Лимонные Девочки и Продавец Сладостей

Лимонные Девочки и Продавец Сладостей Глава 1. ДевочкиXДевочкиXДевочки

***

      Япония. Город Куо.       Солнце почти в зените и нет ни облачка. Отличный апрельский денёк для прогулки, думал Киёши Тачикава, помирая от скуки за прилавком своего магазина сладостей.       За всё утро у него было всего пара-тройка покупателей, поэтому он сидел без дела. Его то клонило в сон, то вгоняли в тоску мысли о плохих доходах с магазина. Потихоньку подкрадывались мысли о том, что магазинчик придётся закрыть.       — Ну и ну! Был бы здесь телевизор или радио, эх!       — Было бы здорово, дяденька.       Киёши моргнул, а через секунду его мозг обработал новую информацию от глаз и ушей. С ним только что согласилась непонятно откуда возникшая миниатюрная девушка с белыми волосами, и заколкой в виде чёрной кошки.       Это никто иная, как первогодка местной Академии Куо — Конеко Тоджо.       И по совместительству, одна из трёх его любимых постоянных клиентов!       — Ах, Конеко-чан! Ты меня напугала! И как ты так умудряешься бесшумно входить?       Вопрос был задан в шутливой манере, но Киёши и правда становилось любопытно. С самого первого знакомства Конеко просто бесшумно оказывалось рядом, как какой-то ёкай!       — Если скажу, придётся стереть тебе память. Шутка. Просто ты витал в облаках и болтал с собой, дяденька.       Конеко всегда разговаривала с абсолютно плоским лицом и без эмоций, за некоторыми исключениями. Однако Киёши успел заметить, как на мгновение её уголки губ поднялись. И этот взгляд!..       Она точно подкрадывается к нему специально!       — Ну, ладно. ...Хотя, постой-ка! Ты что, назвала меня "дяденькой"? Я же просил, не называй меня так! Я ещё совсем молод, мелкая соплячка! — Наигранно возмущался мужчина, смотря вверх с фальшивыми слезами. Или же они настоящие?       — Отвратительно. Не могу смотреть, как старики плачут. Пойду поем печенек.       Прикрыв рот ладошкой, чтобы не вырвался случайный смех и разрушил её образ, Конеко отвернулась и пошла выбирать печенье. Мысленно довольный собой за то, что почти рассмешил Конеко-тян, Киёши опустил голову и замер.       Он лицезрел Святой Грааль!       Нет, на самом деле то, что увидел, это...       Белые в синюю полоску. Словно прилипшие к этим начавшим формироваться упругим сферам! А эти губки!..       Трусики!       Дух-дух!       Его сердце застучало в удвоенной скоростью, пока!..       — ...Кх! К-Конеко-тян!?       ...не замерло от до костей пробирающего взгляда Конеко, которое сочилось желанием убить.       — Изврашенец.       — П-прощу прощения!       Почуяв опасность и небольшую вину, Киёши начал кланяться, моля богов, чтобы ему не пришлось выйти из за прилавка. Иначе она увидит его выпирающие в области паха брюки.       Взгляд Конеко резко смягчился, хоть и небольшая хмурость осталась. Взяв из нижней полки нужные печенья, она выпрямилась и как ни в чем не бывало поставила на прилавок деньги.       Она молча направилась к двери, и схватив ручку, не оборачиваясь сказала:       — ...Если хочешь посмотреть на трусики, нужно сказать "пожалуйста" или предложить "вкусняшку", бака!       И Конеко выбежала из магазина, и пробежала перед витриной, прижимая к груди печенье. Он не смог рассмотреть выражение лица Конеко, но был готов поклясться, что видел, как при последних словах её уши порозовели.       И почему она не взяла точно такое же печенье, но из полки повыше?.. Хм...       — ...Мм, сказать "пожалуйста" и предложить "вкусняшку", говоришь?..

