Несомненно твой

— Ответь просто на мой вопрос: Почему ты не рассказал мне правду? — Потому что люблю тебя. Я влюблён в тебя до безумия, и ты знаешь… — Нет. — она горько засмеялась, качая головой. — Не нужно этого говорить. Только не сейчас Илья, не сегодня. — Я должен. У меня не было до этого возможности признаться тебе. Из-за Жени и родителей я не мог тебе, признаться. — Тогда ночью… там в комнате… был ты. Он утвердительно кивнул головой. — Почему? Ну почему ты так со мной поступил? Илья поднялся на ноги и медленно стал подходить к ней. — Я думал, что смогу завоевать тебя. Я думал о том, что смогу добиться твоей любви, прежде чем Женя вернётся. Я думал рассказать об этом брату, попросить разорвать вашу помолвку, чтобы ты осталась со мной навсегда. — Вот как? И как долго ты планировал мне лгать? — Я хотел тебе всё рассказать, но боялся причинить тебе боль. Прошло столько времени, и казалось уже невозможно всё отыграть назад. Я долгое время боялся признаться даже себе в чувствах, потому что по праву ты принадлежала ему… и пуская я любил тебя дольше и больше. Я просто хотел, чтобы ты стала частью моей жизни, чтобы ты любила меня. Расскажи я тебе раньше правду, я боялся, что причиню тебе ещё больше боли, и ты покинешь меня. — Ты думаешь, мне сейчас не больно!? — закричала Полина, не позволяя Илье приблизиться к себе, она сделала несколько шагов в сторону. — Я всё это время винила себя, в том, что не смогла остановить Женю, не смогла его спасти. Но я была счастлива думать о том, что его частичка сейчас живёт во мне. Ты меня заставил в это поверить! — Тебе не в чем себя винить, я обманул тебя. Всё это произошло из-за меня. — Илья попытался взять её за руку, но Полина вырвала руку, не позволяя ему прикоснуться к себе. — Ты права, ты во всём права. Я совершил столько ошибок, у меня нет оправданий. Я правда люблю тебя… — Да перестань ты это повторять! — Полина отошла в сторону. — Пожалуйста, не прикасайся ко мне, ты мне сейчас противен. — Ты не имеешь никакого права сейчас мне об этом говорить! Ты врал мне! — Я должен. — Илья повысил голос. — Я давно должен был тебе это сказать. Последние несколько месяцев были лучшими в моей жизни. Ты стала моим сокровищем. Клянусь, всё о чём мы говорили до этого момента, было правдой. Я не могу представить жизнь без тебя… без вас! — Правда, — потерянным голосом повторила девушка. — Правда — единственное, что мне было нужно всё это время! — Прости меня, Поль, прости пожалуйста. — А ты не слишком ли поздно начал извиняться? Где ты был раньше? Ты всё это время обманывал меня, а я как дура верила. Я доверяла тебя!Верила всем твоим словам. Полина сквозь слёзы истерически засмеялась. — Самое печальное то, что, Женя замечательный человек. Возможно, нам и не предназначено было быть вместе, но он хотя бы меня не обманывал. — Он видел в тебе, тоже самое, что и я. Я знал, что поплачусь за свою ложь большой ценой. Но я был готов на всё. — запальчиво ответил Илья. — Женя получил твою любовь, и делал всё, чтобы тебя удержать рядом с собой. Только полный кретин откажется от тебя. — Зачем ты говоришь мне об этом сейчас? — Потому что ты винила себя, в том в чём нет твой вины. Присваивала себе ответственность ошибок других людей. Ты чувствовала себя виноватой в чужих проступках, в моих, в Жениных, даже в проступках моих родителей. Ты всегда винила себе. — Теперь из-за тебя я буду нести груз вины всю свою жизнь за ту ночь. За то, что не смогла различить вас, за то, что была так беспечна. Как я могла не понять, что это был не Женя... — Ты сейчас моего ребёнка грузом назвала!? - Илья сорвался на крик, он понимал, что начинает терять контроль над собой. Его начинало трусить от переполняющего его гнева и чувства вины, чувства страха, что может сейчас её потерять навсегда. — Не ребёнка! Моя дочь тут не причём. — выкрикнула Полина. — Я буду всю жизнь винить себя за то, что не смогла различить вас, за то, что спала я с одним братом, будучи обручённая с другим. Полина ещё сильнее заплакала, прижимая ладонь ко рту. Она медленно опустилась на диван, придерживаюсь второй рукой за округленный живот. — Прошу прости меня, я готов на всё, что ты скажешь, на любые твои условия. Только не оставляй меня. — мужчина быстро подошёл к ней и опустился