Побочный эффект

Наденька шла не спеша по коридору, мимо закрытых палат специального терапевтического отделения городской больницы. Ее короткий халатик был расстегнут, и любому было видно, что медсестра ничего, кроме нижнего белья под ним не носила. К тому же этот халатик все равно не смог бы скрыть того, что стало с точеной фигуркой Наденьки. А именно ее огромного круглого живота. Больше похожий на пляжный мяч или шар для йоги, живот медсестры упруго раскачивался при каждом шаге, булькая десятком литров мужского семени, находящегося в утробе девушки. Смена Наденьки заканчивалась и то, что ее тело приобрело подобные размеры, было обычным для медсестер, работавших в специальном терапевтическом отделении. Ведь именно в таких местах содержались те немногие выжившие пациенты, которых поразил один из самых опаснейших вирусов в истории человечества, носивших звучное имя "Черная вдова". Неизвестно откуда появилась эта напасть. Ученые так и не смогли отследить путь происхождения. Ибо довольно скоро им пришлось сосредоточить все усилия на поиске вакцины. Вирус шел по планете семимильными шагами, за короткое время, распространившись почти по всей планете. Заражение происходило всеми возможными путями: через еду, через непосредственный контакт, воздушно-капельным путем. Но самой страшной чертой вируса, была высокая смертность и скорость развития, не позволявшая врачам успеть спасти зараженного. И еще более сильным ударом по человечеству оказался тот факт, "Черная вдова" заражала только мужчин. За короткое время гендерный баланс в мире оказался под угрозой. Численность мужского населения сокращалась пугающими темпами. Вирус не щадил никого, ни взрослых, ни стариков, ни детей. Ученые спешили, пробовали разные варианты лечения, но ничего не получалось. Сильная половина земного населения быстро сократилась до четверти, потом сократилась еще, еще и еще... Теперь спустя семь лет в мире почти не осталось мужчин. Женщинам пришлось взять в свои нежные руки будущее человечество. Однако, кое-кто из мужчин все-таки пережил Великий Мор. Но их было крайне мало, не более 0,05 % от первоначального количества. У них оказался иммунитет к "Черной вдове", позволивший им выжить, но не без побочных эффектов. У всех выживших до одного наблюдалось увеличение аппетита и повышенный уровень тестостерона, а также связанное с ними повышенное производство сперматозоидов. Поначалу это посчитали чудом, возможностью сохранить человечество. Ведь без мужчин дальнейшее размножение было невозможно. Но и тут "Черная вдова" нанесла свой коварный удар под дых. Вся сперма, что производили выжившие, оказалась стерильной. К тому же этой самой спермы производилось так много, что если от не избавляться от ее излишков в течении суток, то это могло закончиться операцией с последующей кастрацией, или даже смертью. Оставшихся мужчин было решено спасать любыми возможными способами. Тем более, что ученые еще надеялись найти вакцину, которая помогла бы избавиться от побочных эффектов и вернуть выжившим возможность иметь детей. Ведь эти дети могли иметь врожденный иммунитет к "Черной Вдове", а значит, это могло помочь избежать повторения пандемии в будущем. Вот тогда и были созданы по всему миру специальные терапевтические отделения. Поначалу пациентов там пытались избавлять от избытка семени обычными способами, при помощи катетеров и вытяжек. Однако, скоро стало понятно, что этот способ слишком травматичен и неэффективен. И тогда одна из медсестер с риском для своего здоровья решила "изъять" излишки естественным способом, переспав с пациентом. И этот способ оказался действенным. Как говорили ученые, видимо дело было в гормонах, которые выделяло женское тело во время соития, выступавших как катализаторы. А может быть, дело было и в тривиальном возбуждении и стимуляции, которые, как ничто другое, лучше