Все встречи с тобой

По мере того, как Порш двигался в такт музыке, его тело становилось всё горячее, а кожа всё чувствительнее. По телу прокатывались волны возбуждения, а общее напряжение возрастало с каждой секундой. Он почувствовал себя сексуально одержимым, охваченный лихорадочным состоянием, вожделеющим так сильно, что, казалось, был не в силах себя контролировать. Чтобы не потерять связь с реальностью, Порш старался сосредоточить своё внимание на синем цвете волос своего нового знакомого. Знакомого, который почему-то понимающе улыбался, а потом вдруг с пылающим от похоти взглядом придвинулся к нему, притянул его к себе и начал гладить задницу. Порш, один в море тел, с затуманенным сознанием, двигался в такт чувственной музыке и вспышкам света. Он, казалось, был не в состоянии сопротивляться, не в состоянии обуздать внезапно возникшее чувство голода, которое всё продолжало увеличиваться, увеличиваться, увеличиваться... Стойкое предчувствие того, что должно произойти, заставило его сердце бешено колотиться в груди. “Вот же пиздец... Да что со мной?..” - скакали в голове Порша мысли. Постепенно он начал понимать, что... что-то было в его бокале. Должно быть, туда что-то подмешали. Судя по всему, то, с чем трижды облажался Вегас, успешно провернул какой-то случайный тип. Между тем, кто-то пристроился у Порша за спиной, и его одурманенному мозгу потребовалось немалое время, чтобы осознать, что он зажат между двумя телами с явными признаками эрекции. Эти двое тёрлись об него, гладили его бёдра и ягодицы. Чей-то язык коснулся шеи Порша, и он вздрогнул от отвращения. Дурман стал медленно проходить, и Порш почувствовал себя ужасно. Он услышал, как синеволосый сказал другому парню: “Давай отведём его наверх, в какую-нибудь из игровых комнат” – и затряс головой, пытаясь выговорить “нет”. Однако голос Порша затерялся среди грохочущей музыки. Его потащили сквозь толпу танцующих. Порша охватили злость и мрачные предчувствия, когда он понял, что собираются сделать эти двое. Он попытался вырваться из их объятий, но знал, что справиться с ними, находясь в заторможенном состоянии, не хватит ни физических, ни душевных сил. В конце концов, они пробрались через бар и нос к носу столкнулись с Кинном, который спускался по лестнице с верхнего этажа. Порш позволил себе с облегчением выдохнуть... но вдруг заметил блядского парнишу-информатора, который стоял рядом с Кинном с очень довольным и удовлетворённым выражением лица. У Порша в сознании успел промелькнуть вопрос: что хуже – видеть Кинна вместе с другим парнем и воображать себе всё, чем те занимались, или страдать и цепенеть от безысходности, зная, что незнакомцы хотят трахнуть его. Тем временем, взгляд Кинна сфокусировался на парнях, которые расположились по бокам от Порша и держали его за руки, каждый со своей стороны. - И куда же, интересно, вы его ведёте? - сухо спросил Кинн. - Не твоё дело, чувак, - торопливо ответил синеволосый и двинулся мимо него. Кинн положил руку ему на плечо, останавливая на полушаге. Улыбка Кинна не предвещала ничего хорошего. - Это моё дело, чувак, - отчеканил он таким угрожающим тоном, что синеволосый немедленно отпустил руку Порша. - Я пришёл сюда с этим парнем, и если только он сам не захочет пойти с вами, то он – мой. Кинн перевёл взгляд на Порша, и под властной, агрессивной маской тот разглядел раскаяние в том, что оставил его одного. Порш энергично замотал головой, отчего его головокружение усилилось. - Н-не-а... нет... я не желаю никуда идти... с этими уёбками, - прохрипел он, чувствуя, что во рту у него всё пересохло. - Парни, найдите себе кого-то другого, с кем можно позабавиться, - жёстко отрезал Кинн, и те отпустили Порша. Они ушли, недовольные тем, как всё повернулось, но, с другой стороны, проверять терпение Кинна они явно не хотели. Через несколько мгновений эти двое скрылись в баре, очевидно, чтобы действительно подобрать себе другого парня для развлечений. Кинн в молчании оглядывал Порша. В глазах Кинна был вопрос: всё ли с Поршем в порядке? Но прежде, чем Кинн успел спросить, его вниманием завладел Блядский Информатор (как драматично нарёк этого парнишу Порш). - Ну, приятно иметь с тобой дело, сладкий, - соблазнительно проворковал тот и провёл рукой по груди Кинна, дойдя до самого пояса его брюк. - Давно уже мне так легко не доставались деньги. Порш впился в него взглядом, подавляя желание броситься