Все мы люди, прежде всего

Я никогда не понимала людей, которые боятся присутствия человека. Ну то есть, это как? От части, я не понимала людей которые бояться обычных людей. Поверьте, такие существуют, что меня удивляет. Они просто бояться присутствия человека, что только они не представляют у себя в мозговой коробке. Скорее всего, они бояться именно смерти, и то что этот человек им предоставит её. Но в сюжетах фильмов я видела не такой страх. Человек боялся определенного типа, к которому было особенное отношение. Буду честна, я долго не понимала, что это за отношение? Вот только сегодня, я наконец смогла это понять теоретически. А также проверить на практике. Как можно спокойно сидеть, зная, что за стеной спит человек, с которым у вас вражеские отношения?! Ну серьезно, походу мысль Кристи на счёт привезти его сюда, оказалась куда хуже, чем я ожидала. Но за то теперь, я выйду на работу позже, на пару дней. С каждым шорохом моё сердце пропускало удар. Если он проснется, что мне делать? То есть, просто вывалить всю историю? Мне уехать, написав записку, что он у меня дома и может уезжать? Может игнорировать, делая вид что я не вижу его? Честно, последний вариант мне понравился куда больше остальных. Из раздумий меня вывел довольно протяжный и недовольный стон из спальни для гостей. Ну всё, проснулся. Набрав пол стакана воды и захватив на пути почти полную пачку таблеток я довольно медленно и грациозно пошагала к доктору. Натянув на свое лицо маску безразличия и лицемерия я без приглашения ворвалась в комнату. – Доброго утра, мистер Дэвидсон. – я издевательски усмехнулась, стоя в косяке двери. Измученные и недовольные глаза мужчины поднялись на меня. – Где я? – скривился уважаемый гость. – У меня дома. И я, с радостью, выпровожу вас отсюда, к обеду. – с той же ухмылкой вещала поставив всё содержимое на прикроватную тумбу. – Сколько сейчас? – с уже большим уважением что-ли, спрашивал мужчина. – Девять утра. – глянув мельком на часы быстро молвила я, – Вы, Дэвидсон, проснулись куда раньше, чем я ожидала. – отойдя на безопасное расстояние продолжила. – Хочешь меня отравить? – тихо сказал он взяв таблетки в руки и проигнорировав мои слова. На секунду, я даже забыла, что это всё тот же Дэвидсон. – Если бы я, хотела вас убить. Я бы сделала это не так. – сказала я закрывая за собой дверь с наружной стороны. Как только нас снова разделила стена, я громко выдохнула. Это будет сложно. – Уже уходите, Гольдштейн? Не боитесь, что я вас ограблю? – с едкой ухмылкой крикнул Джейсон. О боги, я начала обращаться к нему на имя. Конечно только в мыслях, и на том спасибо. Проигнорировав его слова я просто направилась на кухню. Ограбит он меня, ага конечно. Жду не дождусь. Кухонька у меня была не большая, но это вполне хватало на мою одинокую и беззаботную жизнь. Она находилась с другого конца квартиры от спальни для гостей, в которой находился тот самый "гость". Если попроще, то кухня была первая комната в коридоре с входа. А вот та спальня, была самая дальняя комната в квартире. Квартирка у меня осталась от бабушки. Она умерла за месяц до моего восемнадцатилетия, оказывается это был подарок на день рождения. Бабушка всегда пыталась давать мне самое лучшее, и я была до безумия благодарна ей за это. Подарок я получила ровно тогда, когда и задумывалось. Прошло уже девять лет, а я всё также не могу до конца смириться с её смертью. Воспоминания с ней невольно всплыли перед глазами. Я оперлась об столешницу, из глаза покатилась первая соляная дорожка. – Ты плачешь? – мягче сказал Дэвидсон стоя в косяке и вопросительно на меня смотря. – Нет, всё в порядке. – поспешно