал это письмо уже десятки раз, казалось, что тэтте уже может дословно его пересказать. суэхиро и сейчас принёс его с собой, ему так хотелось увидеть отца в сознании и спросить обо всём. врачи всё повторяют: «мы делаем всё возможное» такая пустая фраза, от которой тэтте только сильнее сжимает челюсть. это ничуть его не обнадёживает. «здравствуй, котёнок. у тебя сейчас наступает самое сложное время за всю твою учёбу в школе. тебе придётся самому выбирать дальнейший путь. я верю, что ты сделаешь правильный выбор. главное не волнуйся, ты у нас умный мальчик, мама очень любит тебя, даже если сейчас меня нет рядом с тобой» на этом письмо обрывается, далее следует только не дописанный иероглиф. тэтте вновь теребит руками листок, на котором ещё много хотели написать, учитывая, что ещё осталось много места. суэхиро не хочет говорить с тем, кто лежит тут без сознания, не хочет просто задавать вопросы, на которые так и не получит ответа. брюнет и вправду очень любит своего отца, хоть тот и причинил ему боль. он всеми силами старался помочь тэтте, даже оставшись совсем одному без какой-либо поддержки со стороны. суэхиро с самого того момента, когда ушла его мать, пообещал себе, что сделает для них всё возможное. тэтте в очередной раз шепчет о том, что его отец поправится, вытирает рукавом толстовки слезу на щеке и выходит, оставляя единственного ценного члена семьи за дверью.

***

дзёно любил музыку. он любил её слушать и любил её играть, хотя второе всеми силами отрицал. учитель, которого его отец в детстве нанял для саигику, заставлял его играть на пианино, якобы у дзёно были длинные и умелые руки для такого инструмента. хотя из всего обучения саигику запомнил только удары по рукам и слова о том, сколько в него вложено. пианино стояло раньше прямо в их квартире и занимало много места, что дзёно тоже раздражало. спустя несколько лет он отказался заниматься с тем учителем, да и в целом музыкой, за что вся семья, кроме брата саигику, начала говорить, что он просто неблагодарный и упрямый. как бы там ни было, дзёно просто не любил, когда ему указывали на ошибки, старались сделать из него идеального сына и музыканта. саигику был сам по себе, поэтому, когда никого не было дома, он играл на пианино дома, но играл исключительно то, что хотел он сам, только то, что заставляло его закрывать глаза от приятного звучания. отец решил, раз ни дзёно, ни его брат просто не играют, он сделает жест доброй воли, поэтому отдал пианино в добрые руки, в старшую школу, где такого как раз не хватало. и вот сейчас здесь, за закрытой дверью музыкального кабинета, за четырьмя стенами, что окружали его тут, он наконец играл, играл для себя, играл то, что действительно заставляло его тело покрываться мурашками. как и дзёно сейчас, его брата также учили играть, маленький саигику частенько слушал эту приятную музыку. старший всегда был для него примером. он был настоящим и верным, даже несмотря на то, как отец относился к нему, тот всегда возвращался к маленькому саигику с улыбкой, взлохмачивая блондину голову и говоря о том, что у того ещё столько нового впереди. правда, тогда дзёно был слишком мал, чтоб осознать и понять всё то, что происходило в его семье. со временем брат перестал играть на пианино, перестал трепать младшего по голове, перестал возвращаться с новыми новостями о высоких баллах, о которых так беспокоился их отец. после сдачи экзаменов тот поступил в университет, но все пары проходили без него, пока он бесконечно лежал на кровати в соседней комнате, поднимаясь только для того, чтоб поесть. и естественно, отец от этого был не в восторге, постоянно напиваясь со злости, а потом срывая её на своего старшего сына и жену. вскоре брат перестал появляться дома вовсе. нет, он приходил, но только для того, чтоб что-то взять, а после снова исчезал за дверью их квартиры. один раз вечером, когда дзёно было четырнадцать, старший пришёл к нему и лёг рядом, пока саигику прижимался к брату, просто наслаждаясь этими моментами вместе. брат тогда сказал дзёно кое-что, блондин испугался и ответил ему, после чего старший ушёл. больше тот дома не появлялся. он не приходил за деньгами, не ругался с отцом. старший больше не глотал очередные таблетки из своего ящика, которые тщательно скрывал, больше не трепал саигику по голове и не прятал руки. дзёно резко нажимает не на ту клавишу и громко матерится на весь кабинет. каждый раз, играя эту песню, вспоминает, как он её играл. невероятная мелодия, что так легко давалась его рукам и так ласкала уши. как ни кстати он слышит скрип двери за своей спиной. сегодня ему больше всего хотелось просто побыть одному. саигику не любил, когда о нём говорили, но ненавидел он именно слухи, которые вертятся на устах у каждого тут. дзёно много слышал про себя за три года учёбы: что он педик, поэтому проколол себе ухо и покрасил волосы, что тупой мажор, потому что на учёбу ему наплевать, что пытался убить себя в средней школе для привлечения внимания. он терпел и просто не обращал внимания, нет смысла слушать о том, что говорят остальные, когда у тебя есть наушники и миллион песен в плейлисте. но сейчас ему бы очень хотелось провалиться сквозь землю. дзёно не любил крыс, что стучали на остальных из-за неприязни, но очевидно, что в его окружении были такие, иначе кто смог бы говорить о его самых сокровенных тайнах? — очень красивая мелодия была. — тэтте заходит тихо, прикрывая за собой дверь и смотря на саигику, который даже не повернулся к нему. — что ты играл? — не бери в голову, это полная херня. — дзёно сильнее сжимается сейчас, да и голос его звучит грубо. у них была маленькая ссора вчера, но отвечал он так совсем не поэтому. — тэтте, что ты делал, когда о тебе говорили отвратительные вещи за спиной? суэхиро ощущает холодок по коже. когда дзёно был серьезен, то никогда не думал о чужих чувствах или оценке на его слова, ему была важна правда, всё равно, каким именно образом, но он её доставал, даже если ударял по самому больному. тэтте ничего не отвечает, только теребит руками лямку рюкзака. брюнет не понимает, к чему такой вопрос. дзёно поднимается со своего места и становится рядом с суэхиро плечом к плечу, смотря за дверь у того за спиной. — скажи, неужели ты настолько прост? думал, ты не из тех, кто выдаёт тайны. — дзёно продолжает испепелять дверь ледяным взглядом. — что бы ты сделал, если б я рассказал про тебя то, что ты доверил только мне? хочешь, чтоб об этом все узнали? — саигику поднимает голову и смотрит прямо в глаза брюнета, который сейчас выглядит, как олень при свете фар. — саигику, я бы никогда.. — впредь держи язык за зубами и не показывайся. — дзёно слегка толкает тэтте плечом и выходит за дверь, громко ей хлопнув. суэхиро совсем не понимает, что именно он сделал. что мог такого сказать. дзёно говорил ему много, они проводили достаточно свободного времени вместе, но о чём конкретно шла речь. тэтте прикусывает язык. а вдруг саигику говорит о том самом? брюнет сейчас больше всего боится, что дзёно может всем рассказать про него, про его настоящее «я». они, как и все, иногда ссорились, но сейчас, когда его тайна висит на волоске, он не ощущает покоя и того, что скоро всё встанет на свои места. сердце начинает колотиться сильнее, а разум выдаёт самый плохой исход.