Bloody Tango

***

      Кай летел по длинным, кажется, что бесконечным коридорам замка на крыльях искреннего недовольства. Аро терял терпение, а Кайус не был намерен тратить свои нервы еще и на брата, который делал все, чтобы защитить клан. Он понимал — правда, понимал, — но ситуация с Дамианом просто выбивала у мужчины землю из-под ног.       Ворвавшись ураганом в зал, Кайус зыркнул на всех волком и без церемоний рявкнул так, что ослушаться его было бы верхом глупости:       — Деметрий, Феликс, Джейн и Алек, вы идете со мной. Пора найти нашего нарушителя.       — Брат, неужели ты решил заняться своими прямыми обязанностями? — с явной долей ехидства сказал Аро; он величественно восседал на своем троне, как истинный король, коим он и являлся. — А где же наш дорогой гость?       — Дамиан не имеет никакого отношения к нашему клану, — жестоко отрезал Кай. — Как ты и сказал, он гость, вот пусть им и остается.       — И где же он сейчас? — лениво спросил Маркус. Он выглядел скучающим, будто совсем не заинтересованным в данном разговоре, однако те, кто хорошо его знали, прекрасно видели огонь любопытства в темно-алых глазах. — Пользуется гостеприимством твоих темниц?       — Нет, он… отдыхает в своих покоях, — сквозь зубы ответил Кай, а после резко развернулся, считая, что данный разговор окончен. У него, в конце концов, были дела поважнее, чем просто трепаться.       Близнецы, Феликс и Деметрий молча последовали за своим королем.       Маркуса забавляло поведение Кайя, он впервые видел брата настолько… человечным, что ли. Создавалось ощущение, что с появлением Дамиана плотина, которая сдерживала все чувства, все эмоции блондина, дала трещину. В каком-то смысле это веселило, но с другой стороны, могло стать проблемой, и пока Маркус не мог сказать точно, что же окажется лучше.       Подавив тяжкий вздох, Маркус все же встал со своего трона и под любопытными взглядами Челси, Аро и нескольких других вампиров покинул зал. Путь его лежал в одну из комнат, где находился тот, кто мог помочь ему получить некоторые ответы на столь важные вопросы.

