маргиналы в хогвартсе

флинн трекстер обнаружил себя потерявшимся в толпе первогодок. ему казалось, они с чейз сходили в поезда вместе, и в повозку садились вдвоем, как приклеенные, но стоило им только оказаться во дворе перед главными входом, как светлые локоны пропали из виду. — а ну, съебались, быстро, — флинн проталкивался, разгребая руками чужие плечи. как же ему было злостно на свой рост. ну почему, почему он не мог вымахать на пару голов перед первым годом? у колоннады его наконец встретили колким замечанием с насмешкой в голосе. чейз первой выбралась на свежий воздух и уже отдала чемодан домашним эльфам. — о, рекс, а я уж думала, тебя затопчут, — флинн одернул подругу, тянувшуюся ладонью полхопать того по башке. — все, чейз, не буду я больше тебя ждать. он озлобленно оттолкнул чужую руку, и пулей влетел в главный зал. чейз мавье, лишь на пару сантиметров обогнавшая флинна по росту, проскользнула следом за приятелем, тихо посмеиваясь. за массивными дверьми порхали подсвечники, четыре длиннющих стола ломились от жратвы, а за ними почти плясали сотни учеников. у мавье что-то кольнуло в области левого легкого, когда рекс сразу побежал к гриффиндорцам. она понимала, что ей там ничего не светит. они знали друг друга давно, их родители были приятелями со времен хогвартса. чейз и рекс росли почти как сиблинги, дрались, кусались, устраивали друг другу подлянки. вместе плакали, смеялись и мечтали о хогвартсе. не об учебе, конечно, а о приключениях. чем ближе осень, тем четче мавье осознавала, что их разделят по факультетам. нет, они это переживут, но неизвестность пугала. флинн украдкой проводил чейз, становящуюся сразу к первогодкам, и, еще более насупившись, обернулся к старшекурсникам. — я стану следующим капитаном по квиддичу. вот увидите, — даже не вникая в суть разговора гриффиндорцев, отчеканил флинн, оперевшись на столешницу. на него уставился десяток-другой удивленных и смеющихся глаз. — вот! это дух гриффиндора. далеко пойдешь, — флинн не успевает осознать и уже оказывается придушен в слишком уж крепких объятиях. его отпускают, и рекс, потирая шею, оглядывается. мальчик его роста чуть ли не прыгает на месте, как резиновый мячик или шоколадная лягушка. даже сев рядом, его продолжает немного колбасить. — я не могу, наконец уже началось, я думал я умру за лето от скуки, — тараторит гриффиндорец, хватаясь за вилки. другие студенты по-доброму посмеиваются, а тот вдруг резко обращается к флинну. — я шифу де гон, второй год, но я одного с тобой возраста. и я тоже хочу стать капитаном, — шифу прищуривается, осматривая рекса с ног до головы. тому становится немного некомфортно и он делает шаг назад. — мы теперь соперники? — мы теперь соперники.... — мечтательно шепчет в ответ де гон. флинн забывает о секундном страхе и ему становится смешно. — я принимаю твой вызов! жди, сейчас шляпа определит меня в гриффиндор, и мы с тобой разберемся, — флинн не стал дожидаться когда второгодка отвлечется от розовых мечт капитанской жизни и рванул к остальным первогодкам. — опять он, теперь мелких к себе тащит, — слишком четко, слишком разборчиво прошептали за соседним столом. шифу мгновенно обернулся и уперся взглядом в очень недовольное лицо. — не хотел говорить вслух, вырвалось, — это был уильям шепард, слизеринец. рыжеволосый бес, достававший шифу на к а ж д о м уроке зелий. де гон скривил рожу, от чего уил сразу же брезгливо отвернулся к своим друзьям. илан и тео, напрямую они его не доставали, но часто делали подлянки всему факультету, и гон искренне не понимал зачем. гриффиндорцам казалось, что