***

      — И откуда, блин, взять телек? — размышлял Киёши, потирая подбородок.       Обед уже закончился, а вместе с тем прошёл первый пик количества покупателей на день. Таких на весь бывало всего два. Во время обеда, когда учащиеся утром заходили купить сладостей после школы, и вечером, когда приходили учащиеся днём.       Между этими "пиками" клиенты были редкостью, а потому Киёши скучал, стараясь откинуть мысли о банкротстве.       — Может всё таки принести из спальни мой телек и просто поставить на прилавок? Но он такой старый и тяжелый! Так впадлу!       В этот самый момент, когда Киёши собирался ныть, почему у него не крутой спортивный бар с очень плоским телеком, висящим на стене, вошёл клиент. При виде этой красавицы Киёши вмиг забыл о всех своих проблемах.       — Ох, Киёши-сан, здравствуйте! Как вы? Когда я проходила мимо витрины заметила, что вы о чём-то усердно задумались. Надеюсь, я не вовремя?       Светлые словно золото волосы собранные в два вьющихся хвостика, европейские черты лица, идеальный японский и хорошие манеры!       Это никто иная, как его вторая постоянная клиентка — миниаютрная иностранка Равель Фенекс!       — Ах, Равель-чан! Ты сейчас как-никогда прежде услада для моих глаз!       Равель явно потрясли такие слова, что аж её щёки чуть порозовели от смущения.       — Эм, ну, кхм, я рада, конечно. Но всё правда в порядке?       — Ах, да-да, в порядке. Хотя... На самом деле я просто размышлял о том, что нужен ли сюда телек. Или радио. Да... притащить сюда радио проще простого...       — Телек? Вы имеете ввиду телевизор? О, это было бы замечательно! Я посещала другие магазины сладостей, не только в японии, и у многих из них имелись телевизоры, на которых шла реклама сладостей, которые они продавали!       — О, это весьм-...       — А ещё у них были журналы! Ещё можно было бы поставить маленькие полки с всякими журналами и комиксами, так как клиенты в основном дети и подростки! А потом!..       И так, потихоньку, Равель потеряла связь с окружающим миром, превратившись в какую-то бизнесменшу с высокими амбициями. Идеи шли одна за другой, пока не пошли разговоры про расширение и открытие сети магазинчиков сладостей.       Записав в блокнот, самые первые идеи, которые он попросту, возможно, мог бы реализовать в ближайшее время даже с его скромным доходом, Киёши поспешил её остановить.       — Ой-ой, Равель-чан! Погоди! Мне приятно, правда, но, думаю, пока не стоит строить планы настолько далеко.       Девушка моргнула, и почесав пальцем щеку от смущения и поклонилась.       — П-прошу прошения! Меня, бывает, иногда заносит. Не знаю почему, но когда начинаю строить всякие планы, то теряю контроль. Мой брат даже считает, что мне бы больше подошла роль короля или королевы.       Киёши моргнул и кивнул с таким видом, будто понял последнюю часть. Про её брата он слышал; третий сын их богатой аристократической семьи, который скоро должен жениться на девушке, которая учится в местной школе по обмену. Райзер, так его вроде звали. Равель, которую тот привёз с собой, на него ещё часто жаловалась.       Но почему ему стало не по себе от слов про роли "короля" и "королевы"?..       — Понятно. Ну, я на самом деле считаю, что это прекрасно. Ты такая молодая, а уже имеешь привычку планировать всё до мелочей. Некоторые взрослые даже при желании не могут этого.       Покрасневшая Равель с широко открытыми глазами поднесла руки к неплохо сформированной груди и чуть дрогнувшим голосом спросила:       — ...Правда?..       От вида настолько милой и хрупкой Равель сердце Киёши пропустило удар, и наполняясь желанием её защищать, чего бы это не стоило, ответил:       — ...Правда.

***

      — Слёрп!...❤ Гх!..       — Сожми чуть сильнее!.. Оп, ох, вот так, да. Ещё двигай рукой чуть быстрее, вверх вниз. Ритмично! Вот так!       Киёши сидел абсолютно голый на краю кровати и отдавался удовольствию, держа руку на голове темноволосой девушки, находящейся между его ног. Небольшой ротик полностью вмещал в себя член Киёши, без проблем давая войти по самое горло.       Тепло, влажность и умелый язык, который умело ласкал каждый сантиметр члена создавали ощущение, будто Киёши трахал киску молодой девушки. Раскалённый до красна член всё быстро входил и выходил в её рот, но этого было недостаточно.       Киёши хотел большего; оттрахать по полной этот ротик, войти как можно глубже и пустить сперму прямо ей в горло.       Мужчина схватился обеими руками за голову девушки и начал её грубо ебать, забыв обо всём на свете. Только образы милых лиц Конеко и Равель иногда заменяли собой грязное лицо этой сучки, которую он сейчас трахал в рот.       Больше не имея сил сдерживаться, Киёши излился как можно глубже. Она не хрипела, не задыхалась, а покорно принимала всё.       — Фух! Это... было... охуенно!..       Тяжело дыша и с стучащим сердцем Киёши отпустил голову девушки, которая тут же задвигалась вверх-вниз, чтобы почистить член.       Когда она закончила, то застонала, когда Киёши резко оторвал кусочки чёрной изоленты, которые были налеплены на её соски.       Миниатюрная девушка в готическом платье, которая совсем не скрывала её маленькую грудь, и с абсолютно безэмоцианальным лицом, которые ни разу не изменилось за время минета.       Такая уж она, третья постоянная клиентка магазина сладостей — Офис.

[To be continued...]—>