на Блядского Информатора и врезать ему по его блядскому лицу. К сожалению, Блядский Информатор не мог оценить, насколько Порш взбешён, поскольку не отрывал взгляда от Кинна. Улыбка, которой Блядский Информатор одарил Кинна, была такой же интимной, как и его прикосновение. - Если вы с дружком захотите попробовать втроём, обращайтесь ко мне, не пожалеете, - сказал он и, повернувшись, снова растворился в суете вечеринки. Порша раздирали чувства в диапазоне от негодования и ревности до сильного сексуального возбуждения, которое по-прежнему заставляло вибрировать его нервы. Последнее ощущение он пытался не замечать, хотя чувствовал, как кипит его кровь, а тело требует разрядки. - Если ты пришёл сюда, в том числе, и за этим, Кинн... то можешь на меня не рассчитывать, - удалось ему выговорить, несмотря на возбуждение. - В этом смысле я старомоден, - просто ответил Кинн, пожимая плечами. С трудом сглотнув, Порш сделал шаг назад, чувствуя себя обманутым и беззащитным. - Пф-ф!.. Настолько старомоден, что бросил своего парня и свалил наверх с этим слащавым мудаком? - запальчиво обвинил он. Удивлённый его резким тоном, Кинн приподнял брови, а спустя буквально мгновение вдруг улыбнулся. - А. Значит, ты всё-таки признаёшь себя моим парнем? - вкрадчиво уточнил он. И определённо собирался добавить что-то ещё, но Порш повернулся и зашагал прочь, прежде чем тот успел продолжить. Всё тело Порша ломило, да и голова соображала ещё не особо хорошо, и поэтому он не очень представлял себе, куда направляется. Однако всё это не имело значения. Кинн догнал его, сжал руку и повёл в зал рядом с баром и танцполом. Из бара доносилась музыка, а фигурные светильники создавали в зале чувственную атмосферу полумрака. В оформлении преобладала отделка тайским шёлком: сверкающие портьеры, небольшие диванчики, стулья, подушки и даже орнаменты на стенах. Это помещение и название имело соответствующее: “шёлковый зал”. Он весь был заполнен парочками, которые продолжали предаваться пороку, пока Кинн вёл Порша в дальний угол зала. Там Кинн резко повернул Порша к себе лицом и прижал спиной к стене, отделанной шёлковой драпировкой. - П-пусти!.. - воспротивился было Порш, но Кинн сжал его лицо своими ладонями, препятствуя этому. Затем наклонился так близко, что Порш сумел разглядеть в его глазах и бушевавший в них огонь, и досаду, словно Кинн не мог понять его реакции и был задет тем, что в нём усомнились. Порш раскрыл рот, чтобы сказать, что ему что-то подсыпали и это привело с одной стороны к помутнению рассудка, а с другой – к болезненному сексуальному возбуждению и невозможности себя сдерживать. Вот только Кинн заговорил прежде, чем Порш успел хоть что-то объяснить. - Всё, чем я занимался с тем парнем наверху, касалось нашего дела, Порш, - раздельно проговорил Кинн. И, скользнув губами по щеке Порша, прошептал ему прямо в ухо: - Я уже давно думаю только о тебе, совершенно не задумываясь о других парнях. Когда захочу секса, я трахну тебя. Порш закрыл глаза и с его губ сорвался едва слышный стон: слова Кинна усилили желание. Эрегированный член Кинна упирался в бедро Порша, и от нестерпимого желания ощутить его внутри себя Порш чуть не свихнулся. Он страстно желал почувствовать всего Кинна: его поцелуи, ласки, движения, которые вызвали бы долгожданный оргазм. - Хочешь знать, чем мы с тем парнем занимались там, наверху? - всё тем же бархатным шёпотом спросил Кинн. Порш покачал головой и скользнул руками по его талии. Поршу захотелось снять с Кинна брюки, ласкать его член руками, а затем взять его в рот. При этой мысли дыхание Порша участилось. - Нет, не хочу, - сказал он. Порш верил Кинну. Верил по-настоящему. Во всём виновато его одурманенное каким-то наркотиком состояние – это оно сыграло с ним злую шутку, рисуя в воображении самые ужасные картины. Порш ощущал себя так, будто он на американских горках, и конца трассы не видно. - Всё равно тебе расскажу, - Кинн посмотрел ему в глаза. В зале стоял полумрак, но их взгляды без труда нашли друг друга. - Я отстегнул тому парню немалую для него сумму денег, а он взамен сообщил мне кое-какую информацию, которая облегчит нам путь мести, - рассказал Кинн. - Этот парень спал с Вегасом и, очевидно, успел неплохо узнать и его, и того, на кого Вегас положил глаз потом. Вот так. Порш был бесконечно благодарен ему за эти обнадёживающие новости. Но после того, как Кинн помог избавиться от