ЛИСЫ ХВОСТИКОМ НЕ МАШУТ!

      Этот день провели в уборке дома после праздника. Теодор и Рой не уставали заигрывать друг с другом и делали всё вместе. На приведение дома в порядок понадобилось времени почти до вечера. Солнце направлялось к закату, прежде чем Теодор и Рой надумали после тяжёлого трудового дня пойти помыться. Рой сам себя не узнавал, как он мог согласиться на авантюру с баней. Но Теодор, как всегда, нашёл нужные слова для своего непокорного омеги. После водных и расслабляющих процедур Теодор повел Роя на чердак дома. Туда же он притащил и бизонью шкуру со своей кровати. Теодор сразу бухнулся на нее раздетым, нисколько не стесняясь присутствия Роя. Однако омега медлил. Он уже лежал на тёплом сене, под ним только шкура бизона и больше ничего. А Рой, стесняясь уже раздетого Теодора, скромно отвернувшись снимал одежду. После бани тело было распарено и пылало жаром от горячих камней. Все мышцы и кости были прогреты, а тело аккуратно и нежно помыто собственноручно Теодором. В бане Медведь впервые показал своё нагое тело и посмотрел на нагое тело Роя. Оба остались довольны. Теперь же, сидя на чердаке, нагретом за день солнышком, не хотелось раздеваться. Не хотелось, а надо было. И чего это он вдруг снова застеснялся? — Милый, давай быстрее, а то я сам сейчас раздену тебя, - предупредил ласково Теодор. — Вот ещё! – Рой по-быстрому сбросил остатки одежды и прилёг рядом. – Ты первый! — Как скажешь… - легко усмехнулся Теодор. Что поделаешь с девственным омегой? Поможет только терпение! – Сначала я научу тебя, потом ты сам. Хорошо? — Да, - был короткий ответ омеги, чьё терпение нельзя было испытывать. — Иди сюда, - Теодор встал и нежно, но коротко поцеловав в губы, посадил Роя у себя между ног. – Я покажу тебе небольшой приятный фокус, который ты можешь проделывать и со мной. Теодор, проведя руки подмышками у Роя, обнял его. Одной рукой начал стимулировать розоватый сосок омеги, а второй слегка мять гениталии, чтобы получить реакцию. Рой и не знал, что это может быть так приятно. Мастурбировать папа не позволял, следил за этим, сильно ругал и даже наказывал. А это оказывается приятнее, когда так делает твой альфа. Вот для кого хранилась девственность маленького омеги! Теодор массировал маленький член, мошонку, иногда оттягивал слегка, чтобы вырвать невольный тихий стон Роя. Наконец, после некоторого времени таких манипуляций Рой застонал громче и попросил, чтобы Теодор уже прекратил баловаться. — Как пожелаешь, - ответил тот и попросил лечь на спину. Долго не думая, он приступил к «играм» с членом Роя, похожим больше на карамельку, чем на член. Маленький и аккуратный, с небольшой головкой и маленькими яичками больше напоминавшие яички молодой курочки, возбуждали альфу одним своим видом. Он с нескрываемым удовольствием взял в рот «перчик» Роя и начал посасывать, вылизывать, заигрывать с ним как будто он живой. Он и впрямь ожил, и начал понемногу вставать по стойке «смирно». Было так приятно, что пошла в небольшом количестве смазка. Самое время действовать дальше и глубже. Одновременно с этим, Теодор осторожно ввёл один палец в проход Роя. Тот тихо застонал, скорее не запрещая, чем одобряя это действие. О да, ощущения усилились и от низа живота куда-то в самый мозг пошла волна истомы. Рой стонал уже не стесняясь. И всё же, омега был в смятении от получаемых ощущений. То он расплывался по всей шкуре словно вода, то привставал на локти, чтобы посмотреть, что вытворяет с его дружком этот бесстыжий альфа, имя которому Тео, то снова падал на шкуру и стонал в голос!       Когда в ход пошёл второй и третий палец, Рой вообще вошел в некое подобие транса и требовал от Теодора не останавливаться. Медведь и не собирался останавливаться. Напротив, он довел омегу до такого состояния, что мог уже войти сам. Но торопиться Теодор тоже был не намерен и хотел взять своё. Его член уже порядком был возбуждён, но до нужного состояния ещё далеко. Так что очередь Роя поиграться с членом. А последний, к слову сказать немаленький, и Рою следует потрудиться, чтобы доставить альфе удовольствие, сравнимое с тем, что получил сам. Нехотя Рой поднялся и присел, чтобы сделать то, чему его уже научили. Он делал это впервые и боялся, что не получится, но помог Теодор. Альфа поменял позу Роя так, чтобы он мог легко брать и вынимать его член, а член самого Роя оказался перед самым носом Теодора. Позу «шестьдесят - девять» никто не отменял. — Ничего не бойся. То, что делаю я с тобой, то же самое делаешь и ты! Понял