so bad i can't think straight

Люк нависает над ним. Все, что он может слышать, пока смотрит на свет своего мира в этот самый момент – их тяжелое дыхание. Напряжение между ними нарастало с тех пор, как Хан встретился взглядом с Люком еще в Мос-Эйсли. Горячие взгляды, когда один думал, что другой не смотрит, не были редкостью, но теперь Хан почти уверен, что не знает, как они оказались в ловушке; каким образом забрели так далеко, что дело дошло до этого. Но вот они здесь. — Ты бы возненавидел меня, если бы я поцеловал тебя прямо сейчас, Хан? — говорит Люк с обожанием в широко раскрытых глазах. — Боже, нет, никогда. Я никогда не смог бы возненавидеть тебя, малыш. Люк криво улыбается, а затем медленно, медленно наклоняется и мягко захватывает нижнюю губу Хана зубами, и тогда мир Хана просто рушится. Он крепко вцепился в воротник рубашки Люка, притягивая его к себе, как будто они могут стать еще ближе. — Просто хочу вдохнуть каждую частичку тебя, Люк. Я хочу поглотить тебя полностью, — шепчет он в губы Люка. — Хочу пометить тебя и сделать своим. Позволишь ли ты сделать это с тобой, малыш? С этими словами Хан перевернул младшего на спину, заслужив от него жалобный стон. — Боже, в глубине души я всегда знал, что ты плаксивая шлюха. Мои слова заводят тебя, малыш? Ты готов кончить от того, что я говорю грязные вещи? — О боже, пожалуйста, Хан, — взмолился Люк. — Я твой! — Я так и думал, малыш. Хан ухмыльнулся, хватая его за запястья и прижимая к койке. Он провел губами по шее младшего, заставляя того вздохнуть, а затем устроился на его бедрах, медленно сняв рубашку и с Люка, и с себя. Люк ведет руками по бедрам Хана, а тот в свою очередь начинает медленно двигаться, в течение нескольких минут создавая восхитительное трение между ними, лишь больше заводя Люка. Хан наклоняется и крепко целует его, проводя пальцами по светлым волосам. Младший отстранился, чтобы глотнуть воздуха. — Я хочу, чтобы ты оседлал меня, — выдыхает он, дико уставившись на Хана. — Тебе бы это понравилось, да? Ты хочешь, чтобы я сел на твой толстый член? — Хан ухмыляется, когда Люк стонет. — Ты запросто можешь стать причиной моей смерти, малыш. Он быстро снял с них обоих невероятно обтягивающие штаны, обводя рукой очертания члена Люка через нижнее белье, и получил в ответ пронзительный стон. Хан просовывает руку в свои собственные трусы, поглаживая себя и постанывая немного громче, чем обычно. — С тем же успехом можно устроить тебе шоу, — улыбнулся Хан, снимая последний предмет одежды, чтобы показать себя. Люк посмотрел на него сверху вниз, и его глаза расширились от благоговения. — Нравится то, что ты видишь? Люк смущенно кивнул, покраснев. Хан продолжил дразнить Люка, стягивая с него боксеры как можно медленнее; контакта между его пальцами и членом Люка было достаточно, чтобы вывести младшего из себя. — Извини, что заставил тебя ждать, — сказал Хан со смехом. — Никак не мог насладиться твоей реакцией. Он потянулся к тумбочке рядом со своей кроватью и выудил из ящика смазку, тут же отдавая ее Люку. — Растянешь меня? Ошеломленное лицо Люка быстро помрачнело. — Хорошо. Открыв крышку, он выдавил щедрую порцию себе на ладонь. Хан лично направил руку парня к своей дырочке: Люк обводит ее пальцем, мягко надавливает и почти не верит своим ушам, когда мужчина над ним ахает. Хан, мистер шестифутовый секс на ножках, просто взял и ослабил свою бдительность на три секунды, и тогда Люк, обретя от этого некоторую уверенность, медленно вставил два пальца, всячески изгибая их и наблюдая за каждой морщинкой на лице Хана. Хан откровенно стонал, сжимая пальцы внутри себя. Люк трахал его ими, пока Хан не стал извиваться, умоляя о большем. — О боже, малыш, вот так, — взвыл он, упираясь дрожащими руками в грудь Люка. — Ты собираешься трахнуть меня своим большим членом, малыш? Заставишь меня кончить так сильно, что я увижу звезды, детка? — спрашивает он с дерзкой ухмылкой. По телу Люка пробегает дрожь. Он вытаскивает пальцы, заставляя Хана хныкать – хотя тот никогда бы в этом не признался – и пристраивается членом к его дырочке, медленно вдавливаясь в тесноту. Хан хрипло стонет и наклоняется, чтобы втянуть Люка в беспорядочный поцелуй, путая пальцы в его волосах. Люк, наконец, находит идеальный ритм, двигаясь в тугом горячем жаре, но Хан опускает бедра ему навстречу, снова начиная болтать своим чертовым ртом. — Даже когда ты трахаешь меня, я все еще главный, — говорит он между толчками. — Ты такая шлюха. А что, если бы я тебе не дал? Ты собираешься найти кого-то другого, чтобы трахнуть, или ты весь мой? — когда Хан заканчивает свою речь, он замедляет движения бедрами, потирая большим пальцем кончик своего члена. Он сжимается вокруг Люка и получает именно ту реакцию, на которую надеялся. — Хан, пожалуйста! — отчаянно умоляет Люк. — Я только твой, о боже, я так близко, позволь мне кончить… пожалуйста, Хан.. — Все, что ты хочешь, ты в конце концов получишь, не так ли, малыш? Хан усмехается и мучительно медленно скользит вверх по члену Люка, прежде чем опуститься и безжалостно оседлать его. — Звезды.. Хан, я сейчас кончу, — кричит Люк, и Хан настолько поражен чертовым ангелом под ним, что почти не слышит, как Люк всхлипывает, когда его бедра подрагивают и он кончает глубоко внутрь Хана. Люк продолжает трахать Хана, одной рукой сжимая его бедро до синяков, а другой надрачивает ему. — Черт, Люк... Так добр ко мне, так мил со мной, не так ли? Господи! — кричит Хан, и каждый мускул в его теле расслабляется, когда он кончает на живот Люка. Люк вжимается в него до тех пор, пока Хан, потный и перевозбужденный, не начинает скулить. Он приподнимается с члена Люка, устраивается на его бедрах и тянет руку назад, вставляя два пальца в свою растраханную, заполненную спермой дырку. Хан подносит пальцы ко рту, посасывая их и устанавливая зрительный контакт с Люком, отходящим от яркого оргазма. Улыбаясь, старший падает на другую сторону кровати, скрещивая руки за головой и дико ухмыляясь. — Неплохо для старика, а? — Господи, очень даже ничего.