способствовал спермоизлиянию у выживших мужчин. Так или иначе, но методы лечения поменялись и стали очень специфичны. Медсестрам в отделениях приходилось проводить терапию пациентам в течении всей смены, принимая в себя огромное количество спермы. Потом они шли к себе в комнаты и избавлялись от жидкости, отправляя ее на исследование Центр. Наденька была одной из лучших медсестер в отделении. Она была учтива, добра, исполнительна, а еще от природы очень сексуальна, что естественно сказывалась на том, сколько спермы ей приходилось принимать в свою утробу. Ее пузо всегда было особенно большим. Порой по размеру оно достигало одного метра. В такие моменты оно становилось невероятно тугим, почти не проминающимся. Ходить из-за огромного веса раздувшегося живота, девушке становилось невозможно и ей приходилось садиться в кресло-каталку. Правда даже в такие моменты она умудрялась оказать медицинскую помощь еще одному-двум пациентам. Но такое происходило не только из-за сексуальности Наденьки. Просто некоторые из ее коллег откровенно халтурили. За смену животы этих девчонок едва достигали размера девятимесячной беременности. А ведь тем медсестрам, кто не хотел или не мог принимать слишком много, приходилось увольняться. Заведующая отделением Антонина Степановна, была очень придирчивой и нередко проводила осмотр своих подчиненных в конце дня. Те, кто по ее мнению слишком мало принимал, могли оставить на сверхурочные. Но, как правило, таких все-таки увольняли. Ибо желающих работать в специальном отделении было много. И Антонине Степановне было из кого выбирать. Но Наденьке увольнение не грозило. Ее пузо к концу смены никогда не было меньше того, с каким она шла теперь, в свою комнату. Был вечер, и в отделение все должно было быть спокойно. Но опытный глаз Надежды заметил, что что-то не так. Не успела ночная смена заступить на пост, как началась какая-то возня и беготня. Уставшая за день, девушка попыталась отмахнуться от происходящего, но ее профессиональная гордость не позволяла так просто этого сделать. Развернувшись, медсестра в развалку направилась к дежурному посту, чтобы разузнать причину суматохи. За стойкой сидела новенькая, маленького роста женщина с миниатюрной фигурой. Она еще обживалась на новом рабочем месте и ей пока не разрешали обслуживать пациентов. Увидев ее испуганные глаза, Наденька сразу поняла, что произошло что-то из ряда вон выходящее. -Что у вас тут за канитель такая?- поинтересовалась девушка у дежурной, тяжело облокотившись на стойку и поглаживая свое раздутое пузо.- Стоило мне уйти и сразу началось? Опять новеньких понабрали, так ничего без нас опытных сделать не можете? -Нет, тут совсем другое.- помотала головой миниатюрная женщина.- Сейчас просто пациента привезли из исследовательского центра. Того, что вчера забрали. На нем испытывали какой-то новый метод лечения. И похоже, все прошло не слишком гладко. -Опять?- сердито нахмурилась Наденька и несильно ударила кулаком по стойке. Ей, как и многим работницам отделения уже порядком надоели эти испытания недоработанных лекарств. С таких испытаний, пациенты всегда возвращались с проблемами. То с запором, с болями, то еще с чем-нибудь. Но зачем бегать и суетиться так? Возможно, сегодня пациенту стало совсем плохо? -Я пойду, проверю. Может быть, помочь чем надо.