Не из "этих"

Дверь закрылась. Переступив через порог, в квартиру зашел Ярослав, а за ним, украдкой плелся Антон. Отряхнувшись от снега, парни поспешно разулись, и практически синхронно скинули с плеч куртки. После холодной улицы, в квартире казалось довольно душно. Громко топая, пара парней вошли на кухню. Вдруг, Антон почувствовал приятный запах выпечки, и свежеиспеченных блинов. Это ментально перенесло его в детство, когда бабушка готовила оладушки, а он внимательно наблюдал за каждым ее движением, параллельно уплетая оладьи за обе щеки. —«Чай будешь?»— бархатистый голос Ярослава вывел парня из раздумий. —«Буду» — не сразу откликнулся Антон. Ярик, вялым движением, открыл дверцу ящика, ища коробку с чайными пакетиками, но наткнулся на что-то, явно поинтереснее чая. В ту же секунду вместо безобидной коробочки, парень вынимает из тумбы бутыль «Кизляровского» коньяка, который мама Ярослава припрятала от отца. Увидев это, Антон, выдал протяжное —«Ебааать…» —Думаю, сегодня чай нам не понадобиться — покрутив находку в руках, Ярослав едва заметно ухмыльнулся. Эти двое сразу оживились. Достав две рюмки, Ярик принялся заполнять каждый сосуд до краев. —«Твоя мать ничего не скажет насчет найденного?» — поинтересовался у него Антон —«Мы же немного, для хорошего настроения» — парень его успокоил, хотя в тот момент не понимал, сколько будет ему стоить это «хорошее настроение». Вечерело. Выпито было больше чем изначально планировалось… А если быть точнее, намного больше. Антон и Ярослав все также сидели на кухне, но теперь уже в компании полупустой бутылки алкоголя. Свет был приглушен. В воздухе витала интимная атмосфера, а помещение успело пропитаться едким запахом спирта. —«Я скучаю по тебе, Ярик» — Антон по пьяни становился смелым в своих действиях, но до конца не осознавал, что это может привести к определенным последствиям. —«В каком смысле?» — Ярослав, как и Антон, был не самом трезвом состоянии. Но в отличие от собутыльника, старался себя держать в руках, и быть аккуратным в высказываниях. —«После того дня, мы с тобой в школе практически не разговариваем, меня это пиздец как напрягает» — на ясную голову, никто бы из них не решился начать такой разговор. Ведь во всяком случае, лучше просто игнорировать проблему, нежели решать ее лицом к лицу. —«Меня это тоже беспокоит, Антон. Я искренне хочу с тобой общаться как раньше.» — В глазах Ярослава промелькнула едва ощутимая тоска по их прошлой дружбе. Антону было трудно формулировать свои мысли, и тогда к нему пришло осознание, что он зря поднял эту тему. Так как знал, что не сможет вернуться к исходной точке, по крайней мере из-за обилия чувств к другу, которые в обществе не считаются «нормой». Приподняв вверх густые брови, Ярик неуверенно заглянул в пьяно-карие глаза, терпеливо ожидая их вердикта. Антон громко выдохнул, и сгорбившись на стуле, устало перевел взгляд от полупустого бутыля, прямо на парня, сидящего сбоку. Царила гробовая тишина, и с каждой секундой она становилась все более невыносимой. Каждый боялся нарушить молчание, но за них это сделало сердце Антона. Было настолько тихо, что отчетливо слышался каждый удар. Голова шла кругом, перед глазами стояла сплошная пелена, Антон почувствовал как ноги начали неметь от волнения, а сердцебиение начало учащаться. Парень подумал что сейчас должно произойти что-то непоправимое, что-то, что в корне изменит их отношения. Так и случилось. Под воздействием выпитого, Антон быстро преодолел расстояние между ними, и жадно впился в губы Ярослава, неторопливо вводя в поцелуй. Прикрыв глаза, Ярик охотно поддался парню, постепенно усиливая нажим губами. Рука Антона нежно прошлась между лопаток Ярослава, вызвав у него волну мурашек, и продолжала невольно двигаться все ниже и ниже, вдоль его спины. Слышались причмокивания, и глухие стоны. Их поцелуй был пропитан чувственностью, с долей смятения. Но в самый пиковый момент, Ярослава будто окатили холодной водой, и резко отстранившись, парень отскочил от него с широко раскрытыми глазами. Его действия вывели Антона из так называемого «транса». В тот момент юноша почувствовал себя нашкодившим ребенком, и зная что ему придется поплатиться за свое безрассудство, он, стыдливым взглядом, наблюдал за тем, что будет дальше. Удивление на лице Ярослава быстро сменилось гримасой недовольства. —«Нахуя ты это сделал!?» — по голосу было понятно, он раздражен. Хотя складывалось ощущение, что этот вопрос, парень адресовал сам себе. —«Ты прекрасно знаешь, что я не из «этих».»— Ярик кинул взгляд полный злобы на сидящего перед ним Антона, и демонстративно вытер губы об рукав кофты, показывая свое отвращение к произошедшему. —«Тогда скажи мне….»— Антон выдержал паузу, ему было трудно говорить из-за подступающего кома в горле. —«Почему ты вообще.. ответил на поцелуй?» — голос предательски дрожал —«Это все ошибка, так не должно было произойти.» — Ярослав сам не понимал, с какой целью он это делал, быть может из-за влияния алкоголя, или ему просто не хотелось признавать этот факт? —«Уходи.» — Ярик зло процедил сквозь зубы, ткнув пальцем на выход, призывая Антона поспешить. Антон пребывал в шоковом состоянии, и был в шаге от того чтобы расплакаться. Сжав челюсти до боли, он молча собрался, и быстро захлопнув за собой дверь, ушел прочь. Теперь в квартире остался только Ярослав, наедине со своими мыслями, которые буквально пожирали изнутри. Он понял, что поступил грубо с Антоном, но его самолюбие не позволило ему попросить у него прощения, посчитав извинение равносильно унижению. На улице стоял мороз. Антон пулей выскочил из подъезда. Стоило ему оказаться за пределами квартиры, как на его глазах тут же выступили слезы. Парню стало больно от того, что ему в очередной раз дали ложную надежду. В это же время, Ярослав съёжившись, сидел на подоконнике, полностью подавленный своим положением. Нагнетал тот факт, что он целовал парня, причем с такой страстью, с какой не целовал ни одну девушку. Его это пугало до самых чертиков. Выглянув в окно, он разглядел удаляющуюся фигуру Антона, которая через пару минут полностью слилась с кромешной тьмой улицы.