Презумпция невиновности

Эйприл сидела в своей старой комнате в доме родителей, в Бо Виллидж, и смотрела в окно на летний закат. Солнечные лучи играли на поверхности воды, и ей казалось, что время остановилось. Девушка вернулась домой после того, как всё пошло наперекосяк. Воспоминания о том злополучном вечере не покидали её ни на минуту. Она вспомнила, как уходила от Чичи. Он стоял у двери, сдерживая слёзы, а она чувствовала, как её сердце разрывается на части. Они были друзьями с детства, но в тот момент всё изменилось. Она помнила его взгляд — полный боли, недоумения и раскаяния. — Почему Билли не выжил? — спрашивал он, а она не знала, что ответить. Только плакала, понимая, что время назад не вернуть. И всё это из-за той ужасной аварии. Билли, парень Лолы, сестры Чичи, был тем, кто пострадал. Эйприл знала правду: именно Чичи сел за руль после того вечера в баре. Она помнила, как они смеялись и делились воспоминаниями о прошлом, но всё это мгновенно закончилось, в тот момент, когда она поняла, что он не справляется с управлением, закричала: «Тормози!», но было слишком поздно. Слёзы снова заполнили глаза. Она не могла поверить, что всё это произошло. В тот вечер они сбили Билли Хабаба, их друга. Эйприл пыталась оказать помощь, но страх овладел ею. Они испугались последствий и друзья уехали с места происшествия, пока не услышали сирены. Когда она вернулась к родителям, они увидели её состояние — глаза красные от слёз, лицо бледное и истощённое. Она рассказала им всё, но обманула их насчёт деталей. Сказала, что испугалась и сбежала, чтобы не вызвать больше проблем. Но в глубине души она знала правду — Чичи был за рулём. Он не хотел портить отношения с Лолой и своей семьёй, и она была готова взять вину на себя. Эйприл понимала, что её чувства к Чичи снова вспыхнули. Несмотря на боль и страдания, она не могла забыть его улыбку и поддержку в трудные времена. В сердце её боролись любовь и вина. Как же сложно было жить с этой ношей! Но как же ей быть с собственными чувствами? — Дорогая, — Эйприл обернулась и увидела маму. — Мама, — она подошла к ней и обняла. — Ну почему мы с твоим отцом перешли в другую больницу? Возможно мы бы спасли Билли. Эйприл почувствовала, как сердце сжалось от слов матери. Она знала, что эти вопросы не оставят их в покое. — Мама, — тихо произнесла она, — я понимаю, что вы переживаете. Его все равно было не спасти. Мать посмотрела на неё с печалью в глазах. — Мне сообщили о смерти Билли слишком поздно, — произнесла она, голос её дрожал. Эйприл вздохнула, её сердце разрывалось от боли. Она знала, как сильно мама переживает за всё произошедшее. — Отец тоже не может успокоиться, — продолжила миссис Смок. — Он боится за тебя. Каждый день он думает о том, что может произойти… о том, что тебя арестуют. Девушка почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. Она знала, что отец всегда был защитником, и теперь его беспокойство лишь добавляло ей чувства вины. Мать взяла её за руку и сжала её в своей ладони. — Я знаю, дорогая. Я надеюсь, что всё обойдётся. Мы просто должны держаться вместе и верить в лучшее. Ты — моя дочь, и я не могу представить себе жизнь без тебя. Если тебя и арестуют, то мы вытащим тебя из тюрьмы. Эйприл почувствовала тепло материнской любви, но в то же время понимала, что это не решит их проблемы. Она знала, что впереди их ждёт непростой путь, полный вопросов и неопределённости.

