Её янтарные глаза...

      Тигнари с их самой первой встречи залюбовался ее глазами цвета янтаря, образом, полным простой милоты. Девушка, всегда готовая всем помочь, запала ему глубоко в душу. Люмин… Одно её имя вызывало трепет и приятное тепло внутри, что медленно расходилось по всему телу.       Она ему понравилась с первого взгляда. С того самого момента, как в его небольшой домик её принесли без сознания, такую хрупкую и беззащитную, словно прекрасный, только распустившийся цветок. Он даже не замечал её надоедливого, вечно болтающего компаньона, что был маленькой летающей девчушкой.       Он старался помочь девушке как мог. Никому не признавался, что сидел возле неё всю ночь, ожидая, что та вот-вот очнётся. Он даже не заметил, как взял ее маленькую ладошку, что прекрасно умещалась в его руке.       Тогда Тигнари замечтался, что было бы здорово гулять с ней по лесу, вот так романтично держась за руки. Но увы, тогда он даже не знал её имени.       Она очнулась только наутро, с любопытством осматривая его своими большими янтарными глазами.       — Где я? — первое, что спросила девушка, принимая сидячее положение.       — Ты у меня дома. Ты потеряла сознание. Хорошо, что моя знакомая Хайпасия заметила тебя. Ты, наверное, недавно прибыла в Сумеру, и, скорее всего, упала в обморок от запаха благовоний. Но не переживай, это нормальная реакция для неподготовленного организма, вскоре ты привыкнешь. Меня зовут Тигнари.       — Люмин. У тебя такие милые ушки, — она улыбнулась, и от этой улыбки сердце парня забилось сильнее, а щёки приобрели розоватый оттенок.       Тигнари хотел ей понравиться, но слегка разочаровался, услышав ее историю. Люмин прибыла в Сумеру, чтобы найти своего пропавшего брата. И если она здесь его не найдёт, то отправится дальше и, возможно, он никогда её больше не увидит.       Он хотел ей признаться, но думал, что Люмин посчитает это глупым, ведь они знакомы не больше суток. И Тигнари не решился.       Также не решился, когда начал испытывать еще большую симпатию к ней после того, как она показала свои способности, причем без Глаза Бога, да еще смогла зачистить Зону увядания, с которой справиться не так-то просто.       Не решился и тогда, когда Люмин сообщила, что ей нужно уходить, ведь ей необходимо было попасть в город Сумеру и найти способ встретиться с Дендро Архонтом.       После её ухода на парня напала тоска. Днём он отвлекал себя делами и патрулированием леса, но перед сном снова вспоминал образ загадочной путешественницы, что заполнила все его мысли. Он мечтал, как они ночью вместе бы любовались луной, днём он бы плёл ей венки из свежих цветов и укладывал на её светлую макушку.       И самое главное — Тигнари снова и снова вспоминал её милую улыбку и каждый раз невольно улыбался сам.       Люмин тоже вспоминала его. Как же ей хотелось потрогать его озорные ушки, смотреть, как он с серьезным лицом патрулирует лес, собирать с ним вместе цветы и тонуть в его объятьях.       Она бы с радостью осталась рядом с Тигнари навсегда, но ее изначальная цель найти брата не позволяла этого сделать.       Именно поэтому она не решилась признаться ему в своих чувствах. Во-первых, это было бы глупо из-за их недолгого знакомства, во-вторых, нет смысла, ведь, скорее всего, ей придется покинуть Сумеру.       Но как же оба влюбленных друг в друга дурачка были рады, когда Люмин снова пришла в лес, чтобы навестить Тигнари, повидаться с Коллеи, узнать, как идут дела.       В лесу снова начали образовываться Зоны увядания, и путешественница как самая добрая душа Тейвата вызвалась помочь.       Мозг Тигнари начал кричать о какой-то опасности. Почему-то в его душе забилась тревога, когда он смотрел, как она удаляется вглубь леса. Но парень просто решил, что он накрутил себя. С Люмин обязательно всё будет хорошо. Она же такая сильная!       Когда путешественница пришла на нужное место, сразу осмотрелась, чтобы оценить ситуацию. Паймон же держалась подальше, поскольку в Зоне увядания начинала чувствовать себя не очень хорошо. Люмин, честно говоря, тоже, однако терпела.       Она сразу увидела три красных ядра, которые нужно уничтожить. Схватила побольше дендрогранумов, что росли неподалёку. Она думала, что всё сделает быстро, ей ведь не в первый раз кидать в ядра увядания денрогранумы, не в первый раз убирать эту противную зону.       Уничтожив одно из ядер и уклонившись от его ядовитых стрел, Люмин услышала шум позади себя. Это были плесенники. Они все пропитались аурой Зоны увядания, и сейчас подставиться под их удар — всё равно, что дотронуться до ядер голыми руками. Их было слишком много.       Люмин отбивалась как могла: ставила гео-бочки, как щит, отбрасывала всех плесенников с помощью Анемо и энергичнее обычного размахивала мечом.       Но один из монстров, подошедший словно крыса сзади, ударил ее в спину, и путешественница почувствовала, как ей становится хуже. Противники воспользовались мимолетной беспомощностью девушки и нанести ей еще пару ударов.       