мучившей его неопределённости, кое-что ещё давило на Порша и требовало решения несмотря на то, что в зале вместе с ними находились другие люди. Правда, большинство из них были так заняты удовольствиями, что обращали мало внимания на окружающих. Порш начал растягивать пояс на брюках Кинна, однако тот остановил его прежде, чем он успел расстегнуть молнию. Кинн даже шумно втянул в себя воздух от его неожиданных действий. - Порш, что ты, чёрт подери, делаешь? - хрипло прорычал он. Порш слегка укусил Кинна за подбородок и через брюки начал поглаживать его внушительных размеров орган. - Мне подсыпали какую-то дрянь в вино, и теперь я весь горю, - наконец, признался Порш. - Я хочу, чтобы ты был внутри меня. Здесь. Сейчас. Кинн тихо выругался, и всё его тело напряглось, словно он пытался защитить Порша и показать, что тот принадлежит ему. Порш понял, что Кинн думает, как бы разыскать тех двоих и знатно их отделать. Но сейчас Поршу хотелось, чтобы Кинн по-другому использовал свои красивые руки. Схватив за запястье, Порш прижал руку Кинна к своим брюкам и стал двигать его ладонь вверх, вдоль бёдер. - Кинн... прикоснись ко мне, - прерывисто шепнул Порш. И вздрогнул, когда пальцы Кинна, очень быстро приспустив его брюки и оказавшись под боксерами, коснулись горячего изнывающего члена. Порш сразу же кончил, прикусив нижнюю губу, а его тело содрогалось от прокатившейся волны облегчения, которое наполнило тело. Увы, этого оргазма было недостаточно. Порш чувствовал приближение второго: жар снова начал распространяться по телу, медленно продвигая его к вершине наслаждения. - Ох, чё-ё-ёрт... давай же, Кинн... пожалуйста... - умоляюще попросил он. Кинн поднял голову и пристально посмотрел ему в глаза, а рука, влажная от соприкосновения с ним, скользнула по телу Порша и замерла на левой ягодице. - Что “пожалуйста”? - спросил Кинн тихо и жёстко. - Трахни меня, - выдохнул Порш. Это прозвучало и как просьба, и как вызов. Похоже, это мерзкое, бесстыдное место завело его почище любых стимуляторов, которые ему подсыпали. Не было никаких причин объяснять, что ему сейчас необходимо, при помощи сложных конструкций и формулировок. В этот момент для того, чтобы получить полное удовлетворение, Поршу было необходимо немедленно и как можно жёстче совокупиться. От всей сдержанности Кинна в мгновение ока не осталось и следа. Чувствуя, как сердце выскакивает из груди, он сорвал с Порша почти всю одежду, достал из находившейся поблизости вазы смазку и наскоро подготовил его. Затем, обхватив руками обнажённые ягодицы Порша, Кинн раздвинул ему ноги и одним движением приподнял его. Порш сомкнул ноги вокруг его бёдер, а Кинн, подавшись вперёд всем телом, вошёл в него. Крик, который вырвался у Порша, затерялся в доносившихся из бара звуках ритмичной музыки, наполнявших “шёлковый зал”. Кинн заслонял его от окружающих, и в полумраке зала можно было разглядеть только пару, слившуюся в чувственных объятиях. Если в том тёмном углу, который выбрал Кинн, вообще можно было что-то разглядеть. Любой мог догадаться, чем они занимаются, но, тем не менее, их тела были полностью скрыты – Кинн был одет, а Порша за его фигурой было не разглядеть, что делало всё происходившее ещё более увлекательным. Порш сцепил руки у Кинна на шее и, чувствуя его мускулы на плечах, прижался к нему теснее. Поршу нравилось это звериное начало в характере Кинна: то, как легко можно заставить его потерять контроль над собой. Уткнувшись лицом в изгиб шеи Кинна, Порш жадно вдыхал его запах, пока тот яростно двигался в нём. Порш даже прикусил край уха Кинна, затем провёл по нему языком и тут же почувствовал, как все мышцы начинает сводить в предвкушении приближающегося оргазма. - Ки-и-ин!.. - закричал он, чувствуя, что скоро достигнет очередного сладостного пика. - Кинн, я сейчас опять кончу... - Давай, - жарко отозвался тот и поцеловал его, сразу же делая поцелуй глубоким, страстным. Затем соскользнул губами на шею, и Порш ощутил у себя на горле его горячее, влажное и напряжённое дыхание. Порш судорожно вздрогнул и кончил. Кинн последовал за ним спустя минуту. После того, как буря улеглась, Порш расслабился в руках Кинна, ощущая перемену, произошедшую с ними, затем спустил ноги на пол. - Мы... - Порш усмехнулся, всё ещё не в силах восстановить дыхание. - Мы получили информацию, за которой пришли, так что предлагаю сваливать отсюда. Кинн был абсолютно того же мнения.