шифу вообще внимания не обращал на слова рыжего, но тот просто умело скрывал все свои волнения. из-за настолько открытого презрения он часто задумывался имеет ли он право оставаться в школе. остальным шифу старался не показывать ни виду, но вилка, плотно прижатая локтем, выпрыгнула к самым облакам под потолком и улетела в сторону дверей. с лица шифу слетела натянутая улыбка. — ты чего, — испуганно пробормотал третьекурсник, а гон вскочил и понесся вслед за летящим предметом. *** хогвартс и колдотворец в корне ничем разительно не отличались. школа, оно же тюрьма, оно же пытка. вместо номеров на кандалах разноцветные одежды, каторжные работы заменяют занятия и домашка. последнее стэнли ненавидел больше всего. хотя нет, еще кое-что. сплетни. было громадное желание послать всех крыс к черту, но быть в курсе хотелось больше. как с грязью — противно, а все равно продолжаешь мазюкаться, отыскивая мертвых жуков и пустые раковины от улиток. вот так и в первый день. откуда-то, непонятно из чьего именно болтливого рта, понесся слух, что стэнли эпштейн, переведенный второгодка, самолично задушил ученика по обмену и встал на его место. оборотень из холодной и злой россии, приехал разнюхивать тайны хогвартса и жрать детей. ответить на такое представлением у стэнли не удалось. его притащили на обеденном поезде, заспанного, уставшего, с дороги, и сразу на приветственный банкет. и потому, впервые услышав прошептанное оскорбление в свой адрес, он лишь едко улыбнулся. — поторопись на завтрак, там тебя найдет староста слизерина и отведет в ваши комнаты. не пропускай, — декан оказался неразговорчивым малым и быстро ушлепал в направлении главного, громадного, сука, стола. во преподы устроились. лекцию об устройстве школы ему занудно зачитывали еще на родине, потому в планах эпштейна было проспать речь директора и под покровом ночи пошататься по хогвартсу. правда, обрисовалась одна проблема. 《вот и попал》 слизерин зеленый. гриффиндор красный. эти цвета были почти одинаковы для стэна. задрав голову вверх, тот завис на добрые пятнадцать минут и вернулся в реальность, только получив по лбу вилкой. — ИЗВИНИ, — навстречу эпштейну, почти вприпрыжку, бежал шифу. он старался не улыбаться, все-таки, пизданул человека по лбу, но получалось это плохо. — че вилками разбросалс, бесплатные? — стэн поднял упавшую утварь и прокрутил в руке. серебро. — так ты тот самый? эпштейн??? де гон как сам был объектом слухов, так любил послушать и про других. шифу не очень радовало что новичка сразу отправили в слизерин, не дав ему надеть распределяющей шляпы, и потому планировал показать ему как хорош гриффиндор. может, он передумает и ему разрешат перевестись? — ну и што с того. держи свои вещи при себе, мелоч, — стэн говорил и резко, и смазано одновременно, с холодным, даже злым выражением лица. а может ему и место среди слизеринцев, пронеслось у шифу. — сам мелочь. мы на одном году учиться будем, — обиженно пробормотал де гон. и тут эпштейн уже хотел рассмеяться, как он умеет, как весь зал начал словно по команде усаживаться. — ладно, удачи! и вилкораскидыватель стремглав убежал к столу. куда идти самому стэну оставалось загадкой. он чуть было не поплелся куда убежал мелкий, с острым желанием сесть рядом и надоедать тому, но за воротник грубо потянули назад. — ай-эй. — ну сказали же тебе, что слизерин, — не отпуская рубашки, стэна резко поволокли под флаг со змеей. надо запомнить, гадюки. — а вот и штароста, — эпштейн мерзко хихикает, тормозит пятками и вырывается из цепкой хватки. — сам дойду. понял уж. староста слизерина оказывается