Попытка всё исправить.

— Вы испортили мне жизнь, там, в 86 году. Своим появлением! — крикнул им Сергей, почти выплюнув последние слова. — Вы пропали, ваши вещи тоже. А вот станция взорвалась! Меня сделали виновным! Измена родине, всё такое… Только я не виноват… Но кому это было интересно? Они нашли виноватого. Меня посадили ни за что. Из-за вас! — разозлился Сергей — Так что, отдайте прибор и никто не пострадает. У вас две минуты на размышление. Время пошло.       Всем было страшно, они понимали, что могут умереть. Пытались придумать новый план, раз сбежать не удалось. — Паш, — окликнул его Леха, — нужно потянуть время, я не могу придумать. — Слушай, единственный вариант, это стрельнуть в него, но у меня один патрон остался. Нужно подойти близко, чтобы попасть. Я не знаю, что нам делать… — поделился своим мнением Павел. — Лан, давай, тогда, я пойду. Давай ствол и прибор. — Нет! — закричала Настя. — ты не пойдешь! Леша, он же убьёт тебя! — по бледному лицу рыжей потекли слёзы. — Нет, Лех, пойду я. Я вас в это ввязал — мне и огребать. — подвёл итог Паша. — Паша! Нет! Прошу! — пыталась остановить его Аня. — он же пристрелит тебя. Пожалуйста, давай что-нибудь другое придумаем. — Время вышло! Несите сюда прибор! — вдруг зло прорычал Костенко. Терпение не вечное, даже для такого человека, которого обучали сдерживать эмоции и терпеть до победного.        Павел встал, спрятав ствол под кофту, и взял прибор с собой. Аня схватила его за руку, умоляя остаться. Но Лёха быстро сориентировался и перехватил руку.       Парень медленно вышел из «укрытия», держа прибор на виду Костенко. Шаг за шагом, ступая по кускам плитки и кирпичей, он думал, как точнее попасть в Сергея. — Вот мы и снова встретились с вами, Павел. Я так и знал, что ты снова будешь пытаться прикрыть своих друзей, как и тогда, в 86. Ну давай, отдай по-хорошему прибор. — Сергей, мы пытались предотвратить аварию, у нас ничего не вышло, — Паша остановился в пяти метрах от Костенко. — я не думаю, что сможешь ты. — Я буду умнее вас. Прибор положи на пол и руки держи на виду. Дёрнешься — я стреляю без предупреждения.       Павел без резких движений положил прибор на пол, руки поднял ладонями к Сергею и сделал несколько шагов назад. — Вот и молодец. Сейчас иди к своим друзьям… — несколько секунд помолчал, обдумав правильность дальнейших действий, а затем продолжил. — Потом спускаетесь вниз, к моей машине. Я вас буду ждать. И только без глупостей. Обговорим, как будем спасать станцию.       Подождав, пока парень скроется за углом, Сергей поднял аппарат и стал спускаться с лестницы. Послышал шорох на втором этаже. В мыслях он себя раз сто успел отчитать, что решил взять их с собой. — У вас минута, чтобы выйти к машине. Поторопитесь! — напомнил ребятам бывший КГБшник. — *Блять! Зачем они снова мне там нужны? Они же только всё опять испортят… Ладно, поздно, будем думать по ходу дела, как поступить.*       Подростки быстро поднялись со своих мест и поспешили на выход. Пока они шли до выхода, каждый думал о всём. Девочки переживали и боялись того, что их ждёт дальше. Парни думали, что Сергею от них нужно. Никому не хотелось продолжать всё это. Все безумно хотели как можно скорее попасть в родной дом и забыть о случившемся приключении, как о страшном сне.       