⊰❤⊱

Как только они оказались дома, прямиком отправились в спальню Кинна. Порш опять чувствовал возбуждение. Ему казалось, что он не может насытиться Кинном. Страсть против страсти. Плоть против плоти. Бешеный стук сердца против бешеного стука сердца. Порш торопился: когда он стаскивал с Кинна рубашку, его движения были полны нетерпения и агрессии. Потом он с тем же остервенением набросился на брюки Кинна, пытаясь снять и их. Кинн не мог себе представить, что этот вечер, который они провели вместе, завершится именно так. Разумеется, он предполагал, что они, в конце концов, окажутся в постели, но никак не думал, что Порш возьмёт инициативу в свои руки и будет стремиться к безрассудным чувственным наслаждениям. А потому Кинн хотел сделать всё, чтобы эта ночь заставила Порша забыть обо всех неприятных моментах, случившихся на вечеринке. Кинн нежно обхватил запястья Порша и отвёл его руки от своих расстёгнутых брюк. - Порш, не будем торопиться, - улыбнулся он. - Я хочу тебя, - упрямо сказал Порш и начал целовать его шею, провёл языком по плечу и слегка прикусил там кожу. Кинн, чуть отстранив Порша от себя и заглянув в его глаза, заверил: - Я тоже тебя хочу. Однако его желание обладать Поршем простиралось дальше простых ощущений, лежавших на поверхности. Кинн хотел сердце Порша, тело Порша и душу Порша. Порш, между тем, бросил на него взгляд, полный всепоглощающего желания. Тело Порша горело, его била дрожь. - Кинн, мне нужно... - Ш-ш-ш, - прервав его, Кинн прижал палец к губам Порша. - Я знаю, что тебе нужно, но ты уже получил то, чего хотел. Получил там, на вечеринке. Быстрый, жаркий, яростный секс. Теперь же моя очередь быть главным, и я хочу заниматься сексом долго, медленно... хочу зацеловать тебя всего, вылизать, доставить наслаждение самыми разными способами. А ещё я хочу, чтобы ты спал со мной до самого утра и не сбегал, проснувшись. Порш так сильно хотел Кинна, что, казалось, готов был согласиться с чем угодно. Однако после последних слов Кинна в голове у Порша немного прояснилось, и он нашёл в себе волю поспорить. - Нет, Кинн, не могу я остаться в твоей спальне до утра, - нетерпеливо облизывая губы, возразил Порш. - Почему? - пытливо спросил Кинн. - Если тебя заботит, что кто-то в доме может о нас узнать, то у меня для тебя плохие новости: знают уже почти все. Так что всё равно нас скоро подловят. - Нет, - упёрся Порш, - никто нас не подловит. Если мы будем осторожны, то не спалимся. Даже Танкхун... - Я имею в виду, со временем, - подчеркнул Кинн. Порш некоторое время смотрел на Кинна в молчании, его губы приоткрылись, потом сомкнулись снова. Кинн почувствовал навалившуюся на сердце свинцовую тяжесть. - Вот как, Порш? Ясно, - он безрадостно кивнул. - Ты предпочитаешь неофициальные отношения. - Не надо, - отрывисто проговорил Порш. - Не надо всё портить, Кинн. - Что именно портить? - прохладно уточнил тот. Порш нервно взмахнул рукой. - Теперь ты видишь? Я такой. Непостоянный и легкомысленный, - говорил он торопливо, сверкая горящими глазами. - Тебе придётся принять меня таким, Кинн, или же... Кинн напряжённо смотрел на него, сдерживая какие-то эмоции. - Я встречал непостоянных и легкомысленных, Порш. Ты не похож на них. Чего ты боишься? - Ничего! - вспомнив разговор с Йок, поспешно бросил Порш. Вот только в сердце как будто застряла заноза. Нежность и страстное желание к Кинну росли от встречи к встрече, словно Порш отдавал частичку себя, когда они были вместе. На вечеринке у них был действительно горячий, необузданный секс. Но сейчас... чёрт подери, Порш чувствовал, что сейчас Кинн хочет заняться с ним любовью в самом чистом, интимном смысле этого слова. - Хоть ты и стал спать со мной, но всё равно постоянно борешься со мной, - раздражённо произнёс Кинн. - Отказываешься признать наши отношения, отказываешься оставаться до утра и прочее. Эта твоя независимость, Порш... Кинн вздохнул, пытаясь унять недовольство. Только сейчас он в полной мере осознал, что все эти отказы Порша были попыткой установить между ними дистанцию. Кинн не хотел признаваться даже самому себе, как сильно они задевали его. В глазах Порша читалась тревога. Эта тревога поблёскивала, как огонь маяка, предупреждая о том, что Кинну и дальше следует эмоционально держаться на расстоянии. Но Кинн проигнорировал это предупреждение. - Так вот, теперь с этим покончено, - твёрдо сказал он. - Ты будешь спать со мной до утра. Что до твоей независимости, тебе придётся сузить её границы. - Как это похоже на тебя, Кинн, - колко заявил Порш. - Ты всегда