Под бой курантов

За окном сияли звезды и ясная луна. Несмотря на поздний вечер, Питер кипел жизнью. Ничего удивительного, ведь на календаре красовалась дата: «31 декабря». На часах 22:06. По обычаю, у всех был накрыт стол разнообразными блюдами, где в обязательном порядке было оливье, селёдка под шубой, холодец и пара килограмм мандаринов. Кто-то из более состоятельных мог позволить себе красную икру, а то и чёрную. По обычаю же Сергея и Олега, все происходило в последний момент. Волков не переставал ворчать на парня, всячески припоминая его нерасторопность. Тот, в свою очередь, просто наслаждался праздничной атмосферой и всячески задабривал Олега, помогая ему то тут, то там, а иногда позволяя себе одаривать его щеку нежными поцелуями. И пусть на подобное Волков хмурился, но по нему было видно, что он вовсе не прочь подобной ласки. Ёлку, благо, нарядили ещё с утра, потому под вечер оставалась лишь подготовка стола. Встречать новый год они планировали вдвоем, потому и объём был в два раза меньше, как обычно оно бывало на праздничных столах. Тем не менее, Олег хлопотал на кухне, словно укушенный, в то время, как Сергей глядел то на телевизор, где шла «Ирония судьбы», то на возлюбленного, смотря на него, словно на чумного. По какой-то причине Олег отказался от помощи в приготовлении блюд. Хотя причина была вполне ясна обоим. Сергей был весьма скверен в готовке. Даже не так. Его нельзя было подпускать к плите, если в планах у тебя был целый дом и не подпаленная кухня. — Просто сиди и ничего не делай, — сказал Олег, когда Серёжа все же попытался предложить помощь. — Просто ничего не делать? — удивился в свою очередь Разумовский, ведь до этого его целый день всячески кошмарили насчёт того, что он бездарь. Конечно, это было не так, но то касалось учёбы и прочего, а не подготовки к новому году. Будь на то воля Сережи, он бы отмечал праздник и без всяких этих излишеств с коробкой пиццы в руках и шампанским. А так им пришлось знатно потратиться на ёлку и на все ингредиенты для салатов, а учитывая, какие копейки они зарабатывали и получали со студенческого капитала, это было весьма дороговато. Однако Олег так явно не считал. Ему всегда было важно провести Новый год, как было принято. С ёлкой и полной еды столом. Сергей всегда поддерживал его в этом, хоть и не разделял подобных взглядов. — Да, — нервно отвечает Олег, нарезая картошку. — Как скажешь, — пожимая плечами, говорит Сергей и продолжает смотреть фильм, изредка поглядывая на парня. Подобное быстро наскучило и парень все же встает с кресла, невзначай шагая по кухне и глядя на то, как заманчиво Олег смешивает ингридиенты для оливье. Рядом лежат мандарины. Облизываясь, Сергей тянется к ним, как вдруг получает шлепок по руке, от чего та быстро отстраняется. — За что? — словно избитый пес, проскулил Серёжа, поглаживая несчастную руку. — Это к Новому году, не трожь, — угрожающе рыкает Олег, напряжённо глядя на друга. В этот Новый год Олег по какой-то причине был ещё нервнее, чем бывало обычно. Это и беспокоило Сергея. Весь этот новогодний кипишь терпим до тех пор, пока не влияет так на Волкова, что тот даже не позволяет взять парню и лишнюю крошку. — Ты какой-то нервный, — досадливо говорит Серёжа, разочарованный тем, что ему так и не дали насладиться желанным мандарином. — Потому что не успеваю нихрена, — начинает ворчать Волков, спеша достать готовую картошку. — Всё должно быть идеально. Я специально высчитал количество мандаринов, чтобы их хватило на сегодня и завтра. — Брось, если я съем хоть дольку, мир не схлопнется и мандарины не сбегут в сию минуту воскликая: «вы оскорбили наши честь и достоинство, как вы посмели нас съесть до боя курантов?», — скептично ответил Серёжа, что и сам любил экономить, но не до таких же крайностей… — Может и не сбегут, — Олег все же хмыкнул с шутки, но быстро вернул свою серьёзность. — Но закончатся до Нового года. Я же знаю тебя. Съешь один мандарин — не заметишь, как и другие доешь. Сергей мог лишь закатить глаза, поскольку возразить ему было нечего. В свою очередь, Олег наконец таки приготовил первый салат, торжественно выставляя оливье на стол, после чего принялся готовить следующее блюдо. Глаза Сергея засияли недобрым огоньком, при манящем запахе новогоднего салата. Стоило признать, что оливье у Олега выходили отменные. Из него в целом был неплохой повар, но, пожалуй, этот классический салат вызывал в Разумовском особую бурю эмоций. А может, дело было и в новогоднем настрое, что постепенно начинал в нем зарождаться. — Даже не думай, — вновь прервал аппетитные мысли парня строгий голос Волкова. — Это… — К Новому году, я уже понял, — недовольно проворчал Сергей, глядя на часы. До боя курантов