Вы познакомились, когда он только расстался с девушкой

Вы познакомились когда он только расстался с девушкой. Ты всегда знал и чувствовал, что он «по девушкам» поэтому первое время даже не смотрел в его сторону. А затем взгляд стал прилипать сам. Манила, липла к языку комплиментами, его мимика, харизма, улыбка, внешность. Его мысли, суждения, выражения лица — всё это стало казаться тебе необычным, невиданным ранее. И вот ты, всё чаще пользуясь его тактильностью и опьянением, ведь вы ещё слишком далеки, чтобы видеться лично или вне баров, касаешься его, ищешь компании или ловишь себя на бесконечно долгих мыслях. И вроде бы даже все неплохо выходит: ты цепляешь, интересуешь как персонаж, личность, как музыкант или же просто собутыльник-собеседник. Неважно, как то, что вы сближаетесь. Попойки становятся личными, интересы и идеи общими, а дом его уже почти родным ощущается. Ты определённо счастлив. Ты беззаботен. Вы целуетесь первый раз где-то на окраине Питера. И несмотря на то что вы оба совершенно пьяны, ты оцениваешь все риски, боишься и молишься Богу, в которого не веришь, впредь до самого утра, умоляя, чтобы он ничего не вспомнил. Но ты знаешь что уже не сможешь забыть эти мягкие пухлые губы и тут то всё начинает по крупинкам рушиться. Ты теряешь контроль над ситуацией. Над собой. Ты все чаще встречаешь подозревающий взгляд на твой, всё только более липкий, но отгоняешь тревогу, до последнего надеешься, что всё пройдёт также быстро, как и раньше. Но ты теряешь контроль. На вашей первой совместной сцене ты делаешь то что не должен, то, что просят не делать, но желаешь — поэтому делаешь. И всё потихоньку рушится, хоть он и делает вид, что всё осталось по прежнему. На дне рождения перегибаешь палку опять. Ты, нажравшись, как последняя, лезешь, буянишь, требуешь того чего тебе дать не должны. Это ужасно и стыдно, но он прощает тебя и вы договариваетесь никогда об этом не вспоминать. Но не получается. Вы начинаете лгать друг другу. Даже на совместном стриме тебе долгое время сидеть некомфортно. Тебе не некомфортно с ним — тебе некомфортно с ним вот так — публично. Тебе хочется большего, а ты этого не получаешь. И не получишь, потому что он знает, не потому что ему рассказали про твою ориентацию, а потому что ты сам это показываешь. Поэтому теперь с тобой не как со всеми. Но не в том смысле в котором хочется. В совершенно другом смысле. Это больно. Это уже начинает зудеть. Ты вспоминаешь про свои московские недоотношения и из-за питерской влюбленности превращаешь их в абьюзивно-созависимые, потому что агрессию куда-то выливать требуется и потому что требуется хоть как-то заполнять вечную пустоту, остающуюся после встреч с ним. Но ты не выдерживаешь, вы расстаётесь. И тогда наступает самая одинокая и холодная пора в твоей жизни — в его жизни появляется она. Это разрушает уже тебя. Точнее то, что от тебя осталось. От вас потому что не осталось уже почти ничего. Находишь спасение в бегстве. В другой стране ты занял себе голову другим, ты отвлёкся и наконец-то смог успокоить внутренний ураган. Иллюзия. Ты вспоминаешь о нём, как только делаешь глоток. Но эта иллюзия спасала, давала слепую надежду. Давала причину не сойти с ума и все-таки вернуться в Россию. Потому что смотря на него, улыбающегося, встречающего тебя, ты не видел её рядом. Ты целовал его щеки, со стекляшками в глазах, и обнимал, как в последний раз, умоляя чтобы он таким не был. Ты чувствовал тепло. Он был рад тебе. Вы пошли в бар и все стало повторяться, все как раньше. Ты справишься. Иллюзия. Никогда ещё тебе не было так больно улыбаться. Никогда ещё не хотелось оглохнуть, ослепнуть, умереть так сильно, как в тот вечер ради которого мчался. День рождения, ради которого, наплевав на здоровье и чувства, приехал. Ты на дне. Хуже казалось не будет. Ты отчаянно пытаешься выкарабкаться, но сыпучий песок под ногами не даёт ни капли надежды на это. Ты сходишь с ума в своём одиночестве. Поэтому ты идёшь на всё, идёшь до последнего. Ты пользуешься, тем что он пьян, но в этот раз без сожаления, ты целуешь его на виду у всех, потому что умрёшь если не отчаишься настолько. Потому что ты не хочешь себя контролировать. Ты хочешь как в первый и последний раз. И он правда оказывается последним. Последующие ваши встречи кажутся такими безразличными и равнодушными, что ничего не остаётся, кроме как окончательно убить в себе всё и начать жизнь заново. Ну или сделать вид.