Научите меня рисовать.

— понял? Первые маски мы делаем не надавливая на кисть, – Арсений стоял за спиной Антона, держа его руку с кистью, плавными движениями прорисовывая будущие черты лица на холсте, – умница, – проговорил мужчина когда Антон самостоятельно нанёс краску с палитры на холст. — Арсений Сергеевич, – произнёс юноша, уже ушедшему к своему рабочему столу преподавателю, намечая тени на портрете, – вы от меня ещё не устали? Арсений снял вспотевшие очки, протирая их специальной салфеткой, улыбнувшись взглянул на сосредоточенного юношу сидящем за мольбертом с палитрой в руках. Он сидел в фартуке, тот был разукрашен разными масками красок, и пятнами от случайно пролитой воды. Мальчишка выглядит так по-домашнему и уютно: взъерошенные кудрявые волосы, одной из прядок так и хочет забраться в изумрудные глаза парня, но Антон старательно пытался её как-то стряхнуть головой, но получалось не очень; парнишка был одет в просторные чёрные джинсовые шорты и чисто белую футболку. — алёу, Арсений Сергеевич! – Попов засмотрелся, – чёрт! – Арсения словно выбило из колеи, он взглянул на рукав парня, на ней образовалась полосочка синей краски, такового же цвета были глаза у Арсения. — Антош, ну ты как всегда – растяпа, – мужчина вздохнул, и устало потёр вески. Обернувшись к полкам, он взял салфетки и направился в сторону парня. — я вроде вам вопрос задал, – убирая палитру говорил Антон. Взглянув на часы, он увидел что циферблат показывает замечательные цифры: 22:50. — нет Антон, не надоел. – Арсений стал уже складывать салфетку чтоб вытереть краску, но Антон встал с табуретки, и возвысился над ним. — не нужно вытирать, я дома постираю сам, – Антон мягко улыбнулся положив свои руки на руки Арсения: они были через чур мягкими. Был конец лета, но за окном во всю громыхал гром, не смотря на то, что днём было очень тепло, погода вечером как ни кстати испортилась. Антон взглянул в окно, Арсений взглянул в глаза Антона: он увидел в них какую-то тоску. Антон не хотел уходить, он хотел вечность прожить в этом кабинете, вместе с Арсением. Чтоб тот его учил рисовать; не сильно, но ругал когда у парня что-то не получилось, тяжело вздыхая и объясняя как правильнее показывать светотень. — тебя подвезти? – Арсений всё так же смотрел в глаза Антона, слова сами вырвались из его уст. Время длилось чрезмерно медленно. — да не, не утруждайте себя! Я сам дойду, мне тут пару остановок быстрым шагом пройти, – Антон улыбнулся, а вслед за ним как на зло усилился дождь. «Блядство, – подумал Антон всё так же улыбаясь.» — ты поедешь со мной, и я ничего не знаю! Тем более, ты всего в ветровке, она тебя не спасёт! — это худи. — тем более! Заболеешь же ведь, Тош. Антон отвёл взгляд от синевы глаз Арсения, всё так же держа его за руки. — ну, ладно, давайте, – согласился парень посмотрев на взгляд Арсения который говорил мол "Ну я же тебя всё равно подвезу, как ты бы не копошился". Арсений расплыться в улыбке, совсем как кот. Парни начали собираться чтоб выходить из кабинета, Попов закрыл кабинет на ключ, и последовал к выходу. По пути Антон в спешке надевал на себя своё худи, поправляя волосы. Он нашёл у себя в кармане клубничную конфету, и сразу же зажевал её. Они вышли на улицу,и встали возле машины Арсения, пока тот искал ключи в карманах и своей сумке. — Арсений Сергеевич, посмотрите на меня, пожалуйста, – после произнесенной фразы, парень пожал губы. Антону очень нравился Арсений. За все четыре года что Антон ходит к нему после пар и уроков, парень месяцев пять назад поймал себя на мысли что в его голове очень много Арсения, он прокручивал моменты когда они вместе проводили время, и придумывая другие, совсем новые, которые возможно никогда не воплотятся в жизнь. Арсений поднял взгляд на Антона, показывая что готов слушать, и вскинул брови. Не успев опомниться на него налетел Антон, обвив его шею длинными костлявыми пальцами которые украшали кольца, он нежно поцеловал Попова, и льнул к нему, прижавшись всем телом. Попов не успел ничего сообразить, и даже элементарно ответить на поцелуй! Как Антон уже на своих двоих убегал по улице в темноту. Привкус клубничной конфеты, съеденную Антоном минуты две назад, осталась на губах Арсения. Он стоя в ступоре провожал взглядом убегающего Антона. Когда он всё-таки оклемался, высокого силуэта не обнаружилось. — ну ты конечно Антооошка, – заулыбался мужчина открывая дверцу машины, – убежал как девчонка. Машина тронулась, и Попов уехал с территории учебного заведения. Он будет долго вспоминать это, прокручивая в голове по миллионам раз, потому что Антон был ему не безразличен.