Отступницы

Сейчас небо напоминало жидкую серую овсянку, что нетронутой лежала на тарелке, и в которой ковырялись ложкой. Маша Марфулова шла, осторожно перебегая дорогу, которая была ограждением двух частей леса друг от друга. Остановившись она отряхнула дубленку и юбку, где красовалось замытое пятно компота, что «случайно» опрокинула на неё Ксюша Краснова. Вокруг не было ни души, машины проезжали крайне редко, а детский дом оставался на другой стороне дороги. Маша ступила на тропинку и двинулась дальше, сжимая в руке две красные гвоздики. Справа, за густыми деревьями, располагался посёлок Кукурузник. Там жила директор детдома и многие из детей, когда ещё у них были родители. Маша свернула налево и зашла за невысокий железный забор. Идя среди могил она искала только одну. Подойдя ближе к центру она увидела одиноко стоящую женщину в чёрном платье и платке. Она держала в руках такие же гвоздики как у Маши, склонив перед плитой голову. Марфулова, глубоко выдохнув подошла ближе. Он совсем не изменился. Такой же улыбчивый, кудрявый, с искрами в глазах и милыми ямочками на щёчках. Он больше никогда не изменится. На холодной плите была написана, будто горькими слезами Маши, дата: 2010г–2019г. — Сегодня прошло ровно четыре года и два месяца, — прошептали Маша, кладя цветы на могилу. — Машка? — тихо спросила женщина, стоявшая рядом. Она наконец подняла взгляд и Маша узнала Татьяну Павловну Калинину. — Ох, Боже, неужто это правда ты? Мама Мити крепко обняла её. Когда Митька ещё был жив и всё было хорошо, Маша мечтала чтобы Калинины её удочерили. Она даже представляла как они будут жить вместе и будут счастливы. Но её мечты развалились, когда сразу после похорон Калинины-старшие быстро собрали вещи и уехали. Маша не знала куда и от этого становилось ещё хуже. — Ох, мы же тысячу лет не виделись. Как поживаешь? — Всё… не так уж и плохо… — Я рада! Как Аля? Маша закусила губу, подняла голову вверх, потёрла глаза, и опустив голову сказала. — Она пропала почти три недели назад. — а в ответ на шокированный взгляд Татьяны Павловны добавила. — Никто не знает где она. — Господи… Может из дома ушла? Семейка там такая уж... Маша помотала головой и из глаз брызнули слёзы. — Ладно, мне пора. Людмила Васильевна будет волноваться... Она развернулась и стремительно направилась назад. Остановившись у дороги Маша ветрела слёзы рукавом. Вдалеке сверкнула молния и раздался раскат грома. — Маша, постой! — раздался сзади голос Татьяны Павловны. — Ты извини если задела, лучше не говорить о таком... — Ничего страшного. Всё в порядке. Они недолго помолчали. — Почему вы уехали? — Не смогла смотреть в глаза родителям тех... Я в Игарке сейчас живу. — А Сергей Васильевич? Он как поживает? — Мы развелись спустя полгода после того как уехали. Он переехал на Дальний Восток, мы уже давно не общаемся. — Мне... мне очень жаль, но мне уже правда пора. На землю упала первая капля дождя. — Мне тоже. Надеюсь мы ещё встретимся. Маша осторожно перебежала через дорогу, обернулась на женщину и неловко помахала ей прежде чем отправиться в сторону детского дома. *** Сияющий зеленый обруч повис в воздухе, расширился, снова сжался и потух, не оставив за собой не малейшего следа. Яра громко выругалась и сжала кулаки. Снаружи раздался взрыв. Лия дернулась и выглянула в окно, но ничего сломанного не заметила. — Что это было? Что взорвалось? — Понятия не имею. Ева положила Яре руку на плечо. — Не расстраивайся, может у кого другого получится. — У кого? У тебя не получилось, у рыжей не получилось, у белобрысой тоже, а коротышка отказалась, не умеет ничего. — Не называй меня так, — прошипела Юля. — Я просто не хочу этим злоупотреблять. — Да-да, именно так. Аля, лежащая на диване в стороне, включила телевизор и начала листать каналы, мотая указательным пальцем. Она остановилась на новостях. На экране мужчина и женщина в строгих костюмах и рассказывали про профориентацию, ради которой во всех крупных и средних городах страны поставили павильоны. — Лучше чем слушать эту дристню ещё раз попробовала бы. Ты что не хочешь домой? — спросила Яра. Аля не ответила, а продолжила слушать телевизор. В комнату вошла Нэнси. Она была намного смелее своего брата и родителей — захаживала к девочкам очень