Несомненно твой

Мужчина медленно, и нерешительно приблизился к ней. Он присел на край кровати. В кромешной темноте его силуэт был едва ли различим. Но Полина чувствовала его взгляд на себе, его присутствие было слишком ощутимым. — Прости меня, за эту глупую ссору. Всё это так глупо. — взволнованно заговорила Полина. Она обессиленно вцепилась в его руку. С осторожностью пальцы её рук заскользили по мужскому телу, тугие канаты вен украшали его кисти рук, стремясь добраться до лица она провела ноготками по едва пробивающейся на скуле щетины, она нарочно коснулась пальцами его полных губ. Она хотела его спровоцировать, боялась не выдержать ещё одного отказа. Но жадно хотела его. Ей послышался сдержанный вздох. — Я знаю, что ты всё делаешь ради меня, ради нас. — она ласково погладила его щёку. — Пожалуйста, не оставляй меня. Останься со мной, будь только моим. Он нежно, и совсем осторожно провёл пальцами её щеке, по её волосам, зарываясь в густой шевелюре, и сжимая волосы в кулак. Женя наклонил голову, почувствовав его горячее дыхание на лице, она прикрыла глаза желая отдаться волне чувств. Прошло несколько долгих мгновений прежде чем его губы накрыли её губы, поначалу он целовал её неуверенно и с излишней нежностью, но почувствовав её руки на своих плечах, ноготки впивались в его плечи. Его язык властно проник сквозь слабый барьер нежных губ, жадно исследуя каждый уголок её рта, их языки сплелись в жарком танце желаний, в голове шумело от волны страсти охватившей всё его тело. Поцелуй продолжался, с каждой секундой становясь горячее, заставляя сердце колотиться всё быстрее. Казалось вот-вот и оно выпрыгнет из грудной клетки. По коже пробежала сладостная дрожь от его прохладных пальцев рук, которые скользили по её телу, жадно исследуя каждый сантиметр тела. Полина была потрясена резкой переменчивостью Жени, от хладнокровности, и стойкости не осталось и следа, на смену пришла необузданная страсть и жажда, больше подходящая по характеру Ильи нежели Жене. Полина вздрогнула, когда в ноздри забился стойкий коктейль из ароматов, который присущий совсем другому человеку. Она посчитала, что это всего лишь её разгулявшаяся фантазия или возможно, снотворное давало такой эффект. Нет, это точно Женя. Он не позволил бы кому-то другому прикоснуться к ней. Однако девушка внезапно отстранилась, её руки попытались оттолкнуть массивную мужскую грудь. Тяжело дыша она щурилась, пытаясь рассмотреть очертание мужчины. Кроме прикосновения и едва слышимого мужского дыхания она ничего не могла увидеть. — Твой запах… от тебя пахнет… как от Ильи. — запинаясь прошептала Полина, она тяжело дышала, девушка глубоко вдохнула дурманящий аромат, от его запаха голова кружилась, а тело бросало в неистовый жар. В комнате слишком темно, чтобы хоть что-то разглядеть, она не могла даже различить мужской силуэт в этой кромешной темноте. — Ш-ш-ш… — он обхватил ладонями её лицо, и притянул к себе, кожу обжигали его прикосновения, дышать становилось тяжелее. Его прикосновения казались исследовали каждую частичку её кожи. Жёсткая щетина царапала кожу, а горячий язык снова с неистовым напором проникал между её губ. Она отвечала с таким же порывом страсти, будто бы они оба изголодались друг по другу. Кончики пальцев медленно заскользили по её плечам, вызывая дрожь по всему телу, он совсем осторожно будто боясь, медленно опустил лямки её ночной сорочки. Она издала сдавленный стон, и сильнее прижималась к мужчине, оплетая руками его шею, зарываясь пальцами в ежик волос. Обессиленная своим возбуждением она упала на кровать, утягивая за собой мужчину. Женя навалился на неё всем телом. Полина чувствовала жар, исходящий от мужского разгорячённого тела. С лёгким любопытством его пальцы заскользили по сорочке, оголяя её возбуждённую грудь, накрыв её широкими ладонями, он нежно водил пальцами по соскам, вызывая электроразряды возбуждения в её теле, заставляя её оставить последние отголоски разума, и отдаться волнам возбуждения. Отдаться ему. Не хотя он разорвал поцелуй, тяжело и горячо дыша. Он провёл рукой между её ног, отодвигая шелковистые трусики, проникая пальцами между складочек. Туда, где всё ныло, горело, и пульсировало от желания. Он издал приглушённый, гортанный стон. Губы его с ещё большей силой и жадностью стали покрывать нежную грудь, поцелуями. Прикусывая, и тут же зализывая, как бы извиняясь, за свою несдержанность. Женя с неистовой страстью продолжал ласкать свою невесту. Полине внезапно стало необходимо почувствовать его как можно ближе, прижаться теснее, слиться с ним в единое целое. Мир будто бы исчез, всё стало таким малозначимым. Чудилось будто время замедлило свой бег, остановилось, и только они существуют, два человека рвущиеся друг другу через стену преград, и не понимания. — Просто… не покидай меня, прошу, пожалуйста. Будь только моим. — всхлипывая молила в бреду Полина. — Не уходи, не уезжай… останься. Ради тебя я готова на всё. Не раздумывая, она следовала каждому его молчаливому указанию, было немыслимо отказать ему, не повиноваться, девушка с наслаждением ловила его каждый стон. Она словно стала послушной куклой, игрушкой кукловода. Вместо ответа она лишь услышала сдержанный, гортанный рык. Его язык нежно ласкал её соски, которые превратились в две твёрдые бусинки. Пальцы быстро двигались, резкими круговыми