Беги, а я буду стрелять

      Я, Лидия Бэррингтон, никогда в своей жизни не любила бег в любом его проявлении. Даже в школе я всеми возможными способами отнекивалась от обязательных марафонов и чего-либо ещё, где ногами нужно было перебирать быстрее, чем мне бы того хотелось. А перебирать ногами мне хотелось примерно в таком же темпе, в котором это делает улитка (но это при том, что ног у неё вообще-то нет и мне об этом прекрасно известно — биологию в школе я любила).       Причина моей ненависти к данному виду активности — это моя привычка «выпускать пар». Курение, в простонародье. Мне банально не хватает «дыхалки», поэтому через несколько минут после начала забега я чувствую себя как 80-летняя туберкулёзница, выплевывающая свои легкие. Поэтому нет уж, увольте.       Но в сложившейся ситуации я забираю все свои слова обратно, объём моих лёгких по-ощущениям увеличился в два раза и я даже готова начать карьеру бегуньи, если нужно.       Стук подошвы ботинок эхом разлетается между домов и мне очень жаль, что это не только мои ботинки. А где-то ещё пары три различной обуви, не отстающей от меня.       Цоконье когтей об асфальт рядом со мной одновременно успокаивает и вызывает волнение. Джеки, мой доберман, ещё щенок и я надеюсь, что её хватит пока мы не добежим до безопасного места, хотя это полностью её вина, что мы сейчас не дома спим на мягкой кровати, а устроили вечернюю пробежку. Проблема заключалась ещё и в том, что я понятия не имею где это «безопасное место» и куда нам вообще бежать.       Я вижу, что впереди меня горят разноцветные огни оживленной улицы и до меня доходит понимание, что сегодня пятница.       Пятница. Какой чудесный день. Это теперь мой самый любимый день, я клянусь.       Пятница — это шумные и пьяные толпы людей, снующие туда-сюда.       А шумные и пьяные толпы людей — это шанс затеряться в них же.       А шанс затеряться — это означает спастись от преследователей.       Спастись от преследователей значит… ну, логика понятна, дальше не буду объяснять.       Последний рывок. Ещё немного. Воздух кончается в лёгких, я чувствую как замедляется мой бег против моей воли, а дыхание Джеки становится чаще и тяжелее.       Но мы успеем. Мы не можем не успеть. Мы просто не имеем права.       Мы просачиваемся сквозь толпу, вылетая на всех парах из тёмного переулка и сшибая прохожих с ног. Не трачу время на извинения, потому что это чрезвычайная ситуация и даже моя совесть в этот раз послушно молчит.       Через некоторое время бега зигзагом между недовольными людьми я позволила нам с Джеки перейти на шаг. Я почти уверена, что преследователей нет рядом или, в крайнем случае, что они не будут действовать так открыто на глазах у сотни людей. Я даю себе расслабиться и присесть на ближайшую свободную скамейку.       Джеки расположилась у моих ног, но это было ненадолго. Через пару минут она уже пыталась безуспешно запрыгнуть на скамейку, не переставая махать хвостом, а точнее небольшим отростком, который остался после купирования. Ничего не могу поделать со своей любовью к этому маленькому доберману, тем более после всего, что мы пережили сегодня, поэтому беру её на руки и опускаю на скамейку. Джеки садится прямо, пытаясь видимо изобразить злого охранника, что выглядит довольно забавно и мило.       Мой маленький охранник в розовом ошейнике.       Я глажу Джеки по голове и обращаю свое внимание на улицу передо мной. Улица огней — так она называется. Довольно банальное название, но в то же время идеально подходит под то, что я вижу.       Улица огорожена разноцветными зданиями по бокам как жилыми, так и офисными бизнес-центрами. Наверху на уличных фонарях прикреплены бесконечные нити белых огоньков гирлянд, похожих на звезды, сопровождающих такую же бесконечную улицу. Прямо посередине улицы расположены скамейки для людей, уставших от прогулок и зажигательных танцев. Но самая примечательная вещь Улицы огней — это растения. Они почти на каждом углу, но совершенно не смотрятся как что-то неподходящее. Их высаживают горожане Фландеса в честь какого-либо события в их жизни: будь оно счастливое или печальное. Что-то вроде городской традиции, которая очень легко прижилась среди людей и полюбилась многим.       Взглядом натыкаюсь на знакомые кусты лаванды.       Достаю из кармана сигареты с ароматом шоколада и зажигалку сиреневого цвета.       Она бы не одобрила.       