Вкус клубничного бальзама

После тяжелого дня сеульский ветер расслаблял тело Хёнджина, застывшее от бесконечных посиделок в лаборатории. Ах да, забыла представить. Хван Хёнджин — гендиректор самой известной компании в Корее по изготовлению парфюмерии как для женщин, так для мужчин. Название “#L♡VE STAY” рекламировалось в каждом квартале Сеула и не только. В процессе расширения бонусом начали выпускаться бальзамы для губ, которые Хван самостоятельно выпустил в лимитированной коллекции новых ароматов духов. Множество статей, репортажей, заголовков и афиш принесли не только большую прибыль, но и вопросов. Всем показалось странным, что в бонусной коллекции фруктовых бальзамов для губ не было клубничного, но причину знает сам создатель. Хёнджин перебирал пальцами флаконы с ароматами природы. Он чувствует частички парфюма, над которым работал ночами, сидя на цокольном этаже со своей командой в лаборатории его офиса. Между ними проходил освежающий запах клубники, прямо как из бабушкиного сада в детстве. Мысли прервало милое уведомление от мессенджера. [хэнбоки*] скучаю. где ты сейчас? [хёни] собираюсь к тебе. тоже очень скучаю. [хэнбоки] буду в нашей любимой кофейне [хёни] хорошо, забегу только в одно место и буду в твоих объятиях. Хёнджин забежал в квартиру и закинул к себе голубую коробочку, ждавшую своего часа с момента изготовления. Он бережно нёс в руке по улицам эту драгоценность. Мимо фонарей, мимо прохожих и остановок, по черно-белым полосам, с трепетом в сердце и бабочками в животе. Момент встречи с родным человеком и ожидание этого — самое невозможное, о чем бы мог мечтать Хёнджин. Феликс есть в его жизни и этого достаточно. Этого хватит, чтобы чувствовать себя живым. И вот, он уже в объятиях самого теплого солнышка. Слышит его дыхание, его руки на шее и безумно родной запах клубники. — я опоздал,— проныл Хёнджин, не отпуская своего счастья,— прости,— ещё крепче обнял. — хей, ты же знаешь, что я тоже опоздал, не беспокойся,— поцеловав его лобик, успокаивал Феликс,— будешь что-то? Я уже заказал твой американо. — нет, но у меня есть кое-что для тебя. Хёнджин попросил Ликса сесть за стол, закрыть глаза и протянуть ему руки. Волнение Феликса увеличилось до космоса и ожидание чего-то приятного не давало его сердцу успокоиться. Он протянул свои крошечные лапки и с нетерпением теребил их, будто уже держал что, но это был просто воздух. Хван вытащил из кармана коробочку, аккуратно завязанную бантиком, и начал говорить то, чего возможно боялся сказать так долго. — Послушай, не знаю, имею ли я право быть счастливым с тобой, но ты все, что у меня есть. Ликс, не думаю, что смог бы быть тем, кем я являюсь сейчас. Я взял лучшее от тебя и так хочу сделать для тебя то же самое. Слезы уже пробивались сквозь закрытые глаза Феликса, словно рвались увидеть зрачки родного человека. — Но знаешь, сколько бы плохого не было в моей жизни, ты - всегда самое хорошее, и этого никто не изменит. Я люблю тебя. Люблю больше, чем жизнь, люблю так же сильно, как ты любишь клубнику, клубничное молоко, клубничные торты и пирожные. Ведь ты - причина, почему я люблю вкус клубничного запаха на моих губах, сладкий запах ягоды на теле… Феликс почувствовал кончиками пальцев что-то твердое и маленькое, перевязанной милым бантиком вокруг. Он открыл глаза, а затем и коробку. Это была клубничная гигиеничная помада для губ только для него. Единственная во всем мире. — Но в твоей коллекции не было клуб…— осознание пришло не сразу, — постой, ты? Хёнджин слегла улыбнулся и продолжил: — Я хотел для тебя чего-то особенного, чего-то, что будет только у тебя от меня и ни у кого другого. Что-то, что умею делать только я и своими руками. То, до чьих губ смогу прикоснуться и почувствовать этот вкус клубничного бальзама… Пока Хёнджин говорил, Феликс уже успел нанести клубничный вкус на свои губы. —Подожди, дай мне тоже сказать кое-что, — перебил его Ликс и прикоснулся к губам Хёни, не давая ему продолжить говорить и дать понять, что Феликс все это чувствует. Чувствует, как их клубничный бальзам для губ.