часто. — Чем занимаетесь? — спросила она. Лия кивнула в сторону телевизора. — О, тут про профориентацию. Это государственная программа для средних и старших классов, проходит дважды в год. Уже началось, наверное. — А ты почему не там? — Юля оглядела её. — Потому что всё решено. — А где это проходит? — влезла Аля. — Адрес точно не помню, но это в самом центре. В павильонах. А тебе зачем? — Интересно просто. Когда комната, которая была выделена Але, но девочки собрались именно здесь чтобы пробовать открыть портал домой, наконец опустела Аля открыла окно и огляделась. — Совершишь такой необдуманный поступок? — за спиной появился Фэшиар. — Куда ты пропал? — Мое прибывание в реальности ограничено. Я делаю это не по своей воле. Аля холодно оглядела его и залезла на подоконник. *** Аля прошла через очередной квартал с аккуратными многоквартирными домами стиля модерн. Наконец перед ней выросли огромные стеклянные небоскрёбы, уходящие верхушками в облаками. Улица превратилась в оживлённое шоссе где всюду летали машины, бродили толпы нарров. Аля завернула за угол какого-то магазина. Она хотела спросить дорогу к главному павильону у прохожего, но сзади раздался голос. — Эй! Аля, неужто ты? Она обернулась. Рей стоял держа в руках блинчик с кофейным мороженым. Он подошел к ней. — Что случилось? Куда вас повезли? — Во дворец на этих холмах. Он типо вашей крупной шишки по поимке странных девочек? Рей замолк. Из блина потекла струйка тающего мороженого, испачкавшая ладонь, но он просто глазел на Алю. — Как... — он снова замолчал. — Ты сбежала оттуда? Аля показала ему руку, вены на которой стали ярко-красными и засветились. Она дёрнула ладонь и появилась сфера, но стоило сжать кулак как остались лишь искры. — Когда можешь так, то откуда угодно сбежишь. Рей понимающе кивнул, но окинул её опасливым взглядом. — Так... что ты здесь делаешь? — А что? Ты не рад меня видеть? Рей залился румянцем и замотал головой. — Нет! Нет! — Думаешь мне кайфу сидеть в огромном домище, который больше пяти моих родных посёлком вместе взятых, не имея возможно уйти и вернуться домой, так ещё и с четырьмя девками? Я лучше с тобой потусуюсь, а ещё мне нужны сигареты. Мальчик снова залился краской. — Тут есть табачка? — Не знаю, но если и найдёшь, то тебе не продадут. — Но всё же. Рей вытащил из кармана телефон и что-то начал набирать в нём. — Ближайшая минут десять отсюда. — Показывай дорогу. Когда они подошли к нужному месту и Аля уже хотела шагнуть внутрь, но Рей одёрнул её. — Тебе всё равно не продадут! Не знаю как у вас... но у нас с этим очень строго. — У меня свои методы. Табачная лавка была маленьким душным полу-мрачным помещением. Всюду стояли шкафчики с сигаретами, обычными и электронными, кальянами. Напротив входа стоял прилавок, за которым сидела молодая девушка с ярким макияжем и высоким хвостом. Продавщица даже не удосужилась оторвать взгляд от журнала. — До восемнадцати не продаём. — Я не для этого, — Аля подошла к девушке и она подняла на неё взгляд. — А как мне пройти на... — она положила руки на прилавок и «случайно» столкнула одну из стоек. — Ой, извините. Продавщица проскрипела что-то вроде «ничего страшного», и окинув Алю яростным взглядом нагнулась. Аля перегнулась через прилавок наблюдая как та собирает пачки. Со второй стойки она схватила три упаковки сигарет — сколько успела. И спрятала под свитер. — Мне правда очень жаль, ещё раз, извините, — сказала она когда девушка вернулась на своё место. — Я просто хотела спросить как дойти до главного павильона... — Отсюда переходишь дорогу, потом сразу направу, свернуть налево и прямо. Десять минут идти, а вообще профориентация почти закончилась! — Да-да, спасибо! Аля развернулась и вылетела наружу. Стараясь как можно быстрее прежде чем продавщица бы заметила у неё отсутствие крыльев. — Там камеры, — шепнул Рей, когда Аля вышла. — Поэтому идём быстрее. Аля схватила Рея за руку и побежала через дорогу, их едва не сбила машина. Через пять минут пришлось остановиться ибо у Али начался кашель. — Мы можем пойти в Королевский парк. Он недалеко, — сказал Рей и стал пунцовым, когда Аля опёрлась на него. — Пошли. Кстати, что сказали на профориентации? — Я могу стать романистом. Или режиссером, но первое