полтора часа, а его желудок уже требует еды! — Волче, я хочу есть! — В верхнем левом ящике есть «Ролтон», — безразлично выпалил Олег, увлечённо нарезая селёдку. — Ты издеваешься? — уже не выдерживает голодный Серёжа. — Предлагаешь мне вместо нормальных салатов довольствоваться «Ролтоном»? — Осталось не так много, потерпи, — наконец, за весь вечер в тоне Олега промелькнула хоть какая-то искра сочувствия. Однако от того Разумовскому было не легче. Он уже хотел возмутиться, возразить, как услышал тихое шипение друга. Взглянув на того, он с ужасом заметил, как тот приложил палец к губам. — Порезался? — встревоженно спросил Сергей, вмиг отпуская все обиды. — Пустяки. — Ну уж нет, — строго заявил Серёжа, не позволяя Олегу продолжить. — Я не буду есть салаты с привкусом крови. Это же не стерильно, а ещё тебе может зараза попасть. Пошли, обработаю быстро и продолжишь резать своих жертв новогоднего стола. С этими словами Сергей потянул своего партнёра за собой в ванну, тот не смел сопротивляться, зная, что с таким Разумовским спорить глупо. — Только быстрее, а то я не… — Все ты успеешь, — нетерпеливо перебил своего парня Серёжа, промывая рану водой, пока Олег тихо поскуливал. — Куда ты вообще так торопишься? — Надо успеть к Новому году. — Как будто если салаты будут не готовы к сроку, мир сгорит до тла, — небрежно сказал Сергей, закатывая глаза. Он в целом не сильно понимал, почему Олегу был так ценен этот Новый год. Вроде оба провели несколько скудных праздников в стенах детского дома, а каждый предавал Новому году свое значение. Для Сергея это было что-то вроде отдыха от учебной суматохи и прочего, а для Олега… Разумовский никогда не мог понять причину его трепетного отношения к этому празднику. Тем не менее, он всегда старался поддерживать его настрой и разделять. Только в этот Новый год Олег был слишком нервный и новогодняя суматоха постепенно превращалась в обыкновенное безумие. — В чем смысл праздника, если он заставляет тебя так нервничать? — вдруг спросил Серёжа, наклеивая пластырь на изувеченное место. — Ты не понимаешь, — прошептал Олег, отводя взгляд. Плечи его опустились, а взгляд стал мрачным. — Так объясни. — Новый год — это ведь праздник, когда все в предвкушеннии боя курантов, когда все становятся добрее. Вспомни, как в детском доме никто и не думал обижать тебя в Новый год. Да и подарки, атмосфера, все это придает волшебство. Не знаю… это единственный праздник, который заставляет меня искренне улыбнуться. И этот праздник я всегда хочу проводить с тобой. А этот Новый год должен быть особенным, идеальным! — начал Волков, воодушевляясь с каждым словом, однако быстро поник, словно осознавая, что все идёт не так. — Я скоро уеду, Серёг… На миг в помещении воцарилась тишина. Сергей обдумывал слова Олега, но те так и не сумели достичь его сознания. Словно разум его блокировал подобное, не желая воспринимать всерьез. — Это ведь не страшно, — вдруг начал парень, но его нервная улыбка говорила об обратном, все же он догадывался, но не хотел верить. — Ты в любом случае вернёшься. — Вернусь, — тяжело выдохнул Олег. — И связь поддерживать буду… — Куда ты уезжаешь? — наконец спросил Сергей, хотя прекрасно знал, что ответ ему не понравится. — Только не говори, что все же надумал в армию! Мы же квартиру уже купили, у нас планы есть! Ну нельзя же так, Олег! Что я буду делать без тебя? — Тише-тише, — поспешил успокоить своего друга Волков, пока тот не завёлся окончательно. — Послушай, я все спланировал. Я буду присылать тебе свою зарплату, писать письма, ты сможешь ко мне приезжать. Да и это же всего два года. — Так все же это правда… — буря сменилась отчаянием, Сергей, поникнув, сел на край ванны, глядя в пустоту. Он все не понимал, куда Волкова так тянуло в эту неизвестность, полную опасностей. Ведь у него была возможность остаться с ним, но он все рвался туда, где его ждали приключения. Сергея это ужасно злило, можно было сказать, что он даже ревновал. Только вот все это объединяло одно. Ужасное беспокойство за парня и осознание своей тоски без него. — Серый, — Олег прервал грузные мысли Серёжи, осторожно присаживаясь рядом с ним и приобнимая. — Совсем не так я хотел, чтобы ты узнал. — Зачем это тебе? — не глядя на Волкова, спросил парень, будто ответ мог его утешить. — Я сам до конца не знаю, — честно признался Олег, прерывая объятия и уходя в себя, но быстро возвращаясь в реальность. — Просто мне это важно. Я хочу сделать этот мир лучше так, как умею. Я чувствую, что это моё, и я этого хочу. Мне бы хотелось и с тобой остаться, но… — Это сделает тебя несчастным? — догадался Серёжа. — Громко сказано. Скорее, меня постоянно будут терзать мысли, а правильный ли выбор я сделал, отказавшись