перед ней на колени. Илья совсем осторожно взял её ладони в свои. — Всё это время ты меня обманывал. Любовь не строиться на предательстве и лжи, Илья. Что же ты сейчас хочешь от меня услышать? Хочешь чтобы я бросилась к тебе на шею с распростёртыми объятьями, только от того, что ты признал свою вину и признался мне в чувствах? — она вырвала свои руки из его ладоней, но Илья снова схватил её за руки. — Всё это время я хотела быть с тобой, но теперь… — Не говори, что уже слишком поздно. Пожалуйста, не говори этого. Я не смогу этого вынести. Я всё это делал, потому что любил тебя. Всегда любил только тебя. Илья прижался губами к тыльным сторонам её ладоней, будто боялся, что она сейчас испариться, и он навсегда потеряет её. — Так сильно любил меня, что готов был пойти на такой отвратительный поступок. Ты собственными руками разрушил всё... мою к тебе любовь и моё доверие. — Подожди, пожалуйста дай мне возможность всё объяснить, с самого начала… Мы можем поговорить, ещё немного. — Нет. Если бы ты рассказал мне всё раньше, я бы постаралась понять тебя. Я бы дала тебе возможность всё исправить. Но теперь я устала, и мне бы хотелось побыть одной. — Я не заслужил твоего времени, и прощения. Я и второго шанса не заслуживаю, но в последний раз побуду эгоистом и попрошу твоего прощения. Потому что сама мысль о том, что ты покинешь меня сводит меня с ума, я не смогу жить без тебя и нашей дочери… — Илья посмотрел ей в глаза, прежде чем зажмуриться и прижаться к её рукам. — Поль, это невыносимо. Я сам виновник того, что произошло с тобой, но прошу не покидай меня. — Ты сам во всём виноват. Полина выдернула руки, и встав с дивана ушла, тихо прикрыв за собой дверь. Девушка вызвала такси выйдя из дома Ильи. В тёмную ночь, с неба срывались крупные хлопья снега, Полина поспешно застегнула пуховик, засовывая руки в карманы. Она почти не чувствовала холода, в голове не осталось ни единой мысли. Всё спуталось, свалилось на неё словно снежный ком. Девушка радовалась, тому что такси приехало на удивление быстро, Илья не последовал за ней. Единственным её желанием было попасть как можно быстрее домой, быть подальше от Ильи, оказаться в безопасности. Она старалась забыть прекрасное лицо мужчины, которое исказилось виной и сожалением. Полина чувствовала себя вымотанной, её накрывала обида и безразличие ко всему происходящему. Ей нужно было разобраться в своих мыслях и чувствах. *** Илья не сразу услышал протяжную мелодию звонка в дверь, сердце его пропустило пару ударов, в голове всего на секунду промелькнула мысль, что возможно это вернулась Полина. Его надежда разбилась вдребезги, когда он вышел на улицу и увидел за воротами отца. Мужчина обомлел, семенящей походкой он пошёл к нему на встречу. Александр выглядел крайне растерянно, оглядывался по сторонам, что-то пряча и прижимая к куртке в районе груди. — Привет. Не ожидал меня здесь увидеть? — слишком неуверенно сказал отец, чем окончательно ввёл Илью в замешательство. — Ты давал маме как-то адрес... хороший дом. На лице мужчины не было прежней злости, только в глазах читалась тоска и чувство вины. Когда Александр отвёл взгляд от сына, его лицо лишь сильнее омрачилось. — Привет, пап. Что ты здесь делаешь? — спросил Илья. — Не поверю, что ты пришёл только, чтобы проведать меня. — едко добавил мужчина. — Мы можем поговорить? — старший Бессонов переминался с одной ноги на другую. — Тебе внезапно поговорить захотелось? Тебе-то? За столько лет на моей памяти — это первый случай, когда ты просто пришёл поговорить со мной, а не давать взбучку. — Да, хочу. — столь же уверенно ответил Александр. — Мне было трудно принять то как ты сбежал почти на год, ничего не сказал, просто исчез. Ты не сказал даже куда направляешься, и всё ли с тобой в порядке! — повысил свой голос мужчина, с неожиданной для себя откровенностью. Он никогда не высказывал старшему сыну свои чувства. — Я волновался чёрт возьми, но ты оказался таким же упёртым, как и я засранцем. Решивший доказать мне, что ты чего-то стоишь. Илья открыл ключом калитку, пропуская отца во двор. — И как? Получилось? — Получилось. Я читал статьи о твоих успехах в интернете. — Александр усмехнувшись похлопал сына по плечу приобнимая его. Илья казалось совсем потерялся от