Хитрюга.

*Дорогие читатели, автор что-то зависла на «Раздоре», эмоции/ссоры/драмы…хочется разнообразия. Так что, вашему вниманию я представляю внеплановую, но OOC-шную зарисовку. Приятного прочтения (надеюсь порадовать^^).* От лица Лестата, ну в общем POV. И вновь я возвращаюсь домой незадолго до рассвета. Великолепный бал не сумело омрачить даже присутствие надменных и докучливых дамочек. Их я игнорировал. Но устроил роскошный пир из мальчиков-слуг. Догадайтесь, кому они прислуживали. Как чудесна эта ночь. Юная кровь вечно пробуждает во мне странные и непривычные чувства. Неспешно поднимаюсь наверх, напевая под нос и отстукивая тростью ритм по перилам винтовой лестницы. В холле пусто. В доме тихо. Клодия, мой маленький чертенок, верно уже мирно посапывает в своем гробике. А Луи, где же Луи? Еще ни разу он не шел спать, не дождавшись моего возвращения. Мне становится жутко интересно выяснить это. Скидываю плащ, крадучись прохожу по комнатам. Не знаю, почему именно крадучись, а, не просто шагая, видно кровь на меня странно действует. Я даже начинаю подумывать, не пригубил ли один из мальчиков вина, втайне от хозяйки. Тихонько открываю дверь в комнату Луи. Ну конечно, вот и он сам! Мирно спит в кресле с книгой на коленях, не смотря на предрассветные часы. Нехорошо. Грациозный, как тигр, выпрыгиваю из темноты, оказываясь возле кресла. Что-то мой друг совсем распустился, не хватало еще, чтобы завтра, вместо темноволосого красавца, веселой ночи мне желала кучка пепла. Красавца? Ну да, он красив, все вампиры красивы. В такие моменты внутри меня просыпается тихий едкий голосок, «но он особенно», твердит до ужаса противным шепотом. Встряхнув головой, дабы выбросить из нее лишние мысли, не спеша пробираюсь к окну и задергиваю шторы. Возвращаюсь к вампиру, которого до следующей ночи и взрывом не разбудишь. Аккуратно вытаскиваю книгу из-под его рук и откидываю в сторону. Да, вот так я небрежно отношусь к вековой литературе. На то есть свои причины, ну вы их, собственно, наверняка знаете. Что ж, самое простое позади. Осталось перенести это тело в тот гроб. Безумно просто, если конечно не учитывать вес этого тела. Хотя, я ведь большой и сильный вампир, правда, не весь целиком, но отдельными частями… Но я отвлекся. Первым делом попробовал нести. Попытавшись поднять эту, с позволения сказать, тушку, я тут же разочаровался в себе. И от ранее сделанного заявления осталось только слово «вампир». Значит вариант номер два - тащить, тянуть и не возмущаться. Кое-как переместив это зеленоглазое нечто до его милого гробика, я отметил, что в комнате стало чуть светлее, а это значит, что вскоре появятся первые лучи солнышка. Будучи вампиром, я полюбил его еще больше, ведь оно – первое и в то же время последнее, что может меня убить, но не единственное, отнюдь. Как-нибудь спросите у Клодии, она то уж наверняка знает 101 способ как убить вампира (как-то раз, лично попробовал ее фирменное «три в одном с доставкой на дом», эмоций масса, скажу я вам). На мгновение, оторвавшись от Луи, открываю крышку гроба и вновь пытаюсь приподнять мою ненаглядную ношу. Он что-то бормочет во сне и, протягивая ко мне руки, заключает шею в стальные объятья. Не подозревая подвоха, я аккуратно, но чуть спешно укладываю вампира на прохладную обивку. Время поджимает, да-да, все солнце. Пытаюсь отцепить руки от своей любимой шеи, не получается. Ну что же такое. Знаю, что будить и кричать бесполезно, но шея мне всегда была дорога, так что, попытка не пытка. А тем временем встает солнышко и упорно пробивается первыми лучами сквозь неплотно закрытые шторы. В один миг боль ослепляет меня. Я пытаюсь вырваться, не понимая, что происходит. Но крепкие руки не пускают, лишь сильнее прижимая к себе… А знаете какой итог? Не выдержав адской боли, я поддаюсь напору рук и падаю в гроб, поверх… угадайте кого. Крышка закрывается. Если честно, то все это мне ну уж очень напоминает нашу первую ночь с Луи. Вернее первую ночь, после его обращения, ведь из-за моей нерадивости, нам пришлось спать вместе, только я был снизу. Не поймите ничего превратно, мы просто спали. Ну как спали, спал в основном я, а Луи то и дело ворчал и пыхтел от недовольства. Вот так. Руки каким-то странным образом отцепились от меня, и теперь лежат вдоль туловища хитрюги - вампира. Я, решив, что все это неспроста, выполняю простую, но действенную проверку. Подаюсь чуть вперед и целую Луи в кончик носа. Его веки трепещут, губы расплываются в улыбке. Наклоняюсь к его уху и шепчу: - Если я узнаю, что ты не спал, покусаю и плакать не дам. Глаза цвета буйной зелени распахиваются и лукаво смотрят на меня. Иногда мне хочется проклясть «везде видящее» зрение вампира, например, сейчас. - Милый, я весь твой, - копируя Чешира, мурлычет Луи, укладывая свои руки мне на бедра. Ага, судя по его виду, это я буду весь его, и кто меня будет спрашивать. Медленные движения рук, сладкие вздохи в мои губы… Господи, с кем я связался! Остался целый день! Я свихнусь, я точно свихнусь!