мне больше нравится. Теперь они двигались спокойно. Аля разглядывала огромные красивые дома. Единственным крупным городом где она была — Красноярск, да и на соревнованиях сестры. Через полчаса они вышли к парку. Пройдя в менее людное место, у каменного фонтана, на котором лежал снег, ребята уселись на скамейку. Аля махнула рукой и из ладони полетели красные искры, что падали на холодную землю и исчезали. — А что ты ещё можешь? — Рей восхищенно хлопал глазами. Аля достала сигарету, чиркнула пальцем и на фаланге появился маленький красный огонёк. Она глубоко затянулась и блаженно выдохнула вонючий дым. На вкус они были чуть менее горькими, чем из соседней страны, может они дороже. Она закрыла глаза, снова глубоко втягиваясь. Со смерти Мити Калинина(что произошло пятого января) прошло четыре дня. Похороны выпали на Рождество. Трое старшеклассников, которые обвинялись в убийстве, были задержаны. Приговор будет завтра, но ни у кого не возникало сомнений, что посадят их надолго. Во всей школе словно застыло время. Никто не кричал, не бегал по коридорам, разве только некоторые ребята тихо шептались, обсуждая убийство. В кабинете свет был тусклым из-за барахлящей лампы и кромешной зимней тьмы за окном. Маша Марфулова сидела на первой парте второго ряда, положив голову на парту и накрывшись руками. Никто не подходил к ней. В кабинет вошла Аля. Она застыла у доски, разглядывая класс. Следом вошла Ксюша вместе с подругами. Они проигнорировали и Алю, и Машу, над которой всегда смеялись, и сели за свои парты на первом ряду. Прозвенел звонок и в кабинет вошла учительница. — Краснова, чего ты тут встала? Садись. Аля глянула на своё пустое место, рядом с сестрой, и села к Маше. Детдомовка удивлённо оглядела её, и Аля подметила, что у той глаза на мокром месте. — Ты чего? — А что? Ты хочешь чтоб я отсела? — Н-нет... конечно нет. Маша обхватила себя за плечи. — А что скажет Ксюша? — Плевать. Она всё равно бы предпочла сидеть с Софией, я даю им такую возможность. Учительница сделала им замечание и остаток урока те просидели молча. После звонка, когда почти все ребята вышли в коридор, Аля и Маша остались сидеть на месте. Тут к ним подскочила Ксюша с подругами. Она с громким звуком поставила руки на парту, нависнув. Маша вжала голову, но Ксюша не обратила на ту внимание. — Это как понимать?! — Что? Ты хотела сидеть с Софией. Садись. — Ксю, она права. Давай просто сидеть вместе и... — Замолчи! И София заткнулась. — То есть между мной и этой сиротой, ты выбираешь её?! Маша испуганно покосилась на них, но Аля невозмутимо ответила: — А ты разве меня бы выбрала? Ксюша взбесилась ещё больше, даже Катька Филатова и Алена Белякова насторожились, не лезли. — Ты хорошо подумала?! — Да, не вижу в этом проблемы. Ксюша скривилась, а потом, на всеобщее удивление, спокойно сказала: — Ладно. У тебя был шанс. Она выскочила из кабинета, а подружки кинулись за ней. В кабинете остались только Аля и Маша. — А... что теперь?.. — Она убьет нас. — Даже тебя?.. — Особенно меня. Хотя, она бы и так это сделала. Аля открыла глаза и выкинула сигарету в мусорку. — Что я ещё могу? Ну, например, это. Она вскочила со скамейки, потянула за собой Рея и уставилась на каменный фонтан, усыпанный снегом. Небольшие белые горки полетели, превратились в снежки и принялись водить хоровод. Рей широко раскрыл глаза и раскрыл рот. — Это удивительно! Он заулыбался. — Откуда у тебя такие силы? — Не знаю, я сама недавно о них узнала. Снежки превратились в один большой шар и рухнули на землю, рассыпавшись в белоснежную стружку. — Давай поедим? — предложил Рей и Аля охотно согласилась. Они подошли к одному из ларьков. Рей заказал два лаваша с овощами и мясом, шаурму, но Аля не была уверена, что здесь её так называют. Аля взяла одну и вдвоем они пошли к большому колесу обозрению, что виднелось вдалеке. Внутри местной шаурмы оказался фарш с луком, свежие овощи, жареная картошка и очень вкусный соус бордового цвета — Але очень понравилось. По пути Рей купил два стакана зеленого чая. Але нравилась здешняя еда и напитки всё сильнее. Этот чай сильно отличался от того, который иногда покупала мама. — Как благодарность за еду и чай, могу показать ещё фокусов. — Давай. Они остановились. Аля навела