Аромат любви

— Ну что, пойдём? — задала вопрос Мария, когда ей уже немного надоело стоять возле школьных ворот, тем самым извлекая Хэнка из его мыслей. — Да, конечно. Хочешь куда-нибудь или просто погуляемся? — поинтересовался Борис, поправляя волосы. Это движение выдавало, что парень волнуется. «Из-за чего он переживает?» — подумала девушка, но озвучить свой вопрос не осмелилась, предполагая, что Хенкин не пожелает на него отвечать и придумает какую-то ерунду, чтобы не обременять Марию своими проблемами. — Ну, можно по парку или набережной, а потом и поесть было бы неплохо, — проговорила Высоцкая, предлагая различные варианты, куда они могут пойти. — Хорошо… — согласился блондин. Высоцкая чувствовала себя рядом с Хэнком расслабленно, ей было комфортно, когда поблизости был её хороший друг. Возможно, она хотела бы, чтобы их дружба переросла во что-то большее и была бы рада этому, но понимание, что настоящая она может оттолкнуть его. Её проблемы с родителями, переживания, настоящие мысли по поводу жизни, творчества, будущего, которые она не озвучивает никому, оставляя на пищу для своих размышлений. Именно этой стороны она стеснялась и боялась, что её могут отвергнуть, ведь это не все смогут вынести. Но при всех этих переживаниях Мария понимала, что Борис для неё лучший вариант. Другого такого понимающего и заботливого она не найдёт. Его можно сравнить с хорошей стороной Сергея Есенина, он любит близких, родные места, и при этом в нем есть что-то революционерское. Он жаждет перемен, недоволен существующими устоями, правилами. Но в итоге, он всё же идёт на поводу закона, своего отца. Он мирится со всем окружающим, что доставляет ему недовольство и отвращение. Итак, эта «пара» гуляла довольно долго, что даже успело стемнеть и поднялся ветер, но это их никак не остановило — они пошли в кафе, перекусить. Оба практически не ели за день, но им и не хотелось. Они желали провести как можно больше времени друг с другом, не отвлекаясь на какие-то мелкие посторонние дела. В заведении было не очень много людей, потому что многие взрослые днем работали и закончили час, может два назад и теперь спешили домой, к семье. Маленькие дети ждали родителей, их ещё не интересовали прогулки, особенно вечером, в не очень хорошую погоду. А многие подростки либо также остались дома, либо пошли на вечеринку, которая проходила сегодня побережье моря. У них как раз тот возраст, когда погода совершенно не важна, главным была обстановка и определённый процент спирта в напитках. — Так почему ты решил сдавать литературу? — спросила Мария, как только официант отошёл от них после принятия заказа. Хэнк немного задумался, размышляя над поставленным вопросом. — Даже не знаю… С какой-то стороны потому, что нравится предмет. Довольно интересно анализировать произведения, поступки героев. Иногда, можно взять пример с персонажа, а иногда, ты понимаешь, что как-то поступать не стоит, так как могут быть серьёзные, если не для общества, то для тебя последствия. Судьбы героев иногда переплетаются с биографией писателя, и ты понимаешь это, не когда читаешь, а когда проводишь анализ в своей голове, перебирая разные сцены из книги, — неспеша говорил Борис. Хенкин рассказывал с неким восхищением предметом, писателями, произведениями, что слушать его было одним удовольствием. Переставало существовать всё, что окружало их, и оставался лишь Хэнк и его голос. За его повествованием, девушка не заметила, как принесли заказ. Только Высоцкая притронулась к еде, как идиллию нарушил звонок телефона. — Прости, мама звонит, я отойду на немного… — извиняясь, встала Мария и пошла к уборной. Но звонила совершенно не мать. Это был Кислов. «Сука! Блядь! Как всегда! Умеешь всё испортить!» — кричала в своей голове девушка на Кису. Она была зла на него, ведь он не будет звонить просто так. — Что тебе нужно?! — недовольно поинтересовалась брюнетка. — Почему ты снова не открываешь дверь? Ты не дома? — немного резко задал встречный вопрос парень. — Да, не дома. Не думала, что ты так рано вернёшься, поэтому решила прогуляться, — снова солгала Мария. «Почему это стало входить мне в привычку? Раньше же никогда не врала..» — подумала девушка. — Да, я уже вернулся, а дверь закрыта. Так что тебе придётся возвращаться обратно, и как можно скорее, потому что я ужасно хочу спать. — Буду минут через сорок только, — проговорила девушка. На самом деле идти до дома Кислова было от силы минут двадцать, но Высоцкая хотела хоть ещё немного побыть с Хэнком. — Давай я тогда пойду навстречу тебе. Хоть не так скучно будет… — Нет, жди там, — резко и грубо произнесла девушка, что немного удивило Кислова. Он ничего не сказал кроме краткого «угу» и отключился. «Сука! Теперь ключи будут у него всегда! Лучше я буду ждать под дверью, чем бежать к нему, бросая друга», — подумала Мария и вышла из уборной, направляясь к столику, где сидел немного со скучавшим лицом Хэнк. Увидев девушку, он немного оживился, но по её недовольному и грустному лицу он понял, что что-то случилось. — Прости, за то, что заставила ждать, — произнесла Высоцкая. Хэнк принял извинения и сказал, что ничего страшного не случилось. Парень думал, что они продолжат беседовать, но брюнетка не садилась за стол. — И ещё прости за то, что мне придётся сейчас уходить. Мне было очень интересно с тобой, и я бы хотела посидеть ещё хотя бы полчаса. — Тебя проводить? — спросил парень, кивая в знак понимания. По выражению лица девушки было ясно, что встреча должна закончиться. — Нет, не нужно… За мной уже приехал папа, — снова солгав, растроенно проговорила она. Попрощавшись, девушка ушла, оставив парня одного. Вечер был напрочь испорчен. Причиной всему стал Кислов, скорее всего пьяный, возможно, и под наркотой. Марии очень хотелось бросить Ивана одного, не бежать к нему, а остаться с Хэнком в спокойствии и гармонии. Но этому видимо было не суждено сбыться. А теперь она идёт под мелким дождём домой к Кислову, чтобы открыть ему дверь и самой остаться у него в квартире, умыться и лечь спать, забываясь.