- Наденька грузно выпрямилась, отпрянув от стойки и, все так же в развалку, направилась в палату, откуда только что выбежали две медсестры. Еще на подходе, не видя, что творится внутри, девушка услышала возбужденные стоны и причитания. Подобные звуки не были чем-то необычной в этом отделении. Особенно если учесть, каким образом персонал обслуживал пациентов. Некоторые люди, из-за этого относились к работницам учреждения с презрением, называя шлюхами, проститутками и другими неприятными словами. Но ведь здесь речь шла не о получении удовольствия или сексуальном рабстве, а о спасении нуждающихся в помощи людей. Хотя надо сказать удовольствия было нередким «побочным эффектом» подобной работы. Наденька вошла в палату и осмотрелась. Это была обычная комната, рассчитанная на одного пациента. Столики, стулья, полки и конечно большая удобная кровать. И кровать эта была занята. На ней лежал сорокалетний мужчина, блондин с короткой стрижкой, красивыми голубыми глазами и широким волевым подбородком. Как и всех остальных пациентов, Наденька знала его по имени. Мужчину звали Андреем, до Великого Мора он был известным телеведущим на местном канале, а так же предметом обожания тысяч телезрительниц. Теперь Андрей был пациентом специального отделения. Сейчас он располагался на кровати в полусидящем положении. Как и все, подопечные этого учреждения, он был одет только по пояс. Ниже пояса он был абсолютно гол. Зачем надевать штаны, если тебе все равно придется постоянно их снимать? К тому же, как и все мужчины с иммунитетом, его хозяйство и сильно раздувалось от наполняющего его семени и никакие штаны не вместили бы такой объем. Как было ясно из доносившихся стонов, Андрей был занят. Одна из опытных медсестер ночной смены, Варя, полная рыженькая женщина, восседала на члене пациента, принимая в себя его сперму и громко постанывая. Ее пузо уже раздулось очень сильно, став куда больше, чем у Надежды, что было странно, ведь ночная смена только началась. Чуть в стороне на кушетке располагались еще две медсестры, из новеньких. Их животы тоже были огромны, хотя до Надькиного им было еще далеко. -А вы что здесь делаете? Пришли посмотреть, как работаю профессионалы? -Нет. Мы еще никак уйти не можем.- ответила одна из девушек, тяжело вздыхая и оглаживая свой переполненный семенем живот. -Вы что, обслуживали одно и того же пациента?- с удивлением спросила Надежда, посматривая то на кровать, то на медсестер на кушетке. -Да. Начала я.- пояснила вторая девушка.- Но когда меня за пять минут раздуло как барабан, я позвала на помощь. -Я сменила ее, но и меня надолго не хватило.- продолжила рассказ первая девушка.- Этот пациент не такой как все. У него слишком много жидкости. Смотри, как яички раздуло. Наденька, молча посмотрела в сторону кровати. Здесь не надо было быть опытной медсестрой, чтобы подтвердить, это предположение. С Андреем что-то происходило. А что конкретно, выяснять не было времени. Сейчас главное было спасти жизнь пациента. Надежда подошла к кровати. За последние пару минут пузо Вари раздулось еще сильнее и теперь достигало метра в диметре. Абсолютно круглое, твердое как камень, скрипящее от натуги. Однако, Варя была опытной медсестрой, как и Наденька и так просто не сдавалась. Она старалась принимать в себя новые порции мужского семени, не смотря на то, что ее живот уже явно не мог вмещать больше. -Да когда же ты... оххх... закончишь?!- причитала Варя, морщась от ощущения чрезмерной раздутости.- Оххх.. уже так много, а мне еще... всю ночь работать.- она открыла глаза и у видела свою коллегу из дневной смены.- Охх.. Надежда, будь другом... смени меня.. ууухх... а то я лопну сейчас... как же меня раздуло... Варя протянула свою пухлую руку. С таким огромным пузищем ей самой встать было трудно. Наденька попыталась помочь подруге, но у нее не хватало сил с двинуть с места такую массу. -Уххх тяни еще... сильнее... оооххх я уже на пределе... мое пузо сейчас не выдержит.- Варя застонала, стиснув зубы. -Что вы сидите, дурехи! Человек сейчас лопнет!- закричала Надежда, обернувшись на новеньких медсестер, сидевших на кушетке. Девушки вскочили как ужаленные, не смотря на их раздутые животы, подбежали к кровати. Втроем, медсестры смогли-таки сдвинуть свою раздутую сверх меры коллегу и даже смогли усадить ее на кушетку. Едва Варя покинула член Андрея, как семяизвержение прекратилось. Это было еще одной необычной особенностью побочных эффектов тех, у кого был иммунитет к "Черной вдове". -Оххх, девчонки,- запричитала Варя оглаживая свое гигантское переполненное пузо,- похоже, мне придется сегодня отгул брать. С таким брюхом я быстро в норму вернуться не успею. -Успеешь, успеешь.