щуплым, худощавым пареньком с большим ртом. на секунду в голове промелькнула мысль как он вообще смог сдвинуть стэна на метр, но та быстро улетучивается после подзатыльника. — садись, и не вякай. эпштейн нехотя сел у самого края, в нескольких метрах от ближайших учеников. по центру залы уже успела выстроиться колонна первогодок, начинавшая трансформироваться в бесформенное столпотворение. приветственную речь от директора стэн пропустил, старательно сгибая вилку в крючок. — ВАЛЕРИ АДАБЕЛЛЬ, КОГТЕВРАН, — закричала старая, мерзкая шляпа на голове девчонки. синеглазая с весьма довольным выражением лица встала, отвесила предмету гардероба поклон и уверенным шагом направилась к флагу с голубой вороной. воронята оживленно встретили ее с одобряющими кивками. — ФЛИНН ТРЕКСТЕР, ГРИФФИНДОР! — зал окатило улюлюканье с соседнего стола. стэн прищурился, пытаясь понять, что именно нарисовано на их гербе — лысый кот или волосатый младенец? его взгляд приковало знакомое лицо. вилкораскидыватель размахивал руками со всей душой. будто от этого зависит жизнь и его, и несчастного трекстера. — ЭННИ КИСМЕЛ, СЛИЗЕРИН, — в этот раз эпштейн даже не удивлялся реакции гадюк. некоторые девушки повскакивали, но большинство просто довольно ухмылялось, изредка кидая недобрые взгляды на лысых. — ЧЕЙЗ МАВЬЕ, КОГТЕВРАН... еще пара имен, и стэн жутко заскучал. вилка наконец разломилась пополам, а после склеилась как новая. с удрученным вздохом эпштейн принялся снова ее крутить, как рядом вдруг оказалась чья-то рука. а потом голова, за ней тело и ноги. из-под стола с завидной гибкостью выползал мальчишка его лет, с очень хитрой физиономией. — ой, бл... привет, — гаденыш сел рядом, надругательства над вилкой пришлось оставить. — я эндрю крепс, второй год, — тот даже не протянул руки, сразу по-хозяйски оперевшись о плечо стэна. — ты переведенный, эпштейн, и так знаю. так вот, мозгов у меня нет, зато есть идея... оказаться в первый же час втянутым в авантюру ну слишком по-детски, но кто стэн такой, чтобы отказываться. к тому же, эндрю выкладывал настолько несовершенный и неполный план, что он нуждался в качественной доработке. два слизеринца обмозговывали блицкриг на своего же старосту, а также его любовника из молодых профессоров. эндрю откуда-то узнал, что двое голубков запрутся в подсобке рядом с главным залом, и стэн предложил не только их там оставить на пару часиков, но и подкинуть что-нибудь романтичное. например, вонючую бомбу. не дослушав распределяющую шляпу, нарушители выскользнули из-за столов и прокрались за двери. эндрю прошмыгнул крысюком к подсобке и взмахнул палочкой, проговаривая запирающее заклинание. эпштейн оглянулся пару раз для своего же спокойствия и вытащил из-за пазухи украденную со стола булку. всего два слова на латыни, и та начала гнить на глазах, источая зловоние. злобно посмеиваясь и затыкая носы, гаденыши впихнули в щель выпечку. — АХ, МОЙ МИЛЫЙ АВГУСТИН, — завизжал эндрю, старательно подделывая фальцет. — АВГУСТИН, АВГУСТИН, — пробасил в ответ стэн, пропихивая ботинком второй кусок гнили. — АХ, МОЙ МИЛЫЙ АВГУСТИН, — его напарник начал удаляться от каморки, не выдерживая вони и старательно затыкая нос, от чего последний августин получился особенно гнусавым. — АВГУСТИН МООООООЙ, — с удовольствием закончив припев, проорал эпштейн и дал деру вслед крепсу. они добежали до парящих лестниц, и, вскочив на ступени, уехали куда-то вверх. жутко пробивало на смех, и стэн не мог сдержать сиплых вдохов, задыхаясь к тому же от стометровки за пять секунд. — ну, мы сработаемся, — наконец эндрю протянул руку. стэн