Выйдя на свежий воздух, почти все успокоились и мысли пришли в покой. Сергей достал из машины аптечку и отдал компании. Ребята с опаской, но взяли её и принялись обрабатывать раны. — Сергей, — первым разговор начал Павел. — для чего мы нужны тебе? — Как я сказал, меня обвинили в измене родине, после чего посадили. А всё из-за вас. Я дорожил своей работой. А тут, в момент всё рухнуло… — он сделал паузу, чтобы закурить сигарету. Курил он, конечно, редко, но понимал всю необходимость этого занятия сейчас. — Мне нужен прибор, чтобы не лишиться своей карьеры. А вы мне в этом поможете. — Н-но как? Как?! — Петрищев начал паниковать, вспоминая допросы. — Всё очень просто. Нужно убедить меня, молодого меня, чтобы тот не звонил в Москву и не докладывал о готовящейся диверсии. Будет сложно, но возможно. — Костенко оглядел каждого. Все дети перепуганны. Словно загнанны в угол. В их глазах даже страха не осталось. Только желание. Тут и гадать не нужно о том, чего в данный момент все эти дети хотят. Но обстановку разрядить хоть немного надо. В одиночку он и сам вряд-ли справится, а с такими помощниками тем более. — Вы переместились, ваши вещи тоже исчезли. Вот только… Всё понять не мог, как вы сбежали. Я… Я всю голову изломал вашими паспортами, телефонами… Да ещё и этот чёртов прибор! Не мог понять, откуда у вас это. А потом, развал СССР, смена паспортов, прям такие же, как у вас. И тогда я понял. Вас ведь вообще не должно было быть ещё на свете тогда. — Сергей дал фотографии ребятам, на которых изображены их личные вещи. — Я запомнил дату, ваши имена, даты рождения. Видел вас в младенчестве. Мне нужно было получить прибор. Но я не знал, когда он окажется у вас. Я 27 лет изучал причины и последствия аварии. Станция взорвалась не из-за диверсии, а из-за неподготовленности персонала. В ту ночь на станции работала смена, которая не была в курсе о испытаниях реактора. Были совершены ошибки. Человеческий фактор. Виновных нет. И диверсии как таковой не было. — Значит, ты не хочешь спасти станцию, а только хочешь спасти себя? — решил узнать Лёха. — Не совсем. Мы так же попробуем предотвратить аварию. Возможно, погибнет часть работников станции, но мы сможем спасти не только мою репутацию, но и множество человеческих жизней. И для этого мне нужен Паша. — Почему именно я?! — начал возмущаться парень. — Ты главный, лидер. Ты и поможешь. — усмехнулся Игнатьев. — Всё, все ждут нас в парке, а мы… в прошлое. — Сергей, у м-мен-ня в-вопрос. — Гоша всё-таки решил спросить. — Валяй, раз интересно. — Разве вы… То есть, молодой вы, ещё не сообщили в Москву? Разве вы успеете уговорить его? — Да, успеем, — сказал Игнатьев таким тоном, что подросткам стало не понятно, сарказм или действительность. — Всё, пора. А вы, — оглядел девочек и Лёшу с Гошей, — идите в парк и ждите нас.        Настя, Аня, Лёша и Гоша пошли в сторону парка. Каждый думал о своём. Настя — почему их оставили, грубо говоря, на произвол судьбы. Лёха — переживал за друга, неизвестно, что может сделать Игнатьев, особенно, вспоминая те допросы. Он пытался успокоить свою девушку, обнимая за плечи, пытался утешить словами. Аня — боялась за Пашу, боялась, что она больше не увидит его. Она шла и оглядывалась назад. А Гоша — он понимал, выбора у него нет, поэтому нужно идти за остальными. — Блин, ребят, зачем мы его бросили, почему не попросились с ними?! — начала кричать Антонова. — Ань, успокойся, всем хуево! Он знает, что делает. И вернётся живым. Ясно?! — сорвалась на неё Настя. — Так! Все замолчали и ждём. — заткнул их Лёха. — Паша вернётся. Живым и невредимым. Ясно вам?!       Тем временем, Сергей и Паша решили отойти за дома, чтобы их появление не увидели прохожие. Сергей нажал на кнопку, почувствовалась небольшая тошнота и вокруг них образовалась мутная сфера.

Продолжение следует…