Три тапка

      Встретились как-то три тапка. Это могла бы быть обычная встреча, но в мире не бывает ничего обычного. Два тапка были счастливы вместе и любили друг-друга. А вот третьему так не повезло. Он потерял свою пару. Возлюбленного третьего тапка съела собака. Третий тапок очень скорбел по любимому и долго находился в запое. Его состояние было настолько ужасным, что он весь покрылся кошачьими волосами и пылью. Но судьба дала герою еще один шанс. Раз человеческая нога выпульнула его из-под темного угла кровати и он полетел в коридор. Оказалось, в коридоре стоит много другой обуви: ботинки, изящные туфельки на платформе, стрипы и босоножки. В углу же аккуратно стояла пара тапок. О это были прекрасные тапки! Чистые, красивые и яркие. Третий тапок решил с ними познакомиться. Он так давно не вел хорошей беседы! Разве могут понять его чувства туфли для стриптиза? Нет и еще раз нет! Он хотел простой тапочковой беседы об обычном тапочковом счастье. — Здравствуй, — легонько улыбнулся ему правый тапок. Про себя наш герой окрестил себя первым. — Привет, — также вежливо поздоровался второй, левый. — Привет! Мне ужасно неловко, но я… давайте дружить? — третий тапок ужасно смутился. Настолько, что его носочек загнулся, будто прячась. Пара тапок ему ласково улыбнулась. — Тебе нечего стесняться, — проговорил первый. — Верно, — поддакнул второй. — Знаешь! Мы так давно не вели хорошей беседы, думаю второй меня в этом поддержит. — Да! Конечно. Мы очень рады знакомству с тобой и с радостью станем твоими друзьями, — продолжил второй. — Спасибо… я так счастлив, — третий тапок был готов расплакаться, но вместо этого он громко чихнул. — Бедный! Сколько же ты провел под кроватью? — поинтересовался левый тапок. — Очень долго, не хочу вспоминать об этом, — грустно ответил третий. — Спустя столько времени, я даже забыл… какой я… правый или левый, — на глазах у левого тапка выступили слезы. Он проникся фразой нового друга. — А где же твоя пара? — спросил правый. Он конечно боялся нарушить еще больше душевное равновесие собеседника, но рискнул. — Собака съела… я помню темную ночь, мы лежали у кровати, а над нами высоко-высоко горел ночной фонарик. Было так хорошо и романтично! От окна дул прохладный свежий майский ветерок. И тут пришел он… он схватил моего любимого и унес. После… наутро… я нашел то, что от него осталось, — все три тапка рыдали. Первый конечно пытался сдерживать слезы, но выходило крайне плохо. — Я думаю, тебе стоит ополоснуться и прийти в себя. Прошлое позади, теперь у тебя есть мы! — сказал первый тапок он был самым рациональным. Третий тапочек отвели в ванную, чтобы тот пришел в чувства и вспомнил о том, каково быть красивым чистым тапком. После друзья присели на коврик отдохнуть. Правый тапок был задумчив, левый весело чему-то улыбался, а третий тапок молчал и радовался компании. Вечер прошел мирно и спокойно. Третий тапок впервые быстро заснул и спал без кошмаров. Рядом с ним лежала пара тапков, которые мило тихо о чем-то переговаривались. Их спокойные нежные разговоры друг с другом убаюкивали.