Люмин чувствовала, как её веки становятся невероятно тяжелыми, и через мгновение её тело камнем падает на землю, мозг отключается, а дальше только непроглядная темнота.       Девушку бы настигла смерть, если бы не её самый лучший компаньон Паймон. Девочка тут же улетела прочь и позвала Тигнари.       При виде её безжизненного тела сердце парня сжалось от боли, также как сжались и пальцы в кулаки от злости, которую Тигнари испытывал к ненавистным плесенникам, что сейчас кружили вокруг. Он безжалостно расправился с каждым из них.       Никто не смеет причинять его любимой Люмин боль. Иначе пожалеет, очень сильно пожалеет.       Аккуратно взяв девушку на руки, Тигнари отнёс ее к себе в домик, чтобы там она пришла в себя. И снова он делает всё, чтобы ей стало лучше, а затем любуется её мирным лицом, длинными ресницами, слегка пухлыми губами.       Не сдерживается. Наклоняется к её лицу и оставляет на губах мимолетный поцелуй, боясь разбудить её.       — Я всё видела, — недовольно сказала Паймон, — ты что творишь, извращенец? Отошёл от моей Люмин!       — Клянусь, я не задумал ничего плохого. Обещай, что не расскажешь ей об этом, хорошо? — Тигнари обеспокоился, ведь он был уверен, что они в комнате одни.       И как этот вечный маленький источник шума мог подкрасться так незаметно?       — Если только ты угостишь меня вкусным обедом, — Паймон зловеще потерла ладошки.       — По рукам, — Тигнари подмигнул и встал со стула, стоящего около кровати и направился на кухню, чтобы приготовить для летающей девочки покушать.       Пока компаньон путешественницы вместе с Тигнари находятся на кухне, Люмин приходит в себя, но не спешит вставать, поскольку чувствует всё еще себя весьма паршиво.       Но несмотря на свое не очень хорошее самочувствие, она слабо улыбается при виде Тигнари, чье лицо засияло, когда тот увидел, что путешественница очнулась. Сразу бросается к ней, садясь на стул и беря ее нежную руку.       — Люмин, я так испугался за тебя… Как хорошо, что ты в порядке, — прошептал Тигнари, слегка сжимая ее руку.       — Ты спас меня? Спасибо, Тигнари, — она снова улыбается, заставляя парня слегка вспыхнуть.       — Не стоит благодарить меня. Если бы не Паймон, я бы не пришёл тебе на помощь.       — Кстати, а где она? — опомнилась путешественница, осмотрев комнату на наличие в ней её компаньона.       — Обедает на кухне. Думаю, Паймон лучше не беспокоить в такой важный для неё момент, — уверил её Тигнари.       Люмин всё-таки предприняла попытки принять сидячее положение, и они оказались вполне успешными. Сделала она это для того, чтобы заключить Тигнари в благодарные объятья.       Парень не верит в происходящее. Неужели Люмин обняла его? Сама? Он мирно закрывает глаза, обнимая её в ответ.       — Знаешь, Люмин, — шепчет Тигнари, — когда я увидел тебя, лежащей в обмороке, думал, что потерял тебя. Как хорошо, что с тобой всё в порядке. Я бы не пережил, если бы с тобой что-то случилось.       — Почему? — в её голосе можно уловить нотку удивления, — я тебе настолько дорога?       Сердце Тигнари застучало сильнее от волнения. Кажется, самое время ей всё рассказать, ведь разговор сам зашёл в нужное русло.       — Ты не представляешь, насколько ты мне дорога… — начинает Тигнари, сильнее прижимая девушку к себе. — Я готов вечно тебя так обнимать, вдыхать твой аромат цветов, перебирать твои словно золото волосы и защищать всегда. Ведь я люблю тебя, Люмин.       Глаза путешественницы расширились от удивления. Неужели её симпатия взаимна? Из груди вырвался облегчёный выдох.       — Я так рада, — её голос слегка дрогнул от эмоций, — ведь я чувствую к тебе тоже самое. Я люблю тебя, Тигнари.       Парень не верит своим ушам. Чудеса случаются? Люмин, которой он так долго любовался, о которой он мечтал каждый день, любит его?       Он слегка отстраняется из объятий и смотрит в её янтарные глаза, полные искренней и невинной любви к нему.       Чтобы закрепить их взаимные чувства, Тигнари медленно приближается к её лицу и аккуратно касается столь желанных губ, как бы боясь напугать её или сделать что-то не так. Сразу отстраняется, но путешественница притягивает его обратно, призывая продолжать.       Два любящих пылающих сердца нашли друг друга и сейчас сплелись воедино, не желая прерывать этот волшебный момент, не желая отстраняться от мягких губ партнёра, от поцелуя, что вызывал волнение в груди и лёгкий румянец на щеках.       — Люмин, ты бы хотела сегодня ночью полюбоваться луной со мной? — улыбнувшись, спрашивает Тигнари, когда поцелуй закончился.       — С удовольствием составлю тебе компанию, — в ответ мило улыбается девушка.       — Ты рано или поздно покинешь меня, да? Ведь тебе надо искать брата, — печально вздохнул Тигнари, осознавая свою беспомощность что-либо поменять.       — Я обязательно вернусь. Обещаю. Я найду своего брата, и мы снова будем с тобой любоваться луной, наслаждаясь теплом друг друга…