с сияющим лицом пожал ее в ответ. ладонь крепса оказалась потной и противной. это особенность англичан? *** конечно же, эту выходку так просто не оставили. эндрю и стэн явились в гостиную слизерина первыми, успев занять самые кошерные, по их мнению, койки — у громадного аквариума с хищными рыбами. они даже не успели пуститься в рассказы о себе, как их прервал оглушающий крик. — СТЭНЛИ ЭПШТЕЙН! времени и места прятаться не было, потому он просто шагнул из комнаты, выискивая источник шума. последним оказался староста, с взлохмаченными волосами и помятой мантией. сзади него с уставшей улыбкой переминался с ноги на ногу долговязый блондин в учительской одежде. — ты только перевелся, и сразу же захотел доставить мне проблем??? ты понимаешь, что я легко могу тебя отчислить, — староста приближался со страшной скоростью, и потому у стэна не оставалось ничего, кроме как выдернуть эндрю с кровати за ботинок. тот же, старательно притворявшийся спящим до, удивленно захлопал глазами. — крепс, ты-ы-ы... оба! марш к декану, — простонал тощий парень, указывая трясущейся от злости рукой на дверь. проходя мимо него, стэн учуял ту самую вонь от булки, и невольно зажмурился. заметив это, староста залился красным и убежал к ванной комнате, злостно топая ботинками. у двери все так же ждал профессор. эпштейн успел только подумать, не слишком ли он молод для такой важной роли, но почувствовал мягкое похлопывание по плечу. — я хитклиф монроуд, профессор прорицания. можете не идти к декану, но больше такого не вытворяйте, — стэн нахмурился еще больше. так идти или не идти? — окей, хит, мы, типа, извиняемся, — пробормотал эндрю и, пока до эпштейна не дошло сморозить нечто грубое, утащил его за дверь, в коридор. — это мы легко отделались. — скушно. — ты НЕ хочешь видеться с нашим деканом, ЧУВАК, - стэн сморщился еще сильнее. уже не от вони. ему начинала не нравиться манера речи его напарника. провести оставшийся вечер стэнли намеревался один. хватило приключений, нужно было и осмотреться. сам того не заметив, он забрел к крылу лысых котов. точно. гриффиндор. эпштейн осматривал гобелены и картины с движущимися людьми, сравнивая с плывущими фресками в колдотворце и крючившимися идолами языческих божеств. от предавания воспоминаниям его оторвал приглушенный смех за углом. стэнли высунул голову, ожидая увидеть стаю гриффиндорцев, прямо как они сидели в главном зале, тесными кучками, но увидал лишь одинокого мальчика. он читал письмо с мокрыми глазами и грустной улыбкой. — о, мелкий, — стэн подошел ближе и узнал вилкокидателя. — а, эпштейн, — тот быстро засунул пергамент в рукав и выпрямился, потирая глаза. — мне кажется, мы с неправильной ноты начали наше общение. я шифу де гон, гриффиндорец, второй год обучения. мне сказали, что ты будешь в той же группе по полетам, что и я, а я люблю полеты и новые знакомства, — он лучезарно улыбнулся и протянул руку, уверенно, но не слишком настойчиво. стэн вдруг обнаружил, что с шифу пожимать руки было приятнее. ладонь у того была сухая и теплая. наверное он не британец. — приятно, де гон. я стэнли эпштейн, пожирател детий, — с лица не сходила ухмылка. он только не мог понять, от чего. оставшийся час до отбоя гриффиндорец и гаденыш проболтали о различиях квиддича и шароловли, новых моделях метел и предрассудках о факультетах. шифу сделал вывод, что стэн уж слишком закостенелый, раз считает, что львы всегда голодные, а вороны любят яркое. эпштейн все-таки остался при своем мнении. он еще помнил, как пестрили блестками и красками письма одной из девочек, оказавшейся на когтевране.