от того, чего хотел. Олег тяжело выдохнул. Ему и самому было тяжело покидать возлюбленного, но, с другой стороны, не мог же он вечно отказывать самому себе ради их отношений. Иначе это была бы зависимость, а подобное к хорошему никогда не приводило. Сергей понимающе кивнул. Он любил Олега и явно хотел счастья для него. Иногда ему было сложно понять его привычки и любовь к чему-то, но так или иначе Серёжа всегда поддерживал его выбор. Так и сейчас он не смел более отговаривать Олега от его желаний, осознавая, как это эгоистично. — Что ж, — тоскливо продолжил Олег — Видно мне не удалось сделать этот Новый год идеальным. Наоборот, только все испортил… — Что? — Сергей спохватился, совсем забывая о празднике, но слова друга вернули его в реальность. — Вовсе нет! А ну вставай давай. Полчаса ещё у нас в запасе. Мы все успеем. Сейчас не хотелось думать о плохом. На носу был праздник и не простой. Не только потому что это был Новый год, а потому что этот праздник был значим для Олега, а для Сергея был значим он. Об остальном можно было поговорить и потом, а сейчас имел значение лишь Новый год, к которому нужно успеть нарезать салаты и открыть шампанское. Олег, хоть и не был уверен в словах парня, все же заразился его настроем. В этот раз Волков все же пустил свое рыжее безумие на кухню, позволяя ему помогать в некоторых аспектах. Конечно, не обходилось без строгих замечаний Олега, когда Сергей так и намеревался съесть что-то раньше времени. Зато, когда у Разумовского что-то получалось, он ловил на себе гордый взгляд парня и получал лёгкий поцелуй в макушку. — Бой курантов через пять минут! — воскликнул Сергей, когда Олег тщетно пытался открыть бутылку шампанского. — Да знаю я, видишь: пытаюсь! — нервно говорил парень, только ещё больше нервничая от поторапливания Разумовского. — М-да, армия тебе явно не помешает, — сказал Сережа с явной усмешкой на лице. Олег в свою очередь взглянул на Разумовского, как на врага народа. Наконец пробка поддалась и соизволила покинуть пределы бутылки. При всем при этом чуть не попадая в глаз Сергею, что вовремя увернулся. — Эй! Осторожнее же надо! Возможно Волков бы и почувствовал ему, если бы не издевки Сергея до этого. Потому вместо извинений, он одарил возлюбленного ехидным взглядом. — Куранты скоро, наливай, — сказал он, протягивая открытую бутылку шампанского, как ни в чем не бывало. Сергей не нашёл, что возразить, а потому с явным недовольством выполнил просьбу Олега. Наконец долгожданный бой курантов послышался из экрана телевизора. Олег и Сергей отчитывали секунды, ожидая конечного удара. Когда же это все же случилось, в переизбытке чувств Серёжа потянулся к Олегу и утянул его в страстный поцелуй. Тот ответил ему тем же, не смея прерывать этот блаженный миг. Однако… — Серёжа, — вдруг послышалось сталь в словах Волкова, когда он внезапно прервал поцелуй. — Ты что, съел оливье? — Ну… — замялся Сергей, явно не ожидая такого поворота. — Не съел, а так, одной ложечкой полакомился. — Твою мать! Серёжа! — Вообще-то, мы сироты. — Мне похуй! — Как грубо, — с театральной ноткой обиды произнёс Сергей, но долго разыгрывать подобную сцену не смог, поддаваясь теплотой чувств внутри. — А знаешь. Пожалуй это самый мой лучший Новый год. — Это ты так тему переводишь? — все ещё недовольно бурчал Олег, но Серёжа его слишком хорошо знал, чтобы не заметить приятный блеск в глазах партнёра. — Да, — в усмешке ответил Разумовский, на что получил осуждающий взгляд. — Какая ж ты все же сука, Сергей Разумовский, — Олег редко позволял себе такую грубость, но даже сейчас в нем не было искренней злости, лишь доля задорства и ехидства. — За это ты меня и любишь, — Серёжа почти что повис в объятиях Волкова, пока тот крепко его держал, не позволяя упасть. — Очень, — искренне ответил Олег и на этот раз сам стал инициатором очередного поцелуя, который более не смел прерывать ещё долгое время.

***

Бой курантов неприятно бил по ушам. Когда тот наконец закончился, Сергей потянулся к бутылке шампанского, которую осушил почти за раз. Это была не первая и не последняя бутылка за эту ночь. Встречать Новый год в полном одиночестве… казалось, нет ничего хуже. Но даже не это терзало Сергея. Встречать Новый год без Олега Волкова. Вот, что было ужасным наказанием для Сергея Разумовского. Потому что ничего не имело смысла. Ни ёлка, ни праздничный стол, ни новогодние фильмы. Ничего. Сергей давился салатами, скорее просто для того, чтобы услышать недовольное бормотание Олега и окунуться в ту атмосферу Нового года, когда тот был рядом. Но этого так и не происходило. Худший Новый год, который когда-либо доводилось праздновать Сергею. Потому что этот год он встречал без Олега. Опять.