знаешь, что лучше для каждого. Язвительный подтекст этих слов задел Кинна. Он не всегда знал, что лучше. Дело в том, что Порш-то обычно этого совсем не знал. В поступках Порша было больше дерзости, чем здравого смысла. Приблизившись к нему вплотную, Кинн крепко прижал его к себе, чувствуя, как Порш весь дрожит не только от негодования, но и от вновь возникшего настойчивого желания. Долгим поцелуем Кинн унял бившую Порша дрожь и, медленно толкая его язык своим языком, обуздал неистовое нетерпение. Кинн руководил им, не обращая внимания на попытки Порша ускорить темп и наброситься на него, до тех пор, пока не почувствовал, что злое напряжение прошло. Увидев, наконец, что Порш расслабился, Кинн начал раздевать его. - Красивый... и только мой, - восторженно прошептал Кинн, когда снял с Порша всё до нитки. В отличие от предыдущих случаев, на этот раз Порш никак не отреагировал на данное высказывание, но только потому, что его сознание снова заволокло туманом. Он лишь сдавленно застонал и жадно подался к Кинну, когда тот стал облизывать его соски, захватывая их по очереди ртом. Порш запустил руки в шевелюру Кинна, сильнее прижимая его голову к своей груди. Кинн давал ему то, что Порш хотел, но делал всё неспешно, и это, как он и рассчитывал, только увеличивало возбуждение и страсть Порша. Кинн уложил его посередине кровати и стал раздеваться сам. У Порша от этого зрелища пересохло в горле. Он уже и думать забыл об их препирательствах. Порш не мог отвести взгляда от обнажавшегося тела Кинна – от скульптурно-вылепленных мышц, от гладкой кожи, от резких движений... Взгляд Порша остановился на его напряжённом члене. И, облизав губы, Порш, словно дразня Кинна, коснулся рукой своего собственного члена. Глаза Порша излучали страсть, неудовлетворённость, а тело постоянно двигалось, как будто его кололи тысячи маленьких иголок. Полностью раздевшись, Кинн лёг рядом с ним и, желая доставить ему как можно больше удовольствия, стал водить руками по его коже. Кинн ласкал и массировал плечи Порша, его грудь, живот, бёдра, чувствуя, как тот становится более податливым. Вскоре Кинн действительно, как и грозился, практически вылизал всего Порша, заставив того охрипнуть от стонов. Кинн не прекращал своих ласк, даже когда Порш начал умолять. Напротив, Кинн лишь замедлялся и рассматривал Порша, задерживая внимание на всех изгибах его тела. Если бы только Порш отдал ему свою любовь так, как отдавал тело... Наконец, бёдра Кинна оказались между разведённых ног Порша, а грудь плотно прижалась к его груди. Кинн обхватил руками голову Порша так, чтобы их лица оказались друг напротив друга. Кинн смотрел Поршу в глаза, не позволяя отвести взгляд в сторону. И Кинн видел, как меняется выражение глаз Порша по мере того, как член медленно входит в него. Кинн и сам наверняка изменился в лице, когда тело Порша обволокло его тесным, скользким жаром. Кинн судорожно вздохнул от ощущения того, что они с ним одно целое. Подобная неспешность происходящего вызвала в Порше бурный переизбыток чувств. Он задохнулся и, схватив Кинна за плечи, попробовал воспротивиться: - Кинн... хватит... - в голосе Порша была паника. Кинн поймал его руки, которыми тот пытался его оттолкнуть, и, сплетя пальцы Порша со своими пальцами, вытянул их вверх – так, что Порш оказался в полной его власти. - Кинн... - Порш закрыл глаза и застонал, когда Кинн проник в него особенно глубоко. Движения Кинна были интенсивными, но по-прежнему медленными, и это усиливало удовольствие. Кинн поцеловал Порша в губы, мягко касаясь его языка своим языком, и немного приподнялся, чтобы Порш обвил его ногами. - Мне нравится... смотреть на тебя, когда я доставляю тебе наслаждение, - хрипло прошептал Кинн. И улыбнулся, услышав негромкий страстный стон Порша, увидев, как резко вздрогнуло его тело. Порш же... совершенно потерялся в чувствах и ощущениях. И уже не спрашивал себя, почему чувствует так остро, откуда берётся эта дрожь, ударяющая в голову крепче любого алкоголя, почему он даже не думает, как выглядит, когда пошло поводит бёдрами и провоцирует Кинна. Провокации, кстати, срабатывали, и глаза Кинна темнели, а взгляд буквально впивался в распластанное перед ним тело. Порш снова провоцировал и Кинн снова бросал обещающий возмездие взгляд сквозь спутанные пряди волос. Порш от всего этого просто с ума сходил. Главное – не думать. Вообще. Только чувствовать. Только прогибаться ещё сильнее. Только ощущать напор и силу Кинна. Только слушать над самым ухом после резкого выдоха сквозь зубы: “Порш... Порш...”

