Motus Vivendi

Возле обитого дорогой кожей дивана стоит обыкновенный хозяйственный тазик. Рядом на журнальном столике из красного бука -вода и аспирин. Сам Чан был заботливо укрыт пледом коричневого цвета. Хенджин этой ночью почти не спал. Он караулил Криса. Хотел в любой момент помочь, если представился случай. Для себя он еще раз подметил какой-же тренер красивый. Какой Банчан красивый. Его черты лица теперь крутятся на повторной пластинке в голове у Джина. Только младший хотел подняться и попытаться разбудить свою тайную любовь, как увидел, что его скрутило прямо над тазиком. Весь элитный алкоголь за тысячи вон оказался в тазике за 10. Как не по-королевски. -Доброе утро. Или вернее сказать добрый вечер. Крис моментально протрезвел, как услышал слева от себя глубокий, немного низкий голос. С хрипотцой. -Джини, извини что так получилось. Я не хотел садится тебе на шею. Я не думал, что перепью. -Все нормально. Вот выпей- заботливо протягивает таблетку и стакан с водой. Ты, наверное, голодный? Пойдем на кухню и что-ни будь приготовим? Крис проглотил остатки воды, улыбнулся и пару раз кивнул головой в знак подтверждения. -Жду тебя внизу –сказал Джин и отправился на кухню приготавливать ингредиенты. Чан спустился за две минуты, надев на себя майку, которая не прикрывает его прекрасные мышцы и сел на барный стул в ожидании завтрака… -Что хочешь поесть? У меня есть яйца, молоко, можем сделать омлет, или яичницу. Можем тосты сделать. Ты что хочешь? -Тебя-с четкой уверенностью в голосе сказал Бан и начал медленно и аккуратно подходить к Джину чтобы не спугнуть. Чан был безумно благодарен Джину за его гостеприимность. Ему хотелось. Безумно хотелось. Идет прямо на младшего заставляя опереться поясницей и руками на кухонный гарнитур. Когда он смотрел на него, в его глазах просыпалась вселенная. Смотрит еще секунд 5 и впился в манящие губы жадным, зверским поцелуем, не давая вести. На время отрываясь от сладкого поцелуя, он смотрит своей тайной любви прямо в глаза со всей любовью и заботой. Он готов сорваться прямо сейчас. Спустить псов с цепей и дать им насладиться добычей. Такой прекрасной добычей. -Чан, что происходит? –немного с опаской говорит Джин. -Все нормально- низким голосом говорит Чани. Кладет свою холодную руку на шею младшего и оставляет на ней сладкий поцелуй, посылая по телу волны нарастающего наслаждения. Джини плавится от такого контраста ощущений и начинает постанывать. -Ты такой вкусный. Не могу от тебя оторваться. Места поцелуев начинали гореть. Джин лозой вился вокруг блуждающий по его телу рук старшего. Дальше ниже. Грудь. Сначала он решает помять ее руками. На что услышал приятно-отяжеленные вздохи. -Тебе не терпится, да? Потерпи. Мы только начали- с каждым предложением его голос сходил на шепот, заставляя Джина метаться по барной стойке. Джини не может нормально соображать. Возбуждение резко накрыло его с головой. Голова кругом, язык заплетается, дыхание сбитое, и колом стоящий член. Именно этого и добивался Чан. -Ты такой прекрасный- с этими словами Бан награждает младшего страстным поцелуем. Он пытается вложить в этот поцелуй всю заботу, любовь и внимание к возлюбленному. Пускай пока что тайному. Джини отвечает поддаваясь немного вперед, дабы дотянуться до таких манящих губ старшего, которые пахнут спелой вишней. Целует жадно. Пытается вести, толкая язык в губы Чана, но тот лишь отстраняется и улыбается похабно: -Малыш Джини решил покомандовать? Не выйдет! -строго цедит и с этими словами толкает младшего на стойку и нависает сверху. Джин еще более учащенно дышит и высовывает язык, как собачка и ожидает реакции верхнего. Снова шея подставлена под обстрел поцелуев. Каждая пуля отпускалась рикошетом. Чан бы хотел слушать эту мелодию каждую ночь на повторной пластинке. -Какая же ты, сучка, Хван! За это тебя надо проучить. Чан встает с кровати и направляется в сторону шкафа, из которого ловко вытягивает довольно длинную бечевку. Джин так же тяжело дыша наблюдает за действиями старшего, и ему уже не терпится. -Ты смотрел, когда ни будь аниме? - решил поинтересоваться Чан крутя веревку в руках. -Да- скомкано отвечает Джини. Возбуждение начинало давить. -Я покажу тебе технику «Хиси Карада» - это обвязка всего твоего шикарного тела с узором в форме ромбов. Я объясню тебе все и покажу. Ты готов довериться мне? –с небольшой надеждой в голосе спрашивает Чан. Джин с две секунды сравнивает все «за» и «против», и сглатывая вязкую слюну немного постанывая отвечает: -Да. -Хорошо. Не бойся и постарайся не напрягать мышцы хорошо? -Ладно- на выдохе говорит Джин и разминает слегка затекшую шею, так же тяжело дыша и прикрывает глаза. -Давай сюда ручки- с этими словами руки Джина были заведены за спину. Чан держал их довольно крепко. Наверняка останутся синяки. Но Джину плевать. Он доверяет тому, кого встретил 4 дня назад. Абсурд. Но факт. Достает веревку из-за спины, снимает с Джина футболку и шорты, оставляя в одном нижнем и начинает обвязывать. Сначала веревку проводит сзади шеи выводя вперед и фиксируя двойным крепким узлом. Проверяет что два пальца спокойно проходят, и удостоверяется что не передавит Джину артерию и жизненно-важные