- усмехнулась Надежда.- Ты не первый месяц здесь работаешь. Не впервой так раздуваться. Я то знаю. -Не впервой.-закивала Варя.- Но не в самом начале смены. Что-то с нашим пациентом не так, у него спермы, как у целого стада мужиков. Он, похоже, и не собирался заканчивать. Если бы вы меня не сняли, то я наверняка взорвалась бы. Вот бы глупая смерть была. На работе. -Работа у нас такая.- Надежда бережно погладила пузо своей коллеги.- Кстати, Андрюша, а как у вас дела? Вам лучше? -Уххх, девчонки,- простонал пациент и на его лицо изобразилась гримаса мучения,- Спасибо, что себя не щадите, конечно, но похоже у меня еще не все. Хозяйство болит, сил нету. Ощущение, словно лопнет сейчас. -Как я вас понимаю.-саркастически отозвалась Варя, похлопав по своему раздутому пузу. -Сейчас мы вам попытаемся помочь, Андрюша,- сказала ласково Наденька и стала грузно залезать на кровать. -Куда ты, дура?!- воскликнула Варя.- Ты же уже и так полна! Я пустая с ним не совладала, а ты уже целый день отработала. -Я хоть и полна, но это не значит что не смогу сверхурочно поработать.- отозвалась со стоном Надежда осторожно усаживаясь на пациента и позволяя его возбужденному члену проникнуть глубоко в ее влагалище.- В отделении я лучшая сотрудница, а не ты. Так что.. ох.. смотри, как работают профессионалы, подруга. Сидя спиной к Андрею, девушка слегка откинулась назад и широко развела ноги, освобождая место для своего пуза. Она начала медленно, насколько позволяло ее раздутое тело двигать бедрами, чувствуя, как скользит огромный член пациента внутри ее лона. Наденька стала громко стонать, не в силах сдерживать удовольствие. Будучи уже изрядно наполненной, медсестре было не так легко трахаться с пациентом, но особо долго стараться и не пришлось. Всего через пару минут сильный поток семени хлынул в утробу раздутой девушки, заставив ее воскликнуть от удивления, ибо столь большого напора она никак не ожидала. Но свою работу надо делать до конца, или же пока хватает сил. Надежда поерзала своей попой, позволяя члену Андрея войти в нее еще глубже, и блаженно застонала, чувствуя нарастающее давление в ее медленно раздувающемся животе. За время работы в специальном отделении медсестры начинали получать удовольствие не только от полового контакта с пациентом, но и от чувства наполнения. Многие работницы замечали, чем сильнее раздувается живот, тем сильнее становятся ощущения, тем чаще приходили оргазмы, тем больше удовольствия получается при обслуживании очередного больного. Так было и в случае с Надеждой. Глядя на то, как ее пузо постепенно увеличивается в размерах, чувствуя, как сильнее натягивается ее бархатная кожа, каким огромным становится давление внутри ее матки, девушка невольно начинала стонать громче, временами переходя на крик. В особенности, когда на нее накатывал очередной бурный оргазм. Но у всего есть свой предел. Обычно контакт с одним пациентом длился не более пятнадцати минут. После этого поток накопленного семени иссякал. Но сейчас прошло не меньше получаса, а Андрей продолжал кончать, накачивая возбужденную медсестру новыми порциями спермы, превращая ее пузо в огромный тугой шар, бурлящий и поскрипывающий от напряжения. Надежда продолжала принимать в себя семя пациента, ожидая, что все вот-вот закончится. Но минута шла за минутой, а спермы становилось все больше. Постепенно девушка стала чувствовать сильную боль в ее переполненном пузе. Точнее она чувствовала ее всегда, когда ее утроба раздувалась до размера пляжного мяча, но тут речь уже шла не о пляжном мяче, а о чрезмерно накаченном баллоне превышающим один метр в диаметре. -Подруга, тебе кажется уже хватит.