ладонь над стаканом, горячий чай слегка забурлил и заболтался по стенкам. Она напряглась сильнее и закрыла глаза. Аккуратным фонтанчиком чай начал вылетать из стакана, превращался в шары, узоры. Рей не произносил ни слова только изумленно глазел. Чай вылился обратно в стакан, а несколько капель упало на землю. Аля открыла глаза. — Контролировать жидкость сложно. Только сейчас они заметили, что вокруг них собралась толпа. Рей смутился, но Аля не растерялась и снова проделала трюк со снегом, как у фонтана. Толпа восхищенно зашевелилась. Аля сделала ещё парочку простых трюков, но вдруг в голове прошла молния. Всё поплыло и она зашаталась, Рей схватил её за руку. — Ты в порядке? Некоторые нарры из толпы тоже подошли, спрашивали, что случилось и как она себя чувствует. — Господи, Аля, что у тебя с лицом? Она не смогла ничего ответить, а слева больше и не слышала. Аля рухнула на колени и все зашевелились и завопили. Крики смешались и разобрать она могла только Рея. — У тебя на лице красные линии! Аля вспомнила, что с запястьем такое уже было и уставилась на руку. Вся она была украшена светящимися полосами, как молнии, ярко-красного цвета. Аля почувствовала жжение по всему телу, а потом резкий холод. Крики стихли и все потемнело. *** Она сделала глоток теплой воды и уставилась в зеркало. Красные молнии на коже сделались бледными, а скоро сойдут на нет. Аля облегченно вздохнула и подошла к окну. Там только темнота и несколько ярких звезд. Время было около полуночи. — Как ты это допустила? — строго спросил Фэшиар, появившийся справа. — Что вообще случилось? — Ты переутомилась, если это можно так назвать. Нельзя так часто и много использовать магию! Нельзя! — У неё есть лимит? — Можно и так сказать, но последствия всегда непредсказуемы. Ты можешь даже не почувствовать, а можешь как сегодня. Нужно быть аккуратнее. — Ты не говорил об этом. — Я много чего не сказал. Он исчез, снова оставив Алю в одиночестве. В дверь вошел охранник. — Пойдем. Аля убрала волосы, упавшие на лицо, и двинулась за ним. Спустя двадцати минут блужданий по полу мрачным коридорам ночного дворца, они пришли. Охранник открыл дверь и пропустил Алю внутрь. Комната была просторная и прохладная. Окна были плотно закрыты шторами, а в центре стояло два кресла и столик. На одном уже сидел Ричард. Аля выдохнула и села напротив, дверь закрылась. — Что ж... — начал он и указал на поднос с чайником и чашками. — Угощайся. Аля осторожно взяла чашку и сделала глоток. — Просто чтобы ты понимала. Я не хочу ограничить вашу свободу или как-то навредить, но всё это необходимость. Понимаю, у тебя нет причин доверять мне, но в данной ситуации мы — союзники. Вы не понимаете, как оказались здесь, и я тоже. Вы хотите вернуться домой, я тоже желаю вашего скорейшего возвращения. Аля поджала губу. — Я всё прекрасно понимаю, человек. Надеюсь, ты человек? — Откуда вы знаете про... — В старых книжках можно найти много всего интересного. Но знаешь, твоя и твоих подружек... особенность, назовем это так, не свойственная людям. Я бы сказал неестественная. У меня есть теория, что это может, но ты с подружками должны мне помочь. — Чем? — Для начала не сбегать. Рассказать откуда вы пришли, подробно, а я сделаю выводы. Потом решим, что делать дальше. Аля хотела что-то сказать, но Ричард жестом велел молчать. — Завтра. Я много работал сегодня, — он глянул на часы. — Уже вчера и сильно устал. Думаю как и ты. — Могу... я кое что попросить?.. — Попробуй. — Можно мне будет видится с тем мальчиком, с Реем? — Это его семья доложила о вас моей службе безопасности, а потом ты к нему сбежала? — Да. Я хочу с ним общаться. Иметь хоть какую-нибудь связь... прошу. — Возможно. Я подумаю. Раздался нервный стук в дверь и внутрь влетел мужчина в строгом костюме, не таком дорогом, как у Ричарда. — Вы видели время? — недовольно проворчал Ричард. — Повелитель, умоляю! Это дело государственной важности! — Не томи. Он прочистил горло и выпалил: — Король Темной-Восточной Люцифении — Эдгар Троян Муазек Люцифенийский требует разрешения на въезд в Светлую-Западную Люцифению и также просит принять его во дворце для обсуждения важных политических вопросов. Аля почувствовала, как внутренности сжало и по всему телу прошли мурашки.