вытерев слезу с щеки тихо сказала я. – Не ври мне. – более твёрдо ответил Джейсон, мне так и не хватило смелости поднять на него глаза или сдвинуться с места. На его слова я промолчала и шмыгнула носом. Мужчина положил руку мне на плечо, от такого жеста я слегка вздрогнула. – Что случилось? – мягче спросил Дэвидсон. Я повернула голову к нему и сразу же опустила глаза. Мне просто хотелось потеряться. Через минуту молчания он громко выдохнул и.. обнял меня. В голове резко всплыло всё самое плохое и хорошее, от чего я разревелась. – Я так скучаю за ними.. – сквозь слёзы говорила я, в глубине души понимая, что я пожалею о сделанном. – О ком идёт речь? – тихим и от этого слегка хриплым голосом спросил мужчина, поставив голову мне на макушку. – Родители.. мама, папа, – всхлипывая и утыкаясь в плечо Джейсона говорила я, – бабушка.. я так скучаю. Дальше меня просто понесло в истерику, давно я так не срывалась. Он долго пытался успокоить меня, но сначала не совсем то у него и получалось. Как мне показалось, это продолжалось около пятнадцати минут. Дальше, я просто уснула. У меня был огромный выплеск эмоции, это было странно. Я всегда была довольно сдержанным человеком, было сложно вывести меня на эмоции. Настоящие эмоции. Вот только, у этого мужчины это получалось довольно легко. И это было взаимно. Дэвидсон был через чур упрямым и заносчивым, но может у него есть хорошая сторона? * * * Мне кажется, что я должна получить огромную сумму за моральный ущерб! Я просто не понимаю, как можно быть таким.. таким.. таким! У меня не хватает слов, одни выражения, твою мать! Идиот, дурак, ублюдок, мудак, заносчивый маргинал! Пусть катится он к чёрту! От зловещих мыслей я скинула со стола малую стеклянную вазу, она разбилась. Мои глаза расширились и я сразу же громко выдохнула. Стоп, остановись. Прийди в себя, Мириам. Дэвидсон не достоин того, чтобы вот так просто тратить свои нервные клетки. Они между прочим, не восстанавливаются. Он уехал, просто уехал. Неблагодарная тварь! Кристи, набрать Кристи. Быстро нарыв среди подушек на диване телефон я разблокировала его. Руки начали предательски дрожать, предупреждая о нападающей панической атаке. Набрав три последние цифры номера, увидев в списке предполагаемых номеров Кристи, я быстро нажала на кнопку вызова. Пошли гудки. Раз.. ноги уже стали ватными, я села на диван.. два, истерические слёзы подступали к горлу.. три, на проводе слышно слегка беспокойный голос Крис: – Да, Мириам.. – Кристи, пожалуйста, воды.. – начала дрожащим голосом просить о как показалось, странных вещах. – Я еду, Мири, пожалуйста.. держись! – выкрикнула Дэвидсон на последок и скинула трубку в тот момент когда я уже была не в силах держать в руках. Уронив телефон на пол бессильной рукой, я полностью легла на мягкую мебель пытаясь успокоить ураган внутри. В подростковом возрасте, мы с Кристи придумали кодовые слова для подобных ситуаций. На момент, когда мне было пятнадцать, меня начали не чаще чем раз в два месяца посещать панички. Для избегания всеобщего внимания, мы придумали своеобразный сленг, я очень вовремя вспомнила то, что так пригодилось. Через какое-то не долгое время мне стало трудно дышать. Моё сердце пропускало удар, каждый раз, когда я не могла нормально вздохнуть. Я задыхалась в собственных слезах, не имея возможности помочь самой себе. Я была зависима от гипер опеки. Через ещё какое-то время, я начала напросто задыхаться. Не успев опомниться в квартиру кто-то влетел. В глазах всё размывалось от слёз, но фигура была не одна. Кто-то говорил ко мне, но я слышала всё в дали от них. В зрачках потемнело, веки стали тяжелее и я закрыла глаза.