⊰❤⊱

Кинн пошевелился, просыпаясь. Взглянув на него, Порш отвернулся. Слишком интимная предстала ему картина: волосы Кинна растрепались, обнажённое тело тесно прижималось к нему. - Порш, - улыбнулся Кинн, и тот невольно снова посмотрел на него. В глазах Кинна светилась ленивая нежность и радость от того, что настало утро, а Порш всё ещё здесь, с ним. Сердце Порша встрепенулось в ответ. - Выспался? - спросил Кинн. Порш кивнул. - Тогда тебе надо спать здесь каждую ночь, - Кинн коротко поцеловал его в плечо. - Не думаю, что это хорошая идея, - уклончиво пробормотал Порш и потянулся через него, чтобы поднять с пола одеяло. По довольному смешку он понял, что Кинн оценил открывшийся ему вид на его обнажённое тело. - Какое же прекрасное утро, - ухмыльнулся Кинн. - Никогда не перестану тобой любоваться, Порш. - Не болтай чепухи, - нахмурился Порш и натянул на них одеяло. Кинн приподнялся на локте и посмотрел ему в глаза. - Ты всегда ворчишь по утрам? Порш с досадой потёр лоб. Нежность в голосе Кинна внесла смятение в его мысли. Нежность превращала в идиотов даже самых рассудительных людей. Себя же Порш и в самые обычные дни никогда не считал рассудительным. Покосившись на Кинна, он заметил, что тот переводит взгляд с его шеи на плечи, не прикрытые одеялом. - Не смей, Кинн, - Порш предупреждающе прищурился. - У меня всё болит и синяки по всему телу. - Зато твоя жажда утолена, - нахально подмигнул ему Кинн. - Мы можем... не говорить обо всём том, что было вчера? - мученически протянул Порш. - Ещё повезло, что у тех стимуляторов, которые мне подсыпали в вино, нет долговременного эффекта. - В любом случае, я, как всегда, получил огромное удовольствие от твоей красоты и твоего пыла, - Кинн снова улыбнулся. Поршу захотелось стукнуть его подушкой. Вот кто действительно превращался тут в идиота, так это Кинн. Тем временем, с лица Кинна вдруг исчезла весёлость, когда он осторожно провёл пальцами по синякам на предплечьях Порша, явно оставленных теми двумя парнями с вечеринки. Губы Кинна сжались в твёрдую линию, на скулах заходили желваки. Его глаза стали похожи на угли и смотрели так, что у Порша холодок пробежал по спине. Он никогда не видел у Кинна такого взгляда. - Я не должен был отходить от тебя ни на шаг, - сказал Кинн, и голос его опасно дрогнул. - Брось, Кинн, - Порш с непринуждённым видом закатил глаза. - Тогда бы не удалось по... - Знаешь, почему я даже не ударил ни одного из них? - резко перебил его Кинн, всё ещё не отрывая взгляда от синяков. - Я не ударил, потому что подумал, что ты оскорбишься. Заявишь, что у меня нет права бросаться на твою защиту. В тот момент... мне особенно сильно захотелось, чтобы ты принадлежал мне. Ведь тогда я имел бы право на всё. Но ты лишаешь меня этого права, Порш. Порш не знал, что на это ответить, как выкрутиться. Мысли хаотично метались в его голове. - Кинн, сейчас не подходящий момент говорить об этом, - выдал он в итоге. - А для чего подходящий? - хмуро поинтересовался Кинн. Уцепившись за единственный вариант, который пришёл ему в голову, Порш быстро поцеловал Кинна и, не прерывая поцелуя, заскользил ладонями вниз по его телу. Кинн почувствовал, как всё в нём закипает от злости. Он не мог больше выносить этой неопределённости. А уверенность Порша в том, что сексом тот сможет чисто и аккуратно избежать неугодных разговоров, лишь взбесила. Кинн прервал