Родительская фигура

Богов много, достаточно, чтобы они начали враждовать друг с другом. Кто-то сильнее кого-то и это абсолютно нормально. Всё же, рано или поздно, каждого из них ждёт один одинаковый, будто шаблонный, конец. Будь то смерть от руки врага, собственной воли, вечности, которая сжирает тебя полностью. Но.. кто всё это будет наблюдать? Кто унаследует их славу, силу, гены и подобное? Для этого и нужны «наследники», или, проще говоря, «дети». Кто бы там не говорил, что их создают для защиты миров, но это всё равно, считайте, частичка тебя, которую ты сам создал. А что если ты не создавал данное «чудо»? Что, если ты просто был наставником резвого мальчишки-сироты, а в итоге ты, сам того не понимая, взял на себя роль «родителя». В такую ситуацию попал всеми нам известный Междумирец - Повелитель времени.

***

— Как тебе этот мир, Лололошка? — Низкий мужской голос задал вопрос ребенку, который спокойно сидел на руках говорящего. Это на него совсем не похоже. — Лололошка? — После повторного зова послышалось тихое детское сопение, которое, явно, расслабило высшее существо. Трава шелестела под ногами Междумирца, который наблюдал за звёздным небом и флорой мира, в который он только-только попал. Бирюзовая светящаяся в темноте, листва деревьев красиво сливалась с нижним фоном, который был полной противоположностью того, что он наблюдал. Противоположности притягиваются, так ведь? Измерение было похоже на дивный мир снов, в котором сейчас находился шатен, что сегодня радовался подаренному на базаре голубо-черному шарфу. Хах.. он ему явно был велик. — Надеюсь в будущем, ты попадёшь сюда.. мир стоит твоего внимания, Лололошка. — Прошептал «Повелитель времени», легонько поглаживая макушку спящего. Такая близость.. как будто эти оба - семья. Хотя, если так подумать, мальчишка явно привязался к своему наставнику, хоть и по каждому самостоятельному переходу по мирам - забывает его. И каждый раз обнимает взрослого, будто это его родной человек… родитель, который будет всегда с ним, помогать и заботиться. А Междумирец… он хоть и с абсолютным спокойствием реагирует на «Извините, а вы кто?», но что-то внутри него заставляет на секунду допустить некую печаль. Как досадно, что его ученик так и не вспомнит о нем, после его смерти.