органы. Далее проводит над грудью вокруг, делает крест спереди и выводит за спину, закрепляя узлом. Живот увенчан тремя ромбами из бечевки и так же закреплен. Паховая область, и поднимая веревку к животу, закрепляет ее на спине. Теперь Джин был похож на свиную рульку. Спина обрамлялась тремя горизонтальными полосами и одной вертикальной поперек поясницы и фиксировалась, проходя между ягодиц и паховой областью выше. -Я объясню тебе правила связывания: Веревка, бечевка, лента не важно, связывающий предмет должен быть свободными настолько чтобы между веревкой и твоим телом поместилось два пальца. Развернись спиной. Смотри- сзади стояло зеркало, в которое Чан показывал Джину, что два его пальца без препятствий входят между веревкой и его телом. -Стягивать ни в коем случае нельзя! Далее твой ОПЫТНЫЙ партнер должен часто проверять состояние связанных частей тела, и не допускать их посинения. Кроме того, ты должен ориентироваться на свои чувства. Если ты почувствуешь онемение или покалывание связанных конечностей немедленно говори мне. Весь процесс будет остановлен. И последнее- говорит Чан затягивая последний узел. Рядом лежат ножницы- Чан показывает их младшему. Если тебе будет больно говори- с напором требует Чани. -Веревка будет немедленно перерезана. -А что будет если я буду молчать? –решил немного поиздеваться над чувствами и заботой старшего Джини. -Во-первых тебе может отдавить конечности, чего я искренне не хочу и не приветствую. Во-вторых, я тебя отшлепаю. Ты понял правила? Джинни закивал головой и снова проглотил вязкую слюну. -А теперь поработай своим прекрасным ротиком- сказал Чан и приспустил спортивные штаны до щиколоток. Джини опускается на колени и перед его взглядом открывается прекрасная картина. Член длиной около 25 сантиметров стоял колом. Недолго думая он открывает рот и начинает делать поступательные движения головой вниз-вверх. Главное оружие- язык. Цель- оргазм старшего, который приходит совсем скоро. Он спускает в горло и приказывает глотать. Джин подчиняется. Немного отойдя от совершенного языком младшего, он снова спрашивает: -Как руки? -Нормально- соврал. Руки начинали гореть и было довольно было. - Иди сюда –ведет Хвана за собой, сам садиться на диван, а Джину приказывает: -Ложись ко мне на колени -голос немного севший. Он похлопал по ним в качестве приглашения. Но это не нужно. Он скоро будет сидеть на них не слезая. Младший послушался. Лег животом вниз. Чан достает ножницы и перерезает веревку. От чего Джин удивленно запротестовал. - Зачем соврал что не больно? -Но мне было не больно- начал оправдываться малыш Джини. -У тебя руки все красные, и остались глубокие следы от веревки! За свое непослушание ты получишь 10 рукой. Считай! В этот момент Чан винил не Джини, а себя. Он взял слишком плотную веревку, не достаточно подготовил младшего, не правильно рассказал. Он виноват, что Джин пострадал. Пускай и не значительно. Не успел он и глазом моргнуть как на его аппетитную задницу обрушился сначала удар, а затем кладезь. -Десять! -с облегчением крикнул Джин и все еще лежа на коленях пытается выровнять сбившееся в ноль дыхание. -Ты понял, что в такие моменты нельзя молчать?! –на эмоциях сказал Бан. Он не хотел на него кричать. Не хотел приносить боль. Он хотел, чтобы младший не молчал. Хотел, чтобы Джини полностью доверял ему. Входная дверь резко закрылась. А у Джина в голове снова вопросы. Откуда он все это знает и где учился? Это уже не важно. В следующую секунду он оказался в руках старшего которые так заботливо гладили его затекшие мышцы. -Я за мазью, а ты пока лежи. «При виде тебя мои демоны срываются с цепей» Младший плюхнулся на кровать, смотрел в полоток и думал, как же ему повезло найти такого человека как Бан Чан. Знает и умеет просто все. Именно в эту ночь он понял, что любит его. Это было круто, но больно. В последнем он никогда не признается. Будет терпеть, лишь бы он был рядом с ним. Хенджин любит Банчана. Банчан любит Хенджина. Они оба это знают, но боятся, признаться. Такие два разных в одном одинаковом. Обработав мазью немного поврежденную кожу от горящих веревок, он укладывает Джина на чистые простыни и укрывает себя и его теплым одеялом. Младший устал и сквозь сон шепчет: -Я люблю тебя –и проваливается в глубину сновидений. Старший целует его в плечо и укладываясь рядом шепчет: -Это взаимно, облачко –Чан в этот момент находился по одали галактики. На сердце была приятная теплота. В голове он. Его облачко. С этими словами у Джина на губах появляется довольная улыбка. Он его добился. Ну или старший его присвоил. Он счастлив. С Чаном, он действительно ощущает себя самым счастливым. Чан понял, что нашел того, кого долго искал. Вот она его любовь- лежит рядом с ним в одной постели, обнимает его и пальцами проводит очертания кубиков. Он был рад что именно Джини пришел на тренировку. -Завтра на тренировку- сказал Джин уставшим голосом. -А ты уверен, что завтра с кровати встанешь? -Нет. -Тогда завтра просто отдыхаем. Приготовим вкусный завтрак, вместе посмотрим телевизор. Как тебе идея? -Меня все устраивает. –снова целует манящие губы напротив и желая приятных сновидений, проваливается в сон. Все будет хорошо...