- послышался голос Вари.- Ты уже полна под завязку. Раздулась больше моего! -Нет... оооххх.. я еще могу ... чуток вместить.. у меня еще есть свободное место.- терпя боль и стиснув зубы простонала Наденька. -Да тебя порвет от этого чутка, идиотка!- возмутилась Варя и беспомощно задергалась на кушетке, пытаясь подняться. Однако, ее непомерно раздутое пузище не позволяло этого сделать. К тому, как назло, те две новенькие медсестры куда-то вышли. Видимо, отправились сдавать семенную жидкость в Центр на анализ. Слабачки! Раздулись до беременного состояния и уже не могут больше вместить. Вон, как Варя и Надька стараются. Того и гляди лопнут от такого старания. Варя вытянула шею, выглянув из-за своего пуза в сторону кровати. Бедняжка Надя уже не стонала, а почти ревела от того насколько сильно раздуто ее бездонное брюхо. На него было страшно смотреть. Покрасневшая от напряжения кожа, вздувшиеся вены, растянувшийся до почти невидимого состояния пупок и огроменный полутораметровый шар живота, бурлящий и стонущий от натуги. Видя, что дело приобретает скверный оборот, Варя начала звать на помощь. И, словно по волшебству, в дверном проеме появилась запыхавшаяся заведующая специальным отделением, Антонина Степановна. Полноватая, среднего роста, сорокалетняя женщина с крашенными огненно-рыжими волосами и большой увесистой грудью седьмого размера. Видимо, она развернулась на половине пути домой, ибо на ней поверх медецинского халата была надета незастегнутая дубленка. А застегнуть одежду, Антонина Степановна вряд ли смогла бы, потому что, как и все сотрудницы отделения к концу дня ее пузо раздувалось до огромных размеров. Хотя в обязанности заведующей отделения и не входило обслуживание пациентов, но будучи сама в прошлом медсестрой, Антонина не могла отказать себе в удовольствии сделать обход под конец дня. Посетив по очереди каждую палату, женщина временами раздувалась сильнее, чем любая другая сотрудница отделения. Но для нее это было обычным делом. Когда-то Антонина Степановна была одной из первых работниц этого учреждения, и тогда в условиях кадровой недостачи, ей и ее сослуживицам приходилось очень трудно. Ведь работать приходилось порой целые сутки напролет и к утру, после 24-часовой смены, идти самостоятельно не получалось. Пузо раздувалось до невероятных размеров, становясь каменно-твердым и неподъемным. Но те тяжелые времена закалили женщину, и сильно натренировали ее, ставшим по-настоящему бездонным, живот. -Так, что у вас здесь происходит!- сердито повысив голос, произнесла Антонина Степановна и прошла в палату.- Мне позвонили две новенькие и сказали, что тут у вас чп. Варенька, вы, что такая большая? С последней ночи не сдались что ли? -Никак нет, босс,- отозвалась Варя с кушетки,- у нас тут нестандартный случай. Никак поток усмирить не можем. Двое новеньких пытались и не смогли. Я пыталась, и тоже не вышло. Уже и Надька подключилась. Смотрите, как раздуло ее. Похоже, и у нее не получится. Антонина Степановна бросила взгляд в сторону кровати и тут же сменила гнев на испуг. Она увидела огромный раздувшийся сверх всякого предела живот Надежды. Саму медсестру уже не было видно. Из-за гигантского пуза выглядывали лишь две стройные ножки и слышались слабые женские стоны. Наденька была уже не просто на пределе. Она реально чувствовала, что готова лопнуть в любой момент. -Господи, Надька! Ты что творишь?! Ты же после дневной! Остановись. Порвет же.- заведующая отделением бросилась к своей подчиненной. -Нет.. оохх.. я в порядке.. я могу еще чуть-чуть.. надо закончить это.- слабо произнесла Наденька, покрасневшая от напряжения и вспотевшая, так будто ее из ведра водой окатили. -Какой в порядке?! Прекращай!- завопила Антонина Степановна.