***

Жизнь пары тапок с появлением третьего стала веселее. Они конечно очень любили друг-друга, но даже им иногда было одиноко в обществе друг-друга. И пусть третий тапок был немного их старше и лучше знал тапочковую жизнь, их общение было довольно комфортным. Третий тапок, несмотря на возраст, оставался резв и игрив. Когда первый тапок любил полежать на коврике и посозерцать в задумчивости окно, третий и второй весело играли. Иногда первому казалось пр взгляде на них, что они не тапки повидавшие жизнь а маленькие тапочки только из магазина. Но он бы соврал, если бы сказал, что ему не нравится смотреть на то, как они хорошо проводят время в обществе друг-друга. Вот и сейчас правый тапок в неге лежал на коврике и думал о жизни. Рядом с ним второй и третий о чем-то увлеченно разговаривали. Светило солнышко и коврик от того был теплым. Лежать на нем было еще приятнее. Было лето, лучшее время года для тапок. С пола не дует, коврик теплый, ворчливые сандалии вечно на улице и не докучают разговорами о моде и о Ким Кардашьян. Благодать! Но солнышко скрылось м первому тапку стало от чего-то грустно. — Я вспомнил! — второй тапок радостно подскочил на месте. — Недавно я видел синий мячик недалеко от обувницы. Мы можем поиграть. Хочешь, милый? — обратился второй к первому. — Нет, спасибо, дорогой. Я немножко занят сейчас. — Ты снова думаешь? — второй тапок выкатил мячик и теперь катал его по полу. — Да… — Опять о том же? — Я не могу это выкинуть из головы. Я всегда чувствовал неправильность, неправильность этой жизни. Я должен был быть чем-то большим чем просто тапком. — Милый, я любил бы тебя даже если бы ты был грязными сапогами. — Я знаю, но… мне все равно это не дает покоя. Я был создан для другого! Я хочу увидеть мир, повидать чужие ноги… — Ты можешь отправиться в путешествие, — неуверенно предложил третий. До этого он молчал и просто наблюдал за диалогом, стесняясь сказать что-либо. — В путешествие? А это мысль! — задумался второй. — Нет, нет… исключено. Я заплутаю уже в этом коридоре, — грустно сказал первый тапок. — Я нарисую тебе карту! — Карту? — Я давно здесь живу и знаю местоположение всех комнат и коридоров. С моей картой ты не потеряешься! — третий тапок побежал в сторону кухни и скоро вернулся с мятым листком чека из магазина. — Удачно я его нашел! А вот тут, я помню, был кусочек угля… — третий тапок принялся за поиски. Вскоре он нашел кусочек угля и начал быстро что-то чертить на чеке. Пара тапок с восхищением за ним наблюдала. Когда карта была готова, тапки решили поиграть в мячик. — Лови! — крикнул второй. Третий отбил мяч так, что он полетел прямо в первый. — Я понял, меня изгоняют, — обиделся он и засел в темном углу. Второй расстроился и поспешил за мужем. — Милый, не грусти, пожалуйста. Я очень тебя люблю! — второй начал целовать лицо первого. Правый тапок по прежнему оставался сердит. — Ты обиделся на меня, мой хороший? — ворковал второй над первым. Второй тапок притерся еще ближе к первому. Все приняло довольно интимный характер. Третий наблюдал за тем как второй игриво вылизывает первый и не знал что ему делать. Его буквально приковало к месту. Он не мог отвести взгляда от прямых заигрываний левого тапка над правым, но и осознавал неправильность происходящего. Лезть в личную жизнь чужих тапок! Как неприлично! Его пристальный взгляд заметили. Второй смутился и поспешил сползти с супруга. Он совсем забыл о том, что рядом все еще находится третий! — Простите, мне стоило сразу уйти, — извиняющимся тоном произнес третий. По правде сказать, он остался на месте из-за нахлынувших воспоминаний. Он вспомнил как был счастливым тапком, как у него была своя пара и как хорошо ему жилось. На чужое счастье было приятно и грустно смотреть. В уголках глаз скопились слезы и он развернувшись побрел в сторону туалета. Утоплюсь с концом в унитазе. Там мне самое место. Надо было еще раньше покончить со всем. Я всегда буду один и нигде не будет мне места. Грязный, брошенный и вонючий. Паре тапок будет только лучше без меня. — Подожди… — первый тапок тихо окликнул уходящего друга. — Иди сюда… — третий тапок развернулся и непонимающе уставился на первого. — Мы давно делим этот коридор и коврик вместе, — продолжил первый. — Должен сказать, за это время я и муж очень привязались к тебе. Мы не хотим чтобы ты страдал. Правда, второй? — левый тапок согласно кивнул. — Но вас двое, а я один… это неправильно… — Глупости! Три очень счастливое число! — весело ответил второй и подпрыгнул. — Мы правда любим тебя и хотим чтобы ты был с нами, — правый тапок легонько улыбнулся при взгляде на радостного супруга. Чтобы не делал второй тапок, у первого это всегда вызывало восхищение и обожание. — Ну раз так… — неловко ответил третий и подошел ближе. Второй тут же заключил его в свои объятья, чмокнул в щеку и начал весело носиться по комнате. — Я так рад, что все разъяснилось! — радовался он. Первый тапок обнял третий и поцеловал в макушку. — Ты больше не один. Позволь нам быть с тобой рядом? — ласково произнес первый. Второй тапок устал прыгать и присел на коврик. Первый и третий, держась за ручки, присели рядышком. Третий, сгорая от смущения, подвинулся ближе и поцеловал второго в щеку. Второй игриво стрельнул глазками на мужа и притянул к себе третьего, влажно и глубоко целуя. Первый прикусил губу. Вид мужа, целующегося с третьим, его ужасно заводил, но он не хотел оставаться в стороне, а потому прошелся нежно пальцами по спине третьего, посылая дрожь и мурашки телу. Третий застонал и второй прижал его к себе еще крепче. Тапки так близко притерлись к друг-другу, что было не разобрать, где первый, где второй, а где третий. Третий так давно не чувствовал себя настолько хорошо! Первый и второй гладили его и ласкали. Их касания обжигали. Он чувствовал себя любимым. Третий тапок касался их в ответ, там где приятнее всего и желаннее. Сплетение их подошв дарило неописуемое наслаждение. Трение посылало сладостные импульсы телу. Мука не продолжилась долго. С громкими стонами тапки пришли к завершению. Первый больше не грустил, второй игриво оглаживал свои ворсинки и хитро улыбался, третий смущенно лежал на коврике и глядел в потолок. Тапки были счастливы.