Поджигаю сигарету и делаю первую затяжку. Чувствую, что тяжесть на сердце, появившаяся в один миг, начинает исчезать. Возможно, это самовнушение, но я предпочитаю сейчас не копаться внутри своей головы.       Эти кусты лаванды посадила наша семья в память о Марии Бэррингтон. В память об одной из самых мудрых и добрых женщин, которых я когда-либо встречала. В память о голубых глазах, сверкающих и кристально чистых словно зеркальная гладь глубоких озёр. В память о женщине, которая так сильно любила цветы, жизнь и свою семью. В честь моей мамы.       Да, думаю этот день решил добить меня не только физически, но и морально. Определенно нужно будет отметить этот день в календаре и все следующие годы не выходить из дома во время него.       Определенно.       Смахнув наваждение и воспоминания о прошлом, я решаю задуматься о насущном. А именно о том, что мы имеем в данный момент.       За мной устроили погоню. Это раз. Я начинаю курить более нервно.       Я нахожусь на улице. Это два.       Рядом со мной Джеки. Это три.       Я не могу вернуться домой, потому что это слишком опасно для моих жизни и здоровья, ведь вероятно те люди знают, где я живу. Это четыре.       Мне некуда идти. Заебись.       Недокуренная сигарета выпадает из пальцев. Да твою же мать.       Ладно, может я немного драматизирую, что идти некуда. Возможно, что мне просто не хочется снова сваливаться своим друзьям на голову с фразой: «Хей-хей! Угадайте, кто снова в полной заднице!».       В конечном итоге, немного повоевав со своей дурной головой, я с тяжёлым вздохом достаю телефон из кармана ветровки и решаю, кого обрадовать ночным пятничным звонком и даже не приглашением куда-либо сходить. Да, вот такая я подруга.       К счастью, мои друзья не обременены семьями и детьми, поэтому не чувствую ни капли стыда за звонок. Я уверена, они ещё не думали ложиться спать.       Нажимаю на мой любимый контакт в телефонной книге, наблюдая за Джеки, которая прижалась к моему бедру и, кажется, почти уснула, пригревшись. Бедная ты моя девочка. Хозяйка у тебя непутёвая.       Не успел закончится первый гудок, как вызов проходит и на том конце провода щебечет задорный женский голосок моей подруги, просящей кого-то быть потише. Столько энергии в почти два часа ночи — я завидую.       — Лидия! Что-то случилось? Почему ты звонишь? — обеспокоенный голос Ви наконец-то обращается ко мне. И мне становится смешно от её последнего вопроса. Я не люблю звонить кому-либо и Вивьен, моя лучшая подруга, прекрасно об этом осведомлена. Поэтому, если видите мой номер телефона у вас на дисплее телефона — берите трубку. Там точно что-то происходит.       — Да, я тоже рада тебя слышать. Да, что-то случилось и из-за этого «что-то» мне теперь никак не вернуться домой, — голос звучит более уставшим, чем мне бы хотелось. А зная Ви, которая является «мамочкой» нашей разношерстной компании, мне придётся слушать причитания, — А ещё со мной Джеки, хочешь спросить как у неё дела?       — О, Господи, ещё и Джеки с тобой? Почему ты не можешь вернуться домой? Ты в порядке? — обеспокоенный голос стал ещё более обеспокоенным, — Ладно, вопросы потом, я жду тебя у себя. Может тебе вызвать такси? Или я могу попросить Ронни забрать тебя, скажи адрес. Лидия, не молчи!       Поток вопросов почти захватил меня, но если я продолжу молчать ещё хотя бы секунду — Вивьен отправит за мной спасательный отряд. Она же дочь одного из лучших и известных спасателей на континенте как-никак.       — Мы на Улице огней, немного потрёпанные, но в целом — прекрасны, как и всегда. Скоро придём, жди нас.       Вивьен отвечает быстрое «Хорошо-хорошо» и я отключаюсь. Да, я знала, что она никогда меня не бросит.       Я встаю со скамейки, чем явно тревожу своего щенка. Глазки-бусинки непонимающе смотрят на меня, а голова немного наклоняется вбок. Если бы Джеки умела говорить, то она явно рассказала бы всё, что она обо мне думает. И это было бы что-то не самое хорошее.       Она спрыгивает вслед за мной и потягивается, зевая, после чего снова виляет почти всем своим небольшим телом.       Я бросаю взгляд на кусты лаванды в последний раз и разворачиваюсь в противоположную от них сторону, направляясь к дому Вивьен. Джеки семенит чуть впереди меня и меня успокаивает, что я могу видеть, где она.       Чувствую, что ночь ещё долго не закончится и разрешаю себе никуда не торопиться, наслаждаясь ночным прохладным воздухом и атмосферой ночной жизни города. Я набираюсь сил и думаю о происшествии несколькими часами ранее.       Кажется, я знаю с кем мне нужно об это поговорить.