***

      Вода была холодной, пробирающей до самых костей. Он хотел, чтобы она взбодрила его, чтобы смыла все дурные мысли, но холодные капли не могли помочь. Не могли излечить его разум, облегчить боль в изнывающем от жажды теле. Они будто иглы вонзались в его плоть, раздирали её до самого мяса, обнажая мышцы и кости. Крови не было, но сладковато-металлический аромат раздражал чувствительные рецепторы, забивался в глотку и царапал её.       Может он болен? Болен той самой болезнью, от которой просто нет никакого лекарства? Все, что ему оставалось - это сидеть под холодным душем, смотреть пустым взглядом на стену, выложенную узорчатой плиткой с позолотой, и слушать шепот умерших.       Они приходили к нему нечасто в те трудные времена, когда он был слаб и уязвим. Их голоса сливались в странный гул, что будто сдавливал его голову неразрушимыми тисками. Он не мог их снять, не мог освободиться, но мог игнорировать, как самый настоящий трус. Шепот означал, что скоро Смерть вновь призовет его на службу, что скоро он снова предстанет пред взором глаз, в которых нет ничего, кроме всепоглощающей скуки и насмешки, что мелькают зелеными искрами. Этот шепот значил только одно…       Его единственная Госпожа вновь призовет своего раба.       Рад ли он? Дамиан не мог ответить, потому что лишь одна мысль, что ему придется уйти, придется покинуть своего вампира, который не меньше, чем сама Смерть, истязает его душу. Кайус ушел всего пятнадцать минут назад, но Дамиану казалось, что прошла вечность.       Жнец перестал понимать себя, свои чувства. Они обрушились на него лавиной так неожиданно, что он просто начинал тонуть во всем этом. Тонуть, захлебываться, не видя возможности спастись. Да и заслуживал ли он вообще этого самого спасения, когда давно был обречен?       — Ты предатель, — говорил рыжий парень, стоя с одной стороны.       — Ты убил меня, Гарри, — шептала девушка с каштановыми растрёпанными волосами, что больше напоминали гнездо.       — Гарри, почему? — шептала девушка с медными волосами, сидя в углу и смотря на него большими голубыми глазами, полными слез и обид.       Дамиан криво усмехнулся: эта ухмылка больше походила на осколки разбитого зеркала, через которое, даже склеив его, будешь видеть себя искривленным, покорёженным и уродливым, как безобразное чудовище, что вылезло из вязкого мрака ночи. В такие моменты Дамиан ненавидел себя, но еще больше он начинал ненавидеть эти чёртовы призраки прошлого, что смели являться перед ним и что-то требовать, просить, умолять. Как они смели? Он уже сполна расплатился за свои грехи, да и до сих пор расплачивается. Ага, вечным рабским ошейником на своей шеи.       Поэтому, не обращая внимания на тихий шепот мертвецов, он закрутил вентиль крана и, обмотав полотенце вокруг бедер белое махровое полотенце, покинул ванную комнату. Призраки или его личные демоны следовали за ним, но он не собирался тратить на них свое внимание.       Однако, похоже, сюрпризы на этот день не закончились, потому что не успел Дамиан одеться, как раздался негромкий стук в дверь. Мужчина немного удивился, кто мог к нему пожаловать, особенно после того представления, что они устроили с Кайем? Конечно, это было весело и даже в каком-то смысле подняло ему настроение, но Дамиан не мог отрицать, что с его стороны это был довольно детский поступок. Все же сидение на одном месте очень плохо влияет на его здравомыслие и непоседливость, что тянется за ним еще из прошлой жизни.       Раздался еще один стук, более нетерпеливый, и, закатив глаза, Дамиан быстро стал одеваться.       — Сейчас, одну минутку, — спокойно сказал он, прекрасно зная, что незваный гость его услышит. Смертные водились в замке только в качестве еды и обывателей темниц.       Надев шелковую темно-зеленую рубашку и темные брюки, он простым заклинанием высушил себе волосы и уложил их ровным каскадом, после чего спокойно пошел открывать дверь. Дамиан ожидал кого угодно - от злющей Джейн, пришедшей оторвать ему голову, до спокойного как удав Феликса в паре с Деметрием, что захотели поговорить по-мужски, но чего жнец точно не ожидал, так это увидеть на своем пороге Маркуса.       — Маркус? Что ты тут делаешь?       — Хочу наконец-то поговорить с тобой без лишних ушей. — Дамиан приподнял бровь, как бы говоря этим: «Серьезно? Без лишних ушей, где кругом вампиры с этим самым улучшенным слухом?». Но Маркус лишь усмехнулся - видать, подразумевая не всех вампиров, а одного конкретного, кто почти не выпускал Дамиана из поля своего зрения.       — И о чем же хочет поговорить один из правителей Вольтерры? О моем небольшом спектакле в зале советов? Или про наши недоотношения с Кайем?       — Я хочу поговорить о тебе… Гарри Поттер.       Это имя… Его имя прогремело, как гром среди ясного неба. Маркус смотрел серьезно, с долей понимания, а сам Дамиан просто замер, смотря на вампира, как рыба выброшенная на берег. В голове было пусто, ни одной здравой мысли. Он не ожидал такого, поэтому растерялся так сильно, что идеальная маска, что стала частью его образа, начала осыпаться мелкими крошками. Что он должен сказать? Что сделать? Почему Маркус назвал это имя? Он знает? Сколько?       — Откуда? Как? — с трудом проблеял Дамиан, бешеными глазами смотря на все такого же невозмутимого Маркуса. Ноги вдруг отказались его держать, и мужчине пришлось вцепиться в дверь, чтобы не упасть.       — Может, я пройду, и мы сможем поговорить? — спросил Маркус, и жнецу ничего другого не оставалось, как дать вампиру пройти в комнату.       Сейчас чутье Дамиана как никогда кричало о том, что грядущий разговор будет совсем не легким и еще принесет свои проблемы.