движениями, надавливая на чувствительные точки, входя и резко выходя, его действия вызывали мучительно сладкие спазмы. От удовольствия её глаза закатывались, она приглушённо вскрикнула, зажимая рукой рот, мужчина лишь хрипло засмеялся. Всего на мгновение, его тело отстранилось от неё, она почувствовала внезапный неприятный холод, послышалось шуршание одежды, стало ясно, он скинул одежду на пол. Матрас прогнулся под тяжестью мужского тела, жар от его тела вновь окутывал её, дурманил своим жаром, она почувствовала тяжёлое дыхание, и твёрдую, разгорячённую плоть, упирающуюся между её ног, она была счастлива осознать, что он сильно возбуждён. Женя хочет её, и не важно, что он сказал до этого, и какие обидные слова говорил, сейчас он рядом. Он желает её так же сильно, как и она его. Мужчина, впивается в губы страстным, требовательным поцелуем. Руками он жадно сжимает её грудь, покрывая шею поцелуями, он трётся об неё, дразня, заставляя её теряться в ощущениях, и переполняющих её чувств. Возбуждение нарастало как снежный ком, накрывая обоих с головой. Мужчина знал все её слабые, и чувствительные точки, знал, как удовлетворить её, как довести до пика блаженства. Полине на долю секунд вновь подумалось, что это не её жених. У них с Женей ни разу не было такой страсти, такого безудержного желания. Чаще всего секс был недолгим и посредственным. Но она отбросила свои мысли подальше, в глубь сознания, возможно он ведёт себя так агрессивно, и несдержанно из-за той ссоры, которая произошла между ними совсем недавно. Его руки, его губы, поцелуи, жалили, и жгли её тело, словно он клеймил её, присваивал себе. Обозначали свои права на неё. Будто бы он прощался с ней. Всё было в эту ночь по-другому. Женя внезапно развёл её ноги шире, она прогнулась в предвкушении слияния желания. Он медленно покрывал грудь, живот, влажными поцелуями опускаясь до заветного места. Мужчина провёл языком по клитору посасывает его, пальцами рук крепко сжал её бёдра, когда она попыталась отстраниться, он не позволял вырваться, лишь крепче прижимает её к себе, он жадно, и резко провёл языком вверх-вниз, впиваясь в каждый сантиметр нежной плоти. Полина едва сдержала крик удовольствия почувствовав, два резко вошедших в неё пальца. Благодаря изобилию влаги они двигались быстро, вперёд-назад, доставляя ей новую волну удовольствий, языком он снова и снова вылизывал, и посасывал клитор, стимулируя её лоно. Тело дрожало, казалось разряды тока разливались под кожей, всё пульсировало изнывало, и требовало большего. Захлёбываясь собственными стонами, Полина зажимала рот рукой, боясь, что его родители могут услышать её откровенные, пошлые, несдержанные стоны. Она слёзно, прошептала: — Я хочу большего, пожалуйста… войди в меня. И Женя словно услышал её молитвы, приподняв её за бёдра несдержанно вошёл, быстрым, резким толчком. Девушка каждой клеточкой тела ощущала его напряжение, и бешенное возбуждение, обещающее разлиться в ней. В каждом толчке она ощущала плохо сдержанное желание, и ярость. Он словно требовал подчинения, и в тоже время будто бы наказывал её за что-то. Полина лишь сильнее возбуждалась, понимая, что именно этого она так давно желала, просила. Она чувствовала, как на простыни капает смазка, в этот раз её на удивление много, даже слишком. Обычно их секс проходил в более спокойном, сдержанном, и медленном ритме, он особо не ласкал её, желая поскорее удовлетвориться сам. Не было бури эмоций, не было этой крышесносящей страсти. Женя жадно и грубо врезался в неё, набирая скорость, шептал пошлые комплименты, тесно и жадно прижимаясь каждый раз к ней. Он входил глубоко до самого основания, они оба терялись в беспамятстве. Сквозь зубы вырывались маты, он тяжело и глубоко дышал, наваливаясь над ней. Жадно целуя её губы, щёки, шею, его зубы до боли впивались в нежную кожу шеи, он нежно словно извиняясь зализывал те места, где оставались покраснения от его укусов. Женя вошёл в неё, тесно прижимаясь бёдрами к ней. Полина чувствовала он на грани. Внутри что-то взорвалось, будто бы порвалось, потоком изнутри, разливаясь в ней и заполняя. Полина вцепилась зубами в подушку, чтобы сдержать стоны удовольствия. Женя прижал ладонь ко рту девушки. Покрывал поцелуями её лицо, нашёптывал что-то успокаивающее. Удовольствие мощными потоками бежало по венам, их тела содрогались от страсти и блаженства. Он застыл, девушка чувствовала лишь его твёрдую плоть, по-прежнему заполнявшую её изнутри. Женя свалился рядом, нежно притянув к себе обессиленное тело любимой, он гладил её по волосам, покрывая поцелуями её раскрасневшееся лицо, он убирал прилипшие волосы к лицу, капельки пота скатывались со лба по щекам к скуле. Прежде чем Полина погрузилась в глубокий сон, она услышала тихий шёпот: — Прости меня, конечно, если когда-нибудь сможешь простить меня… Женя бесшумно ушёл, когда Полина крепко уснула в его объятьях, с осознание полной безопасности и чувством переполняющей её любви, какой Женя никогда не проявлял. Мужчина был всегда сдержан, контролировал свои чувства, слова, и действия. Но сегодня, в эту ночь, с ней он был разгорячён, словно необузданный зверь вырвался на волю, сметая всё на своём пути. Одурманенная новыми чувствами, надеждами, она поверила. Он любит её, он вернулся к ней, чтобы утешить её, осознавая свою неправоту, значит ли это, что он передумал?