-Привет

- Привет, - вот уже на протяжении двух лет ежедневные встречи "Двойного чёрного" начинались с этой фразы рыжеволосого, и каждый раз в ответ ему было молчание. Пустое, холодное молчание, - если не хочешь, можешь не отвечать. Накахара привык к этому, после той злосчастной операции Осаму никогда не разговаривал с Чуей. Ему становилось грустно без вечных оскорблений, к которым уже привык. - Как у тебя дела? - с надеждой на ответ проговорил рыжий. Он всеми силами пытался развести скумбрию на диалог, - без твоих разговоров так тоскливо. Накахара смотрел прямо в карие холодные глаза, на его бледную кожу и каштановые запутанные волосы. - Ты совсем не изменился с того времени, - глаза рыжеволосого наполнились слезами, - Скажи хоть что-нибудь, - прокричал парень, не сдерживаясь. Он опустился на колени перед Осаму. Начал накрапывать дождь, смешиваясь со слезами, скатываясь по лицу, оставляя мокрые дорожки. В ярости рыжеволосый стал бить землю кулаками, не сдерживаясь, выплёскивая всю обиду. -Я тебя так люблю, - прошептал тот, дотронувшись до кожи Дазая. Она была холодная, словно мрамор. Быстро убрав руку, рыжий согнулся кланяясь своему напарнику. -Если бы не Мори, то мы с тобой могли поговорить, ты бы не молчал, во всём виноват Огай. Чёрт бы его побрал, - Чуя кричал, срывая голос. Он не мог выносить давящее на уши молчание и этот холодный взгляд своего напарника. Погода ухудшалась. Капли дождя всё сильнее били по лицу, заливаясь в глаза. Чуя свободной рукой убрал мокрую прядь со лба. Поёжившись, он встал, поправляя плащ. -Прости, я тоже виноват, я не успел, - Накахара встал, положив букет рядом. Посмотрев на небо, он сделал несколько шагов к выходу, но остановился. Обернулся и с тоской посмотрел на каменную плиту с фотографией и именем - Осаму Дазай.