шока, он не мог понять с чего отец вдруг похвалил его вот уже несколько раз, он никогда не припоминал такого тёплого отношения к себе от отца. — Так что тебе нужно? — повторил свой вопрос Илья, когда открыл перед отцом дверь своего дома. - Денег? Или пришёл снова подраться? А может хочешь обвинить в смерти моего брата? Что тебе нужно? — Вчера нам пришли оставшиеся вещи от Жени. — мужчина достал из внутреннего нагрудного кармана куртки небольшой толстый жёлтый конверт, покрытый тёмными пятнами крови, в котором оказалось несколько писем. — Это было среди вещей сына. — И что это? Илья скрестил руки на груди. — Письма. — руки Александра задрожали, он опустил низко голову, его плечи внезапно затряслись, он прижал к груди конверт. — Прости… если сможешь. Я был часто несправедлив к тебе, потому как считал тебя сильнее Жени, мне казалось моя строгость тебя закаляла, ты проявлял не по годам смекалку и сообразительность, показывал свою самостоятельность и характер с ранних лет. Я не допускал мысли, что моё отношение к тебе принёс столько боли, ты никогда не показывал своих чувств. Прости мою грубость. Илье следовало сказать то, что он скучал по нему. Сказать, как ему не хватало этих слов, извиниться за свою грубость, которую он порой срывал на отце и матери. Извиниться за то, что уехал так внезапно ничего, не сказав родителям, просто трусливо сбежал, оборвав с семьёй связь. Но вместо этого он иронично ухмыльнулся. — Как жаль, что ты это понял к моим двадцати девяти годам. Может, если бы ты сказал эти слова раньше, я бы растаял и притворился, что у меня самая дружная и счастливая семья. Но это не так. Надеюсь ты не думаешь, что твои слова что-то изменят. — Илья, я пытаюсь… — Да-да, ты пытаешь снять груз вины с себя, и всё из-за чего? Из-за писем? — мужчина скрестил руки на груди, желваки задвигались на его лице. — И что дальше? Ты извинился, и думаешь, что всё наладилось, так? Я поверю твоим словам, и сразу побегу к тебе в объятия. Так что ли? — сейчас в нём говорила обида и злость. На себя, на родителей, на Полину, и на проклятые письма брата, как будто даже после смерти он пытался примирить семью, расставить всё по местам. — Молодец, конечно, извинился, признал свою вину, и что дальше? Что?! Отыграл роль великодушного отца, теперь твои руки чисты, так что вы с мамой можете жить спокойно и припеваючи, оставив меня ни с чем. — Смотря на твою кислую физиономию, я так понимаю, что Полина всё знает? — Александр постарался не реагировать на колкие слова сына, он говорил это от обиды. Мужчина понимал, что заслуживает эти до боли неприятные слова, заслуживает за своё безразличие и жестокость. — Верно! Она всё узнала. — он развёл руки в стороны. — Как видишь я один. Никого нет рядом со мной. Ты был прав, я всё разрушаю, к чему бы я не прикоснулся, даже если я пытался поступать правильно, всё летит к чертям. — он горько усмехнулся. — Потому у тебя мазохистская черта взваливать на себя слишком много ответственности. Иногда ты переоцениваешь себя, и тебе просто не хватает сил, чтобы всё вынести. Но ты ведь привык выбирать сложные пути, так ведь сын? Прости мою грубость, но это так. — Если ты всё сказал, на этом мы закроем разговор. — Я поступал нечестно по отношению к тебе, мы вместе с твоей матерью, поступали несправедливо. Я прошу прощения. — И где же тогда матушка? — рявкнул Илья. — Или ей гордость не позволяет извиниться? Александр грозно уставился на сына, но Илья спокойно выдержал гневный взгляд отца. — Она ещё ничего не знает. Я сам поехал забирать вещи Жени, не стал ей ничего говорить, боюсь она не в состоянии сейчас прочитать эти письма. — Пап, мне нечего тебе ответить… От слов отца в голове стало пусто, он не знал, что сказать. Илья замер, когда отец внезапно обнял его, крепко, так по-отцовски. Физический контакт наконец-то пробил его брешь в его броне, которую он так долго выстраивал, готовый защищаться ото всех. Гнев внезапно стих, его руки повисли в воздухе. — Женя написал письма, для каждого из нас. — Александр чуть отступил от сына. — Я прочитал только то, что предназначалось мне. Это твоё. — он отдал сыну, потрёпанный тоненький конверт, на котором было написано от руки его имя. Илья сразу узнал почерк брата. — Прочитай как будет время или желание.