- Думаешь, я тебе премию за такое дам!? Фиг тебе! Кто-нибудь помогите ее оттащить! На помощь пришли все те же две новенькие медсестры и покинувшая свой пост дежурная. С трудом, они смогли в буквальном смысле слова откатить в сторону раздувшуюся от непомерного количества спермы Надежду. -Уххх.. простите меня... пожалуйста.- простонал на кровати Андрей, все еще морщась от боли.- Ничего не могу поделать.. это все это идиотское лечение... зачем я согласился на эти испытания.. дурень... -Так, дорогой мой, не корите себя.- строго сказала ему заведующая снимая дубленку.- Вы тут не при чем. А помочь мы вам обязаны. Пусть даже если все так оборачивается. Это наша работа. Антонина Степановна бросила на спинку стула свою верхнюю одежду, оставшись в одном коротком халатике, который едва прикрывал половину ее огромного живота. Ткань одежды была сильно натянута, а пуговицы едва не отрывались, при каждом глубоком вздохе. Заведующая любила ощущать, как напрягается халатик, пытаясь вместить ее увеличивающееся в течение рабочего дня, пузо. Особенно ее заводило, когда пуговички отрывались прямо в процессе приема семени, не выдерживая напора растущего живота. -Сейчас мы вам поможем, красавец мой.- заботливо улыбаясь сказала Антонина, влезая на кровать.- Новенькие не справились. Опытные не осилили. Значит, теперь за дело берутся ветераны. Она грузно уселась на член пациента и охнула от удивления. -Оххх, какой богатырь! Большой как у коня.- заведующая оглянулась и похотливо посмотрела на Андрея. Она немного приподнялась и снова опустилась, томно простонав и ощущая двигающийся внутри огромный член пациента. Потом сделала это еще раз и еще раз... И вдруг Антонина громко охнула, обхватив свое пузо. Она почувствовала невероятно огромное количество спермы, наполняющее ее матку. И с каждой секундой ее становилось все больше и больше, отчего живот заведующей стал заметно раздуваться, заставляя сильно поскрипывать до предела натянутый халатик. Понимая с первых минут, что ее подчиненные не врали, начальница специального отделения решила, что нужно предпринимать реальные меры по спасению бедного пациента. -Дежурная еще не ушла?- поинтересовалась Антонина Степановна, оглаживая свой раздувающийся живот. -Я здесь.- отозвалась миниатюрная женщина с испуганным взглядом.- Вам что-нибудь нужно? -Звони в Центр.. охх... они должны были закончить новую вакцину.. другую, ту, что поможет... пусть присылают срочно сюда... Расскажи им все, что происходит. -Но вдруг они мне не поверят?- дежурная бросилась бежать, но остановилась в дверном проеме. -Скажи им, что я так сказала... ухх.. они поверят. Антонина Степановна понимала, о чем говорила. Она никогда не поднимала паники без особой надобности. И ее начальство об этом прекрасно знало. И уж если заведующая специальным отделением просит о помощи, значит ситуация было действительно тревожной. Дежурная вылетела из палаты пулей, а живот Антонины, тем временем раздулся до метрового размера. Халатик давно уже распахнулся, так как пуговицы не выдержали напора и с громким щелканьем разлетелись по всей палате, позволяя непомерному пузищу расти во всех направлениях, принимая идеальную сферическую форму. Антонина Степановна сильно стонала, чувствуя неописуемое наслаждение от ощущения беспредельной раздутости. Она чувствовала боль от нарастающего давления, но приходящие ежеминутно оргазмы были куда сильнее. Они заставляли женщину вопреки здравому уму двигать своими полными бедрами и, в буквальном смысле слова, трахаться с пациентом. Андрей тоже, кажется, позабыл о боли в переполненных яйцах и, обхватив круглую попу заведующей, стал двигаться в ответ, проталкивая свой раздувшийся извергающей семя член еще глубже. От накатившего внезапного возбуждения пациент начал кончать сильнее, интенсивнее наполняя бездонную утробу оседлавшей его женщины. Получая такой бонус, пузо Антонины