поцелуй. - Порш, когда ты, наконец, перестанешь прятаться за свою независимость? - требовательно спросил он, уже не в силах сдерживаться. - Не понимаю, о чём ты говоришь, - ответ Порша прозвучал слишком поспешно и неубедительно. - Неправда, понимаешь, - возразил Кинн. - Для тебя проще и привычнее думать, что ты такой, каким был раньше, чем допустить возможность того, что тебе может быть причинена боль. Но, Порш, я не хочу делать тебе больно, я просто хочу быть с тобой. Порш отрицательно мотнул головой. - Я не могу дать того, что тебе нужно, Кинн, - проговорил он дрогнувшим, полным тревоги голосом. - Мне нужно то же, что и тебе, - уверенно парировал Кинн. - Жить своей жизнью и для себя, а не только для семьи. А это значит – не бояться рисковать и принимать решения. Порш, ты так поглощён заботой о матери и брате, но кто позаботится о тебе? Кто окажется рядом с тобой, когда тебе будет необходима поддержка? Кто согласится на какое-нибудь безумство, когда тебе это будет нужно, или обнимет, чтобы рассеять твои страхи и дать тебе почувствовать, что ты не один? С кем можно будет проявить слабость, когда нахлынет усталость от необходимости быть всегда сильным? Порш молчал, глядя в сторону, и это расстраивало Кинна. - Я хочу быть этим человеком в твоей жизни, Порш, - с чувством произнёс он. Порш тяжело вздохнул, но так ничего и не ответил. Поднеся руку Порша к своим губам, Кинн поцеловал костяшки его пальцев, понимая, что сказал главное. Что будет дальше – решать Поршу. Возможно, сердцем Порш уже с ним, но разум ещё не воспринял всей правды, и Кинн не хотел излишне сильно торопить его.

⊰❤⊱

Кинн стоял со стаканом алкоголя в руке, мрачно оглядывая представителей двух семей – основной и побочной, – празднующих успех совместно проведённой операции. Бар, в котором они все находились, то и дело взрывался хохотом и весельем, а алкоголь лился рекой. Кинн приветственно кивал, встречая знакомые лица. Наконец, его взгляд наткнулся на Порша. Того зажал в угол Вегас. Ноги Кинна сами понесли его к ним. - Господин Кинн, - Биг вырос на его пути словно из-под земли. - Не сейчас, Биг, - отмахнулся Кинн и попытался обойти своего телохранителя. Однако Биг вдруг удержал его за плечо. Раньше Кинн бы такую наглость ему не спустил. Но во время поездки в Китай между ними установились почти дружеские отношения и теперь Кинн смотрел сквозь пальцы на подобные вольности Бига. - Господин Кинн, - между тем, с нажимом повторил Биг, - если вы рвётесь туда, куда я думаю, вам лучше сначала успокоиться. - С чего ты взял, что мне нужно успокоиться? - Кинн подозрительно прищурился. - С того, что выражение вашего лица иначе, чем кровожадным, не назовёшь. Послушайте, - Биг, окончательно осмелев, посмотрел ему в глаза. - Может, вы не заметили, но сейчас здесь присутствуют почти все ваши телохранители. Не думаете ли вы, что мы все не видим, с кем разговаривает господин Порш? Можете не сомневаться – если господин Вегас его хоть как-то оскорбит или позволит себе что-то лишнее, от количества желающих проверить крепость костей господина Вегаса отбоя не будет. По-моему, сейчас вы единственный, кто заслуживает пристального внимания, а вовсе не он. При всём моём к вам уважении. - Биг... - Кинн даже не знал, что на всё это ответить. - Так что, - Биг едва заметно улыбнулся, - расслабьтесь хоть немного. Не перекладывайте на себя нашу работу.

