***
акума и курседик только что пришли с магазина и стали выкладывать продукты на стол. на ужин они решили приготовить что-нибудь вкусненькое, ведь есть очень хотелось, а приготовленное своими руками всегда вкусно. поэтому, недолго думая, они сбегали за ингредиентами и уже собирались кашеварить. но как только кир брал в руки что-то из продуктов, серега орал, что он делает все не так, и вообще лучше не мешать. кричал он, конечно, не только по этой причине. кир постоянно пытался потрогать акуму, вечно хотел дотронуться до него. обычно у них очень много времени уходило на работу, и даже поговорить парни могли только по скучным вечерам и ночам, когда всем в доме хотелось спать. а курсед хотел крепко обнимать своего мальчика каждый божий день, мило целовать его и обсуждать с ним все на свете. из-за этих «случайных» прикосновений акума сильно смущался, поэтому и агрился на бедного курседа, который лишь хотел любви и ласки даже в самые неудобные моменты.***
— блять, да отъебись от меня, долбаеб. сережа орал на кира так, что тот не мог сказать и слова в ответ, только смотрел растерянными щенячьими глазами. представления о вечере были не такие от слова совсем. в итоге кир со всей силы стукнул кулаком по столу и чуть ли не в слезах убежал в комнату. как только сережа обернулся на этот громкий звук, курседа уже и след простыл. — ты че, обиделся? — громко, но уже со смешком и оттенком доброты крикнул акума. через несколько минут, не услышав ответа, он быстро вымыл руки и побежал в их комнату. — что случилось, кир? в комнате было темно, и только свет луны освещал силуэт парня, сидящего на кровати спиной к акуме. он немного дернулся, когда услышал голос сзади, но не повернулся. тогда сереже пришлось подойти к нему, сесть на кровать, поджав ноги под бедра, и обнять своего котеночка со спины. сережа скоро и робко поцеловал его в щёчку, укладываясь на уже такое родное плечо. он чувствовал вину за свое поведение. кир в это время смотрел на пол, иногда вздрагивая от теплого дыхания сережи. просидев так некоторое время, акума понял, что мириться все-таки надо, ведь ужин сам себя не приготовит, да и спать без обнимашек не очень то и хотелось. он устроился рядом с курседом и схватил его за руку. кир сразу же переплел их пальцы в замок и полез за поцелуем, но акума остановил его губы своей ладошкой. — постой, давай поговорим. прости меня. вот. кир аккуратно отодвинул руку сережи и также осторожно положил свою ладонь акуме на затылок, зарываясь пальцами в густые темные волосы. он еще сильнее подвинул к себе сережу и начал медленно целовать его. так долгожданно, мило и сладко. они улыбались в поцелуй и из-за этого тупо начали ржать. короче, помирились. — люблю тебя. с этими словами кир и акума встали с кровати и, не разжимая руки, направились на кухню мыть посуду и готовить ужин.