стало расти с угрожающей скоростью, с каждой минутой громче скрипя растянутой до предела кожей и бурля десятками литров мужского семени, наполняющего непомерно раздувшееся чрево. Пузатые и тяжелые, не способные активно двигаться, Наденька и Варя с ужасом следили за разворачивающейся перед ними картиной. Палату сотрясали громкие возбужденные крики заведующей. Стонущий от термоядерной смеси боли и возбуждения, Андрей с громкими шлепками вгонял свой член глубоко в лоно Антонины Степановны. Но перед глазами девушек стояло пузо. Невероятно огромное, почти достигающее потолка, медленно раздувающееся от наполняющих его новых порций спермы, бурлящее, громко скрипящее и вибрирующее от беспредельного внутреннего давления, рвущегося наружу. Казалось еще чуть-чуть и произойдет непоправимое. Живот заведующей взорвется с оглушительным грохотом... Но произошло нечто иное. Иссяк поток семени, извергаемый Андреем. Все закончилось. Стонущая от невероятного наслаждения и сильной боли, Антонина Николаевна пыталась прийти в себя. Не видя ничего, кроме своего гигантского живота, женщина пыталась отдышаться, что продолжить раздавать поручения своим подчиненным. Ведь даже в таком состоянии она все еще была заведующей специальным отделением. -Ну, вот.. ооххх... справились. Всем миром по нитке.- все еще тяжело вздыхая сказала наконец, Антонина Степановна.- И вакцина не пригодилась. А вакцину привезли лишь на следующий день. Она и вправду оказалась действующей. При помощи этого препарата у выживших получилось снизить производство семени до нормального уровня. Помогла вакцина и Андрею, хотя он по-прежнему мог продуцировать спермы больше, чем обычный мужчина. Но здесь дело было совершенно в ином. Раньше чем в специальное отделение прислали новую вакцину, из Центра пришли результаты исследования спермы Андрея. Оказалось, что экспериментальное лечение дало свои побочные эффекты, и с появлением аномально высокой продуктивности, исчезла стерильность. Андрей стал единственным мужчиной на Земле способным иметь потомство. И это сделало его предметом новых исследований. Ведь если каким-то образом получилось вернуть Андрею возможность заводить детей, то значит это возможно сделать и с остальными, выжившими мужчинами. И, естественно все случившееся не прошло бесследно для пяти сотрудниц специального отделения. Вскоре они узнали, что беременны. Это естественно стало событием планетарного масштаба. Ведь после Великого Мора уже в течение четырех лет не рождалось новых детей. Для двух новеньких медсестер все обернулось вполне нормальными одноплодными беременностями. А вот Варя и Наденька, принявшие ударные дозы спермы Андрея, теперь носили в своих утробах сразу по несколько детей. Но никого из них это не расстраивало. Девушки и сами давно мечтали обзавестись семьями и их мечты сбылись. А правительство, ради такого события было готово выделить любые средства для содержания будущих граждан и их молодых мам. Ведь от этого потомства зависело будущее всего человечества. А вот для Антонины Степановны все закончилось несколько иначе. Ей пришлось уйти с поста заведующей и переехать в специально построенную для нее квартиру при Центре исследований. И то ли это произошло из-за экспериментального лечения пациента, то ли вирус мог влиять и на организм женщин тоже, но беременность стала для бывшей заведующей хроническим состоянием. Теперь она, подобно матке в пчелином улье, постоянно носила в своей утробе, по меньшей мере, три развивающихся плода. Антонина ни в чем не нуждалась, у нее все было. Единственное, что стало табу в ее вечнобеременном состоянии, так это секс с мужчиной. И это несколько портило беззаботное существование Антонины Степановны. Ведь ей так сильно хотелось повторить тот раз, когда ее раздутое пузо было заполнено мужским семенем настолько сильно, что могло лопнуть в любой момент.