⊰❤⊱

Внутренне Порш медленно закипал, но внешне изо всех сил старался оставаться спокойным, помня советы Кинна по общению с побочной семьёй. И пока Вегас с присущей ему небрежностью и якобы случайно указывал на все изъяны в работе основной семьи, Порш просто с ленивым видом отпивал из своего стакана. - ...поэтому мне бы больше понравилось, если бы ты был с нами, пусть ты и новичок во всём этом, Порш, - в конце концов, лестно отозвался Вегас о его участии в операции. Затем помолчал, видимо заметив отстранённость Порша, и, криво улыбнувшись, вдруг заявил: - Хотя, конечно... это уже невозможно. И, пожалуй, даже странно, что Кинн вообще позволил тебе участвовать. - Что значит, “позволил участвовать”? - внешняя отстранённость мгновенно слетела с Порша. - Да брось, Порш, - Вегас снисходительно взглянул на него. - Сколько Кинн выделил тебе свободного времени за то, что ты спишь с ним? У Порша нервно дёрнулся глаз от такого оскорбления. - Почему ты не допускаешь мысли, что я в состоянии обеспечить себя свободным временем сам? - выплюнул он. - Ясно, - кивнул Вегас. - Ты просто идёшь на компромиссы, чтобы в будущем окупить всё сполна? - Что ты, блять, имеешь в виду? - уже не сдерживаясь, гневно поинтересовался Порш. Вегас пожал плечами, отпив из своего стакана. - Ты мне нравишься, Порш, - буднично сообщил он. - В тебе дух, скорее, побочной семьи, чем основной. Мне не хочется, чтобы этот дух угас, поэтому считаю своим долгом сказать тебе кое-что. - И что же? - вызывающе поторопил его Порш, потому что тошнило уже от этого разговора. - Вы с Кинном совершенно друг другу не подходите, - в голосе Вегаса звучала искренняя убеждённость. - Парней, подобных тебе... он никогда таких не выбирал. Ты только напрасно тратишь своё время, Порш. - Не тебе судить! - огрызнулся Порш и залпом допил всё, что было в его стакане. Неожиданно поведение Вегаса резко утратило какой-либо намёк на притворство. - В постель к нему ты заползти смог, но вот чтобы он потерял от тебя голову... Для этого она у Кинна слишком хорошо прикручена, - Вегас издевательски улыбнулся. - Не сомневайся: Кинн уже провёл между вами невидимую черту, переступив которую ты тут же окажешься за бортом, как и все до тебя. Кинн никогда не будет полностью доверять тебе, Порш. У него всегда будут от тебя секреты. Поверь, истина именно такова, что бы он там тебе ни говорил. Порш понимал, что Вегас просто вымещает на нём свою ярость, так как почуял, что они что-то затеяли против него, но... но не мог Порш отмахнуться и от доли правды, заключённой в его словах. - Спасибо за предупреждение, - ровно произнёс Порш, решив в отместку вернуться к своему образу хладнокровного парня. - Я учту твои слова. Вегас опешил от такой реакции, чем несколько утешил гордость Порша. Дожидаться ответа Порш не стал, прямиком отправившись на поиски Кинна. “Каков мудак!” - злился Порш мысленно. Вегас определённо считал, что хотя Порш и вписывался в спальню Кинна, но как спутник по жизни ему не подходил. Внезапно Порш остановился посреди бара, не замечая веселящейся вокруг него толпы. “Да я же и сам... сам так считаю... что не подхожу Кинну”, - осознал он. Отмерев, Порш заозирался и заметил неподалёку Кинна. Тот стоял в окружении своих телохранителей и о чём-то говорил с одним из них. Кажется, с Бигом. Порш направился к ним, а добравшись, ловко увлёк Кинна в туалет, где они, наконец, смогли быстро насладиться друг другом после напряжённого дня. Порш забыл обо всех своих тревогах, как это обычно всегда и случалось с ним в руках Кинна, и даже задышал кратно легче. - Соскучился, а? - усмехнулся Кинн и, коротко поцеловав Порша напоследок, принялся поправлять на себе одежду. - Ты тоже, - усмехнулся Порш в ответ. - Поторопись, - Кинн отвернулся к одной из раковин и сполоснул руки. - Надо для вида побыть в этом баре ещё немного. Только потом сможем уехать домой. - Ага, - рассеянно кивнул Порш и тоже занялся своей одеждой. Приведя же себя в порядок, он вдруг увидел на полу красный конверт – явно из дорогой, плотной бумаги. Порш едва на него не наступил. Нахмурившись, он напряг память и пришёл к выводу, что, когда они с Кинном вошли сюда, никакого конверта на полу не было. Значит... “Кинн никогда не будет полностью доверять тебе, Порш. У него всегда будут от тебя секреты”, - вспомнились Поршу треклятые слова Вегаса. Воспользовавшись тем, что Кинн всё ещё стоял к нему спиной, Порш молниеносно подобрал с пола конверт и незаметно сунул в карман.