задачу? — Понял, - ответил Рой и с энтузиазмом взялся за дело. — Не торопись, шальной! – взвыл Теодор, когда Рой неожиданно взял его член по самую глотку. – Сказал же, повторяй за мной. Будем учиться вместе. И они приступили. Теодор, не торопясь показывал Рою, как надо правильно удовлетворять альфу. В результате синхронных ласк маленький член Роя выпустил нетерпеливую белую струю, а Теодор был близок к разрядке, поэтому нужно было немного подождать. Он прекратил «упражнение» и повернув Роя к себе, обнял и положил рядом, наслаждаясь его поцелуями и поглаживаниями молодого нежного тела. Рой млел под руками Теодора и не понимал, как он мог так долго отказываться от такого счастья. Наконец, вдоволь нацеловавшись, пара решила сменить позу. Теодор лёг на бок и развернул к себе спиной Роя. Ввести в разработанный проход головку члена не составило труда, но Рой запротестовал. — Только не сейчас! – простонал Рой. — Чего ты боишься на этот раз, лисёнок? — Беременности. Не сейчас. Я не готов к этому. — Не переживай, я сам не готов, - пояснил Теодор, - поэтому выну, как только почувствую, что пора. Я не введу его весь, иначе, сцепимся. Пока мы не в браке, с потомством торопиться не будем. А то будет не честно. Получится так, что женюсь на тебе со смыслом: «ой, мой омега залетел»! — Очень смешно! – фыркнул Рой. — Будет не до смеха, если залетим! – поддержал Теодор и спросил. – Готов? — Войди уже! А то много слов! — Уже бегу, милый… - съязвил Теодор и вошёл чуть дальше. Альфа не торопился, так как понимал, что делать этого категорически нельзя, иначе он причинит боль омеге. Рой же привыкал к чувству распирания у себя внутри. Организм был, видимо, в шоке от того, что творится. Поэтому, рефлекторно Рой сжимал мышцы, пытаясь «выгнать непрошенного гостя» из прямого прохода. От этих сокращений Теодор почувствовал невероятные ощущения, незнакомые ему ранее. Это было не просто приятно, это сносило крышу! Однако надо было контролировать процесс, поэтому после того, как одна волна истомы за другой проходила, он возвращал себе сознание и двигался маленькими рывками дальше. Рой стонал от некоторой порции боли и одновременного удовольствия. Оба любовника уже и счёт времени потеряли, но после нескорого периода таких интимных манипуляций, Теодор почувствовал, что больше двигаться вперёд нельзя. Как только подошла волна спермы он срочно вынул и залил всю спину и шкуру бизона своим секретом. После чего, он обтёр Роя и шкуру своей рубахой. Теодор устал не столько от процесса, сколько от того, что надо было постоянно держать себя в руках и не пугать омегу слишком активными действиями. В противном случае как минимум, Рой был бы недоволен, а как максимум, забеременел, что не желательно. Рой прилёг рядом и обнял Теодора. — Ты как? – спросил Медведь. — Нормально! Жаловаться неуместно, так как это наш первый раз. Поэтому, для начала, неплохо. Представляю, что будет, когда мы поженимся. — О, поверь, ягодка моя, я устрою тебе марафон! Ты умолять будешь остановиться, но я и не подумаю! — Это почему? — Потому, что ничего нас тогда сдерживать не будет. Никто и ничто не будет мешать! — А куда мы Тилмэя денем? — Никуда! Мы можем уйти в баню или в лес, или к реке. А можем и здесь поселиться. — Это называется прятаться, Тео! — Это называется разнообразие, Рой! – отзеркалил Теодор. – Скоро сруб ему поставим, он переедет и уже точно не придётся искать места для разнообразия. — Скорее бы… - мечтательно произнёс Рой, целуя Теодора. Не сходили с чердака Теодор и Рой наверно ещё сутки. Им всё было мало. Даже про еду вспомнили только ночью, когда Тилмэй спал у себя. На утро, ближе к полудню, они всё же показались. — О, явились – не запылились! – встретил парочку Тилмэй. – Ну, что, когда свадебную церемонию будем организовывать? А то Кормэг приходил, спрашивал про вас. Я не нашёлся что сказать, но он просил узнать у вас, когда появитесь. — И тебе утро доброе, деверь! - поприветствовал брата своего омеги Теодор. – Если увидишь его, то скажи, что придём не следующей неделе. Раньше не можем, за неделю сруб тебе поставить успеем. А не успеем, сыграем свадьбу, как только поставим его! — Договорились! – Тилмэй видел счастливое лицо брата, и то, как он жмётся к своему альфе, поэтому не стал ничего лишнего говорить, В ином случае высказал бы он Теодору как относится к прелюбодеянию до брака! – Так и сделаем. Я к вождю, а вы помойтесь и поешьте. Баня готова, обед на столе. И вышел. — Потрясающий у тебя брат, Рой! — А то! Но у тебя не хуже!