***

После похорон Билли прошло всего несколько дней, в воздухе ещё витала тяжесть утраты. Полиция, наконец, начала сообщать о том, что у них появились зацепки в расследовании, и это хоть немного успокаивало семью Хаббабов. Бэти и Титус старались держаться, но горе от потери сына давило на них, как камень на сердце. В такие трудные времена они получили неожиданную поддержку от семьи Тофу, с которыми у них когда-то были неприязненные отношения. Несмотря на прежние разногласия, сейчас они объединились в горе, понимая, что потеря Билли затронула всех. Лола оставалась у своих родителей, не в силах вернуться в квартиру, которую делила с Билли. Каждое воспоминание о нём вызывало слёзы, и мысли о том, что ей предстоит разбирать его вещи, были невыносимы. Её подруга Лили старалась поддерживать её как могла, но Лола часто погружалась в свои мысли, теряясь в воспоминаниях о счастливых моментах с Билли. Тем временем Буба, отец и мать Тофу переживали за свою дочь Лолу и за Чичи, который, казалось, был погружен в собственные терзания. Он не мог признаться себе, что именно его действия стали причиной трагедии. Каждый день он беспокоился о сестре и о том, как она справляется с горем. Его чувства были сложными и противоречивыми: он чувствовал вину за то, что произошло, и одновременно стремился утешить Лолу. Несмотря на все сложности в эти трудные дни, люди начали объединяться. Удивительное единство между семьями Хаббабов и Тофу стало символом надежды на то, что даже в самые тёмные времена можно найти поддержку и понимание. Чичи медленно вошел в комнату, стараясь не шуметь, чтобы не испугать Лолу. Его сердце сжималось от боли, когда он увидел, как она сидит среди старых фотографий, погруженная в свои воспоминания. Он сам чувствовал себя разбитым, но не мог себе позволить это показывать. Вместо этого он попытался создать атмосферу поддержки, надеясь, что его присутствие хоть немного утешит сестру. — Ты как? — произнес он тихо, садясь рядом с ней на пол. Она подняла глаза, полные слез, и кивнула, но Чичи видел, что в её душе бушует буря. Он взял одну фотографию в руки, селфи Лолы и Билли в восемнадцать лет. — Помнишь этот день? — спросил он, пытаясь отвлечь её от горя. Лола улыбнулась сквозь слезы. — Да, мы тогда только съехали от родителей. И начали жить вместе. Чичи почувствовал, как его охватывает ностальгия. Но в то же время его сердце колотилось от страха. Он знал, что скрывает правду о том, что произошло с Билли. Каждый раз, когда он смотрел на сестру, его мучила совесть. Он хотел быть рядом с ней и поддерживать её, но тень его собственного поступка нависала над ним — Лола… — начал он осторожно. — Что говорит полиция? Нашли ли виновника? Лола вздохнула и опустила взгляд на фотографии. — Они говорят, что расследуют… Но Бэти сказала, что вышли на след того урода. Я просто не понимаю, как так можно было бросить умирать? - Лола держится как может, и только сейчас обратила внимание на брата и его синяки. — Кстати, откуда у тебя на лбу пластырь? Опять выпил? - Лола настолько забыла обо всем, что никого вокруг не замечала. Чичи почувствовал, как по спине струится холодный пот и кивнул. Он знал, что мог бы рассказать правду, но страх потерять её поддержку и любовь сдерживал его. Вместо этого он просто обнял её крепче. — Ты что, решила остаться на вашей квартире? Или будешь жить здесь? — спросил он, пытаясь уловить её настроение. — Всё равно придётся ехать туда, нужно разобрать вещи Билли, и, наверное, я останусь там. Но пока не могу вернуться… Мне так плохо, — Лола снова закрыла ладонями лицо и заплакала, её плечи дрожали от всхлипов. — Я могу пожить с тобой, если хочешь? — предложил он мягко, стараясь поддержать её. — Ты же моя сестра, я всё равно тебя люблю. Я не хочу, чтобы ты натворила глупости. Он присел рядом и положил руку на её спину, надеясь хоть немного утешить в этот тяжёлый момент. Лола кивнула и прижалась к нему, и в этот момент Чичи почувствовал, как его сердце разрывается от противоречивых чувств. Он хотел быть для неё опорой, но не знал, как жить с тайной, которая могла разрушить всё между ними.